[GL] Гнездо Ласточки

Доковыляв до гостиничной комнаты, Ван И обессиленно опустилась на кровать. Она впервые так напрягалась за всё то время, что прошло с низвержения. В былые времена она бы с лёгкостью прошла тысячу ли за одну ночь, но сейчас... Её тело почти разваливалось на части от боли и усталости, а начавшие было затягиваться раны дали о себе знать. Кровью она, конечно, пока не кашляла, но определённо испытывала дискомфорт.

― Сегодня был насыщенный день, Ван И. Теперь можешь отдохнуть.

Ван И кивнула, с завистью глядя на молодую монахиню. Она с самого утра была на ногах, но при этом выглядела также чисто и опрятно, как и всегда. Вот что значит молодость...

Сняв безрукавку и верхнюю одежду, Ван И с удовлетворением растянулась на кровати, а рядом положила тарелку с сухофруктами, которые Сяо Янь купила по её просьбе. Новоприобретённый эрху, завёрнутый в промасленную ткань, стоял у стены. Несмотря на то, что с повреждением связок правой руки она не сможет играть на нём самостоятельно, инструмент всё равно пригодится.

Но сегодня она приобрела кое-что более ценное, чем искусно сделанный эрху.

Ван И полезла в потайной карман за пазухой, чтобы вытащить свой трофей. Весь день она предвкушала, как доберётся до комнаты и погрузится в увлекательное чтение. И этот заветный момент вот-вот настанет...

За пазухой ничего не было.

Ван И нахмурилась и принялась обшаривать всю свою одежду. Ярко-красная книжка, второй том «Великого повелителя яростного пламени» бесследно исчезла.

В панике женщина бросилась к мешку с остальными книгами. Все купленные романы были на месте, и лишь один будто растворился в воздухе.

Когда Сяо Янь закончила объяснять служанкам, какие блюда лучше приготовить к завтрашнему утру и вернулась в комнату, первым, что она увидела, были нахмуренные брови Ван И и обрезок ткани с несколькими иероглифами.

«Где красная книга, которую я покупала?»

― Красная? Вроде бы ты положила её за пазуху, когда мы выходили из лавки... ― немного подумав, ответила женщина.

«А дальше?»

― Хм... Нет, не помню. А что, она пропала?

Ван И поняла, что от монахини помощи не будет и принялась по-новой осматривать каждый угол комнаты.

Нигде нет. Ни следа «Великого повелителя».

Сяо Янь сочувственно наблюдала за тем, как на лице Ван И появляется невыносимая скорбь.

С истинным страданием в душе Ван И вернулась к кровати. Она уже не обращала никакого внимания на любимые сушёные фрукты ― какой в них смысл без захватывающей книги?

Она подняла глаза на Сяо Янь. Та уже привычно расстелила на полу одежду. Ради экономии средств и удобства они решили взять одну комнату на двоих, но все комнаы с двумя кроватями были заняты, поэтому монахине опять придётся спать на полу. Не сказать, что Ван И совсем не испытывала вины по этому поводу, но возможность лежать в мягкой кровати радовала.

Сяо Янь была в одной нижней одежде. Что-то в ней сегодня казалось Ван И странным, но она не могла понять, что именно...

Внезапно её голову пронзила мысль.

«Где твои палочи от янциня?» ― быстро написала она.

― Да что с тобой сегодня? Они в моей причёске, как всегда...

Потрогав перевязаный светло-розовой лентой пучок на своём затылке, Сяо Янь замолчала. Её тонкие брови сошлись к переносице.

― ...Они болжны быть в моей причёске.

«Но их там нет» ― прокомментировала Ван И.

― Но я уже много лет ношу их воткнутыми в пучок, и они никогда не терялись! Как же так? Если они выпали по неосторожности, то хоть одна осталась бы, разве нет?

«Их могли выдернуть.»

― Выдернуть? Зачем? Их не так сложно сделать из бамбука. Тот же дядюшка Ду продаёт такие палочки за сущие копейки!

«Они кому-то понадобились. Как и моя книга.»

― Вор, который крадёт бамбуковые палочки и романы уся? Извини, но мне это кажется странным...

― Господа, господа, откройте! Я принесла еду! ― внезапно за дверью раздался голос хозяйки гостиницы, и Ван И подпрыгнула от неожиданности. Сяо Янь тут же поспешила распахнуть дверь и помогла немолодой дородной женщине расставить тарелки на низком столике.

― Спасибо, вы очень добры. Тут даже больше, чем я заказывала...

― Ничего-ничего, это подарок!

Сяо Янь кивнула и принялась за еду, но её взгляд всё ещё выражал недоумение, а брови были нахмурены. Хозяйка, много лет заведовавшая гостиницей, быстро заметила, что с гостьей что-то не так

― Господа какие-то невесёлые. Вам не по душе комната?

― Нет, всё замечательно. Мы потеряли пару вещей, только и всего... ― стоило только хозяйке услышать это, как её глаза загорелись. Ван И мысленно вздохнула: жителям Цзинь Тана совершенно чужда сдержанность!

― Пару странных незначительных вещей, не так ли?

― Да, всё верно, ― Сяо Янь с интересом подняла голову. ― Неужели вы что-то об этом знаете?

Хозяйка быстро оглянулась по сторонам, будто боялась, что их подслушают, наклонилась ближе к монахине и негромко проговорила:

― Я боюсь прогневать Небеса, если не права... Но я слышала, что в Цзинь Тане уже какое-то время орудуют призраки-воришки! ― женщина сделала многозначительную паузу. ― Не верите? В последние пару месяцев люди часто жалуются на странные мелкие проаажи разных вещиц. Вору ни карманы, ни охрана не помеха. И дня не пройдёт, чтобы у кого-нибудь чего не украли!

― Но почему вы думаете, что тут замешана нечисть?

― Да сами подумайте, господа! У меня давеча пропал гребень и несколько украшений, которые я на входе в гостиницу вешаю. Какой же человек будет таскать такой хлам? Ясно, что это всё призраки! А у вас что стащили?

― Две бамбуковые палочки от янциня и книгу.

― Вот и я о том же! Вреда от этих краж немного, но не нравится мне, когда вещи пропадают! ― хозяйка возмущённо всплеснула рукавами.

― Спасибо, что рассказали, ― вежливо поблагодарила Сяо Янь. ― В таком случае, может быть, вы знаете, что нам теперь делать?

― Мой вам совет: купите заново, сейчас как раз ярмар.... ― хозяйка проглотила окончание фразу, когда Ван И посмотрела на неё своим «взглядом дракона». ― ...Ой, если там что-то серьёзное, то сходите в городскую резиденцию ордена Цзинь Тан Бэй и оставьте заявку. Они как раз всей чертовщиной занимаются. Правда, у них и так уже куча наводок на призраков-воришек, а поймать-то до сих пор не поймали...

Хозяйка украдкой снова взглянула на Ван И одновременно с испугом и интересом в глазах.

― Похоже, нам и правда придётся идти с заявкой. За сколько времени они смогут помочь?

― Ой, да не знаю я. Они и сами не знают, потому что не помогли ещё никому. Ох уж эти даосы: на мечах летать умеют, а как работать ― сразу в кусты!

― Спасибо, тётушка, ― Сяо Янь мягко улыбнулась и поклонилась. ― Мне жаль, что я отняла у вас столько времени.

― Что ты, госпожа! С тобой болтать ― чистое удовольствие. Я давно таких вежливых милых девушек не встречала! ― женщина вновь покосилась на Ван И, но теперь с осуждением. ― А вот муженёк твой не очень хорошо манеры знает. Хоть бы поздоровался со старушкой!

«...» ― Ван И со странным выражением лица уставилась на хозяйку.

― Эм... Извините, я ведь не представила... ― тихо проговорила Сяо Янь. ― Это Ван И, женщина и моя подопечная. Не говорит она потому, что у неё повреждены голосовые связки.

Теперь в шоке застыла сама хозяйка. Она окинула Ван И с головы до ног внимательным и скрупулёзным взглядом. Её глаза задержались на плоском подбородке, широких плечах и многочисленных шрамах по всему телу. Судя по её лицу, зрелище не пришлось ей по душе.

К тому же, Сяо Янь была чуть выше средней женщины, но рядом с Ван И казалась ребёнком.

― Простите старуху, зрение уже ни к чёрту...

― Ничего страшного, я думаю, что Ван И совсем не обиделась, ― примирительно произнесла Сяо Янь.

«Думай поменьше, у тебя это не очень хорошо получается» ― промелькнуло в голове Ван И. Она отвернулась и уставилась в окно.

Хозяйка попрощалась и ушла, забрав пустую посуду. Ван И почти не успела отдохнуть и съела совсем немного, но дело с загадочными призраками-ворами не терпело отлагательств...

― Ты куда? ― Сяо Янь молниеносно встала и схватила её за рукав. ― Собираешься идти прямо сейчас?

Ван И кивнула с серьёзным выражением лица. Её взгляд, направленный на монахиню, стал суровым.

― Нет, сегодня мы никуда не пойдём. ― к сожалению, Сяо Янь была практически единственной, на кого «взгляд дракона» не оказывал никакого эффекта. ― Ложись спать. Твоя книжка ведь сможет потерпеть до утра, не правда ли?

Ван И замотала головой. Эта молодая монахиня совершенно не могла понять, что значит потерять последнюю надежду на продолжение увлекательной истории!

Однако через некоторое время Ван И всё же сдалась. Она была демоницей, небожительницей и бывшей главой Небесного Министерства в одном лице, но так и не смогла переспорить эту упрямую монахиню. Сяо Янь мягко, но настойчиво шаг за шагом оттаскивала свою подопечную от двери, затем уложила её в кровать и подоткнула одеяло. Несокрушимая воля председательницы Всеобщего Консилиума Небожителей проиграла воле женщины, которой не исполнилось и тридцати...

***

Дорога к городской резиденции ордена Цзинь Тан Бэй заняла почти час непрерывной ходьбы. Найти её оказалось несложно, потому что направление мог подсказать каждый прохожий, но пробираться через толпы продавцов и покупателей стало ещё труднее, чем в первый день. В целом Цзинь Тан был менее оживлённым, чем любой другой город такого же размера, но во время ярмарки количество посетителей превышало все границы допустимого. Даже при том, что Сяо Янь и Ван И благоразумно вышли утром, продвигаться иногда приходилось дворами и переулками.

Городская резиденция ордена Цзинь Тан Бэй выделялась своей высотой и чистыми белыми стенами на фоне соседних построек, но по сравнению с резиденциями других больших орденов не поражала воображение изысканностью. Это здание было в первую очередь практичным и вместительным. Ван И, которая очень редко покидала Небеса, где сплошь и рядом стояли роскошные дворцы небожителей, до сих пор не очень привыкла к простоте быта в уезде Цзинь Тан.

На входе двух женщин встретил загорелый молодой человек в форменной одежде ордена Цзинь Тан Бэй, который дремал прямо стоя, прислонясь к воротам резиденции.

― Мм... Здравствуйте, ― он быстро вспомнил, что находится на посту, и почтительно поклонился. ― Вам кого?

― Здравствуй. Где мы можем оставить заявку на возвращение пропавших вещей? ― с очаровательной улыбкой спросила Сяо Янь.

― Пропавшие вещи? ― паренёк тут же оживился. ― О, это ко мне! Подождите секунду...

Он быстро убежал во внутренний двор резиденции. Когда Ван И уже начала думать, что этот парень просто про них забыл, он вернулся с другим юношей, чьё лицо было мрачнее тучи.

― Теперь ты на посту! ― он с широкой улыбкой хлопнул хмурого собрата по ордену по плечу, а затем повернулся к посетительницам. ― Пожалуйста, идите за мной.

― Благодарю за заботу, ― сказала Сяо Янь, когда юноша проводил женщин к небольшой комнатке в одном из зданий резиденции и заварил чай.

― Почтенной даос необязательно быть такой вежливой... ― он смущённо улыбнулся, доставая из шкафа бумагу и раскладывая письменные принадлежности. ― Меня зовут Ян Хоу, я принимаю заявки о пропажах. Для начала, нужно ваше имя и адрес...

-― Моё имя ― Сяо Дэнци, я из деревни Ланьтао, содержу храм Белой Азалии, ― лаконично представилась Сяо Янь. ― А это Ван И, мы приехали на ярмарку вместе.

Ван И бросила удивлённый взгляд в сторону монахини. Все в Ланьтао называли её просто Сяо Янь, и до сих пор Ван И думала, что у её благодетельницы вовсе нет взрослого имени. Его дают детям по достижении совершеннолетия, но в семьях простых людей эту традицию зачастую опускают, и ребёнок всю жизнь ходит с тем именем, которое ему дали при рождении.

Но вот на Небесах второе имя из двух иероглифов негласно считалось обязательным. Если до Вознесения у человека такового не было, он должен был его придумать и впредь использовать во всех официальных документах и при общении, чтобы не стать объектом сплетен и осуждения. Именно поэтому Императорская распорядительница из Шуан Тяо стала Шуан Минъюэ. Только исключительно уважаемые люди вроде Великого Старейшины Уцзюйэра, Кэ Шаня, не вызывали недовольства у прочих обитателей Небес.

― Хм... Ци как цифра?

― Нет, как в «удивительный»¹.

Ян Хоу ещё пару раз переспросил насчёт написания иероглифов. Когда он наконец закончил старательно вписывать имена в заявку, юноша подул на чернила и выжидающе уставился на посетительниц:

― Какая вещь пропала?

― Книга с красной обложкой. Как там она называлась...

«Великий повелитель яростного пламени: дракон, затаившийся в императорском дворце» ― Ван И с готовностью показала кусок ткани с написанным на нём названием.

― Ну и название... ― пробормотал Ян Хоу себе под нос, пока переносил иероглифы в заявку. ― Что-нибудь ещё?

― Не думаю, что это имеет значение, но также исчезли две бамбуковые палочки для янциня. Их можно не искать, я куплю новые по пути. ― ответила Сяо Янь.

― Это тоже запишем. Где примерно потеряли? Есть подозрения, догадки?

― Вчера мы ходили в мастерскую Ду, а когда вернулись в гостиницу, книги уже не было. Не знаю, считается ли это подозрением, но хозяйка гостиницы сказала, что это не единичный случай, и виноваты какие-то призраки...

― А, вот оно что! ― понимающе воскликнул Ян Хоу. Он молниеносно вскочил на ноги. ― Пожалуйста, подождите здесь, я сейчас скажу позвать Шэн-шисюна!

На этот раз юноша вернулся побыстрее. Он явно запыхался от быстрого бега, но его глаза горели энтузиазмом:

― Вы вовремя пришли! Шэн-шисюн ещё здесь, поэтому вы с ним лично сможете поговорить!

У Ван И появилось нехорошее предчувствие.

― Шэн-шисюн? ― спросила Сяо Янь.

― Да. Это самый многообещающий молодой господин во всём Цзинь Тане! Ему всего пятнадцать, но он уже настолько талантливый, что смог стать учеником настоящей небожительницы!

С каждым словом Ян Хоу предчувствие только усиливалось, перерастая в тревогу.

― Шэн-шисюн в одиннадцать лет попал в самую крутую духовную школу и даже на Небесах побывал! А как он ножи метает... В общем, настоящая гордость ордена Цзинь Тан Бэй! Я уверен, что однажды он достигнет Вознесения, а потом и орден возглавит... ― Ян Хоу прервался, увидев выражение лица Ван И. ― Эм, госпожа Ван... Всё нормально?..

«Вот чёрт!..» ― в её голове крутилась только одна мысль. После рассказа Ян Хоу стало ясно как день ― этот Шэн-шисюн, юный гений ордена Цзинь Тан Бэй, был одним из четырёх старших учеников Великой Наставницы Тяньлан, Шэн Чаном!

Шэн Чан состоял в дальнем родстве с нынешним главой ордена Цзинь Тан Бэй. Если точнее, он был незаконнорождённым сыном двоюродного брата нынешнего главы. Этот самый двоюродный брат, Бэй Чжэньчунь, в своё время был весьма известен, но не за ратные подвиги, а за то, что обещал простодушным женщинам из бедных семей свадьбу и золотые горы, после чего безжалостно бросал. Одна из них забеременела и вскоре родила мальчика. Поскольку Бэй Чжэньчунь не желал иметь с этой женщиной ничего общего, ей пришлось дать сыну свою фамилию Шэн.

С ребёнком на руках, женщина много лет тщетно пыталась заставить Бэй Чжэньчуня признать своего сына, но на её претензии никто не обращал внимания. Ещё бы, что может обычная женщина против родственника главы ордена? Так было до тех пор, пока она не умерла ― то ли от осложнений после родов, то ли от венерической болезни. Это грозило стать поводом для огромного скандала, потому что собратья Бэй Чжэньчуня по ордену уже устали терпеть его выходки. Чтобы уладить ситуацию, мужчина всё же принял сына в орден и отправил его в одну из отдалённых резиденций. Там Шэн Чан и вырос, учась у старейшины вместе с ещё кучей детей.

Ван И познакомилась с этим своевольным, но талантливым юношей, когда зашла в Цзинь Тан по какому-то мелкому делу. Он нагло прервал её разговор с одним из старейшин ордена, чтобы попроситься в ученики. Даже будучи одиннадцатилетним мальчиком, он демонстрировал исключительную навязчивость и самоуверенность в общении с самой главой Небесного Министерства. Возможно, именно поэтому она дала ему шанс показать себя, а затем сделала учеником в духовной школе Яньфэн.

Обучение немного сбило с него спесь, и вскоре он начал обращаться к Ван И весьма уважительно, однако своего высокомерия не растерял. Например, он демонстративно не стал придумывать себе второе имя из двух иероглифов, как полагалось старшим ученикам Великой Наставницы Тяньлан.

― ...Ван И, ты в порядке? ― Сяо Янь осторожно дотронулась до рукава своей спутницы, и Ван И внезапно поняла, что уже довольно долго сидит без движения. Нельзя тратить время на размышления, когда каждая секунда на счету!

«Дай бинты» ― быстро написала она на ткани.

― Бинты? Зачем?

«Дай.»

С недоумением на лице Сяо Янь достала из рукава моток чистых бинтов, который всегда таскала с собой на всякий случай. Ван И чуть ли не вырвала его из рук монахини и принялась наматывать на лоб, чтобы скрыть нефритово-зелёную отметину. Эта метка была с ней с самого рождения, потому что отец Ван И считал, будто она приносит удачу. На Небесах она стала известным символом Великой Наставницы Тяньлан. Даже если Шэн Чан вдруг почему-то не узнает её по чертам лица, то метка точно развеет все его сомнения!

Кроме этого, Ван И замотала всю нижнюю половину лица. Делать это одной рукой было очень непросто, но она задействовала всю ловкость, накопленную за сотни лет совершенствования. Под изумлёнными взглядами Сяо Янь и Ян Хоу женщина почти полностью закрыла лицо, оставив только глаза. Да, они тоже были довольно узнаваемы, но мало ли в мире людей со светло-серыми глазами?

Зеркала поблизости не было, и Ван И не знала, как выглядит со стороны. Однако, если учитывать, что всё её тело покрыто ранами, голосовые связки безнадёжно разорваны, из-за переломов она не может ходить прямо, да ещё и одета в простую льняную одежду... Навряд ли Шэн Чан поверит, что его гордая наставница могла опуститься до такого.

К тому же, он своими глазами видел, как её пронзило Небесным Остриём, после которого не выживет ни один демон.

[1]Слово «удивительный» (出奇, chūqí) образовано из иероглифов 出 ― проявляться и 奇 ― необычный,поразительный, который и есть в имени Дэнци. Ян Хоу спрашивает про иероглиф 七, который означает цифрусемь и тоже произносится как «ци» (qí).