Зарянка

15 мая 1976 года

Хогвартс. Большой зал.

В Большом зале сегодня было невыносимо шумно. Гул сотен голосов отражался от заколдованного потолка, давя на уши. И главной темой для сплетен, разносившихся по всем четырём столам, была предстоящая помолвка Джозетт Малфой. Слизеринцы перешёптывались, поглядывая на неё, а сама Джо сидела бледная и едва сдерживала ярость. Внутри неё всё кипело от злости на родителей — Абраксаса и Елену. Выдать её насильно за Дерека Байбарса, сломать её жизнь ради чистокровного союза... Это казалось изощрённой пыткой.

Рядом с ней сидела Эстер. Её лицо выражало абсолютное, почти пугающее спокойствие, хотя её собственная принудительная свадьба с Барти Краучем-младшим должна была состояться уже в июне. Но Эстер научилась прятать свои страхи за ледяной маской Блэков.

Напротив девушек расположился Регулус. Он не притронулся к еде, внимательно наблюдая за подругами. Джо хмурилась, со злостью ковыряя вилкой в тарелке с кашей, а Эстер с абсолютно безучастным видом медленно завтракала.

Вдруг над столами взмыл вихрь почтовых сов. Прямо в тарелку Регулуса, едва не подняв фонтан брызг, шмякнулось плотное письмо с тяжёлой гербовой печатью. Девочки мгновенно оживились, позабыв о масках, и уставились на него.

Регулус не спеша вытащил конверт, стряхнул с него капли и быстро пробежал глазами по строчкам. По мере чтения его холодные серые глаза потеплели, а на губах появилась редкая, по-настоящему искренняя и тёплая улыбка. Он поднял взгляд на притихших Джо и Эстер.

— У меня для вас потрясающая новость, — тихо, но так, чтобы слышали только они, произнёс Регулус. — Камилла будет на твоей свадьбе, Джо. Твои родители пригласили их, и они приняли приглашение. И да... Рабастан тоже там будет.

При упоминании этого имени Эстер брезгливо цокнула языком. Одно присутствие этого ничтожества могло испортить любой праздник. И всё же её сердце пропустило удар от радости — она наконец-то увидит Камиллу!

Джо при имени Рабастана демонстративно отвела взгляд, сжав зубы — она физически не переносила мужа подруги, который напоминал ей о её собственном кошмаре. Но её сияющие, полные слёз облегчения глаза выдавали её с головой. Камилла вырвется из своего склепа хотя бы на один вечер. Они увидят её. Обнимут. Убедятся, что она жива.

Регулус резко поднялся из-за стола. Не обращая внимания на удивлённые и неодобрительные взгляды слизеринцев, он решительным шагом направился через весь зал к столу Гриффиндора. Подойдя к Сириусу со спины, он наклонился и что-то быстро зашептал ему на ухо.

Джеймс, сидевший рядом, мгновенно уловил суть разговора. Поттер с оглушительным, радостным воплем подскочил с лавки, едва не перевернув стакан с тыквенным соком. А Сириус... Сириус буквально засветился изнутри. На его лице расплылась безумная, счастливая улыбка Бродяги. Он резко вскочил, крепко, по-мужски пожал руку младшему брату и благодарно кивнул ему.

Джо и Эстер издалека наблюдали за этой сценой. Джеймс от избытка чувств прямо перед столом большого зала начал исполнять какой-то победный танец, Сириус, хохоча, пританцовывал ему в ответ, а Римус и Лили смотрели на них как на умалишённых, прикрывая лица руками от стыда.

Эстер и Джо переглянулись. Синхронно закатив глаза на эту чисто гриффиндорскую, шумную выходку, они всё же не смогли сдержать улыбок.

Впервые за долгое время в их запертых душах затеплилась настоящая, живая надежда. План спасения Камиллы официально начался.

Выручай-комната.

Выручай-комната подстроилась под их лихорадочное настроение: камин горел тускло, отбрасывая длинные, тревожные тени на кирпичные стены. В комнате стоял невообразимый шум. Джеймс с жаром, размахивая руками, расписывал свой план. Идея была чисто гриффиндорской — дерзкой, шумной, театральной. Такой план мог бы знатно повеселить Хогвартс во время очередной проделки Мародёров, но сейчас ставки были слишком высоки.

Регулус молча смотрел на Поттера, и в его холодных серых глазах читалось искреннее изумление. «Почему у этого придурка всё всегда так просто?» — мысленно качал головой Блэк.

Да, план Джеймса и Сириуса мог сработать, но он был смертельно опасен. На свадьбе Джо соберётся весь свет чистокровного общества: там будут их деспотичные родители, Вальбурга и Орион, жестокие Лестрейнджи, влиятельные Малфой и Блэки
Малейшая ошибка — и они не просто провалят спасение, они подставят Камиллу под такой удар, после которого она может не выжить.

Не выдержав этой легкомысленной гриффиндорской суеты, Регулус закатил глаза, резко поднялся с дивана и, ничего не сказав, направился к выходу. Ему нужно было вернуться в подземелья Слизерина, чтобы в тишине обдумать каждую деталь. Сириус и Джеймс, увлёкшись спором о заклинаниях отвлечения, ушли следом за ним в гостиную Гриффиндора чтобы подготовить нужные карты.

В Выручай-комнате повисла внезапная, оглушительная тишина. За столом остались сидеть только трое: Эстер, Джо и, как ни странно, Лили.

Три девушки. Один общий враг. И один огромный, удушающий страх за Камиллу, которую они не видели уже почти полгода. Шесть месяцев неизвестности, кошмаров и безмолвия.

Лили сидела на краю дивана, поджав колени к груди, и внимательно наблюдала за Джо. Платиновая малфоевская блондинка сейчас нервно перебирала пальцами край своей мантии, её губы были плотно сжаты, а в глазах блестели невыплаканные слёзы. Лили искренне поражалась: как эта хрупкая, похожая на фарфоровую куколку девушка находит в себе силы быть такой сильной?

Эванс отлично помнила свой первый курс. Тогда, в одиннадцать лет, Джозетт Малфой показалась ей высокомерной, капризной стервой, которая смотрит на маглорождённых как на грязь под ногами. Но реальность оказалась совсем другой. За маской аристократической гордости скрывалось невероятно доброе, любящее сердце. Джо была готова пойти на плаху, нарушить любые законы и рискнуть собственной жизнью ради тех, кого любила.

Лили до сих пор не могла до конца поверить, что сидит здесь, в одном кругу со слизеринками. После того, что случилось у озера... после того, как Северус выплюнул ей в лицо то мерзкое, ядовитое слово «Грязнокровка», Лили поклялась себе, что больше никогда в жизни не заговорит ни с кем из Слизерина. Она была уверена, что этот факультет порождает только монстров, предателей и будущих убийц.

Но жизнь оказалась гораздо сложнее её детских обид.

Регулус, готовый пойти против собственной семьи ради сестры. Джо, разрывающаяся от боли, но продолжающая бороться. И Эстер, чьё ледяное спокойствие было единственным щитом против безумия её родственников. Эти трое были совсем другими. Они были живыми. Они умели чувствовать, сопереживать и любить вопреки всему, чему их учили в чистокровных поместьях.

Лили мягко опустила ноги на пол, сделала глубокий вдох и пересела ближе к слизеринкам. Она протянула руку и осторожно коснулась ладони Джо.

— Мы справимся, — тихо, но с абсолютной уверенностью сказала Лили, заглядывая в голубые глаза Малфой. — Мы вытащим её. Все вместе.

Джо вздрогнула от неожиданного тепла, посмотрела на руку Лили, а затем подняла на неё глаза, полные благодарности. Эстер прекратила мерить комнату шагами, остановилась у камина и едва заметно кивнула. В этот момент, в тишине Выручай-комнаты, три девушки поняли без слов: цвета их факультетов больше не имели никакого значения. Ради Камиллы они пойдут до самого конца.