Хрупкое равновесие/Виолетта Малышенко

Виолетта привезла ее к дому, не спрашивая дороги. Она прекрасно ее знала. Аля догадалась об этом. Не просто так ей казалось, что за ней следили все это время.

– Кто это был?

– У меня много людей.

– Что еще вы знаете обо мне?

– Все.

Она вспомнила вечер, когда кинулась в объятия Джона, и легкий румянец коснулся ее щек. Но ей почему-то было неприятно, что Виолетта и об этом знает.

– Сейчас за мной тоже следят?

– Уже нет, ты же с нами. Максимум, что я могу сделать, – это приставить к тебе охрану. Но пока не вижу в этом смысла.

Почему эти слова не вызвали в ней гнев? Она хотела приставить к ней охрану, чтобы быть уверенной, что она не сбежит? Или в целях ее безопасности?

Аля отстегнула ремень и взглянула на Виолетту: она спокойно достала пистолет, спрятанный за пояс джинсов, и сунула его под водительское сиденье. Она начинала привыкать к оружию в её руках. И оно уже не пугало ее до полусмерти. Если бы Малышенко хотела ее убить, то скинула бы с того обрыва, но она только сильнее прижимала ее к себе, боясь ослабить хватку.
– Завтра начнем тренироваться, я утром за тобой заеду.

– К чему мне быть готовой? Куда мы поедем?

Она увидела усмешку на её губах:

– Не поедем, Аля. Побежим.

Девушка засмеялась, думая, что она шутит:

– Хорошо, я согласна бежать.

Она вышла из машины, по-прежнему улыбаясь, и направилась к дому, по дороге доставая ключи. Услышав, как она завела машину, решила не оглядываться, но руки невольно застыли, вставив ключ в замок. И все-таки она обернулась в тот самый момент, когда машина скрылась за поворотом. Ощущая странное опустошение, она зашла в дом. Бросив ключи на столик, Аля упала на кровать и раскинула руки в стороны. Она вспоминала свои ощущения: острые, восхитительные, яркие, экстремальные, опасные. Все вперемешку. Но они оживили ее! Виолетта нарочно повезла ее туда, подвела к обрыву, чтобы встряхнуть, чтобы от страха и восхищения кровь быстрее побежала по ее венам. И она побежала так быстро, что Аля напрочь забыла о своих страхах, полностью отдаваясь на волю ощущениям. Она поняла, что помимо бытовых проблем и обычной жизни есть нечто, что манит ее, зовет за собой. И она хочет пойти за ним.

От раздумий ее отвлекла вибрация телефона. Достав его, она посмотрела на экран. Джон. Она уехала у него на глазах с другой девушкой, хотя еще вчера целовала его, планировала отдать свою девственность. Сейчас Аля испытывала облегчение, что не решилась. Это стало бы большой ошибкой: вчера она была не в себе, пыталась найти в алкоголе и поцелуях утешение. Сегодня она посмотрела на мир другими глазами.

– Аля, ты где?

– Дома.

Меньше всего ей хотелось объяснять произошедшее.

– Скажи мне, что это было? Кто этот человек? Аля, ты влипла в неприятности?

– Нет, – тихо ответила она. – Со мной все хорошо. Она просто подвезла меня домой.

Молчание на том конце заставило ее мозг активно работать, придумывая роль этой девушке в ее жизни для ее друзей.

– Она – моя сводная сестра.

– Какая сестра, Аля? Откуда у тебя сестра? – Джона оказалось не так просто обмануть.

– Сводная, Джон. Моя мать укатила с её отцом в Аризону, насколько ты знаешь.

– И что делает здесь твая сводная сестра?

– Захотела познакомиться, потому что наши родители решили пожениться.

Аля была в шоке от своего вранья, она даже закрыла глаза рукой, чтобы не видеть в зеркале свое отражение. Виолетта Малышенко сейчас посмеялась бы над ее изобретательностью. А Джон как будто бы поверил в эту сказку.

– Ну ладно. Но ты могла бы познакомить нас с ней.

– Она не общительная, Джон, давай оставим эту тему.

– Хорошо. Но я очень хочу познакомиться со всей твоей родней.

– Какой родней, Джон? Она мне даже не родня. Вся моя родня уже в Аризоне.

Она имела в виду мать, других близких родственников у нее не было. Остальных она не считала за близких: после смерти отца у них сильно изменилось отношение к ней.

– Милена предложила пойти сегодня в «Кречет». Я заеду за тобой? Можешь взять свою сводную сестру.

Аля вздрогнула от упоминания «Кречета» и того, как прозвучало «сводную сестру». Хотела ли она туда идти? Она помнила Ариану Картер и слова Виолетты. Это её враг.

– Джон, в какой части города находится «Кречет»?

– Аля, ты чего?

Она одной рукой стала искать карту города, которую мать покупала для своего любовника, чтобы тот не потерялся. Нащупав карту, она достала ее и развернула, шелестя бумагой.

– Ничего, Джон.

– Странной ты стала. Я не узнаю тебя в последнее время.

Аля не слушала его, мысленно чертя границу и одновременно отыскивая на карте «Кречет». Провела пальцем по южной территории до главной дороги – это граница с центром. У Виолетты большая территория, больше, чем у других кланов. Как, черт возьми, ей это удалось?

– Аля, – она вновь услышала голос Джона, – так я заеду за тобой?

– Да, – ответила она и отключилась.

Не отрываясь, она водила пальцем по карте, пытаясь определить свое местоположение. Отыскав его, легкая улыбка коснулась ее губ – это был восток. «Моя часть города – весь юг и восток, все побережье, включая порт», – вспомнила она слова Виолетты. Она жила на её территории, вот почему она так легко устраивала слежки и вела себя здесь как хозяйка, спокойно рассекала улицы на своей большой черной машине. Интересно, что было бы, если бы она жила на севере?

«Кречет» находился за городом, и она не могла понять, к кому он относится. Скорее к западу. Но про запад она ничего не говорила. Однако бармен явно знал Виолетту Малышенко, раз дал её координаты, но Ариана Картер тоже там была. Враги на одной территории? Или это нейтральная полоса?

Еще она вспомнила мужчин, расстрелянных на склоне возле порта. Как она делала непрямой массаж сердца, не давая умереть одному из них. Молодой парень Джона без глаз. Их всех изрешетили, как из пулемета. Чьих это рук дело?

Аля не переставала прокручивать в голове события последних дней. Сегодняшняя Виолетта Малышенко, чьи руки держали ее так крепко, прижимая к себе и не давая упасть, смеялась, но все равно оставалась жестокой. Почему-то она не могла поверить, что это она убила тех мужчин. Зачем устраивать кровавую бойню на своей территории? Какой в этом смысл? Завтра она спросит её.

Ее мысли вновь прервал звонок. Взглянув на дисплей телефона, она увидела незнакомый номер. Что-то заставило ее нажать на «входящий».

– Ты даже не спросила, во сколько я завтра заеду, – знакомый мягкий баритон отозвался на том конце, и Аля улыбнулась, чувствуя, как внутри что-то сжалось. Она тут же забыла, что приписала ей убийства нескольких человек.

– Во сколько?

Она засмеялась, и этот смех вызвал внутри нее массу непонятных чувств.

– В шесть утра.

Але стало совсем не смешно:

– Как, в шесть утра? В субботу в шесть утра люди еще спят.

– Ну и пусть спят. Мы им не помешаем. До встречи, Аля.

Малышенко отключилась, и она снова улыбнулась, посмотрев на погасший экран. Так мало слов и так много будоражащих эмоций. Эта девушка постоянно заставляла ее улыбаться. Почему с Джоном она хотела быстрее закончить разговор? Почему сейчас она хотела слушать дольше?

Даже когда Виолетта молчала, она это делала так, что хотелось слушать это молчание.

Она включила телефон, чтобы сохранить номер в контактах, но замешкалась, не зная, как его назвать. Наверное, все должно быть тайно. И она написала просто две буквы: «VM».

* * *
Джон вел свою старенькую машину слишком медленно, Аля готова была накричать на него, но ограничилась лишь замечанием:

– Тут нет ограничения скорости.

– Но я везу тебя, а значит, не хочу, чтобы в случае аварии ты пострадала.

Девушка нахмурилась, обдумывая её слова. В них крылась забота о ней. Слышать такое приятно, но не более. И значит, попросив «двести двадцать», Виолетте была безразлична ее жизнь? А если бы они разбились? Но тогда пострадала бы и она.

Во время поездки она смотрела в окно, уже не доставая Джона своими недовольствами. Она рассматривала все вокруг: улицы, дома, людей, дороги, понимая, что сейчас сморит на все другими глазами, мысленно очерчивая границы.

Подъехав к «Кречету», они сразу направились внутрь. Аля оглядывалась по сторонам, взглядом отыскивая Ариану Картер. Но её не было, и она быстро успокоилась. Милена уже ждала их – за время ожидания даже успела познакомиться с очередным ухажером. Оставив его, она присоединилась к друзьям.

– Аля, скажи, что за красивая девушка приезжала к тебе на шикарной тачке? Где ты её нашла? Ой, прости, Джон, я опять не думаю, что говорю.

– Это ее сводная сестра, Мил, – ответил за Алю Джон.

Милена пристально посмотрела на подругу:

– Познакомь меня с ней.

– Я бы рада, но она слишком занята и скоро уедет.

Все тот же бармен принес им меню, странно посматривая при этом на Алю. В его глазах было удивление и что-то еще: он то опускал глаза, то снова смотрел на нее, как будто хотел что-то сказать, но не решался при ее друзьях.

– Что будете пить?

– Как обычно, Джон, – пиво, – засмеялась Милена.
– Я буду апельсиновый сок, – твердо ответила Аля, и друзья удивленно посмотрели на нее.

– Ты чего это, подружка? Завтра же не на работу.

Но Аля знала, что завтра как раз-таки на работу! Да еще и в шесть утра, поэтому не хотела особо задерживаться в этом непонятном и странном месте.

Девушка замолчала, услышав звук смеющихся голосов за спиной. Почувствовав холодок, ползущий по коже, обернулась. Все та же компания во главе с Арианой Картер восседала за соседним столом. Ариана посмотрела на нее и подмигнула. Аля тут же отвернулась, заметив, что Джон с Миленой уже мило беседуют на какую-то тему, в которую она не могла даже вникнуть.

Бармен принес им заказ, по-прежнему не спуская глаз с Али. Если бы она только могла читать по одному лишь взгляду!

– Все хорошо, – прошептала она ему, сама не зная зачем. – Спасибо.

Он кивнул и удалился. Возможно, он хотел предупредить ее о Картер. Или нет? Она проследила за ним взглядом, стараясь не поворачиваться слишком открыто, чтобы компания, сидящая сзади, не увидела. Бармен вытирал полотенцем бокал. Ей показалось, что он делает это так тщательно, что рискует протереть в фужере дырку. И снова смотрит на нее. Нервничает? Отвел глаза налево, слегка поднимая брови, потом опять взглянул на нее. Аля проследила за его взглядом и застыла: Виолетта Малышенко сидела за маленьким столиком в углу зала, мило улыбалась своей безупречной улыбкой и внимательно смотрела на собеседницу – девушку с длинными прямыми каштановыми волосами. Вдохнув побольше, Аля повернулась к друзьям. Чего она так разнервничалась? Просто не хотела, чтобы она видела ее здесь. Она не сказала, можно или нельзя бывать в этом месте. Но ведь она разрешила ей встречаться с друзьями. Нет повода нервничать.

– Аля, ты все время молчишь, скажи хоть слово. – Джон
посмотрел на нее, не замечая ее смятения.

В ответ она только пожала плечами и натянула на лицо улыбку. Такую же безмятежную, как девушка в углу слева. Она молилась, чтобы друзья не заметили её, ведь они захотят познакомиться с ее «сестрой». Неприятная ситуация. Откинув эти мысли, она снова посмотрела налево, стараясь сделать это как можно незаметнее. Теперь ей улыбалась девушка. Она была красива и видно, что богата. Как раз её круга. Она сидела на краю стула, перекинув ногу на ногу, и Аля отметила, что на ней очень короткое ярко-алое платье. Слишком короткое. Его практически нет. Так вот какие девушки ей нравятся: стройные, высокие, манерные, богатые. Все в ней кричало о том, что между ними явно что-то есть. Она слишком близко наклонилась к ней, а она, не отрываясь, смотрела ей в глаза. Терпение Али лопнуло в тот момент, когда девица стала шептать ей что-то на ухо.

Встав из-за стола, она направилась к выходу.

– За мной не ходить, – было грубо брошено друзьям, которые непонимающе смотрели ей вслед.

Оказавшись на улице, она прислонилась к стене и попыталась собраться с безумными мыслями, посетившими ее голову. Почему ей так плохо? Ведь она ничего не сделала. Тогда почему ей так неприятно? Кто эта девушка в красном? Еще одна из их клана?

Аля поняла, что даже не знает, жената ли она. Возможно, та девушка была её женой.

– Такая красивая и опять грустит.

Аля вздрогнула от надменного и уже знакомого голоса. Подняла глаза – перед ней стояла Ариана. Еще одно несчастье на ее голову…

– Помочь расслабиться, красотка? Или ты уже готова меня развлечь?

Сердце Али застучало сильнее, от волнения она даже не сразу нашла, что ответить. Молча попыталась развернуться и уйти, но Картер рывком остановила ее и резко прижала к стене. Она ахнула от неожиданности и боли в руке, за которую она схватилась. Что ей делать? Кричать? Быть может, Джон услышит ее крик?

– Что тебе от меня надо? – прошептала она, тем самым вызывая у неё смех.

Она сильнее прижала ее к каменной кладке, и девушка ощутила острую боль в спине. Поморщившись, она уперлась ей в грудь, пытаясь оттолкнуть, но она была сильнее. У нее не получалось. Ариана только посмеялась над ней, заключая Алю в стальные объятия, не давая ей выйти, не давая дышать.

– Развлеки меня, шлюха, ты же за этим пришла, – прозвучал её голос возле уха, но сердце девушки стучало сильнее и громче, чем этот мерзкий голос. Аля впервые оказалась в подобной ситуации. От страха ноги подкосились, и она скатилась вниз. Ариана усмехнулась и тут же схватила ее. Ее сила ничто по сравнению с её, и она вскрикнула от боли, пытаясь вырваться. Запах алкоголя и сигарет… запах собственного ужаса… Вперемешку они вызвали тошноту. Уже закрыв глаза и приготовившись к самому худшему, она внезапно ощутила, что снова может дышать. На смену всем запахам пришел свежий ветер.

– Картер, ты изрядно мне надоела. – Виолетта одним рывком оттащила Ариану от Али, и она, услышав знакомый голос, открыла глаза и увидела, как она швырнула Ариану об стену. Та застонала, а девушка в испуге схватилась за голову и сильнее прижалась к стене. Боковым зрением она заметила, что набежали люди, но уже не понимала, кто из них кто. Кто – враг, а кто – друг.

– Аля! – Джон тоже был здесь, он попытался обнять ее, но она отдернула руку, не желая, чтобы к ней прикасались. Ее взгляд был устремлен к другой девушке, которая возвышалась над Картер, не позволяя той встать.

Она издалека чувствовала гнев Виолетты, и от этого ей становилось только хуже. «В гневе я страшна».

– Мать моя, это же твоя сестра! – воскликнула Милена.

Але захотелось исчезнуть, раствориться, стать невидимой… Или открыть глаза и обнаружить, что это всего лишь сон. Новый кошмар. Но это явь, действительность, которая может случиться с каждым, особенно с тем, кто бывает в таких местах.

Люди Арианы окружили Виолетту, но не подходили слишком близко. Их было много, и они были пьяны. Аля боялась даже смотреть в их сторону. А если они её убьют?

Но все-таки она взглянула.

– Я убью тебя, клянусь, если ты еще хоть пальцем ее тронешь, – прорычала Малышенко и снова швырнула Ариану об стену.

Все расступились, давая ей дорогу, а она шла к ней, и это не сильно радовало девушку: слишком суровая, слишком большая…

– В машину! – приказала она.

– Но я не хочу, – зачем-то прошептала она.

– Тогда я тебе помогу. – Она подошла к ней, грубо хватая за руку, но она отдернула ее и поднялась сама.

Все молча наблюдали, лишь стон Арианы проносился сквозь ночь.

Джон первым не выдержал, желая защитить свою девушку. Он сделал шаг в их сторону, но Виолетта одним пальцем приказала ему остановиться и не двигаться. И Джон остановился, наблюдая, как они уходят к большой черной машине.

Уже сидя на пассажирском сиденье, Аля осознала, что дрожит. Она не понимала, от чего больше: от испуга из-за Картера или от гнева Виолетты? Она спасла ее, но какой ценой? Швырнула об стенку дочку своего главного врага. Что ей будет за это?

Малышенко села рядом, завела машину. Молча. Она чувствовала её нервозность, но боялась сказать даже слово. Она видела, как она достала телефон, кому-то позвонила и назвала ее адрес.

– Одного, нет, давай двоих.

Чего она хотела? Зачем двоих? Что она хочет с ней сделать?

Её машина летела так быстро, рассекая темные улицы, что ей захотелось кричать. Но она боялась. Боялась даже смотреть в её сторону, ощущая бушующую энергию.

Виолетта резко надавила на тормоз, и с визгом стирающихся покрышек машина остановилась. Аля успела закрыть лицо руками и попрощаться с жизнью, но ремень безопасности спас ее от удара о лобовое стекло. Поняв, что машина стоит, она опустила руки и обнаружила, что они уже возле ее дома.

Малышенко выдохнула, стараясь унять свой гнев:

– Все в порядке?

Аля решила, что ослышалась. Почему она не кричит на нее? Почему?! Она отказывалась понимать этого человека.

Виолетта вышла из машины и, обойдя ее, открыла ей дверь. Молча. Девушка вышла, все еще ощущая дрожь, и, обняв себя руками, то ли от холода, то ли от нервов, поплелась к дому. Но внезапно становилась возле входной двери. Постепенно стало приходить осознание произошедшего. Она до сих пор ощущала боль в спине от каменной кладки и на коже от мерзких объятий Арианы Картер. Онк чуть не изнасиловала ее! Она могла даже убить ее, ведь она – дочь убийцы,а значит, такая же жестокая. Девушка присела на ступеньку, так и не открыв дверь, пытаясь унять дрожь, чувствуя спазмы в животе и тошноту.
Виолетта села рядом и одной рукой притянула Алю к груди, касаясь ее волос. Она бы заплакала, но не хотела показывать свою слабость. Что она подумает? Что она слабая, что она сдалась? Конечно, она слабая, но она об этом никогда не узнает.