16 часть
Утро
Даша проснулась от того, что солнечный свет резанул по глазам. Она потянулась к другому краю кровати - инстинктивно, по привычке, ещё не открывая глаз. Рука наткнулась на холодную пустую простыню.
Она села резко, как от удара. Рядом - никого. Только смятая подушка и лёгкий запах духов Виолетты, который уже выветривался.
Даша схватила телефон. Ни одного сообщения. Ни «я ушла за кофе», ни «прости, срочно вызвали». Тишина. Она набрала номер - абонент недоступен. Снова. Снова. Одна и та же механическая фраза, от которой хотелось разбить телефон об стену.
А Виолетта уехала к Эле. Вновь.
Эля была местом, где не было никаких правил. Там не надо было быть хорошей. Не надо было улыбаться, когда на душе пустота. Можно было просто пить. Падать. Молчать. Или говорить гадости - Эля сносила всё. У Даши, конечно, тоже можно, но нет. Дашу расстраивать не хочется. Даша - другая.
Иногда Виолетта чувствовала к Эле что-то похожее на привязанность. Эля была удобной. Всегда рядом. Всегда готова открыть дверь, дать выпить, дать понюхать, дать забыться.
- Ты одна меня понимаешь, - бормотала Виолетта, лёжа на её диване и глядя в потолок.
Эля молчала. Гладила её по голове.
Раньше, в самом начале, ей было всё равно. Эля тянулась к Виолетте, потому что та была крутой. Лидер в компании. Та, кого все боялись и уважали. Быть рядом с ней - значит быть в центре внимания. Эля ловила этот статус, ловила взгляды других девушек, которые шептали: «Смотри, Эля с Виолеттой». Это грело самолюбие. Давало власть.
Сейчас всё было иначе.
Сейчас Эля смотрела на Виолетту - сломанную, пьяную, с трясущимися руками - и чувствовала не холодный расчёт. Что-то другое. Тёплое. Болезненное. Она ждала её звонков не потому, что Виолетта была крутой. А потому что Виолетта была - Виолеттой. Разбитой. Невозможной. Своей.
Она полюбила её. По-дурацки, по-детски, без надежды на ответ. Знала, что Виолетта никогда не бросит Дашу ради неё. Знала, что для Виолетты она - просто дыра, просто удобное место, просто та, кто терпит. И всё равно открывала дверь. Каждый раз.
---
Прошёл месяц. Тот страшный раз, когда Виолетта пропала на неделю, остался позади. Или не остался - просто осел где-то глубоко, затянулся новой коркой нормальности, о которой обе старались не говорить.
Они помирились. Вернее, сделали вид, что ссоры не было. Виолетта снова приезжала с кофе каждое утро. Даша снова пила свой латте с молоком, щурилась на солнце, рассказывала про заказы. Всё вернулось в привычное русло - будто кто-то нажал кнопку «повтор».
Но ничего не поменялось.
Виолетта по-прежнему ездила к Эле. Не каждый день, но регулярно. Эля ждала. Открывала дверь. Молчала, когда Виолетта срывалась. Гладила по голове, когда та плакала. Не задавала вопросов, не требовала объяснений. Просто была рядом. Для Виолетты это был идеальный вариант - никакой ответственности, никакой необходимости быть хорошей. Просто - падать. А Эля подхватит.
---
Но Даша ничего этого не знала. Для неё всё было хорошо. Даже лучше, чем хорошо.
Сегодня они встречаются уже год. Целый год. Виолетта помнила ту дату - как странно, что прошло так много и так мало одновременно. Она готовилась. Купила цветы - не просто букет, а её любимые: полевые, васильки, ромашки, эвкалипт, как тогда, на день рождения. Заказала столик в том кафе, где они были в их первый «нормальный» вечер. И волновалась, как девчонка перед первым свиданием.
Даша приехала сегодня к Виолетте домой. Давно она тут не была. Виолетта против, чтобы Даша была у неё на районе. Небезопасно тут для неё, а она волнуется. Зайдя в квартиру, Даша увидела цветы - замерла.
- Это что?
- С годовщиной, - Виолетта улыбнулась, протягивая букет. - Год. Ты не забыла?
Даша смотрела на цветы. На васильки. На эвкалипт. Внутри что-то ёкнуло - то ли стыд, то ли нежность, то ли и то и другое вместе.
- Я... - она запнулась. - Я подарок не купила. Прости. Я не думала, что ты захочешь отмечать.
- Ты и есть мой подарок, - сказала Виолетта. - Иди сюда.
Она обняла её. Крепко. Уткнулась носом в макушку, вдохнула знакомый запах - дым, кофе и что-то своё, Дашино. Даша стояла, не двигаясь. Потом обняла в ответ. Погладила по спине.
- Ты слишком хорошая для меня, - прошептала она в плечо.
- Это ты для меня слишком хорошая, - ответила Даша.
- Иди переодевайся. Я забронировала столик.
Они пошли в то самое кафе. Ели пиццу, пили вино - Даша бокал, Виолетта почти ничего, типа «не хочу». На самом деле она хотела напиться. Сильно. Но держалась. Ради Даши. Хотя бы сегодня.
Даша смеялась, рассказывала, как год назад боялась даже думать о том, что они будут вместе. Как волновалась перед каждой встречей. Как сейчас - не верит, что прошло уже двенадцать месяцев.
Виолетта слушала. Кивала. Улыбалась в нужных местах.
А потом они гуляли по тому самому парку. Держались за руки. Даша останавливалась, чтобы сфотографировать закат, Виолетта смотрела на неё и думала: «Если бы ты знала. Если бы ты знала, где я была вчера. И позавчера. И зачем я на самом деле не пила сегодня».
Но она молчала. Потому что сегодня - сегодня не хотелось врать словами. Хотелось просто идти рядом, держать за руку, чувствовать тепло. Хотя бы сегодня.
Вечером они вернулись домой. Даша зажгла свечи, поставила гирлянды - те самые, с их прошлого романтичного вечера. Включила старый фильм, который они так и не досмотрели. Виолетта сидела, обняв её, уткнувшись носом в её волосы.
- Спасибо за сегодня, - сказала Даша. - Это лучший вечер за год.
- Это ты у меня лучшая, - ответила Виолетта.
Она поцеловала её в висок. И снова. И в губы. И снова. Даша ответила, притянула ближе. Гирлянды мерцали. Фильм шёл своим чередом. Они не смотрели.
Виолетта правда любила Дашу. Больше всего на свете. Больше, чем дозу. Больше, чем пустоту, которую заполняли чужие руки. Даша была её единственным светом. Её надеждой. Её «может быть, я не совсем конченная».
Но любовь не лечила зависимость. Любовь не убирала ломку. Любовь не затыкала голос в голове, который шептал: «Ты ей врёшь. Ты всегда будешь врать. Она заслуживает лучше, но ты слишком слаба, чтобы отпустить».
---
И всё вроде хорошо. Но нет.
В квартире было жутко жарко. Виолетта сидела на диване, пила кофе, смотрела в окно. Даша возилась на кухне, гремела посудой, что-то рассказывала про работу. Обычный вечер. Тёплый. Спокойный.
- Я сейчас, - сказала Виолетта, стягивая через голову толстовку.
Из кармана выпал чёрный чехол. Тот самый. Маленький, незаметный, если не знать, что искать. Он упал на пол с глухим стуком и остался лежать на светлом ламинате, как пятно, как улика, как приговор.