15 часть.
- Да всё, пусти меня! - яростно выдохнула я, силой вырывая локоть из его стальной хватки. - Комедия окончена. Крыса сбежала, трусливо поджав свой облезлый хвост.
- Ну уж нет, - Беллами не спешил отпускать меня, в его глазах читалось мрачное предостережение. - Зная твой характер, ты сейчас развернешься и пойдешь добивать его.
Он перевел взгляд ниже, на мою искалеченную кисть, и его лицо на секунду дрогнуло.
- У тебя рука ранена. Что с ней? Что, чёрт возьми, произошло?
- Оставь меня в покое, - отчеканила я.
Развернувшись спиной к его недоуменному взгляду, я быстрыми шагами направилась прочь, чувствуя, как внутри всё клокочет от невысказанного гнева.
Я вошла внутрь прохладного металлического чрева корабля и бесшумно поднялась по лестнице на второй ярус, где в полумраке тихо спал Джаспер, борясь со своим лихорадочным бредом. Стараясь не шуметь, я достала скудные запасы чистой воды и принялась промывать раны. Левое предплечье отозвалось такой адской, пульсирующей болью, что у меня на мгновение потемнело в глазах - я едва могла заставить себя коснуться содранной кожи. Костяшки правой руки были безжалостно сбиты в кровь, смешавшуюся с бурыми каплями крови Мёрфи - моей суровой платой за месть.
Я бережно обматывала руку грязным бинтом, когда сквозь щели в железном полу до меня донеслись приглушенные, похожие на змеиное шипение голоса. Сначала я не обратила на них внимания, но затем уловила знакомые интонации. Спустившись на несколько ступеней ниже, я замерла, затаив дыхание.
- Сам же говорил, что нужно снять с неё этот чёртов браслет, - послышался снизу раздраженный, оправдывающийся голос Мёрфи.
Внутри меня всё похолодело. Я уже была готова сорваться вниз, чтобы закончить то, что начала на поляне, но тут заговорил второй собеседник. Его голос заставил меня прирасти к месту.
- Да, я говорил тебе, что браслет нужно снять, - холодно отозвался Беллами. - Но то, как ты это сделал...
Этих слов, сорвавшихся с его губ, мне было более чем достаточно, чтобы вся мозаика сложилась в единую, уродливую картину. Мой мир с треском раскололся. Он так искусно разыгрывал перед всеми неведение, так правдоподобно злился на Мёрфи... А на самом деле это он, Беллами, отдал приказ сотворить со мной это. Я бросилась обратно на второй ярус, не в силах больше выносить звук его лживого, противного голоса.
- Сука... - глухо выругалась я, глотая подступившие к горлу слезы.
Я знала, что он далеко не святой, знала о его жесткости, но реальность оказалась куда более уродливой. Я ведь почти начала верить ему. Его обещаниям защитить меня, его напускной заботе, его готовности разобраться с Уиллом и Мёрфи... Всё это было лишь отрепетированным спектаклем, циничной игрой. Ну конечно, глупо было надеяться на чудо. Кто я вообще такая, чтобы в моей жизни появился по-настоящему искренний и заботливый человек?
Ночь безразлично окутала землю своим тяжелым бархатным покрывалом. Я стояла на поляне, подставив лицо прохладному, пахнущему сыростью ветру, который бережно остужал мои горящие щеки. В черной бездне неба, словно россыпь драгоценных камней, зажглись далекие, холодные звезды. Я завороженно смотрела на них, когда прямо над лесом прочертила серебряную полосу падающая звезда.
В памяти мгновенно воскресли тихие, теплые слова отца. Он всегда говорил мне, что в момент падения звезды нужно успеть загадать самое сокровенное желание, и оно непременно исполнится. Но сейчас, после бесконечной череды предательств и боли, эта детская вера казалась мне глупой, выцветшей сказкой.
- Загадала желание? - внезапно раздался за спиной глубокий баритон Беллами.
- Отойди от меня! - вскрикнула я, испуганно отпрянув от него. Мое измученное сердце испуганно забилось о ребра.
- Я напугал тебя? - в его голосе прозвучало искреннее удивление.
- Не приближайся ко мне, - ледяным тоном предупредила я, выставляя вперед здоровую руку.
- Да что произошло? Что я сделал? - спросил он, и на его лице снова появилась эта маска оскорбленной невиновности.
- Ну надо же, твоя актерская игра действительно заслуживает аплодисментов, - я горько, почти истерически усмехнулась, глядя на него с презрением.
- Что? О чем ты вообще говоришь? - он нахмурился, делая вид, что искренне не понимает сути претензий.
- Ты сейчас серьезно? Продолжаешь строить из себя дурачка? Спрашиваешь, что с моей рукой, изображаешь сочувствие... А на самом деле это ты отправил Мёрфи совершить это зверство! - крикнула я, теряя остатки самообладания.
- Говори тише, лагерь спит, - Беллами сделал шаг вперед, пытаясь утихомирить меня. - И я понятия не имею, какую чушь ты сейчас несешь.
- Конечно, тебе ведь так хочется выйти сухим из воды, прослыть благородным лидером, который ни при чем! Сначала ты делаешь вид, что тебе не плевать на жизни ребят, потом целуешь меня, заставляя поверить в твою искренность, а за моей спиной посылаешь цепного пса снять с меня браслет! И после этого ты надеешься, что я проглочу эту ложь?
- При чём тут моя вовлеченность в дела лагеря, наш поцелуй и то, что Мёрфи снял с тебя браслет? Каким образом ты вообще связала это воедино? - продолжал он защищаться, но в его голосе проскользнули стальные нотки.
- Перестань притворяться, Беллами! - перебила я его, и мой голос сорвался на дрожащий шепот. - Я слышала ваш разговор с Мёрфи. И далеко не один. Твой сегодняшний диалог в лазарете стал последней каплей. Ты думал, я никогда не узнаю? Рассчитывал втереться ко мне в доверие своей фальшивой заботой? Но твои дешевые трюки со мной не пройдут.
- Если ты действительно слышала наш разговор, то почему предъявляешь мне эти обвинения? Ты слышала его от начала и до конца?
- А зачем мне стоять и тратить драгоценное время на то, чтобы слушать, как вы обсуждаете мою судьбу? Слышать из твоих уст подтверждение того, что именно ты приказал содрать с меня этот браслет? Мне хватило первых секунд, чтобы понять, кто ты на самом деле! - отрезала я.
- Боже, Майя... Ты всё не так поняла, - Беллами сделал отчаянную попытку подойти ближе, его руки потянулись ко мне.
- Нет! На этот раз всё предельно ясно. Даже не смей оправдываться, я не желаю слушать твою сладкую ложь. Я больше не верю тебе. Ни единому твоему слову! - слезы обиды всё-таки обожгли мои глаза, но я упрямо смотрела на него. - Я была такой дурой... думала, что ты меняешься, что начинаешь осознавать всю серьезность нашего положения, что в тебе просыпается человек. Но ты в очередной раз доказал мне простую истину: люди никогда не меняются. Их внутренняя гниль всегда остается при них.
Я резко развернулась, намереваясь уйти, но Беллами среагировал мгновенно. Он грубо перехватил меня за запястье и силой развернул обратно к себе.
- Дай мне всё объяснить, ты не дослушала меня до конца! - его голос, резкий и властный, настиг меня, как брошенный камень, заставив резко остановиться.
- Я не хочу тебя слышать! - выкрикнула я, чувствуя, как внутри всё клокочет от ярости. - Если бы ты только знал, каков Мёрфи на самом деле, на что он способен! Если бы ты понимал, что происходило между нами на Ковчеге, кем он является на самом деле, и если бы в тебе хоть чуть-чуть оставалось человечности, ты бы никогда не поступил так. Ты бы не послал именно его снимать с меня браслет, да и вообще не позволил бы этому случиться!
- Так расскажи мне всё! - потребовал он, делая шаг ко мне.
- Рассказать? - горькая усмешка искривила мои губы. - Ты серьёзно просишь меня об этом сейчас? После всего, что ты сделал? Я должна раскрыть тебе свою душу, а потом ждать, когда мне воткнут нож в спину? Нет, спасибо. Я уже проходила через это и повторять этот урок во второй раз не собираюсь. - Я резко развернулась и пошла прочь, оставляя его стоять посреди дороги, словно каменное изваяние.
От лица Беллами:
Она не верила мне. В каждом её слове звучал такой упрёк, такая жгучая боль, что я чувствовал себя виноватым до кончиков пальцев. Но что она могла услышать такого в моём разговоре, если я, стиснув зубы, отстаивал её интересы?
Воспоминание:
- Мёрфи, сюда! Живо! - мой голос прозвучал как выстрел, отбрасывая прочь тень моего собственного страха.
Он подошёл, пошатываясь, весь в земле и в собственной крови, словно только что выбрался из могилы. Его лицо было бледным, глаза мутными.
- Что тебе, Беллами? - пробурчал он, пытаясь сохранить остатки своей наглости.
- Что с ней? - потребовал я, подавляя желание встряхнуть его.
- Ты о ком? - он поднял брови, изображая искреннее непонимание.
- Я спросил, что с ней?! Почему её рука вся в крови? Почему она такая взбешённая, что чуть не вбила тебя в землю?! - мой голос сорвался на крик. Вид её окровавленной руки, которую я мельком видел, не давал мне покоя. Она выглядела ужасно, как будто её протащили сквозь терновник.
- Откуда я знаю? - он отмахнулся, как от надоедливой мухи, нагло глядя мне в глаза. - Наверное, упала где-то, а меня избила ни за что.
- Не лги мне. Ещё раз спрошу - и просто ударю тебя так, что мозги встанут на место, - предупредил я, подавляя гнев, который клокотал в груди, как раскалённая лава.
- А что ты вдруг за неё переживаешь? Сам же говорил, что нужно снять с неё этот чёртов браслет, - ехидно прошипел он.
- Да, я говорил тебе, что браслет нужно снять, - я замолчал на секунду, пытаясь собрать мысли в кучу. Её слова, её ярость - всё это не укладывалось в голове. - Но то, как ты это сделал, идиот?! Чем ты её так ударил?!
- Хах, теперь всё на меня сваливаешь? - он истерически расхохотался, и этот смех прозвучал как скрежет ржавого металла.
- Ты совсем придурок?! Что ты с ней сделал?! Я же говорил, что сам займусь этим! На кой чёрт ты к ней полез?! - я едва сдерживался, чтобы не налететь на него с кулаками.
- Я устал ждать, Беллами, и слушать её бесконечное нытьё, - его слова сочились ядом. - Она бы скоро всех переубедила не снимать эти браслеты. Ты не смог, а я смог. Я просто снял с неё браслет камнем.
Мой взгляд упал на его окровавленную руку, потом я представил, что творилось с Майей.
- Ты хоть видел, что с её рукой после этого? А после того, как она начистила тебе лицо перед всем лагерем, её начнут слушать ещё больше, к ней будут прислушиваться. Ты действительно думаешь, что сделал правильный ход? Что ты остался в плюсе?!
- Нет, - буркнул он, отводя взгляд. - Но после того, как она унизила меня перед всеми, она ещё получит своё. - Он развернулся, собираясь уходить.
- Ещё раз тронешь её, и следующим, кто тронет тебя, буду не она, а я, - мой голос стал ледяным, как сталь, и он мгновенно замер.
- А чего так? Теперь её защищаешь, да? - в его словах сквозила ядовитая насмешка.
- Ты идиот, Мёрфи! Ты лишь ухудшаешь наше и без того шаткое положение! Сделаешь хоть что-то без моего ведома - получишь так, что забудешь, как дышать. Я не собираюсь с тобой сюсюкаться, - отрезал я, одним движением отмахнувшись от него, словно от назойливой мухи. В моих словах не было места для споров. Мёрфи, видимо, всё понял и, бросив на меня мрачный взгляд, наконец ушёл.
Внутри меня бушевал ураган смешанных чувств. Я хотел броситься за ней, утешить её, обнять и прошептать, что я рядом, что она не одна. Мне отчаянно хотелось услышать её звонкий, будто ангельский, голосок, не искажённый болью и ненавистью. Но я жёстко отбросил все эти слабости, заталкивая их глубоко внутрь себя. Сейчас не время для нежностей, когда мир вокруг рушится.
От лица Майи:
Как можно было так изощрённо лгать, даже будучи пойманным с поличным? Вся эта ситуация лишь укрепила моё убеждение: верить нельзя никому. Моё сердце горело от ярости, а душа была изранена.
Утро наступило, словно по щелчку пальца, не принеся ни облегчения, ни покоя. Невыспавшаяся, с ноющей, адской болью в руке, я поднялась на ноги и побрела на улицу. Лагерь ещё спал, окутанный предутренней тишиной, но кое-кто уже проснулся и бодро сновал по своим делам, не замечая чужой беды.
- Привет, выспалась? - Октавия подошла ко мне, её взгляд был полон сочувствия.
- Привет. Нет, - я с трудом подавила зевок, - спала ужасно.
- Странно, - она чуть улыбнулась, - ведь после вчерашнего я думала, ты будешь спать как убитая, с огромным удовольствием.
- Ха-ха, очень смешно, - я выдавила из себя подобие смеха, который прозвучал скорее как хрип. - Да и я не добила его, так что радоваться нечему.
- Мда... честно говоря, я и подумать не могла, что ты можешь так сильно разозлиться. Я всегда считала, что только мой брат способен тебя вывести из себя, но, оказывается, ему ещё повезло. Ты его чуть не убила. Теперь тебя здесь все боятся, - её слова, сказанные без умысла, вонзились в меня, как крошечные ледяные иглы.
- Поверь мне, Беллами ничем не лучше Мёрфи, - глухо ответила я, ощущая, как старые раны снова начинают кровоточить.
- А что он такого сделал, если не секрет? - Октавия взглянула на меня с искренним любопытством, ожидая ответа.
- Октавия, умоляю, давай не сейчас, - устало выдохнула я, пытаясь высвободить плечо из её цепких пальцев. Ноющая боль в искалеченной левой руке пульсировала в такт биению сердца, забирая последние силы. - Мне ещё нужно подняться к Джасперу, сменить ему повязки и проверить его состояние.
- Ну ладно тебе, не ворчи! И ещё у меня просто потрясающие новости, - Октавия лучезарно улыбнулась, и её радость показалась мне ярким, тёплым лучом солнца среди утренней серости лагеря.
- И чему же ты умудряешься так искренне радоваться в эти проклятые дни? - невольно заинтересовалась я. Любопытство, слабое и робкое, всё же пробилось сквозь панцирь моей апатии.
- Идём, ты должна увидеть всё собственными глазами! - заговорщически прошептала она, бережно, но настойчиво увлекая меня за собой и сохраняя интригу.
- Ну хорошо, пойдём, - сдалась я, позволяя ей вести меня вглубь лагеря.
Сперва я послушно плелась за ней, не понимая нашего маршрута, но вскоре догадалась: мы держали путь к массивному, закопчённому остову корабля. Мы скользнули внутрь прохладного полумрака нижнего отсека, где пахло ржавчиной, сырой землёй и лекарственными травами. Октавия резко остановилась возле лестницы.
- И чему именно я должна изумиться? - недоумевала я, оглядывая пустые железные переборки.
- Только пообещай, что не упадёшь от шока. Поднимайся на второй ярус! - задорно заиграла бровями она.
- Октавия, если ты устроила весь этот спектакль только для того, чтобы привести меня к постели больного, то это довольно жестокая шутка. Мне сейчас совсем не до сюрпризов, - вздохнула я, вспоминая вчерашний кошмар.
- Да тише ты, не порть момент! - шикнула она, приложив палец к губам.
Мы поднялись на верхнюю палубу, и Октавия внезапно зашла мне за спину, закрыв мои глаза своими тёплыми ладонями.
- Октавия, прекрати, что за детские игры? - проворчала я, чувствуя себя глупо в этой густой темноте.
Но в следующий миг она убрала руки. Зрение вернулось ко мне не сразу, но когда очертания прояснились, я обомлела. У импровизированной постели Джаспера собралась целая толпа: Кларк, Финн, Монти и... Беллами. Они стояли плотной стеной, о чём-то тихо переговариваясь.
- И зачем вы все здесь столпились? - нахмурилась я, пытаясь заглушить внутренний трепет при виде Беллами. - Мне нужно обработать его раны, и толкучка здесь явно лишняя.
Мой тон прозвучал резче, чем хотелось бы; я была слишком измотана ночными кошмарами и душевной болью после вчерашнего предательства Беллами, чтобы разыгрывать радушие. Однако мои ворчливые слова пролетели мимо их ушей. Ребята переглянулись и, заговорщически улыбаясь, медленно расступились в стороны, открывая мне обзор.
- То есть моё триумфальное возвращение с того света тебя совсем не радует? - раздался тихий, всё ещё слабый, но такой знакомый и бесконечно живой голос.
На кушетке лежал Джаспер. Его бледные, уставшие глаза были открыты, а на искусанных губах блуждала слабая улыбка.
- Джаспер! - вся моя утренняя хмурость, вся злость и накопленная усталость мгновенно испарились, уступив место безумному облегчению.
Я сорвалась с места, забыв о боли в собственной руке, и осторожно, стараясь не задеть его рану на груди, крепко прижала друга к себе.
- Полегче, полегче, моя прекрасная спасительница, - хрипло рассмеялся он, слабо похлопывая меня по спине здоровой рукой. - А то растеряешь меня по частям, придётся заново собирать.
- Какая ещё спасительница? - смутилась я, чувствуя, как к щекам приливает румянец.
- Ну как же, ребята в красках расписали мне, как самоотверженно ты дежурила у моей постели и буквально вытащила меня из лап смерти, - подмигнул он.
- Ой, да ну тебя! Не заставляй меня жалеть о своей доброте, - в шутку отрезала я, легонько щелкнув его по здоровому плечу.
- Ха-ха, ладно-ладно... Слушай, а что у тебя с рукой? - его взгляд скользнул по моим наспех перебинтованным костяшкам.
В это мгновение моё сердце пропустило удар, а глаза невольно метнулись в сторону Беллами. Он стоял чуть поодаль, молчаливый и мрачный, буравя меня своим тяжёлым, нечитаемым взглядом. Я поспешно отвела глаза, чувствуя, как внутри вновь вскипает ледяная обида.
- Пустяки. По сравнению с твоими приключениями у меня всё просто идеально, - ответила я, стараясь придать голосу беззаботность.
Но договорить мне не дали. Снаружи, со стороны забора, раздался истошный, леденящий душу крик, полный такого первобытного ужаса, что мы услышали его даже сквозь толстую металлическую обшивку корабля.
Мы мгновенно переглянулись и пулей вылетели наружу, навстречу холодному утреннему воздуху. Лагерь гудел, как потревоженный улей.
- Кто кричал?! Что произошло? - задыхаясь от бега, спросила я у пробегающего мимо парня.
- Там... за недостроенным забором... - заикаясь от страха, указал он рукой в сторону границы лагеря.
Мы со всех ног бросились туда. У деревянных кольев частокола, сжавшись в комок, сидела молодая девушка, её плечи сотрясались от беззвучных, горьких рыданий. Но не её слёзы заставили моё сердце превратиться в кусок льда. Опираясь спиной о грубые брёвна недостроенного забора, в неестественной позе сидел Уэллс. Его глаза стеклянно смотрели в пустоту пасмурного неба, а от шеи стекая вниз на груди расплывалось огромное, зловещее пятно крови. Он был мёртв.
- Боже мой... - выдохнула я, в ужасе закрывая рот ладонью, чтобы сдержать рвущийся крик.
Кларк, стоявшая рядом, побелела как полотно. Издав протяжный, полный невыносимой боли стон, она рухнула на колени прямо в грязь перед телом своего друга и навзрыд заплакала, закрыв лицо руками.
- А ну разойдитесь! Назад! - яростно крикнула я на столпившихся зевак, которые обступили место трагедии плотным кольцом праздного любопытства.
Мой властный голос подействовал отрезвляюще, и толпа моментально отхлынула назад, оставляя Кларк наедине с её безмолвным горем.
Сквозь пелену шока мой взгляд зацепился за металлический отблеск в грязи, всего в паре шагов от безжизненного тела Уэллса. Там лежал маленький нож, наполовину испачканный в липкой болотной грязи и крови. Я медленно опустилась на корточки и подняла его. Сердце сделало судорожный кульбит: эта рукоять, эти характерные глубокие зазубрины на лезвии... Я слишком часто видела это оружие в лагере. Это был нож Мёрфи.
Сжав холодную сталь в кулаке, я поспешно спрятала её под одежду и быстрым шагом направилась прочь, скрываясь от потрясённых глаз подростков. Мне нужно было побыть одной. В голове царил полнейший хаос: рассказать всем правду или промолчать? Я ворвалась в свой шатёр, тяжело дыша и пытаясь унять дрожь в коленях. Но не успел полог палатки закрыться, как внутрь вихрем влетел Беллами.
- Ты почему убежала? Майя, тебе плохо? - в его голосе послышалось неприкрытое беспокойство, но сейчас, зная цену его словам, я почувствовала лишь глухую ярость. Из моей груди вырвался сухой, язвительный смешок.
- Какая трогательная забота... - протянула я с едким сарказмом. - Скажи-ка мне, Беллами, ты случайно не припоминаешь, чей это нож?
Я резко выхватила оружие и продемонстрировала его ему. Он инстинктивно потянулся, чтобы забрать нож, но я молниеносно отдернула руку назад.
- Это нож Мёрфи, - глухо ответил он, и его глаза опасно сузились.
- Именно. Уэллса зарезал Мёрфи, - выплюнула я каждое слово.
- Что? - на лице Беллами отразилось неподдельное изумление.
- Я нашла его прямо у тела Уэллса, в грязи. Именно поэтому я ушла так быстро. И теперь я стою перед выбором: рассказать обо всём лагерю или промолчать. Ведь если я покажу этот нож толпе, эти озлобленные, неуправляемые подростки разорвут Мёрфи на куски. Они устроят самосуд и доделают то, что я вчера не успела завершить на поляне, - с жестоким удовлетворением произнесла я.
- Нет. Ты этого не сделаешь, Майя, - твёрдо произнёс он, делая шаг ко мне.
- И почему же это я не сделаю? - я сделала шаг навстречу, глядя на него снизу вверх с вызовом. - О да, я вполне способна на это! Знаешь, как мне до смерти надоело прикрывать чужие грехи, молча глотать обиды и сидеть тише воды, ниже травы?
Внутри меня в этот момент происходила жестокая, изнурительная битва: мой внутренний ангел, который и так едва дышал с каждым новым днём на этой проклятой планете, сейчас окончательно уступал место безжалостному демону, жаждущему возмездия.
- Я всё понимаю, Майя, но... - попытался вставить слово Беллами, но я не дала ему закончить.
- Нет, ты ничего не понимаешь! - сорвалась я на крик, и слёзы бессилия едва не брызнули из моих глаз. - Ты не понимаешь абсолютно ничего! Ты даже в самых кошмарных снах не можешь представить, через что мне пришлось пройти!
- Ладно, пусть я многого не понимаю в твоем прошлом, но включи ты наконец свой холодный разум! Подумай сама, что начнется, если ты сейчас выйдешь и расскажешь всем об этом? - его голос, хриплый и вибрирующий от скрытого напряжения, сорвался, когда полог шатра резко откинулся.
- Что расскажет? - Кларк быстрыми шагами вошла внутрь, её проницательный взгляд мгновенно зафиксировал наше опасное противостояние.
- О том, что Мёрфи хладнокровно убил Уэллса, - отчеканила я. В моей душе не было места жалости, и скрывать это чудовищное преступление от неё я не собиралась.
- Что?.. - Кларк замерла, будто её ударили наотмашь. Лицо её в один миг утратило все краски, превратившись в безжизненную маску. - Ты сейчас серьёзно? Ты не можешь этим шутить, Майя.
- Я нашла это только что. Прямо возле тела Уэллса, в грязи, - я сделала шаг вперед и протянула ей нож, на лезвии которого уже запеклась темная, почти черная кровь.
- Ублюдок... - выдохнула Кларк.
Её пальцы судорожно сжались на рукояти оружия, а в глазах вспыхнуло яростное, карающее пламя. Охваченная праведным гневом, она резко развернулась, намереваясь ринуться к выходу, но Беллами, словно выросшая из-под земли каменная стена, преградил ей путь.
- Уйди с дороги, - процедила она, даже не удостаивая его взглядом.
- Нет. Ты совершаешь колоссальную ошибку, Кларк, - твердо ответил он, не сделав и шага назад. Его плечи были напряжены, а подбородок упрямо вздернут.
- Ошибку? Какую еще ошибку?! - я сделала шаг к Беллами, сокращая расстояние между нами до предела. Мой голос дрожал от презрения. - Она просто хочет, чтобы люди узнали правду. Чтобы этот подонок наконец-то заплатил за то, что совершил! И что из этого ты называешь ошибкой? Или правда слишком сильно ранит твое самолюбие и повредит твою хваленую броню из верных собак, среди которых Мёрфи занимает почетное первое место?
Беллами даже не вздрогнул, хотя его челюсть судорожно сжалась.
- Мне абсолютно наплевать на Мёрфи и его шкуру, - тихо, но отчетливо произнес он, глядя мне прямо в глаза. - Но лагерю будет лучше думать, что Уэллса убили земляне. Страх - отличный стимул. Охваченные паникой, они будут без лишних вопросов работать до седьмого пота и строить стену дальше.
- Так вот какая у тебя теперь отмазка, - горько усмехнулась я, качая головой. - Ты просто хочешь, чтобы они гнули на тебя спины, забившись в угол от ужаса перед землянами. Хочешь быть их кукловодом.
- Да. Именно этого я и хочу. Потому что это сохранит нам жизни, - отрезал он.
- Слишком много пустых разговоров! Люди имеют полное право знать имя настоящего убийцы, который спит с ними под одной крышей! - выкрикнула Кларк и, ловко скользнув мимо Беллами, выбежала на улицу. Мы с Беллами, не сговариваясь, бросились следом за ней.
- Мёрфи! - её звонкий, яростный крик разорвал относительное спокойствие лагеря.
Джон, сидевший среди ребят, лениво повернул голову, глядя на неё через плечо со своей привычной ухмылкой.
- Это твой нож? - без лишних предисловий спросила Кларк, демонстрируя окровавленное оружие перед его лицом.
- Ну да... А где ты его откопала? - удивление на его лице сменилось легкой тревогой.
- Возле остывшего тела Уэллса, - жестко отчеканила Кларк.
Больше не требовалось никаких слов. Страшная догадка мгновенно пронеслась по рядам подростков, заставив их зашевелиться.
- Что? Нет... Нет, нет, нет, постойте! Это не я! - Мёрфи в панике вскочил на ноги, его руки затряслись, и он начал судорожно махать ими, пытаясь отогнать от себя невидимую петлю.
- А кто тогда? - Кларк наступала на него. - Ты ведь при всех грозился отправить его на тот свет! Или это тоже была шутка?
Я молча наблюдала за тем, как его наглая, спесивая физиономия на глазах сереет от подступающего животного страха.
- Нет, стойте! Это реально не я! Я даже не прикасался к нему! - кричал он, медленно пятясь назад, в то время как толпа малолетних преступников, уставших от вечного страха и смерти, начала смыкаться вокруг него, как стая голодных волков.
- А кто тогда, если не ты, тварь?! - взревел кто-то из толпы, и этот крик послужил сигналом к атаке.
Десятки разъяренных подростков набросились на Мёрфи, как на последний кусок мяса. Лагерь взорвался хаосом.
- Нет! Пустите! Стойте! - истошно вопил Джон, пытаясь отбиться от цепких рук, но его крики тонули в общем гуле.
- Повесим ублюдка! - крикнул один из парней, и толпа взревела в едином, безумном порыве согласия.
Они начали лихорадочно шарить по лагерю в поисках веревки и мгновенно нашли толстый, грубый канат.
- Нет, умоляю вас, это правда не я! Меня подставили! - хрипел Мёрфи, когда его силой затащили на деревянный пень, а жесткая петля уже стянула его шею. Его безумный, полный отчаяния взгляд заметался по толпе и замер на лидере. - Беллами! Беллами, скажи им! Помоги мне!
Беллами стоял посреди этого безумия, его лицо застыло, а в глазах отражалась тяжелая, мучительная борьба. Он колебался, взвешивая на весах жизни и свой авторитет.
- Беллами! Если ты хочешь быть нашим лидером, если ты действительно главный здесь - убей его сам! Выбей этот чертов пень! - выкрикнул из толпы темнокожий парень, подливая масла в огонь.
- Нет! Стойте! Прекратите это немедленно! - Кларк попыталась вмешаться, видя, что ситуация окончательно вышла из-под контроля. Она явно не ожидала, что её жажда справедливости обернется судом Линча.
- Нет, принцесса, теперь отойди в сторону. Надо было держать свой рот на замке, - холодно бросил Беллами и безжалостно оттолкнул её прочь, лишая последней надежды остановить казнь. Он повернулся к разъяренному лагерю: - Вы действительно хотите, чтобы я сделал это?
Толпа отозвалась диким, многоголосым хором согласия, требующим крови.
- Нет, Беллами, пожалуйста... Не надо, - со слезами на глазах, задыхаясь от ужаса, умолял Мёрфи.
Беллами помедлил еще секунду, его лицо превратилось в каменную маску, а затем он резко, наотмашь пнул деревянный пень. Опора ушла из-под ног Мёрфи. Он с глухим звуком повис на веревке, его тело судорожно задергалось в воздухе, а пальцы впились в тугой канат на шее, пытаясь выгадать хотя бы глоток воздуха.
Толпа вокруг буквально ликовала, выкрикивая оскорбления и радуясь скорой кончине тирана. Кларк с криками пыталась пробиться сквозь плотную стену тел, чтобы спасти его, но её грубо отшвыривали назад. А я... я просто стояла в стороне и молча наблюдала за этой сценой. В моей груди не было ни капли жалости к человеку, который еще несколько часов назад безжалостно дробил мою руку камнем. Мне было абсолютно, кристально наплевать на его мучения, и в какой-то глубине души я даже чувствовала темное, торжествующее удовлетворение. Он получал по заслугам.
Вдруг сквозь общий рев и ликование прорвался пронзительный, тонкий детский крик.
- Нет! Прекратите! Стойте! Это не он! - надрывался чей-то голос, но из-за толпы никого не было видно.
И тут сквозь расступившихся ребят вперед выбежала маленькая, дрожащая как осенний лист девочка. Шарлотта.
- Это я... Это я убила Уэллса! - призналась она, и её крик эхом повис над мгновенно затихшим лагерем.
Беллами среагировал мгновенно, словно хищник. Он бросился вперед, на ходу подхватил плачущую девочку на руки и, грубо расталкивая онемевшую толпу плечами, занес её внутрь шатра, скрывая от разъяренных глаз. В ту же секунду кто-то перерезал веревку, удерживающую Мёрфи. Джон с тяжелым грохотом рухнул на грязную землю. Он скрючился, судорожно хватая ртом воздух и хрипя, сжимая ободранную шею обеими руками.
Внутри шатра царила звенящая тишина, прерываемая лишь судорожными всхлипами ребенка.
- Беллами... Я правда не хотела этого делать, - навзрыд плакала Шарлотта, утыкаясь лицом в его куртку.
- Зачем, Шарлотта? Зачем ты это сделала? Зачем вообще нужно было убивать его? - его голос, обычно твердый и уверенный, сейчас дрожал от неподдельного шока и отчаяния.
- Я не могла по-другому... Когда я смотрела на Уэллса, я каждый раз видела лицо канцлера, вспоминала казнь моих родителей. Мне снились кошмары... - она подняла на него свои заплаканные, невинные глаза. - Но ты ведь сам говорил мне тогда... Ты сказал, что нужно убивать свои страхи. Что только так можно победить кошмары. Я просто послушалась тебя...
- Что?! Ты советовал ей «убивать свои страхи»? - мы с Кларк выдохнули это почти одновременно.
Наши голоса слились в единый порыв негодования и ужаса. Кларк смотрела на него так, словно видела впервые - с нескрываемым отвращением к тому, какие семена он посеял в неокрепшем детском сознании. Давать подобные советы маленькой девочке в мире, где грань между метафорой и убийством стерта в пыль, было безумием.
- Она всё не так поняла! - Беллами вскинул руки, его лицо исказилось от осознания того, к чему привели его слова. - Шарлотта, послушай, я совсем не это имел в виду. Я не хотел, чтобы ты...
- Беллами! Выводи её сюда! - пронзительный, надтреснутый крик Мёрфи разрезал воздух, ворвавшись в шатер вместе с запахом гари. - Мы повесим эту маленькую дьяволицу!
Голос Мёрфи, всё еще хриплый после петли, вибрировал от жажды мести. Видимо, этот подонок окончательно пришел в себя и теперь жаждал крови, чтобы заглушить собственный позор.
Беллами резко обернулся к Кларк, его глаза полыхнули яростью. Весь его страх за девочку трансформировался в гнев, направленный на единственную цель.
- Ты! Если бы ты послушала меня и держала свой рот на замке, этого кошмара бы не случилось! - он наступал на неё, и его голос гремел под сводами шатра.
- Я не могла предположить, что всё обернется так! - Кларк не отступила ни на шаг, её глаза блестели от слез и решимости. - Откуда мне было знать, что моего лучшего друга лишила жизни маленькая напуганная девочка?!
- Беллами... я не хочу умирать, - Шарлотта зашлась в рыданиях, вцепившись в его куртку своими крошечными, дрожащими пальцами. Её плач был похож на писк раненого зверька.
- Эй, посмотри на меня, - Беллами присел перед ней, и его голос внезапно обрел удивительную, почти невозможную в этом хаосе нежность. - Всё будет хорошо, я обещаю. Слышишь? Я клянусь, тебя никто не тронет.
Я замерла, наблюдая за этой сценой. Впервые я видела его таким - не деспотичным лидером или высокомерным парнем, а человеком, искренне пытающимся защитить слабого. В первый было видно, что это не очередной его хитроумный план, а проблеск той настоящей души, которую он так старательно прятал за броней цинизма.
- Беллами! Выводи её! - снова взревел Мёрфи снаружи, не унимаясь.
Мы с Беллами переглянулись и вышли из шатра навстречу разъяренному лагерю. Перед нами стоял Мёрфи, его лицо было искажено гримасой ненависти, а за спиной теснились несколько парней. Они сжимали в руках самодельные копья и дубинки, но в их глазах, несмотря на грозный вид, читалась неуверенность - они выглядели как заблудшие дети, которые не знают, что делать со своей злостью.
- Где она?! - Мёрфи шагнул вперед, его взгляд метался от Беллами ко мне. - Мы вздернем её так же, как вы меня! Меня-то вы не пожалели, так почему мы должны щадить её?
- А я смотрю, ты уже достаточно наглотался кислорода, раз у тебя так быстро развязался язык, - сказала я, делая шаг вперед. Мой голос был холодным и острым, как бритва.
- О, наш «ангелочек» оскалил зубки? - Мёрфи усмехнулся, делая встречный шаг, его глаза сузились. - Что с тобой, Майя? Совсем страх потеряла?
Но не успел он договорить, как Беллами молниеносно вырос между нами. Он загородил меня своей широкой спиной, став нерушимой преградой, живой стеной, защищающей от яда Мёрфи.
- Мёрфи, я надеюсь, ты дословно запомнил то, что я сказал тогда, - голос Беллами был тихим, но в этой тишине чувствовался грохот надвигающейся бури. - Если нет, я могу повторить. Но на этот раз финал тебе не понравится.
Мёрфи судорожно сглотнул, его кадык дернулся. На мгновение он замолчал, прикусив свой острый язык, явно вспомнив холод стали и тяжесть.
- Где Шарлотта? - уже тише, но всё так же враждебно спросил он.
- Не знаем, - коротким, рубленым словом ответил Беллами.
Мёрфи, не веря нам, грубо оттолкнул нас в стороны и ворвался в шатер. Мы вошли следом. Внутри его встретила лишь звенящая пустота. Ткань в задней части шатра была ровно разрезана - черная дыра в полотне указывала путь, по которому Шарлотта вместе с Кларк и Финном уже давно скрылись в лесной чаще.
Я бросила на Мёрфи холодный взгляд и сказала лишь пару едких слов, заставляя его вспыхнуть от бессильной злобы. Эти несколько секунд заминки были нам необходимы - я выигрывала для беглецов то немногое время, которое отделяло их от погони в лесу.
Вот и новая часть. Жду ваши звёздочки и комментарии)
5134 слова
Люблю ❤️