Хрупкое равновесие/Виолетта Малышенко

Звонок будильника разбудил Алю, когда только становились заметны проблески рассвета. Она лежала, смотря на них через окно. Яркие цвета незаметно сменяли друг друга, создавая чарующее зрелище.

Она вновь закрыла глаза. Там, во дворе, возле ее дома стояла охрана. Теперь они охраняли ее на тот случай, если Ариана Картер решит наведаться в гости. Или просто для успокоения души. Только чьей? Ее или Виолетты?

Она ушла молча, не сказав ни слова. И Аля не знала, придет ли она сегодня, как обещала. Но на всякий случай поставила будильник.

Приняв душ и наспех перекусив, она надела шорты и майку. Она не сказала, что надевать, но раз они должны куда-то бежать, значит, эта одежда подойдет. Аля вышла на улицу, вдыхая аромат утра, и села на ступеньки, заметив недалеко от своего дома черный тонированный седан «БМВ». В этой машине сидела ее охрана. Бедные люди всю ночь стерегли ее покой.

Она закрыла глаза буквально на минуту, чтобы расслабиться в холодных лучах утреннего солнца, но знакомый голос заставил вздрогнуть:

– Готова?

Аля открыла глаза и увидела перед собой Виолетту в черном спортивном костюме с логотипом «Феррари». Хотя ничего другого она и не могла на ней представить. Только «Феррари».

– Готова, – кивнула она, всматриваясь в её лицо. Ни капли усталости. Как будто и не было вчерашнего вечера.

– Тогда пойдем. – Она протянула ей руку, и девушка взялась за нее. А вчера этими руками она ударила Ариану так, что дружки еще долго отдирали её от стены…

Они шли по безлюдной улице: машин на дороге не было, кругом царила тишина. Город еще спал. Виолетта шла быстро, и Аля старалась не отставать от неё.

– Куда мы идем?

Малышенко обернулась к ней и улыбнулась. И она не смогла не ответить улыбкой. Ведь она думала, что после вчерашнего она будет злиться на нее очень и очень долго…

– Аля, вчера ты доказала свою беззащитность. С сегодняшнего дня я буду исправлять ситуацию. Мы идем туда, где тяжелее всего.

– Куда? На север?

Виолетта рассмеялась, и девушка снова улыбнулась. Слышать её смех было приятно.

– На север тебе еще рано. Мы идем на пляж.

– На пляж? Зачем? Что там тяжелого? Или вы ведете меня в порт грузить контейнеры?

– Неплохая идея. Но нет. Думай, Аля. Больше думай.

В чем она упрекает ее? Может быть, корит за вчерашнее? За то, что она пошла в «Кречет»?

Логику между «пляжем» и «тяжестью» она поняла только тогда, когда они вышли к морю. Подставляя лицо ветру, который дул с моря, вдыхая запах соли, Аля присела и начала расшнуровывать кроссовки.

– Э, нет, нет! – скомандовала Виолетта. – Не снимай.

– Но по пляжу тяжело ходить в обуви, а в кроссовках тем более.

И тут она все поняла! Она хочет, чтобы ей было тяжело. Она хочет, чтобы ее ноги устали. Она заглянула ей в глаза и завязала шнурки обратно.

– У тебя плохая физическая подготовка. Вчера ты от страха и незнания, что делать, чуть не подарила себя Картеру-младшей. Знаешь, я не делюсь своими людьми. Тем более с врагами.

Она почему-то знала, что этот разговор состоится.

– Объясни мне, Аля, почему ты упала к её ногам?

Она не успела ответить, Виолетта внезапно грубо схватила ее за руку и прижала к стене прибрежного домика! Нависла над ней, испугав до смерти! Аля ахнула от неожиданности и от страха зажмурила глаза. Вот и все! Теперь еще и она! Теперь она ее будет насиловать… Хотелось разреветься и снова упасть к ногам. Теперь к её ногам. Но хватка ослабла, и мягкий баритон произнес:

– Смотри мне в глаза, Аля. Никогда не отводи взгляд и, тем более, не закрывай глаза.

Она распахнула густые ресницы, встречаясь с ней взглядом, понимая, что ее руки расставлены широко и упираются в стену… Точно так же вчера возвышалась над ней Ариана Картер.

– Ты должна уметь оценить ситуацию, – продолжила она. – И в твоих глазах не должно быть страха, как сейчас или вчера.

Она выдохнула, поняв, что она пытается научить ее защищаться. Значит, ей нечего бояться. Девушка слегка расслабилась и посмотрела ей в глаза. Их зелена, как гипноз, отвлекла ее от реальности и её слов. Она тут же потеряла ход мыслей, ощущая её близость и чувствуя приятный запах, пытаясь определить парфюм. В глаза бросился едва заметный шрам на её брови.

– Что ты видишь, Аля?

Она открыла рот, но слов не было. Её губы слегка растянулись в усмешке. Она прочитала ее мысли. Дьявол!

– Вчера ты тоже так рассматривала Картер? Теперь понятно, почему она накинулась на тебя.

Смутившись, девушка опустила взгляд и толкнула её в грудь:

– А как мне не рассматривать, если вы сказали смотреть?

– В глаза, Аля. В глаза. Не на губы, не на брови, а в глаза. Не думаю, что тебе захочется изучать лицо насильника досконально.

Она незаметно кивнула, пытаясь собраться с мыслями.

– Оцени ситуацию. Как я стою? Близко? Далеко? Есть ли способ сбежать?

Аля стала думать. Расстояние было. И вчера между ней и Арианой тоже было. Она скатилась на землю к её ногам. Но это была ошибка, раз Виолетта не одобрила.

– Между нами расстояние. Я могу толкнуть вас.

– Толкай.

Она руками уперлась в её мощную грудь, чувствуя под одеждой твердые мышцы. Она засмеялась. И она тут же опустила руки – она не сдвинулась ни на шаг назад.

– Вы слишком стильная, мне не хватает сил.

– Тогда думай головой.

Хотелось скатиться к её ногам, закрыть голову руками и ни о чем больше не думать.

– Аля. Расстояния между нами вполне хватит, чтобы ударить меня в низ живота коленом. Я не зажимаю тебя сильно. Вчера ты могла сделать это.

Она удивленно посмотрела на неё. Ей не приходила в голову такая идея. А если бы и пришла, то она бы испугалась вызвать гнев Арианы.

Виолетта отошла от нее, и она облегченно выдохнула.

– Ты не должна бояться, ты не должна ждать помощи, ты должна бороться сама. Оценивать свои силы. Смотря противнику в глаза, ты сбиваешь его, тем самым даешь себе больше времени. Твой мозг всегда должен работать, искать выход. Если есть возможность бить – бей, но как можно сильнее! Она упадет на колени перед тобой. Она, Аля, не ты! И еще кое-что…

Она снова прижала ее своим телом к стене, но уже сильнее вдавливая девушку в нее. От страха вновь перехватило дыхание.

Виолетта прижалась щекой к ее щеке и шепнула на ухо:

– Ты даже можешь укусить меня в шею. Это повергнет меня в шок, и я слегка отстранюсь. Этого расстояния хватит, чтобы ударить меня головой в переносицу. Я отойду, схватившись за нос, из которого, возможно, потечет кровь, и ты коленом ударишь меня ниже живота. Я падаю и  – у тебя есть время бежать.

Вот теперь она отошла от нее дальше. И девушка наконец перевела дыхание, обдумывая сказанное. Её шепот возле уха создавал реальную картину происходящего.

– Но и это еще не все. – Она улыбнулась ей. – Давай сыграем в игру. Я – насильник, ты – жертва. Ты бежишь, я тебя догоняю. Если ты сможешь убежать от меня, я исполню любое твое желание.

Сначала она улыбнулась, затем засмеялась. Странный мужчина! За десять минут, проведенных с ней, она побывала в шоке, в страхе, в задумчивости, а сейчас в радости от того, что она предложила ей игру. Она еще ребенком бегала быстрее всех в округе. Её идея ей понравилась. Ей нравилось, как она обучала ее. Это её стиль, и этот стиль – уникальный.

– Я буду бежать и думать, какой приз хочу. – Она стала пятиться, смотря ей прямо в глаза. – Я отличный бегун.

– Посмотрим. Если ты проиграешь, то приз получу я. Беги!

Она не стала терять время: развернулась и побежала. Ветер бил в лицо и развевал ее волосы, но уже спустя несколько десятков метров
Диана поняла, что ей тяжело бежать по пляжу в обуви – ноги загребали песок. Вот почему она выбрала это место.
С

сухого песка она перебежала на самый берег, где волны утрамбовали его и бежать стало легче. Она старалась не ступать в воду, чтобы не промокли кроссовки, убегая еще и от волн. Бежала и боялась обернуться, а оценить ситуацию хотелось. Но она чувствовала, что она рядом, совсем близко. И была права – Виолетта схватила ее и повалила на песок, наваливаясь сверху. Она прижала ее своим телом к теплому песку, скрутив ее руки за спиной:

– Я подумаю насчет приза.

Она даже не поняла, что она сказала, задыхаясь от быстрого бега. Она тоже тяжело дышала и на секунду опустила голову к ее щеке. И от этого внезапного прикосновения и близости девушка вскрикнула и стала вырываться. Но Виолетта сильная, под массой её тела она чувствовала себя маленькой и беспомощной. Ее руки были скручены за спиной, но Аля не сдавалась. Она стиснула зубы и выгнулась под ней, но тут же выдохнула и легла обратно – хватка была железной. Она буквально вдавливала ее в мокрый песок.

– Я больше не могу! – закричала она, и наконец она ослабила руки.

– Думай, Аля.

Она дышала ртом, она задыхалась, уже не понимая, от чего больше. Ее грудь поднималась и опускалась под ней. Но поняв, что она слегка приподнялась, девушка взглянула ей в глаза. Она же сказала смотреть в глаза! Надо учиться думать! Но мыслей, как назло, не было, лишь её тело, её близость, которая странным образом туманила мозг. Надо было взять себя в руки и не думать о ней, гнать мысли прочь! Аля слегка прищурилась, но взгляд не отвела. Она не могла понять, от чего ей хочется спастись больше: от её близости или от её глаз.

– Что ты чувствуешь, Аля?

– Я чувствую весь ваш вес на своем теле.

Она улыбнулась ей:

– Сочувствую.

Она еще шутит? Она издевается! Она издевается над ней и ее телом! Она зарычала и попыталась спихнуть её, но тщетно.

– Я больше не могу, я сдаюсь. Вы выиграли. Приз ваш.

Она почти полностью ослабила хватку, приподнимаясь на локтях, давая ей больше воздуха и свободы.

– Ты чувствуешь свои ноги?

– Вы их прижали.

– Значит, чувствуешь. Если ты чувствуешь свои ноги вместе, то, считай, тебе повезло, и насильник оказался неопытным. Твой шанс убежать – 50 %. Твои ноги зажаты, но голова – нет, бей в переносицу. Но только сильно. У тебя только одна попытка. Если все получится, он схватится за нос, из которого потечет кровь, и немного отстранится от тебя. Теперь твой ход – бей кулаком ему в челюсть. Сильно. И он упадет.

– А когда мои шансы равны нулю?

Виолетта усмехнулась и резко раздвинула ее ноги своей ногой, силой прижала ее руки к песку, заводя их ей за голову. Она оказался между ее ног, и от этих внезапных действий Аля закричала. Что еще она покажет ей? Будет реально насиловать? Даже в глаза смотреть не хотелось. Она чувствовала лишь боль в руках и давление снизу. Странная и страшная поза. Девушка впервые сделала с ней такое!

– Все, все! Я все поняла, спасибо. Мне не спастись. Вы победили!

Она молча скатился с нее на спину, оставляя ее лежать на песке. Аля посмотрела на небо, чувствуя сильное биение сердца. Ее дыхание становилось тяжелым, давящим грудь. А в низу живота как-то странно ныло. Она боялась посмотреть на Виолетту и только выдавила из себя:

– Надеюсь, это все?

Но она не ответила. И ей пришлось посмотреть в её сторону: она лежала, закрыв глаза рукой. Она видела, как поднимается и опускается её массивная грудь. Почувствовав ее взгляд, она убрала руку и выругалась:

– Дьявол, Аля.

Она встала и стала отряхивать песок с одежды, бросая на нее недовольные взгляды. Девушка села, не понимая, в чем виновата. Что вызвало её раздражение?

– На сегодня точно все. Вернее, в плане этого – все. Сейчас – бегом пять километров по берегу. И не по сырому песку.

* * *
Аля пришла домой и рухнула на кровать. Ноги болели так сильно, что хотелось плакать. Сил не было даже на то, чтобы принять душ. Она выжала ее полностью. Она уже почти ненавидела Виолетту Малышенко. Из памяти почти стерлось то, как она лежала на песке между ее ног.

В дверь позвонили, и Аля застонала: кого принесло в самый ужасный день ее жизни?

Медленно поднявшись с кровати, она на дрожащих ногах доплелась до двери. Открыла ее и увидела странную картину: охранник в черном костюме скручивал руки Джона.

– О нет, – снова простонала она. – Отпустите его. Это – мой друг.

Аля даже не стала ждать, когда охранник выполнит ее просьбу – ушла в комнату и снова упала на кровать. Разозлилась на Виолетту еще больше. Какого черта она не убрала охрану? Что она теперь должна сказать Джону?

Возмущенный и ничего не понимающий Джон, вбежав в комнату, сразу кинулся к ней:

– Аля, она держит тебя здесь насильно?! Я так и знал. Вчера она так грубо схватила тебя, а сейчас еще и мужчина в черном не давал пройти к тебе. Что происходит? – Парень почти кричал. – И почему у тебя такой вид, будто ты валялась на пляже всю ночь?

Он кинулся к ней, желая обнять, но она отстранилась.

– Он изнасиловал тебя?!

– Джон, она спасла мне жизнь. Она не насиловала меня. А вид у меня такой, потому что я занималась бегом на пляже. И что тебя так рано принесло?

Немного успокоившись, Джон сел рядом на кровать.

– Кто та девушка на улице? Ты объяснишь, наконец, что происходит?

Как бы ей хотелось, чтобы он ушел и оставил ее в покое! Ей нужно было отдохнуть, привести себя в порядок, ведь была вероятность, что ее мучительница вернется. Сейчас её отвлекли дела в офисе, можно сказать, ей сказочно повезло.

– Это охрана. Моя сестра такая бдительная и заботливая, что решила перестраховаться.

– Она тебе не сестра, Аля. Вчера мы еще оставались с Миленой в «Кречете», когда вы ушли. И я узнал об этом человеке все. Ты знаешь, что такое «Morte Nera»? Это криминальная группировка! А ты знаешь, кто такая Виолетта Малышенко? Ее лидер! А знаешь, как называют её в криминальном мире? Черный Дьявол! Она – убийца!

Аля застыла. Джон не должен был знать об этом. Зачем он так глубоко роет, зачем лезет в это болото?

– Джон, – взмолилась она, – прошу тебя, не суй свой нос, куда не следует. Забудь все, что услышал. Забудь навсегда.

– Как я могу забыть? Что у тебя с этим человеком? Хотя о чем я? Она не человек, она жестокая убийца, она обманывает тебя! Аля, ты купилась на деньги? На её крутость и положение в обществе? Она старше тебя. На сколько? На десять лет? Больше?

Она зажала его рот рукой и прошептала на ухо:

– Ты видишь богатство в моем доме? Нет! Поэтому не делай поспешных выводов. С этим человеком меня кое-что связывает, но я не могу сказать тебе что именно. Ради твоей же безопасности.

Она убрала руку с его губ и встала с кровати. Хромая, направилась в душ, но Джон перегородил ей дорогу:

– Мы хотели поехать с тобой в Лос-Анджелес, помнишь? Я готов, поехали! Я увезу тебя от неё.

Она лишь пожала плечами и, смотря прямо в глаза парню, произнесла:

– Вопрос в том, Джон, хочу ли я от неё уезжать?

Девушка прошла в ванную комнату и закрыла за собой дверь. Тут же включила воду и стянула кроссовки, которые изрядно натерли ей ноги. Она мечтала выйти из душа и обнаружить, что Джон ушел.

Стоя под горячими струями воды, Аля чувствовала напряжение во всем теле. Ей показалось, что даже руки дрожат, хотя ими она ничего не делала. Или нет? Она же пыталась выбраться из плена, когда Малышенко навалилась на нее. Она большая и сильная, она – маленькая и слабая. Она гораздо больше Арианы Картер, и если такая, как Виолетта Малышенко, нападет на нее, вырваться не получится ни при каких обстоятельствах. А вот от Арианы – вполне возможно, и теперь она знала, как.

Закутавшись в полотенце, Аля приоткрыла дверь и прислушалась. Тихо. Значит, Джон ушел. Облегченно выдохнув, она прошла в комнату, села на кровать и принялась растирать уставшие и ноющие ступни.

Ей было жаль Джона. Совсем недавно она лежала под ним, полураздетая, решив отдать ему свою невинность… В мысли вторглись воспоминания о том, как Виолетта повалила ее, накрывая свои телом, раздвигая ей ноги, надавливая на нее всей силой, вызывая боль, страх и что-то еще… Она не могла не думать об этом. И это начинало пугать.
Виолетта Малышенко– убийца, занимающиеся незаконным оборотом оружия и бог знает, чем еще, но она не позволяла себе ничего лишнего по отношению к ней, она учил ее, она вкладывала в нее знания, она не видела в ней дьявола. Она стала ее опорой и защитой. Страх постепенно сменялся другими чувствами – ей хотелось верить ей и не бояться.