Глава 5. Узы пепла
«Самая опасная ложь та, в которую ты сам начинаешь верить, чтобы не сойти с ума от правды».
— Из лекций по ментальной защите, II курс.
Адреналин, хлеставший по венам во время ритуала, начал медленно остывать, оставляя после себя лишь звон в ушах и жуткий, высасывающий силы холод. Существо в маске Плюща исчезло, растворилось в тенях часовни, но я всё еще чувствовала его присутствие как будто незримый взгляд сверлил мне затылок.
Эдриан отпустил мою руку. Но странное дело: я всё еще чувствовала тепло его ладони, будто его пальцы всё еще были сжаты на моих.
Я посмотрела на своё запястье. Узор из переплетенных черных терний под кожей пульсировал тусклым серебром.
— Что это? — я едва узнала свой голос. Он звучал так, будто я наглоталась битого стекла. — Оно... шевелится?
Эдриан тяжело опустился на ступени алтаря. Его идеальная рубашка была испачкана моей и его кровью, волосы растрепаны, а в глазах застыла такая усталость, будто он в одиночку держал свод этой часовни.
— Это Печать Крови, Элара, — он закрыл глаза и откинул голову назад. — Теперь ты часть системы. Если я умру, Печать выжжет твою магию. Если умрешь ты... я почувствую, как моя душа разрывается на куски, буквально.
Я сглотнула.
— Ты связал свою жизнь с моей? После всего, что ты мне говорил? Ты ведь ненавидишь меня!
Эдриан резко открыл глаза. Синий пламень в них сменился ледяным безразличием, но я почувствовала через Печать, через эту проклятую связь, короткую вспышку его боли. Она была острой, как удар ножа под ребра.
— Ненависть это роскошь, которую я больше не могу себе позволить, — отчеканил он. — Сейчас ты для меня единственный способ спасти отца. И единственный способ не дать Ордену превратить Блэквуд в бойню.
Он встал, и я невольно сделала шаг назад.
— Слушай меня внимательно, — он подошел вплотную. Его голос теперь звучал как приказ. — Через час начнется завтрак. Мы выйдем туда вместе. Ты не будешь смотреть в пол, ты не будешь дрожать. Ты Элара Вэнс, будущая хозяйка рода Кроули. Ты должна смотреть на них так, будто это они мусор у твоих ног, а не наоборот.
— Я не умею так врать, Эдриан, — прошептала я. — Они увидят, что я боюсь.
— Тогда не ври, — он внезапно схватил меня за подбородок, заставляя смотреть прямо в его потемневшие глаза. — Вспомни всё, что они у тебя отняли. Вспомни своего отца, которого они уничтожили. Пусть твоя ярость станет твоим щитом. «Кровь к крови. Душа к душе» помнишь? Моя сила теперь течет в тебе, используй её.
Он отпустил меня и направился к выходу, но на пороге обернулся.
— И спрячь кинжал. Тебе он больше не понадобится. Теперь твое главное оружие это я.
* * *
Путь обратно к замку казался бесконечным. Туман стелился по земле, пытаясь схватить меня за щиколотки. Мы шли молча, но тишина не была пустой.
Каждый раз, когда Эдриан о чем-то задумывался, в моей голове возникал странный гул. Когда он злился у меня под кожей начинали бегать искры. Это было невыносимо. Как будто в моей голове поселился чужой, очень опасный жилец.
Мы вошли в жилое крыло. У дверей моей комнаты Эдриан остановился.
— Переоденься, — бросил он, не глядя на меня. — Через пятнадцать минут я зайду за тобой. Надень то черное платье. Оно... — он запнулся, и я снова почувствовала через Печать странную, почти нежную эмоцию, которую он тут же подавил. — Оно меньше всего напоминает о твоей нищете.
Я зашла в комнату и прислонилась спиной к двери. Мои руки тряслись. Я посмотрела на черное платье, которое магическим образом вернулось на мою кровать. Оно выглядело как доспех.
Я быстро переоделась. Когда я подошла к зеркалу, я не узнала себя. Бледная кожа, лихорадочный блеск в глазах и эта метка на запястье, которая теперь скрывалась под кружевным рукавом.
В дверь постучали. Ровно три раза. Тяжело и уверенно.
Я открыла. Эдриан уже переоделся. Черный камзол с золотым шитьем Блэквуда, идеально уложенные волосы. Он снова был Королем Блэквуда.
— Готова? — спросил он, протягивая мне локоть.
Я посмотрела на его руку. Если я возьмусь за нее, пути назад не будет. Все увидят, все узнают. Вся Академия превратится в поле боя, где я главная цель.
— А если я споткнусь? — спросила я, глядя ему в глаза.
Эдриан чуть заметно улыбнулся. Это была не та ядовитая усмешка, к которой я привыкла. В ней было что-то... сообщническое.
— Тогда я сделаю вид, что так и было задумано. Мы Кроули, Элара, не спотыкаемся. Мы заставляем землю дрожать под нашими ногами.
Я вложила пальцы в сгиб его локтя. В ту же секунду Печать на моем запястье обожгла кожу, подтверждая и напоминая что контракт вступил в силу.
Мы вышли в коридор и направились к Большому Залу. Я слышала, как за каждой дверью затихают голоса. Сплетни в Блэквуде распространялись быстрее, чем лесные пожары. Они уже знали, что ночью что-то произошло. Но они даже не догадывались что именно.
Когда мы подошли к массивным дверям зала, Эдриан на мгновение остановился.
— Дыши, сорняк, — прошептал он. — Шоу начинается.
Он толкнул двери.
Сотни свечей под потолком вспыхнули ярким, ослепительным пламенем. Гул голосов в зале оборвался мгновенно, превратившись в звенящую, вакуумную тишину. Сотни глаз уставились на нас.
Я почувствовала, как волна магии Эдриана окутывает нас обоих, создавая невидимый барьер. Он вел меня через зал к столу «Золотого круга», и каждый его шаг был вызовом.
Блэр, сидевшая на своем обычном месте, выронила серебряную ложку. Звук её падения на тарелку прозвучал как выстрел.
— Эдриан... — выдохнула она, и её лицо стало белым, как мел. — Что это значит?
Эдриан не остановился, пока не дошел до главы стола. Он отодвинул стул для меня жест, который в Блэквуде был равносилен коронации.
— Это значит, Блэр, — голос Эдриана прозвучал в абсолютной тишине, — что теперь вы будете обращаться к мисс Вэнс с тем же уважением, с каким обращаетесь ко мне.
Он положил свою ладонь поверх моей, и на глазах у всей Академии наши Печати на запястьях вспыхнули единым, ослепительным серебряным светом.
— Познакомьтесь с моей... невестой, — добавил он, и я почувствовала, как через Печать ко мне перетекает его ледяная, несокрушимая уверенность. — И упаси вас Тьма встать у неё на пути.