Глава 10. Раскол
«Самый страшный выбор, это не между добром и злом. Это выбор между двумя видами лжи, каждый из которых кажется правдой».
— Забытые хроники Северной Башни.
— Элара, быстрее! — Кайден подался вперед, его пальцы почти коснулись моей кожи. — Еще секунда, и он сожжет здесь всё вместе с тобой!
— Она не твоя батарейка, Кайден! — выкрикнул Эдриан, делая шаг в зону Пустоты. Его синее пламя гасло, как только касалось серого тумана Кайдена, но он продолжал идти, буквально продираясь сквозь сопротивление пространства.
— Элара, вспомни чертежи! Ты ключ! Если он разорвет Печать сейчас, Барьер рухнет, и Орден Плюща вырежет всю Академию, чтобы скрыть следы!
Я перевела взгляд на Кайдена. Его лицо на миг исказилось не от ярости, а от чего-то похожего на фанатичный восторг. Он действительно хотел разрушить Блэквуд. Прямо сейчас. Не считаясь с жертвами.
Мой папа строил этот Барьер не для того, чтобы запереть магов. Он строил его, чтобы защитить мир снаружи от того, во что превратились люди внутри этих стен.
Я сделала выбор.
Я резко отшатнулась от Кайдена и бросилась в сторону Эдриана.
— Элара! — в голосе Кайдена прозвучало разочарование, смешанное с гневом.
Я прыгнула к Эдриану, и в ту же секунду его синее пламя, почувствовав мою близость, вспыхнуло с новой силой. Печать на моем запястье запела это не была боль, это был резонанс. Моя сила, та самая «кровь Вэнсов», хлынула в него, выстраивая вокруг нас непроницаемую стену.
Эдриан обхватил меня за талию, прижимая к своей груди так крепко, что я слышала, как его сердце колотится о ребра.
— Глупая... — выдохнул он мне в макушку, но в этом слове было столько облегчения, что у меня перехватило дыхание.
Кайден отступил. Серый туман вокруг него начал вращаться, превращаясь в воронку.
— Вы совершаете ошибку, — его голос стал холодным и далеким. — Кроули не спасет тебя, Элара. Он просто сделает твою клетку золотой. Мы еще встретимся. Там, где Барьер самый тонкий.
С этими словами он просто... растаял. Воздух, где он только что стоял, схлопнулся с тихим хлопком.
Эдриан медленно опустился на колени, всё еще не выпуская меня из рук. Синее пламя погасло, оставив нас в полной темноте. Он тяжело дышал, прижавшись лбом к моему плечу.
— Ты... ты действительно собиралась это сделать? — прохрипел он. Его пальцы судорожно сжали ткань моего плаща. — Позволить ему коснуться Печати?
— Я хотела свободы, Эдриан, — я попыталась отстраниться, но он не пустил. — Кайден сказал, что ты воруешь мою магию. И... Эдриан, я видела у него на запястье шрам. Точно такой же, какой был у моего отца. Ты знаешь, кто он такой на самом деле?
Эдриан поднял на меня глаза. В тусклом свете луны я увидела, как он нахмурился, вглядываясь в пустоту, где только что стоял Кайден. Из уголка его рта текла тонкая струйка крови, плата за прорыв сквозь тишину башни.
— Шрам? — он медленно покачал скоровой. — Нет. Я никогда не видел его рук так близко. Кайден всегда был сам по себе, тенью в коридорах Блэквуда. Если он носит знак твоей семьи... значит, тайн в твоих архивах куда больше, чем я думал.
Он попытался встать, но покачнулся. Я подставила плечо, инстинктивно обхватывая его за пояс. Теперь уже я держала его, не давая упасть.
— Нам нужно уходить, — прошептал он. — Если Блэр узнает об этой встрече, завтрашнее утро станет для нас концом.
Мы медленно начали спускаться. Каждый шаг давался Эдриану с трудом. Когда мы подошли к моей двери, он остановился, вытирая кровь с губы.
— На рассвете мы начнем тренировки, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Я научу тебя первому правилу: как скрывать свою суть так, чтобы никто в этой Академии не смог её почуять. Ты должна стать невидимой для их радаров.
Он развернулся и, пошатываясь, ушел в сторону своего крыла. А я зашла в комнату и обнаружила на столе записку с золотым тиснением плюща. Всего два слова:
«МЫ ВИДИМ».