Печать алого сердца

После адской ботаники все оказались в одном кабинете, воздух там был плотнее, чем обычно, перемешанный с запахом старых книг, мела и едва уловимой сырости, будто стены впитали слишком много чужих разговоров. Т/и сидела рядом с Айзеком, её пальцы крепко сжимали его ладонь под партой, она машинально перебирала его пальцы, иногда чуть дёргая их, будто проверяя, что он действительно рядом, что всё это — не просто ощущение.

Гомес с Мортишей сидели на соседнем ряду, Мортиша держалась ближе к нему, почти касаясь плечом, её пальцы лежали поверх его руки, а он время от времени наклонялся к ней, что-то тихо шепча, от чего уголки её губ едва заметно подрагивали, хотя в глазах всё ещё оставалась тень пережитого. Грей и Офелия сидели позади них, Грей развалился на стуле, закинув руку на спинку, а Офелия сидела ровно, слишком ровно, сжимая тетрадь так, что побелели костяшки пальцев.

Айзек посмотрел на Т/и, уголок его губ мягко приподнялся, он осторожно убрал прядь волос с её лица, кончиками пальцев едва касаясь её кожи, будто боялся нарушить этот короткий, спокойный момент. Т/и в ответ улыбнулась, чуть наклонилась к нему и положила голову на его плечо, на секунду прикрыв глаза, её дыхание стало ровнее.

— Ты опять нервничаешь, — тихо сказал Айзек, почти не шевеля губами, его голос был едва слышен на фоне общего шума.

— Немного, — так же тихо ответила Т/и, слабо хмыкнув — после всего… сложно делать вид, что всё как обычно.

— Тогда не делай, — он чуть сжал её пальцы в ответ — просто будь здесь.

Т/и едва заметно кивнула, не поднимая головы.

Офелия, наблюдавшая за ними, с силой сжала тетрадь, ноготь скользнул по обложке, оставляя едва заметную царапину, она отвела взгляд в сторону, будто ей стало слишком тяжело смотреть, но через секунду всё равно вернула его обратно, не в силах перестать.

Грей тем временем лениво выпускал маленькие разряды тока в Винсента, тонкие голубоватые искры щёлкали почти бесшумно, но достаточно, чтобы чувствовалось. Винсент дёрнулся, закатил глаза и шлёпнул его по руке.

— Ты нормальный вообще? — прошипел он, потирая ладонь.

— Проверяю твою живучесть, — усмехнулся Грей, отдёргивая руку и ухмыляясь шире — научный эксперимент.

— Ещё один такой эксперимент — и ты проверишь свою, — буркнул Винсент, но уголок его губ всё равно дрогнул.

Сзади кто-то тихо засмеялся, кто-то шуршал бумагой, передавая конспект, стулья скрипели, создавая привычный хаос перед началом занятия.

В этот момент дверь кабинета открылась, и в проёме появился профессор Люпин, он вёз клетку, накрытую тёмной длинной тканью, ткань слегка колыхалась при каждом его шаге, а из-под неё доносился глухой, хриплый звук — не совсем человеческий и не совсем животный, будто кто-то пытался дышать через сломанное горло. В воздухе тут же появился запах — сырой земли, гнили и чего-то металлического, тяжёлого.

Несколько студентов тут же замолчали, кто-то тихо выдохнул, кто-то инстинктивно отодвинулся назад.

Люпин махнул свободной рукой, и окна с лёгким стуком распахнулись, впуская холодный воздух, который тут же прошёлся по кабинету, задевая лица, заставляя некоторых поёжиться.

— Спасибо… хоть дышать можно, — тихо пробормотал Винсент, прикрывая нос рукой.

Т/и чуть выпрямилась, убрав голову с плеча Айзека, но их пальцы так и остались переплетёнными, она внимательно посмотрела на клетку, в её взгляде мелькнуло напряжение.

Айзек тоже напрягся, взгляд его стал более сосредоточенным, он чуть подался вперёд.

— Это… не учебное пособие, — тихо сказал он, скорее себе, чем ей.

— Слишком живое для пособия, — ответила Т/и, не отрывая взгляда от ткани.

Люпин остановился около доски, поставил клетку чуть в сторону, но так, чтобы её было видно каждому, ткань едва заметно дёрнулась изнутри, и кто-то на первом ряду резко втянул воздух.

Он развернулся к классу и медленно провёл взглядом по студентам, задерживаясь на каждом на долю секунды дольше, чем обычно, словно оценивая реакцию.

— Добрый день, студенты… сегодня у нас не совсем обычная тема… — его голос был спокойным, но в нём чувствовалась скрытая тяжесть, он подошёл к клетке и взялся за край ткани — Зомби и их строение.

Гомес чуть наклонился к Мортише.

— Романтика уходит на второй план, — тихо пробормотал он, и она слабо, но искренне усмехнулась сквозь усталость.

Офелия сглотнула, пальцы её сжались ещё сильнее.

Француаза чуть наклонилась вперёд, глаза её внимательно следили за каждым движением Люпина.

— Надеюсь, оно не вырвется, — прошептала она, почти не дыша.

— Если вырвется — я уйду первым, — тихо отозвался Грей, но уже без прежней насмешки.

Люпин резко отдёрнул ткань.

Ткань соскользнула вниз, и в ту же секунду по кабинету разнёсся низкий, рваный рык, будто разорванное горло пыталось выдавить из себя звук. Тело в клетке дёрнулось вперёд, с силой ударившись о прутья — глухой металлический звон отозвался в стенах, прошёлся вибрацией по партам. Пальцы — если это ещё можно было назвать пальцами — судорожно вцепились в решётку, скользя по металлу с мерзким, тянущимся скрежетом. Несколько студентов одновременно отпрянули, кто-то вскрикнул, чей-то стул резко заскрипел, ударившись ножками о пол, кто-то неловко задел соседа локтем.

Т/и инстинктивно сжала руку Айзека сильнее, почти до боли, её пальцы побелели, ногти едва не впились в его кожу.

Айзек тут же подался ближе, его вторая рука легла на её запястье, удерживая, фиксируя, будто заземляя её в реальности. Его пальцы сжались крепче, но осторожно.

— Я здесь, — тихо сказал он, не отрывая взгляда от существа, голос ровный, но в нём чувствовалось напряжение.

В кабинете повисла тяжёлая, вязкая тишина, нарушаемая только хриплым дыханием из клетки и сбивчивыми выдохами студентов. Кто-то тихо шмыгнул носом, кто-то нервно постучал пальцами по столу, сразу же остановившись.

— Так... — Люпин слегка улыбнулся, будто это была самая обычная демонстрация, и медленно провёл ладонью по краю клетки — кто хочет подойти?

Грей скептически приподнял бровь, откинувшись назад, но взгляд его всё равно был прикован к существу, зрачки чуть сузились.

— Вы серьёзно?.. — он чуть скривился, уголок губ дёрнулся — вдруг сожрёт?

Пара студентов нервно усмехнулась, но смех быстро оборвался.

Люпин перевёл на него спокойный взгляд, чуть склонив голову.

— Максимум покусает, — ровно ответил он — и да, не превратит вас в подобие себя… они едят мозги, из-за чего их плоть частично восстанавливается, и при определённых условиях они могут… вернуться.

Винсент тихо присвистнул сквозь зубы, почесав шею, будто ему стало не по себе.

— Очень обнадёживающе, — пробормотал он, косясь на клетку.

Гомес чуть наклонился к Мортише, его пальцы крепче сжали её ладонь, большой палец провёл по её пальцам, пытаясь успокоить.

— Не смотри, если тяжело, — тихо сказал он.

— Нет… — Мортиша покачала головой, но всё равно чуть прижалась к нему ближе, её взгляд был прикован к существу, и в нём уже читался страх.

— Я хочу! — Т/и резко подняла руку, даже не задумываясь, голос прозвучал чуть громче, чем нужно.

Несколько человек сразу обернулись на неё, кто-то даже тихо выдохнул.

— Т/и… — с явным удивлением и тревогой произнёс Айзек, сжав её пальцы сильнее — ты серьёзно?

Она повернула к нему голову, их взгляды встретились. Её выражение было уверенным, но в глубине мелькнуло напряжение.

— Всё хорошо… — тихо сказала она, едва заметно кивнув.

Люпин усмехнулся уголком губ, делая приглашающий жест.

— Давайте, мисс Фрамп.

Т/и улыбнулась — коротко, почти автоматически — и поднялась. Стул под ней тихо скрипнул, ткань юбки едва шуршала при движении. Она сделала шаг вперёд, затем ещё один, и её шаги глухо отдавались по полу, слишком отчётливо в наступившей тишине.

Француаза резко напряглась, её пальцы сжались на краю парты, ногти чуть скользнули по дереву.

— Ты серьёзно сейчас?.. — прошептала она, не отрывая взгляда от Т/и.

Айзек не ответил. Его челюсть едва заметно сжалась, взгляд стал жёстче, он следил за каждым её движением.

Офелия позади них выпрямилась ещё сильнее, её дыхание стало поверхностным, а взгляд впился в происходящее — в нём смешались тревога и что-то ещё, более тяжёлое.

Т/и подошла к клетке и остановилась. Зомби сначала дёрнулось, издав ломанный, хриплый звук, затем замерло… и медленно повернуло голову прямо на неё. Его взгляд остановился на ней слишком точно, слишком осмысленно для существа, у которого почти не осталось лица.

Т/и замерла.

Улыбка исчезла.

Её взгляд стал пристальным, напряжённым. Она буквально всматривалась — в линии черепа, в остатки кожи, в скулы, в шею… дыхание стало медленным, почти неслышным.

— Лоран… — прошептала она почти беззвучно, и сделала ещё один шаг ближе.

В классе кто-то резко втянул воздух.

Зомби не рванулось.

Оно медленно, осторожно подалось вперёд, почти неуверенно, опираясь на прутья. Металл тихо скрипнул под давлением.

Мортиша резко прикрыла рот рукой, глаза расширились.

— Нет… — выдохнула она едва слышно.

Гомес мгновенно притянул её ближе, его взгляд стал острым.

— Тише… — прошептал он, не отводя глаз.

Грей и Винсент почти одновременно подались вперёд, локти легли на парты.

— Это уже не смешно… — тихо сказал Винсент.

Француаза резко отвернулась, не выдержав, и уткнулась лицом в плечо Айзека, пальцы сжали ткань его пиджака.

Айзек автоматически обнял её свободной рукой, но взгляд его оставался на Т/и, напряжённый, сосредоточенный. Его пальцы на столе сжались так, что побелели костяшки.

Люпин шагнул ближе, быстро сокращая дистанцию, и положил руку на плечо Т/и.

— Мисс Фрамп… это небезопасная дистанция, — его голос стал жёстче.

В этот момент зомби резко дёрнулось, клетка пошатнулась, прутья зазвенели. Несколько студентов вскрикнули. Люпин рефлекторно отступил на полшага.

Но Т/и не отступила.

Её взгляд опустился ниже.

На груди существа что-то блеснуло.

Цепочка.

Старая, потемневшая, почти вросшая в ткань и плоть. На ней висел овальный кулон, изношенный, но различимый.

Внутри — буквы.

«Т» и «L».

Т/и медленно, почти не дыша, протянула руку к клетке.

— Т/и, не надо… — тихо, но резко сказал Айзек, уже привстав со стула, его голос стал жёстче.

Она не отреагировала.

Зомби не отпрянуло.

Наоборот — подалось ближе, почти прижавшись к прутьям, издав тихий, хриплый звук.

Т/и коснулась кулона кончиками пальцев. Металл был холодным, почти ледяным.

Она наклонилась чуть ближе, вглядываясь.

Затем медленно подняла взгляд.

— Лоран… — её голос дрогнул — н… но как…

— Мисс Фрамп! — Люпин шагнул ближе, уже жёстче — отойдите.

Т/и словно очнулась. Она моргнула, перевела взгляд на него и медленно убрала руку.

Пальцы слегка дрожали.

— А… где вы его нашли?.. — спросила она, голос тише обычного, но напряжённый.

Люпин на секунду задумался, склонив голову.

— На въезде в Джерико, — спокойно ответил он — Министерство решило, что студентам будет полезно изучить его… и знать, как себя обезопасить.

Он коротко посмотрел на клетку.

— Такие случаи редки… но они есть.

Т/и медленно кивнула, взгляд на секунду снова скользнул к кулону.

— Понятно… — тихо сказала она — а что с ним будет дальше?

— Останется в академии под наблюдением, — ответил Люпин — под контролем.

Он выпрямился, хлопнув ладонью по столу, звук резко разрезал тишину.

— Приступим к занятию. Садитесь.

Т/и кивнула, но не сразу двинулась. Ещё один короткий взгляд на зомби… и только потом она развернулась.

Когда она подошла к парте, Айзек уже поднялся. Его рука сразу легла ей на плечо, чуть сжимая.

— Ты в своём уме?.. — тихо, но напряжённо сказал он, заглядывая ей в глаза.

Т/и слабо выдохнула, опускаясь на место.

— Это был он… — едва слышно ответила она.

— Кто?.. — Айзек замер на секунду, затем сел рядом, не отпуская её, его взгляд стал внимательнее.

— Лоран… мой наставник из Колвуда… — проговорила она, нахмурившись, взгляд ушёл в одну точку.

Француаза подняла голову, её глаза были тревожными, дыхание чуть сбилось.

— Ты уверена?.. — прошептала она.

Т/и кивнула, не отрывая взгляда вперёд.

Офелия чуть наклонилась вперёд, её пальцы снова сжали тетрадь, но на этот раз она не отвела взгляд.

Гомес молча наблюдал, его рука всё ещё держала Мортишу, которая тихо дышала рядом, не сводя глаз с клетки.

Люпин медленно обвёл класс взглядом, задержавшись на Т/и чуть дольше, чем на остальных, будто проверяя её реакцию, затем словно отрезал этот момент коротким, резким вдохом и развернулся к доске, мел в его пальцах тихо скрипнул, оставляя на тёмной поверхности неровную, чуть дрожащую линию.

— Итак… строение и поведенческие реакции, — ровно произнёс он, но в голосе всё ещё тянулась та самая тяжесть, оставшаяся после демонстрации.

В классе зашуршали тетради, кто-то поспешно начал писать, кто-то ещё косился на клетку, будто проверяя, не двинется ли существо снова. Скрип стульев, тихие вздохи, шорох бумаги — всё это смешалось в глухой, нервный фон.

Т/и сидела неподвижно, её взгляд был направлен вперёд, но явно не на доску, пальцы лежали на столе, едва заметно подрагивая, она медленно втянула воздух через нос, будто пыталась выровнять дыхание.

Айзек наклонился к ней ближе, почти касаясь виском её виска, его плечо мягко коснулось её.

— Смотри на меня, — тихо сказал он.

Т/и не сразу отреагировала.

Он чуть сильнее сжал её ладонь, большим пальцем провёл по её пальцам, медленно, успокаивающе.

— Т/и.

Она моргнула, будто возвращаясь, и перевела на него взгляд, ресницы чуть дрогнули.

— Я… в порядке, — тихо выдохнула она, но голос выдал напряжение.

— Ты не в порядке, — спокойно ответил он, не повышая голоса, чуть наклоняя голову — и это нормально.

Т/и слабо усмехнулась, уголок губ дрогнул, но без прежней лёгкости.

— Спасибо за диагноз…

Айзек едва заметно качнул головой, его взгляд оставался внимательным.

— Я серьёзно.

Француаза рядом чуть подалась вперёд, глядя на неё, её брови были сведены, пальцы всё ещё лежали на тетради, но не двигались.

— Это правда он?.. — снова тихо спросила она, осторожно, почти шёпотом.

Т/и медленно кивнула, не отрывая взгляда от парты.

— Я не могла ошибиться… — прошептала она — этот кулон… он сам его сделал… когда я только начала обучение…

Её пальцы непроизвольно коснулись собственного кулона на шее, кончики задержались на нём чуть дольше, чем нужно, будто она искала в нём опору.

Сзади Грей тихо цокнул языком, наклоняясь к Винсенту, его голос был едва слышен, но с привычной сухой насмешкой.

— Сюжет становится всё хуже и хуже…

— Это не сюжет, — тихо ответил Винсент, не отрывая взгляда вперёд, пальцы постукивали по парте — это уже проблемы.

Грей хмыкнул, но улыбка быстро исчезла, взгляд его снова ушёл к клетке, внимательный, напряжённый.

В клетке существо медленно двигалось, почти незаметно, его пальцы снова скользнули по прутьям, оставляя тихий, тянущийся скрежет, голова чуть наклонилась, будто оно пыталось удержать взгляд на Т/и.

Мортиша вздрогнула от этого звука, плечи её едва заметно дёрнулись, пальцы сильнее сжали руку Гомеса.

— Он… смотрит на неё… — прошептала она, голос едва не сорвался.

— Я вижу, — тихо ответил Гомес, его взгляд стал холоднее, он чуть подался вперёд — и мне это не нравится.

Он большим пальцем провёл по её ладони, будто пытаясь успокоить, но сам не расслабился.

Офелия чуть наклонилась вперёд, её дыхание участилось, она почти не моргала, взгляд впился в происходящее, и в нём читалось что-то напряжённое, почти болезненное.

Люпин тем временем продолжал писать на доске, но его рука на секунду замерла, он бросил быстрый взгляд в сторону клетки, затем снова к классу.

— Записываем, — сказал он чуть громче — несмотря на разрушение тканей, базовые моторные функции сохраняются, а в редких случаях возможны… остаточные реакции на знакомые стимулы.

В классе прошёл лёгкий, нервный шёпот.

Т/и замерла.

Айзек сразу это заметил, его пальцы чуть сильнее сжали её ладонь.

— Не слушай это так, — тихо сказал он.

— Он меня узнал… — почти беззвучно произнесла она.

Айзек не ответил сразу, его взгляд стал ещё внимательнее.

— Или отреагировал на что-то знакомое, — аккуратно сказал он — это не обязательно значит, что он… тот же самый человек.

Т/и закрыла глаза на секунду, глубоко вдохнула, затем открыла, взгляд стал жёстче.

— Я знаю, что видела.

Француаза тихо выдохнула, провела рукой по волосам, пальцы чуть дрогнули.

— Тогда вопрос… — она сглотнула — как он оказался там?..

Т/и покачала головой, медленно.

— Он не должен был… — она запнулась — он не мог просто исчезнуть и… появиться таким.

Сзади Винсент чуть наклонился вперёд, понизив голос:

— Если его нашли на въезде в Джерико… значит, он туда шёл… или его туда принесли.

— Или привезли, — тихо добавил Грей, уже без насмешки, взгляд его стал серьёзным.

В этот момент в клетке снова раздался хрип.

Существо резко дёрнулось вперёд, прутья зазвенели, его рука ударилась о металл, пальцы снова вцепились в решётку.

Несколько студентов вздрогнули, кто-то тихо вскрикнул.

Т/и резко повернула голову.

Их взгляды снова встретились.

На долю секунды всё вокруг будто приглушилось — звук мела, шорох тетрадей, дыхание.

Айзек это заметил и чуть сильнее потянул её за руку, возвращая.

— Эй, — тихо сказал он.

Она моргнула, отводя взгляд, дыхание сбилось.

— Я здесь… — повторил он, уже мягче.

Она кивнула, но медленно.

Люпин обернулся на звук, шагнул к клетке и резко ударил по ней костяшками пальцев.

— Тихо.

Существо на секунду замерло, затем медленно отступило, но взгляд всё ещё был направлен в сторону Т/и.

— Контроль, — спокойно добавил Люпин, словно ничего не произошло, и вернулся к доске.

Т/и выдохнула, плечи её чуть опустились, пальцы на секунду сжали край стола.

— Ночью… — тихо сказала она, не глядя на Айзека — я обязана его выпустить и увести…

Айзек сразу повернул к ней голову, брови сошлись.

— Его?.. — он нахмурился — ты серьёзно?

Она кивнула, почти не раздумывая.

— Вполне… подальше от Невермора… но и от нормисов…

Француаза резко повернулась к ней, глаза расширились.

— Это опасно.

— Я знаю.

Айзек провёл рукой по лицу, на секунду прикрыв глаза, затем снова посмотрел на неё, взгляд стал твёрже.

— Тогда ты не пойдёшь одна.

Т/и чуть повернула к нему голову, уголок губ едва заметно дрогнул.

— Я и не собиралась.

Где-то сбоку тихо хмыкнул Грей, откинувшись назад.

— Ну конечно… куда же без коллективного безрассудства.

— Заткнись, — беззлобно бросил Винсент, но сам чуть наклонился вперёд — если идёте, я тоже.

Гомес коротко переглянулся с Мортишей, его взгляд был спокойным, но решительным.

— Мы тоже, — тихо сказал он.

Мортиша едва заметно кивнула, её пальцы всё ещё сжимали его руку, но теперь чуть увереннее.

Офелия ничего не сказала, но её пальцы перестали так сильно сжимать тетрадь, она медленно выпрямилась, взгляд стал более собранным.

Т/и посмотрела на них всех, задержав взгляд на каждом на секунду дольше, тихо выдохнула.

— Тогда после занятий.

— Главное, чтобы он нас не съел… — нервно пробормотала Француаза, пытаясь улыбнуться, но пальцы всё ещё сжимали край стола.

— Постараемся быть безопаснее… — тихо ответила Т/и, её голос стал чуть увереннее.

А впереди, в клетке, снова тихо скрипнул металл, и хриплое дыхание стало чуть громче, будто существо чувствовало — разговор только начинается.