Семья Санзу

Будни в Токийской Мандзи-Кай для младшего Акаши были сотканы из звуков, которые обычный человек счёл бы пугающими: оглушительного рёва моторов, глухих ударов кулаков о боксёрские груши в заброшенном додзё и резкого, лающего смеха парней из Пятого отряда. Но для Судзуи эта канонада была привычной колыбельной.

Пока Харучиё занимался делами отряда - проверял отчёты о патрулировании, пересчитывал парней перед собраниями или просто сидел на перевёрнутом пластиковом ящике, нервно покусывая фильтр сигареты, - Судзуя всегда был неподалёку. Он обустроил себе маленький, почти невидимый уголок в углу старого склада, где Пятый отряд часто зависал между разборками. Там стояла старая складная скамеечка, на которой лежал мягкий плед, пахнущий лавандовым кондиционером и шерстью Кея.

Кот Кей, кстати, быстро стал неофициальным талисманом отряда. Огромный мейн-кун вальяжно расхаживал между массивными ботинками гопников, и ни один из этих громил, способных в одиночку развалить стену, не смел даже косо посмотреть на зверя. Все знали: Кей - это тень Судзуи. А тронуть Судзую означало мгновенную и очень мучительную смерть от катаны Санзу или кулаков Мучо.

- Хару-ни, - тихо позвал Судзуя, бережно поправляя сползающий с плеча воротник своей огромной толстовки. В руках он держал маленькую деревянную щётку, которой аккуратно вычёсывал Кроху Зую. Белый кролик сидел на его коленях, уткнувшись носом в тёплые пальцы мальчика, и едва заметно подрагивал от удовольствия. - А Майки-сан сегодня придёт? Он обещал показать мне, как правильно заводить его байк.

Санзу, до этого момента яростно черкавший что-то в блокноте, мгновенно поднял голову. Его шрамы на уголках губ чуть натянулись, когда он смягчил взгляд, глядя на брата. Он подошёл ближе, его тяжёлые шаги затихли, стоило ему ступить на территорию «угла Судзуи».

- Придёт, мелкий, куда он денется, - Харучиё присел на корточки перед братом, бесцеремонно сгоняя Кея с края пледа. Кот лишь недовольно фыркнул и перелёг повыше, устроив тяжёлую морду прямо на плече Судзуи. - Только не вздумай подходить к его «Баблу» слишком близко, когда он его заводит. Эта развалюха чихает гарью, весь испачкаешься. И... Зуя твой, - Санзу ткнул пальцем в белого кролика, отчего тот смешно повёл ушами, - пахнет слишком сладко. Парни из отряда начинают коситься. Скажи Мучо, чтобы покупал ему другой корм, менее вонючий.

- Он пахнет сушёными яблоками, Хару-ни! - Судзуя забавно надул губы, защищая питомца. - Это вкусно. Кей вот не жалуется, правда, Кей?

Кот в подтверждение слов мальчика издал глухое, вибрирующее урчание, от которого у Харучиё зачесались кулаки. Санзу до сих пор недолюбливал эту огромную чёрную бестию, подозревая, что кот понимает человеческую речь куда лучше, чем притворяется.

В этот момент в двери склада вошёл Мучо. Как всегда, монументальный, спокойный, излучающий первобытную силу. Он окинул взглядом гостиную, задержался на мгновение на Судзуе - его взгляд потеплел буквально на долю секунды, - а затем повернулся к Санзу.

- Эй, Харучиё. Нужно доехать до Кенчика просил передать ему чертежи новых глушителей, которые привезли наши парни из Иокогамы. Майки хочет поставить их на свой байк до конца недели. Я занят, нужно перетереть с Третьим отрядом насчёт границ территории. Сгоняй ты.

Санзу небрежно закинул блокнот в карман куртки. Его мысли были заняты предстоящим патрулем, и он ответил, особо не задумываясь:
- Ладно, без проблем. Заберу бумаги и отвезу.

Судзуя тут же встрепенулся. Его единственный здоровый глаз заблестел от любопытства.
- Дракен-сан? Я тоже хочу! Он обещал рассказать мне историю про то, как они с Майки-саном познакомились, когда были совсем маленькими! Хару-ни, возьми меня с собой, пожалуйста! Я буду тихо сидеть на заднем сиденье и держаться за твою куртку!

Харучиё посмотрел на брата, затем на Мучо. Мучо лишь пожал плечами, мол, делай что хочешь, но если с головы пацана упадёт хоть один волос - ответишь лично. Санзу, чья бдительность была притуплена привычной рутиной, совершенно забыл об одной маленькой, но крайне существенной детали: Кен Рюгудзи, вице-капитан Тосвы, жил не в обычном доме и даже не в общежитии. Он жил в самом сердце квартала красных фонарей, на верхнем этаже действующего борделя.

- Ладно, собирайся, кроха, - бросил Санзу, протягивая руку, чтобы помочь Судзуе подняться. - Но Кроху твоего оставь здесь. Кей за ним присмотрит. Ветром сдует твоего хомяка на дороге.

Судзуя бережно пересадил Зую в карман куртки Мучо, который как раз присел рядом. Капитан Пятого отряда даже не шелохнулся, позволяя мальчику копошиться у своего кармана. Его огромная ладонь на мгновение накрыла хрупкие пальцы Судзуи, слегка сжав их.
- Возвращайтесь до темноты, - негромко сказал Мучо, глядя прямо в глаза Санзу, но обращаясь к Судзуе. - Я приготовлю ужин.

- Хорошо, Мучо-сан! - радостно отозвался Судзуя, совершенно не замечая, как пальцы капитана скользнули чуть выше по его запястью, проверяя пульс, словно убеждаясь в его реальности.

______________________________________

Запретный квартал и неоновые ловушки

Дорога на байке Харучиё всегда была для Судзуи маленьким приключением. Мальчик крепко обнимал брата со спины, зарываясь носом в его кожаную куртку, которая пахла порохом, мятой и бензином. Скорость захватывала дух, а ветер приятно холодил лицо, заставляя забыть о темноте, которая частично окружала его из-за слепого глаза.

Когда байк наконец сбросил скорость и остановился, Судзуя открыл глаз и удивлённо завертел головой. Окружающий мир резко изменился. Вместо привычных серых промзон и строгих вывесок Токио, они оказались в узком переулке, залитом ярким, агрессивным неоновым светом. Вывески горели розовым, ядовито-зелёным и пурпурным цветами. Вокруг пахло дешёвыми, приторно-сладкими духами, алкоголем и табачным дымом.

Только сейчас, заглушив мотор, Харучиё со звучным стуком ударил себя ладонью по лбу. На его лице отразился неподдельный ужас.
*«чёрт... чёрт, чёрт, чёрт! - закричал внутренний голос Санзу. - Я привёз Судзую в бордель. Если Мучо узнает, он меня закопает прямо под этим самым зданием. Если Майки узнает, что я притащил его „крольчонка" в притон, мне конец»*.

- Хару-ни? - Судзуя потянул брата за рукав куртки, оглядывая странные светящиеся силуэты на окнах соседних зданий. - А почему здесь так много розового света? И почему эти тёти у входа одеты в платья, похожие на купальники? Им разве не холодно? Осень же...

Санзу судорожно сглотнул. Его бледные щеки покрылись заметным румянцем от злости на собственную рассеянность. Он быстро развернулся к брату, схватил его за плечи и заставил смотреть прямо на себя.
- Так, Судзуя. Слушай меня внимательно, - голос Харучиё звучал непривычно строго и быстро. - Мы сейчас зайдём внутрь, поднимемся по лестнице, отдадим бумаги Дракену и сразу уйдём. Ты не смотришь по сторонам. Ты не разговариваешь ни с какими «тётями». Если кто-то попытается дать тебе конфету или заговорить - ты делаешь вид, что ты глухой и немой. Понял меня?

- Но почему, Хару-ни? - мальчик удивлённо моргнул. - Это какая-то секретная база Тосвы? Как в шпионских фильмах?

- Да! - ухватился за спасительную соломинку Санзу, облегчённо выдыхая. - Именно. Это секретная база повышенной опасности. Здесь... здесь живут агенты под прикрытием. Они специально так одеваются, чтобы запутать врагов из других банд. Понял?

- Ого... - глаза Судзуи расширились от благоговейного трепета. - Дракен-сан такой крутой... Управляет целой шпионской сетью! Хорошо, Хару-ни, я буду молчать как рыба!

Санзу взял брата за руку, буквально пряча его хрупкую фигуру за своей широкой спиной, и они переступили порог заведения.

________________________________________

Шпнонские тайны и смущение вице-капитана

Внутри борделя было шумно. Пахло благовониями и пудрой. На первом этаже, в вестибюле, на мягких диванах сидели несколько женщин в откровенных шелковых халатах и кимоно. Увидев вошедшего Санзу, они было заулыбались - Харучиё, несмотря на свои шрамы и буйный нрав, был чертовски хорош собой, - но стоило им заметить маленького мальчика, которого он судорожно прижимал к своему боку, как наступила тишина.

- Ой, какой милашка... - протянула одна из девушек, постарше, с яркими алыми губами. - Мальчик, ты чей? Ты потерялся?

Судзуя помнил приказ брата. Он мгновенно замер, вытянул руки по швам, зажмурил свой единственный глаз и плотно сжал губы, превращаясь в маленькую, бледную статую.

- Отвалите от него, - огрызнулся Санзу, его глаза сверкнули опасным блеском, а рука инстинктивно легла на карман, где обычно лежал складной нож. - Где Кенчик?

- У себя, где же ещё, - фыркнула девушка, обиженно отворачиваясь. - Поднимайся по задней лестнице, громила. Не порть нам клиентуру своим кислым лицом.

Санзу буквально взлетел по ступеням, ведя за собой послушно семенящего Судзую. Мальчик честно не открывал глаз, пока они не остановились перед массивной деревянной дверью на самом верхнем этаже. Харучиё без стука пнул дверь ногой.

- Дракен! Забирай свои чёртовы бумажки от Мучо!

Комната Дракена была удивительно чистой и строгой по сравнению с остальным зданием. Здесь пахло чистым бельём, полиролью для металла и моторным маслом. Сам Кен Рюгудзи сидел за низким столом, перебирая детали от карбюратора. Увидев гостей, он поднял свои густые брови.

- Санзу? Ты какого чёрта так орёшь... - Дракен осёкся, когда его взгляд упал на маленькую фигуру, прячущуюся за спиной капитана Пятого отряда. - Это... Судзуя? Ты зачем притащил его сюда?! Ты совсем головой поехал, Акаши?!

- Я забыл! - рявкнул Санзу, чувствуя, как у него горят уши от стыда. - Мучо сказал «отвези Кенчику», я и поехал! А этот мелкий прицепился, как банный лист! Он думает, что это шпионская база под прикрытием! Понял? Так что подыграй, пока я не лишился головы!

Дракен медленно поднялся. Его огромный рост - почти под два метра - всегда немного пугал парней из Тосвы, но Судзуя, услышав знакомый голос, наконец открыл свой сияющий глаз и радостно улыбнулся.

- Дракен-сан! - Судзуя подбежал к вице-капитану и, совершенно не боясь его грозного вида и татуировки дракона на виске, обнял его за пояс. - Ваша база такая крутая! Те агенты внизу... они очень профессионально притворяются! Я ни слова им не сказал!

Дракен, который на поле боя был настоящим демоном, сейчас выглядел абсолютно беспомощным. Его суровое лицо залил густой румянец. Он бросил на Санзу взгляд, обещающий долгую и мучительную смерть, а затем аккуратно, стараясь не повредить своими огромными руками хрупкие плечи мальчика, похлопал Судзую по спину.

- Да... Судзуя. Ты молодец. Настоящий шпион, - Кенчик кашлянул, пытаясь вернуть себе самообладание. - Извини, что здесь... немного специфическая обстановка. Работа под прикрытием требует жертв.

- Я понимаю! - гордо кивнул Судзуя, отстраняясь. - Хару-ни сказал, что это секретная миссия Тосвы. А Майки-сан тоже здесь бывает? Он тоже шпион?

Дракен судорожно вздохнул, представив, что будет, если Майки узнает об этом разговоре.
- Майки... Майки здесь только ест мои дораяки и спит на моём диване, - честно ответил Кенчик, забирая у Санзу конверт с чертежами. - Так, Санзу. Забирай брата и проваливай отсюда через чёрный ход. И если я узнаю, что он нахватался здесь каких-то странных слов, я лично скормлю тебя твоему огромному коту.

- Да пошёл ты, - буркнул Санзу, хватая Судзую за руку. - Пошли, мелкий. Миссия выполнена. Нам пора возвращаться в штаб.

________________________________________

Возвращение в гавань и тихие порочные игры

Когда они вернулись домой, солнце уже скрылось за горизонтом, окрасив небо над Токио в глубокий чернильный цвет. В квартире было тепло, а из кухни доносился умопомрачительный запах тушёного мяса с картофелем и пряностями - Мучо действительно умел готовить, когда хотел побаловать своего маленького фаворита.

Судзуя, едва переступив порог, побежал в гостиную. Кот Кей встретил его громким, требовательным мяуканьем, а из кармана куртки Мучо, которая висела на вешалке, тут же показались длинные белые уши Зуи. Мучо сидел за столом, листая какой-то журнал. Санзу, сославшись на усталость и необходимость почистить байк, быстро ретировался в свою комнату - подальше от проницательного взгляда капитана.

- Мучо-сан! - Судзуя с разбегу забрался на стул рядом с мужчиной, его единственный глаз светился от переполнявших его эмоций. - Мы были на секретной базе Дракена-сана! Там так здорово! Все агенты в розовом свете...

Мучо медленно отложил журнал. Его брови поползли вверх, а глаза опасно сузились. Он перевёл взгляд на закрытую дверь комнаты Санзу, и в этом взгляде читался смертный приговор для Харучиё.
- Розовый свет, говоришь? - тихо, сдерживая рокот в голосе, спросил Мучо. - И что же ещё ты там видел, мелкий?

- Ничего! - честно ответил Судзуя, прижимаясь к плечу Ясухиро. - Хару-ни приказал мне молчать и закрыть глаза, чтобы не выдать себя. Я был как настоящий ниндзя! Но там пахло очень сладко. Мучо-сан, а почему у Дракена-сана на базе так много женщин? Они все его помощницы?

Мучо глубоко вздохнул. Его сердце, обычно холодное и безжалостное, затрепетало от этой святой, кристальной чистоты. Мальчик сидел так близко, его тонкое тело источало тепло, а мягкие волосы касались подбородка капитана. Внутри Муто снова зашевелился тот самый собственнический, тёмный демон, который требовал забрать это сокровище себе, спрятать от всего мира, от Тосвы, от брата, от грязных улиц Токио.

Мучо протянул свою огромную ручищу, обхватывая Судзую за талию и легко пересаживая его к себе на колени. Мальчик послушно устроился на его мощных бёдрах, привыкший к таким проявлениям заботы. Для него Мучо был защитой, скалой, его личным замком.

- Да, мелкий. Они... помогают ему собирать информацию, - негромко произнёс Мучо, его голос стал непривычно низким, с хриплыми, бархатными нотками.

Огромная ладонь капитана медленно скользнула под толстовку Судзуи, ложась на его обнажённый, плоский живот. Пальцы Мучо начали медленно, круговыми движениями очерчивать линии шёлковой кожи, поднимаясь выше, к ребрам.

- Знаешь, Судзуя... - прошептал Мучо, наклоняясь к самому уху мальчика, так что его горячее дыхание заставило кожу ребенка покрыться мурашками. - Твой брат - идиот, раз взял тебя туда. Твоему телу ещё рано знать, чем занимаются эти «агенты». Но у тебя самого... такое нежное тельце. Кролики, как твой Зуя, очень чувствительны вот здесь, - пальцы Мучо со значением нажали на область чуть ниже пупка, заставив Судзую удивлённо выдохнуть. - Если коснуться тут сильнее, кролик начнёт сладко плакать.

Судзуя удивлённо захлопал ресницами, глядя на суровое лицо Мучо. Он абсолютно не видел в этом никакой пошлости. В его детском понимании Мучо просто рассказывал ему интересные факты о строении тела кроликов.
- Правда? - невинно спросил мальчик. - А почему плакать? Им больно?

Мучо тихо, порочно усмехнулся, его глаза потемнели от сдерживаемого желания. Он прижал хрупкое тело мальчика ближе к своей широкой груди, так что Судзуя мог чувствовать сильные удары его сердца.
- Нет, мелкий. Не от боли. От удовольствия, которое они не могут выдержать. Но тебе об этом думать пока не надо.

Мучо наклонился и прижался губами к бледной, открытой шее Судзуи. Он сделал это медленно, оставляя долгий, горячий поцелуй прямо на пульсирующей жилке, а затем слегка прикусил нежную кожу, заставив мальчика тихо пискнуть от неожиданности.

- Мучо-сан, щекотно же! И... вы снова горячий. Точно не заболели? - Судзуя обнял огромную шею капитана своими тонкими ручками, утыкаясь носом в его подбородок.

- Заболел, - выдохнул Мучо, закрывая глаза и вдыхая чистый, яблочный запах волос мальчика. - Тобой заболел, кроха. Спи давай. Ужин почти готов.

Судзуя уютно устроился на груди мужчины, слушая его размеренное дыхание. В гостиной, на ковре, Кей лениво вылизывал уши маленькому белому Зуе, который доверчиво прижался к огромному чёрному боку мейн-куна. В этой квартире, скрытой от жестокого мира неоновых огней и криков Тосвы, царил их собственный, странный, но такой необходимый им всем покой. И пока Судзуя оставался их маленьким, слепым ко всему плохому ангелом, эти монстры Токио были готовы хранить его чистоту ценой собственных жизней.