Глава 4. Печать на крови
«Тьма не приходит извне. Она терпеливо ждет, пока ты сам откроешь ей дверь, поверив, что это единственный способ спастись».
— Гримуар Основателей Блэквуда, Том I.
Лес вокруг Старой Часовни не просто молчал он затаил дыхание. Здесь магия ощущалась иначе: не как вышколенные заклинания на лекциях, а как нечто дикое, древнее и голодное. Я прижалась к шершавому стволу дуба, чувствуя, как его кора вибрирует от низкого гула.
Впереди, на поляне перед входом в руины, стоял Эдриан. В свете луны его фигура казалась вырезанной из обсидиана. Но то, что я увидела секундой позже, заставило мой пульс замереть.
Он стоял на коленях.
Гордый Эдриан Кроули, который смотрел на всех как на пыль под своими ботинками, сейчас склонил голову перед существом в мантии. Фигура в маске Плюща не стояла на земле она парила в нескольких сантиметрах, и от её подола во все стороны расползались живые, пульсирующие изумрудным светом стебли.
— Твоё время истекло, наследник, — голос существа не принадлежал человеку. Это был шелест тысячи сухих листьев, проникающий прямо в мозг. — Магия Вэнсов, это инфекция. Она должна быть вырезана из Блэквуда до первого луча солнца.
— Она ничего не знает! — голос Эдриана сорвался. — Её сила еще не проснулась. Дайте мне время...
— Ультиматум ясен, — маска Плюща наклонилась к его лицу, и я увидела, как из-под прорезей для глаз сочится черная дымка. — Либо её сердце на алтаре, либо завтра магия твоего рода начнет выжигать твою семью изнутри. Твой отец уже начал кашлять пеплом, Эдриан. Выбирай.
Фигура начала растворяться, превращаясь в вихрь черных листьев, который через секунду просто растаял в воздухе. Остался только тяжелый запах озона и мокрой земли.
Я не заметила, как сделала шаг вперед. Хруст сухой ветки под моим ботинком прозвучал как гром.
Эдриан вскинул голову. В его глазах еще не погас ядовитый зеленый отблеск чужой магии. Он не встал он буквально взлетел на ноги одним резким, неестественным движением.
— Выходи, Вэнс, — прорычал он. Вокруг его кулаков начали танцевать холодные синие искры. — Я знаю, что ты там. Твоя магия пахнет гарью и страхом, её невозможно скрыть.
Я вышла на свет луны, сжимая в руке тот самый ритуальный кинжал.
— Значит, «вырезать инфекцию»? — мой голос дрожал, но я не позволяла себе отступить. — Так вот зачем ты меня спас на балу? Чтобы лично принести в жертву в этой дыре?
Эдриан сделал шаг ко мне. Синие искры на его руках погасли, сменившись тяжелым, густым туманом, который пополз по траве к моим ногам.
— Если бы я хотел твоей смерти, ты бы сгорела еще в библиотеке, — он остановился так близко, что я видела, как расширены его зрачки. В них не было ненависти. Только дикий, первобытный ужас. — Ты слышала их. Они не шутят. Мой отец... он уже умирает.
— И ты решил, что я подходящая цена за его жизнь?
Эдриан внезапно схватил меня за запястье. Его кожа была обжигающе горячей.
— Нет, — выдохнул он. — Но я не могу сражаться с ними в открытую. Не сейчас. Блэквуд это их территория. Каждое дерево здесь их глаза. Каждая тень их нож.
Он потянул меня внутрь Часовни. Я пыталась сопротивляться, но его магия давила на мои плечи, заставляя подчиняться. Внутри было еще холоднее. Алтарь в центре зала слабо светился серым светом.
— Слушай меня внимательно, Элара, — он прижал меня к колонне, и я почувствовала, как за моей спиной оживает камень. — У Ордена есть один закон, который они не могут нарушить. Закон Кровного Союза. Если два мага объявляют себя «Единым целым», их силы сплетаются. Моя жизнь станет твоей, а твоя моей.
— Ты предлагаешь... магический брак? — я едва не рассмеялась от абсурдности ситуации.
— Я предлагаю щит! — он ударил рукой по колонне рядом с моей головой. — Если мы пройдем ритуал помолвки, Орден не сможет убить тебя, не убив меня. А я их единственный способ поддерживать барьер Академии. Они не посмеют рискнуть стабильностью Блэквуда.
Я посмотрела на алтарь, затем на Эдриана.
— Это будет фикция?
— Для них нет. Для нас... — он на мгновение отвел взгляд. — Нам придется играть эту роль так, будто от этого зависит наше дыхание. Потому что так оно и есть. Нам придется делить всё: магию, пространство, мысли.
Он достал из-за пояса нож не мой кинжал, а старинное лезвие из черного стекла.
— У нас есть пять минут, пока они не вернулись за ответом. Если ты согласна дай руку. Мы свяжем наши ауры. Если нет...
Он замолчал, глядя на выход из Часовни, где уже начали сгущаться неестественно густые тени.
Я посмотрела на свою ладонь. В моей голове пронеслись слова Иви о том, что Эдриан их «золотой мальчик». Но сейчас я видела перед собой не принца, а затравленного зверя, который пытается перегрызть собственные цепи.
— Давай, — я протянула руку. — Но помни, Кроули: если это окажется твоим способом заполучить мою магию, я выжгу тебя изнутри.
Эдриан криво усмехнулся.
— У тебя острый язык, сорняк. Надеюсь, твоя сила такая же острая.
Он полоснул лезвием по своей ладони, а затем по моей. Боль была мгновенной и острой, но за ней пришло нечто другое. Тепло. Невероятное, мощное тепло, которое хлынуло в мои вены из его руки.
Мы сжали ладони над алтарем.
— Кровь прилипает к крови. Душа сплетается с душой. «Единая кровь. Единая суть». — прошептал он слова на древнем наречии.
Пространство вокруг нас взорвалось светом. Не золотым, как в сказках, а угольно-черным, пронизанным серебристыми нитями. Я почувствовала, как моя магия та самая, которую я никогда не испрльзовала, рванулась навстречу его силе. Они столкнулись, закружились в вихре, и на мгновение я увидела его мысли: вспышки боли, лицо умирающего отца и... мое лицо в свете бальных люстр.
Вспышка погасла. Мы стояли, тяжело дыша, всё еще сжимая руки. На наших запястьях, прямо под кожей, медленно проступал узор: тонкие, переплетенные стебли черного плюща, которые теперь связывали нас крепче любых оков.
— Сделано, — выдохнул Эдриан. Он выглядел так, будто пробежал марафон. — Теперь ты моя невеста по закону крови.
В дверях Часовни снова заклубился дым. Существо в маске Плюща вернулось. Оно замерло, глядя на наши соединенные руки и на магический след, еще висевший в воздухе.
— Что ты наделал, мальчишка? — прошелестел голос, полный ядовитой злобы.
Эдриан выпрямился, закрывая меня собой. Его плечи развернулись, а в голосе снова зазвучала та самая невыносимая гордость, но теперь за ней стояла реальная сила наша общая сила.
— Я выбрал сторону, — холодно произнес он. — Поздравляю, у Блэквуда появилась новая хозяйка. А теперь убирайтесь. У нас брачная ночь.