5 часть.
Я жадно вглядывалась в каждый листок, в каждое переплетение ветвей, пытаясь отыскать хоть малейшую зацепку, но древний лес хранил молчание. Влажный воздух пах прелой листвой и чем-то незнакомым, дурманящим.
Пока я обшаривала взглядом подлесок, я кожей чувствовала, что Беллами не смотрит на дорогу. Его взгляд, тяжелый и обжигающий, буквально пригвоздил меня к месту. Казалось, еще немного — и он прожжет в моей спине дыру.
— Может, начнешь по сторонам смотреть, а не на меня пялиться? — наконец не выдержала я, резко бросив слова через плечо.
— Я и смотрю по сторонам, — лениво отозвался он, даже не пытаясь скрыть усмешку в голосе. — С чего ты вообще взяла, что я смотрю на тебя?
— Знаю, — я процедила это сквозь зубы, так и не оборачиваясь, продолжая раздвигать колючие кусты. — У меня затылок горит от твоего взгляда.
— Наш ангелочек сегодня явно не в духе, — в его голосе проскользнула едкая самоирония. Я почти физически ощутила, как на его лице расплывается эта его невыносимая ухмылка.
— Хватит меня так называть! — выдохнула я и резко развернулась. Я не ожидала, что он стоит так близко. Расстояние между нами сократилось до опасного минимума. Я замерла, захваченная врасплох: в нос ударил запах хвои и пота, а до лица долетело его теплое дыхание. В лесной тишине мне на мгновение показалось, что я слышу гулкий ритм его сердца.
— Тебе не нравится? Прости, пожалуйста, — сказал он, картинно нахмурившись и делая вид, что искренне расстроен. Но глаза его блестели насмешкой. — Но я все равно буду тебя так называть... Ангелочек. — ухмылка вернулась на его губы. Я задохнулась от ярости, но была бессильна. Мне хотелось лишить его дара речи, вырвать эти слова, но он лишь продолжал стоять слишком близко, нависая надо мной.
Беллами сделал еще полшага, окончательно стирая границы личного пространства. Я оцепенела, не в силах пошевелиться, утопая в его глубоких карих глазах. Но прежде чем что-то произошло, лесную тишину прорезал резкий, короткий свист. Он был совсем рядом.
Звук мгновенно выдернул меня в реальность. Следом донесся еще один сигнал. Поняв, откуда идет звук, я, не оглядываясь на Беллами, бросилась сквозь заросли.
Мы продрались сквозь колючий кустарник и вышли на небольшую поляну. Кларк сидела на корточках, не сводя глаз с примятой травы. Рядом замер Финн, а чуть поодаль стояли только что подошедшие Уэллс, Монти и Мерфи. На их лицах читалась крайняя сосредоточенность.
— Что вы нашли? — выдохнула я, подходя ближе.
— Кровь. Она совсем свежая, — Финн указал на ярко-алые пятна на мшистом корне. — И посмотри на это... тут следы.
Я присела рядом. Сердце пропустило удар.
— Следы огромные, — подал голос Монти, его голос дрожал от волнения. — Они точно не принадлежат Джасперу.
— Может, они несли его? — предположила я, пытаясь рассуждать логически, хотя внутри всё сжималось от страха. — Он мог быть без сознания. Но они определенно шли в ту сторону. Нам нужно спешить, пойдемте быстрее!
Мы двинулись по следу. Лес становился всё гуще, папоротники хлопали по ногам, оставляя влажные следы. Цепочка шагов то обрывалась, то снова отчетливо проступала в мягкой почве. Это было странно, почти пугающе, но мы не останавливались.
Усталость навалилась свинцовым грузом. Отсутствие сна давало о себе знать: перед глазами иногда плыли пятна. Но я заставляла себя идти.
Впереди двигались Кларк и Финн. Они вполголоса обсуждали что-то, постоянно оглядываясь и проверяя путь. Уэллс шел следом, его взгляд, полный невысказанной грусти, был прикован к затылку Кларк — он будто не замечал опасностей леса вокруг. Монти был похож на натянутую струну: он искал лучшего друга, и эта цель давала ему силы. Я шла чуть поодаль от него, а замыкали нашу процессию Мерфи и Беллами.
Я продолжала чувствовать взгляд Беллами на своей спине, но сейчас у меня просто не осталось сил на протесты.
— Ребята, смотрите! — внезапно воскликнул Монти.
Я бросилась к нему, не обращая внимания на хлестнувшие по лицу ветки. В густом кустарнике что-то блеснуло. Это были очки Джаспера — одна дужка была погнута, стекла покрыты пылью.
— Это его очки... — я бережно подняла их, и в груди забрезжила робкая надежда. — Значит, мы на верном пути. Скорее, нельзя терять ни минуты!
Мы продолжили путь, не останавливаясь ни на минуту.
— Ангелочек, ты хоть понимаешь, куда ты нас ведешь? — Беллами внезапно поравнялся со мной, его голос звучал вкрадчиво.
— Я вас никуда не веду, — отрезала я, не поднимая глаз и сжимая очки в руке. — Мы ищем Джаспера.
— А если они его уже убили? — продолжал он, и в его словах послышался холодный расчет. — Если мы просто идем прямиком в логово врага и станем их следующей добычей? — я на секунду замолчала, но потом выдавила из себя слова посмотрев ему прямиком в глаза.
— Зачем ты говоришь мне это сейчас? Если ты боишься, Беллами, просто отдай мне пистолет и возвращайся в лагерь. Мне от тебя всё равно больше ничего не нужно.
— Я? Боюсь? — он коротко рассмеялся, но в этом смехе не было прежнего веселья. — Вовсе нет. Я просто за тебя переживаю. Вдруг с тобой что-то случится...
В его голосе отчетливо слышался сарказм, но на долю секунды мне показалось, что за этой маской скрывается что-то еще. Что-то, что он сам боялся признать.
— Ха-ха, очень смешно, — я выдавила из себя фальшивый смешок.
— А что такого? Я ведь чистую правду говорю, — отозвался он. Его голос звучал так беззаботно, будто мы были на прогулке, а не в смертельно опасном лесу. Я решительно не понимала, чего он добивается.
— Беллами, чего ты от меня хочешь? — я остановилась и резко повернулась к нему. — Если тебе просто скучно и ты решил в очередной раз меня позлить, то сейчас худшее время для твоих игр.
Я чувствовала, как внутри закипает раздражение. Его бесконечные подколки выматывали не хуже многочасового перехода.
— Оу, неужели наш ангелочек устал? — он склонил голову набок, и в его глазах блеснуло наигранное сочувствие.
— Ой, всё, отстань! — я прибавила шагу, почти переходя на бег, лишь бы оставить его позади вместе с этой невыносимой, самодовольной ухмылкой.
Мы продолжали путь. Бесконечная зелень джунглей уже начала рябить в глазах. Одно дело — любоваться природой, и совсем другое — вглядываться в каждый куст так пристально, что начинают болеть виски.
— Ребята, скорее! Сюда! — внезапный крик Монти прорезал лесную тишину.
Мы бросились на голос, продираясь сквозь высокую траву и хлесткие ветви. Выбежав на небольшую прогалину в самой чаще, мы замерли. Посреди леса, привязанный к древнему дереву, висел Джаспер. Его грудь была обнажена, голова бессильно опущена. Он был без сознания.
Увидев его, я, не помня себя, рванула вперед. Но стоило мне сделать пару шагов, как земля под ногами внезапно исчезла. Сердце ушло в пятки, я вскрикнула, чувствуя, что падаю в пустоту, но в следующее мгновение чья-то крепкая рука мертвой хваткой вцепилась в мое запястье. Это был Беллами.
Я заглянула вниз, и по спине пробежал ледяной пот. На дне глубокой ямы-ловушки торчали огромные, остро заточенные деревянные колья. Один из них задел мою ногу, оставив длинный, жгучий порез. Боль была острой, но сейчас она казалась сущим пустяком по сравнению с тем, что могло произойти.
— Будь осторожнее, ангелочек, — произнес Беллами, с усилием вытягивая меня на твердую землю.
К моему удивлению, в его голосе не было и капли сарказма — только странная, неожиданная серьезность.
— Развяжите его! Живо! Но смотрите под ноги, — скомандовала Кларк.
Парни осторожно подошли к дереву и начали срезать путы. Как только Джаспера опустили на траву, я упала рядом с ним на колени. Первым делом я приложила пальцы к его шее, затаив дыхание.
— Ну что? Он... он жив? — голос Монти дрожал от нескрываемого ужаса.
— Жив, — выдохнула я, — но пульс очень слабый. Почти нитевидный.
Я начала осматривать его рану и замерла в недоумении. Она была обработана: края прижжены, а сверху лежала густая мазеобразная масса из каких-то лесных трав. Кто-то пытался его спасти? Или... сохранить ему жизнь для чего-то другого?
Раздумья прервал странный шорох в кустах. Сначала я списала это на игру воображения и общую усталость, но, судя по тому, как замерли остальные, звук слышали все. Не успели мы и глазом моргнуть, как из тени деревьев, словно черная молния, вылетела пантера. Огромная, грациозная и смертоносная, она целилась прямо в меня и раненого Джаспера.
Ужас сковал тело. Я лишь успела закрыть лицо руками и зажмуриться, ожидая удара. Хлесткий выстрел оглушил меня. Следом — второй, третий. Когда я решилась открыть глаза, мертвая душа хищника лежала в паре шагов от нас, а рядом стоял Беллами, сжимая в руке дымящийся пистолет.
— Ты как? В порядке? — Кларк подбежала ко мне, тяжело дыша.
— Да... да, всё хорошо, — я попыталась унять дрожь в руках. — Нужно... нужно сделать носилки. Немедленно. Отвезем его в лагерь.
Сердце всё еще бешено колотилось о ребра. Мысль о том, что секунду назад эта тварь могла растерзать меня, не давала вздохнуть полной грудью.
Мы соорудили импровизированные носилки из длинных ветвей и наших курток. Сегодня лес хотел забрать нас себе в качестве ужина, но вышло иначе. Вторую пару носилок приспособили для души пантеры — лагерю нужно было мясо.
Мы двинулись обратно. Начинало смеркаться, и лес приобретал зловещие очертания. Мерфи и Монти несли Джаспера, Беллами и Финн тащили добычу. Мы с Кларк шли впереди, стараясь оторваться от парней. Нам нужно было вернуться первыми, чтобы подготовить место для Джаспера.
Когда мы вышли к лагерю, увиденное заставило меня забыть об усталости. Вместо того чтобы работать над укреплениями, толпа подростков выстроилась в очередь у костра. И они не грелись — они ждали, пока им снимут браслеты. Те самые браслеты, которые сообщали Ковчегу, что мы все ещё живы.
— Эй! Остановитесь! Что вы творите?! — я подлетела к костру, преграждая путь очередному «добровольцу». — Атом! Какого черта? Я велела занять их делом, а не помогать им совершать самоубийство! — закричала я, в упор глядя на парня.
— Майя, — Кларк тихо коснулась моего плеча, шепча на ухо, — нам нужно подготовить место для Джаспера. Каждая секунда на счету. Но и их оставлять так нельзя...
Я разрывалась между гневом на глупость соплеменников и страхом за жизнь друга. Лагерь, который должен был стать нашей крепостью, на глазах превращался в хаос.
— Иди, приготовь все, пожалуйста, — я обернулась к Кларк, чувствуя, как слова слетают с губ, словно команды. — Ты права, их нельзя оставлять здесь. Если снимем браслеты, Ковчег подумает, что мы все мертвы.
Кларк лишь кивнула, её взгляд был сосредоточен, и она тут же растворилась в сумерках лагеря. Затем я снова обратилась к Атому, который стоял рядом, всё ещё держа в руках камень, которым бил по браслетам, чтобы снять их.
— Объясни мне, что ты делаешь, — мой голос звучал настойчиво, хотя внутри уже зародилось предчувствие неприятностей. — Я тебе не говорила такое делать.
— Он делает не то, что говоришь ты, — внезапно раздался голос сзади. — Он делает лишь то, что говорю ему я.
Это был Беллами. Все обернулись. Он стоял на пороге, в руках он нёс мёртвую пантеру, её чёрная шкура контрастировала с его грязной одеждой. Толпа, увидев его и его добычу сзади, взорвалась криками.
— Беллами! Беллами! — гул нарастал, словно они увидели не просто парня с добычей, а героя, вернувшегося с победой. Он будто купался в их восторге, на его губах играла самодовольная улыбка.
— Какого чёрта он снимает их браслеты?! — мой крик прорезал шум, и толпа мгновенно затихла, настороженно уставившись на меня.
— Он снимает их, потому что я приказал, — процедил Беллами, и его голос стал жёстким, как сталь.
— Для чего? — спросила я сквозь зубы, чувствуя, как внутри разгорается гнев.
— Чтобы Ковчег не добрался до нас! До нашей земли! — крикнул он, и толпа, услышав это, снова взбушевалась.
— ДА! — хором раздалось вокруг, заглушая мои попытки возразить.
— Они прилетят сюда, снова установят свои правила, будут нами командовать и захватят нашу землю! — продолжал он, и каждый его удар по словам находил отклик в сердцах подростков, жаждущих свободы.
— Нет! Нельзя снимать браслеты! — я пыталась перебить его, моё сердце сжималось от отчаяния. — Иначе они не прилетят за нами обратно! Они не узнают, что на Земле можно жить!
— Нам не нужно, чтобы они прилетали! Земля наша, и нам больше ничего не нужно! — Беллами снова повернулся к толпе, и они вновь поддержали его, будто загипнотизированные.
— Нет! — мой голос дрожал, но я продолжала. — Там же ваши родители! Там невинные люди, которые могут погибнуть! Вы сами знаете, что на Ковчеге скоро жить станет невозможной. Чтобы выиграть время, они начнут убивать людей... невинных людей! Вы же этого не хотите? Там ваши родители! Они могут погибнуть, а чтобы этого не случилось, им нужно знать, что мы живы! — я старалась достучаться до их разума, до их чувств. В глазах некоторых я увидела проблески сомнения.
— Не слушайте её! — Беллами мгновенно прервал меня, заметив, как несколько подростков, стоявших в очереди, отступили. — Ковчег отобрал ваших родителей у многих из вас, выбросив их в космос! Если они попадут сюда, они вновь посадят нас в тюрьму и установят свои порядки! Нам нельзя этого допустить! Мы выживем и без них! Я принес вам сегодня добычу — это всё ваше! — он говорил, будто сам верил в эту глупую ложь. Но я чувствовала, что истинная причина его поступка гораздо глубже, и я должна была её узнать.
Поняв, что сейчас словами мне их не переубедить, я оставила их и направилась к Джасперу.
— Как он? — тихо спросила я, войдя в корабль и поднявшись на второй этаж.
— Пульс всё ещё слабый, но он жив, — ответила Кларк, её голос был напряжённым.
— Его рана обработана... но зачем им нужно было сначала проткнуть его копьём, а потом так тщательно залечить? — я не могла перестать думать об этом странном противоречии.
— А вы не видели их? Тех, кто это сделал? — поинтересовалась Октавия, сидя рядом с Джаспером и держа его за руку. Её лицо было бледным.
— Нет, — ответила я, не отводя взгляда от аккуратно обработанной раны Джаспера. — Мы нашли его привязанным к дереву.
Я не знала, что делать дальше. Рана была обработана на удивление хорошо, а у нас не было ни инструментов, ни медикаментов, сравнимых с теми, что были на Ковчеге. Нам оставалось лишь ещё раз промыть рану и надеяться на лучшее.
Мы вышли, оставив Джаспера в покое. В этот момент к нам подошёл Финн.
— Они снимают браслеты за еду, — взволнованно выпалил он, подбегая к нам, как только увидел, что мы вышли.
— Я не знаю, что с ними делать, — я почувствовала, как меня охватывает разочарование. — Половина, кажется, засомневалась после моих слов и отошла, но вторая половина всё ещё снимает браслеты. Я не в силах это остановить…
— У меня есть идея, — сказал Финн, и, не говоря больше ни слова, направился к костру.
У костра подростки жарили мясо, и там же, возле огня, они продолжали снимать браслеты. Финн подошел к одному из них, протягивая руку к палочке с мясом.
— Эй! Ты же не снял браслет, — тут же остановил его Мерфи, его голос был полон пренебрежения. — Если снимешь — получишь еду. Если нет — катись к черту. Тут такие правила.
— Я думал, здесь нет правил, — спокойно ответил Финн, взял кусок мяса и ушёл, не обращая внимания на Мерфи.
Все, кто это услышал, уставились на него, а затем, словно по команде, начали брать мясо, не снимая браслеты. Я невольно улыбнулась. Возможно, не всё потеряно.
Финн подошел к нам, качая головой в сторону Кларк, словно намекая: «Идем.». Они отошли на несколько шагов, но вдруг Финн остановился и, повернувшись, обратился ко мне.
— Тебе тоже стоит поесть, — заботливо сказал он, и, получив мой кивок, они с Кларк исчезли в сумерках лагеря.
Я же, пропустив мимо ушей совет о еде, направилась прямиком к Джасперу. Моя рана на ноге, о которой я почти забыла в суматохе, напомнила о себе. Ткань штанов прилипла к кровоточащей ране, и когда я попыталась приподнять штанину, она с болезненным треском стала отходить, словно присохшая кожа.
— Ммм... — я тихо простонала от внезапной боли. Рана была неглубокой, но неприятно ныла. Я начала промывать ее, когда тишину корабля нарушил знакомый голос.
В дверном проеме стоял Беллами.
Вот и новая часть. Надеюсь вам нравится, ведь мне не очень. Мне кажется не хватает деталей и описания сюжета, но и у самой не получается большего. Не знаю короче. Пишите мнение в комментариях. И обязательно не забудьте поставить звёздочку)
2544 слова.
Люблю ❤️