Печать алого сердца

Прошло три дня.

Кабинет ботаники был залит тёплым жёлтым светом, льющимся из высоких окон, пылинки медленно плавали в воздухе, лениво переливаясь в лучах, растения стояли вдоль стен, переплетаясь между собой, тонкие лианы свисали с потолка, листья едва слышно шелестели от сквозняка, пахло влажной землёй, травами и чем-то сладковато-горьким.

Профессор стоял около преподавательского стола, держа в руках небольшой глиняный горшок с растением, аккуратно поворачивая его к студентам, его голос был ровным, чуть глуховатым, но увлечённым, он объяснял экосистему, иногда постукивая ногтем по краю горшка, от чего раздавался тихий сухой звук.

— Обратите внимание, корневая система взаимодействует не только с почвой, но и с окружающей средой… — он чуть наклонился вперёд, поправляя очки.

Т/и слегка постукивала карандашом по столу, ритм был ровный, почти убаюкивающий, она подпёрла щёку ладонью, локоть лениво скользнул по парте, взгляд гулял по растениям, цепляясь за движение листьев, потом возвращался к профессору, веки чуть опустились, будто ей хотелось закрыть глаза.

Где-то позади тихо переговаривались студенты, кто-то перелистывал тетрадь, скрипела ручка по бумаге, кто-то тихо чихнул.

Вдруг в классе резко зашуршал громкоговоритель, звук прорезал тишину, заставляя нескольких студентов вздрогнуть, карандаш Т/и на секунду остановился, затем в следующую секунду послышался строгий, слегка взволнованный голос директора Хоуса, в котором всё же чувствовалось напряжение.

— Дорогие студенты, просьба не паниковать, к академии подошли охотники.

В классе мгновенно повисла тяжёлая тишина, словно воздух стал плотнее, кто-то тихо ахнул, стул скрипнул, кто-то резко обернулся к двери.

Т/и замерла, карандаш выпал из её пальцев, прокатившись по парте и тихо стукнувшись о край, она не сразу это заметила, взгляд застыл.

Профессор аккуратно, но быстро поставил цветок обратно на стол, его пальцы чуть сильнее сжали край стола.

— Мисс Фрамп, оставайтесь на месте, — сказал он, стараясь сохранить спокойствие, но голос стал жёстче.

Т/и медленно подняла на него взгляд, на секунду задержалась, затем кивнула, но в глазах уже мелькнул еле заметный алый оттенок, почти незаметный, но живой.

За пределами кабинета раздался крик, глухой, но отчётливый, за ним ещё один.

— Поймали… кого-то…

По классу прокатился шёпот, кто-то встал, кто-то наоборот сжался на месте.

Т/и резко выпрямилась, дыхание стало глубже, глаза окончательно окрасились в алый, зрачки сузились.

— Т/и! — тихо, но резко сказала соседка, схватив её за рукав.

— Мисс Фрамп! — голос профессора стал громче — Не реагируйте.

Т/и сглотнула, пальцы дрогнули.

— Я… я не могу…

Она резко встала, стул с противным скрипом отъехал назад и упал на пол, глухо ударившись, несколько студентов вздрогнули, она быстро подошла к двери, движения стали резче, быстрее, будто тело уже не подчинялось полностью разуму, очертания её силуэта на секунду словно размылись.

Дверь распахнулась почти сама, ударившись о стену с грохотом.

Т/и вышла, шаги эхом разносились по коридору, и уже через минуту она стояла на веранде, холодный воздух ударил в лицо, волосы чуть взметнулись.

Внизу стояли трое мужчин, одетых в тёмное, напряжённых, рядом на земле лежал раненый ученик, кто-то из студентов тихо всхлипывал неподалёку, к ним спускался директор Хоус вместе с парой профессоров, их шаги были быстрыми, но сдержанными.

Ветер усилился, пронёсся по двору, зашуршали листья, заскрипели старые перила.

Т/и резко вдохнула и тут же отшатнулась назад, запах крови ударил в голову, густой, тёплый, он будто заполнил всё пространство, заставляя грудь сжаться.

Под губами выступили острые клыки, верхняя губа чуть приподнялась, с пальцев показались длинные, твёрдые когти, они чуть царапнули перила, издав неприятный скрежет по камню.

Внизу один из мужчин резко поднял голову и крикнул, голос был грубым, громким.

— Нам нужен Геморит! Мы знаем, что она тут!

— Вы не получите ни одного из моих учеников, — твёрдо сказал Хоус, делая шаг вперёд, заслоняя собой пространство.

Профессор Орлофф подбежал к раненому студенту, аккуратно, но быстро поднял его, тот тихо застонал, и повёл его в сторону медпункта, но вдруг резко остановился, подняв взгляд.

Их взгляды встретились.

Т/и смотрела прямо на раненого студента, зрачки дрогнули, она сглотнула, горло сжалось, шаг назад был резким, она чуть подняла руки, показывая, что не тронет.

Орлофф кивнул сам себе и быстро увёл студента, его шаги ускорились.

— Мы уже ищем её семь лет, после того как вырезали её семейку! — снова крикнул мужчина, делая шаг ближе, ботинок глухо ударился о камень.

Т/и замерла, лицо на секунду опустело, затем что-то в ней словно сломалось.

Она резко пошла вперёд, двери за её спиной одна за другой открывались и хлопали от выброса магии, воздух будто сгустился.

Она остановилась у лестницы, прямо за спиной Хоуса, взгляд был прикован к мужчине.

Он поднял голову, встретился с её глазами, и на его лице медленно расползлась мерзкая, почти победная усмешка.

Директор Хоус резко обернулся.

— Т/и, уходи.

Но она не слышала, дыхание стало тяжёлым, грудь поднималась и опускалась чаще, она снова сглотнула, не отрывая взгляда.

— Взять, — коротко бросил мужчина своим людям.

Двое сразу сорвались с места, тяжёлые шаги глухо отдавались по двору, они оттолкнули Хоуса в сторону, тот едва удержался на ногах.

На втором этаже веранды начали появляться студенты, перешёптываясь, кто-то замер, вцепившись в перила.

Грей стоял, сжав губы так, что побелели, пальцы вцепились в край, рядом Француаза, её рука дрожала, она сжимала ткань его пиджака, почти прячась за ним.

— Это ты убил моих родителей… — тихо сказала Т/и, голос был почти спокойный, но в нём звучало что-то холодное, мёртвое.

— Проницательно, — усмехнулся мужчина, наклонив голову.

Двое мужчин остановились прямо перед ней, тяжело дыша, готовые в любой момент схватить.

Т/и медленно перевела взгляд с одного на другого, затем холодно улыбнулась, обнажая клыки, глаза вспыхнули ярче.

Ветер резко ударил сильнее, будто сам воздух замер в ожидании.

Т/и медленно подняла руку, когти блеснули в тусклом свете, пальцы чуть дрогнули, будто в ней ещё боролось что-то человеческое, но уже в следующую секунду она резко рванула вперёд и ударила одного из них по шее, движение было быстрым, почти неуловимым, удар пришёлся точно в глотку, с хрустом, от которого у стоящих рядом студентов перехватило дыхание, кровь хлынула сразу, тёплая, густая. Алая жидкость  попала ей на лицо, на губы, на щёки. Мужчина захрипел, захлёбываясь, и рухнул на камень, тело дёргалось в судорогах, пальцы судорожно скребли по земле, издавая неприятный скрежет.

По веранде пронёсся крик, кто-то закрыл рот руками, кто-то отшатнулся назад, Грей сжал перила так сильно, что костяшки побелели, Француаза прижалась к нему, дыхание сбилось, её пальцы вцепились в ткань его пиджака, дрожа.

— Боже… — прошептал кто-то из студентов.

Второй мужчина резко отступил назад, ботинок соскользнул по камню, он чуть не потерял равновесие, дыхание стало тяжёлым, прерывистым.

Т/и медленно провела пальцем по своей щеке, собирая кровь, движение было почти задумчивым, она на секунду задержала взгляд на алой полосе на коже, затем чуть наклонила голову, словно рассматривая.

Капля крови медленно скатилась вниз, оставляя тонкий след.

Её глаза стали ещё ярче, алый оттенок почти светился, она глубоко вдохнула, грудь поднялась, запах крови будто проник внутрь, заполняя всё.

— Т/и… — тихо, сдавленно выдохнул Грей сверху, но она не отреагировала.

Она медленно повернула голову в сторону второго мужчины, тот попятился ещё дальше, шаг за шагом, взгляд его метался, рука дрожала.

Главный сжал губы, лицо его исказилось, он резко сунул руку в карман и достал нож, лезвие блеснуло холодным светом.

— Чёртова тварь… — процедил он сквозь зубы.

Он грубо отпихнул Хоуса в сторону, тот пошатнулся, но удержался, шагнул вперёд, поднимая руку.

— Достаточно! — резко сказал директор, но мужчина уже не слушал.

Он пошёл прямо на Т/и, шаги тяжёлые, решительные, нож в руке сжимался всё крепче.

— Пора попрощаться и с тобой.

Т/и резко повернула голову в его сторону, движение было резким, почти хищным, взгляд вспыхнул, она даже не сдвинулась с места, только резко махнула рукой.

Воздух будто сжался.

Мужчину отшвырнуло назад с силой, он отлетел и с глухим ударом врезался в каменный круг фонтана, спиной, из груди вырвался хрип, нож выскользнул из его руки, звякнув о камень и прокатившись в сторону.

Вода в фонтане вздрогнула, пошла рябью.

— Что… — выдохнул один из студентов, не веря своим глазам.

Не давая никому времени, Т/и сорвалась с места, движения стали ещё быстрее, почти неуловимыми, она напала на второго мужчину, тот только успел поднять руки, пытаясь защититься.

— Нет, стой! — крикнул кто-то сверху.

Орлофф, уже вернувшийся, резко остановился у края двора, напрягся, готовый вмешаться, но замер, оценивая момент, его пальцы сжались.

— Т/и, остановись! — крикнул Хоус, голос стал громче, жёстче, в нём прозвучала команда.

Но она уже не слышала.

Ветер усилился, пронёсся по двору, поднимая пыль и листья, будто сама реальность дрогнула вместе с ней.

Второй удар пришёлся в грудь, резкий, тяжёлый, с влажным треском разрывающейся ткани, одежда мужчины расползлась, кожа под когтями разошлась до самой плоти, он захрипел, пошатнулся, на секунду потерял равновесие, но всё же устоял, сделав шаг вперёд, пытаясь схватить её, пальцы его дрогнули, неуклюже потянулись.

— Держи её! — крикнул главный  но голос прозвучал уже запоздало.

Т/и резко схватила его за шею, движение было хищным, быстрым, когти впились в кожу, прорезая её, входя глубже, до самой плоти, кровь тут же проступила, горячая, густая, мужчина захрипел, глаза его расширились, затем начали тускнеть, в них мелькнул страх, настоящий, животный.

— Нет… — выдохнул он, но голос оборвался.

Она без усилия откинула его на землю, тело глухо ударилось о камень, он попытался дернуться, но уже не успел.
Т/и опустилась на колени, движения были резкими, почти рваными, третий удар пришёлся прямо по глотке, точный, беспощадный, тело мужчины дёрнулось в последний раз и замерло, пальцы безвольно разжались, звук затих.

По двору прокатилась тяжёлая тишина, только где-то сзади кто-то всхлипнул, кто-то резко отвернулся, не выдержав.
Француаза прижала ладонь ко рту, глаза расширились, дыхание сбилось, она почти вжалась в Грея.

— Грей… — прошептала она, голос дрожал.

Грей не ответил, только сжал челюсть, взгляд не отрывался от происходящего, пальцы впились в перила так, что те тихо заскрипели.

Т/и медленно выпрямилась, поднимая голову на главного, движение было плавным, но в нём чувствовалась тяжесть, будто тело ещё гудело от выброса силы, её лицо, одежда и руки были в крови, тёмные пятна расползлись по ткани, капли медленно стекали с пальцев, падая на камень с тихими, почти неслышными звуками, вокруг стояла оглушающая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием и далёким шорохом ветра.

Главный стоял напротив, сжимая нож, пальцы побелели, но он не отступал, его взгляд был напряжённым, но в нём по-прежнему читалась мерзкая уверенность.

— Вряд ли тебе это поможет, — спокойно сказала Т/и, делая шаг вперёд и переступая через мёртвое тело, подошва её обуви тихо скользнула по камню, оставляя кровавый след.

Грей резко втянул воздух сквозь зубы, Француаза дрожащей рукой закрыла рот, не отрывая взгляда, кто-то из студентов тихо прошептал:

— Она… она их…

— Тихо! — резко шикнул кто-то рядом, но голос тоже дрогнул.

— Не отрицаю… но этим я убил твою мать, — медленно ответил мужчина, голос стал ниже, грубее, он чуть наклонил голову, наблюдая за её реакцией.

На секунду воздух словно стал плотнее.

Т/и замерла.

Пальцы её чуть сжались, когти скрипнули, задевая друг о друга.

Мужчина усмехнулся, уголок губ дёрнулся, он поднял руку с ножом, лезвие блеснуло.

— Помню её визги, когда убил твоего отца… — продолжил он, голос стал почти насмешливым — как он её защищал…

Слова будто разрезали пространство.

Сверху раздался резкий вдох, Француаза зажмурилась, Грей стиснул зубы, рука его сжалась в кулак.

— Заткнись! — не выдержал он, подаваясь вперёд, но кто-то схватил его за плечо.

— Не лезь! — прошептали рядом.— убьёт.

Хоус стоял напряжённый, взгляд его метался между Т/и и мужчиной, он сделал шаг вперёд, но остановился, голос его прозвучал жёстко:

— Довольно.

Но мужчина лишь коротко усмехнулся, не отрывая взгляда от Т/и.

Ветер снова прошёлся по двору, зашуршали листья, ткань на плечах Т/и едва заметно дрогнула.

Она стояла неподвижно.

Только дыхание стало медленнее.

Глубже и опаснее.

Т/и резко сорвалась с места, движение было стремительным, почти неуловимым, ветер словно ударил ей вслед, она в одно мгновение оказалась рядом с ним, рука взметнулась, и нож вылетел из его пальцев, звякнув о камень и отскочив в сторону, раздавшись резким металлическим звуком, от которого несколько студентов вздрогнули.

— Нет...! — успел выкрикнуть мужчина, но голос его оборвался.

Когти вонзились в его грудь, ткань разошлась с треском, под пальцами поддалась плоть, тёплая, живая, Т/и резко повалила его на землю, камень глухо отозвался ударом, воздух выбило из его лёгких хрипом, руки его беспорядочно дёрнулись, пытаясь оттолкнуть её, но силы уже не хватало.
Сверху кто-то вскрикнул, Француаза закрыла лицо ладонями, плечи её затряслись, Грей резко шагнул вперёд, но Орлофф схватил его за плечо, сжав крепко.

Она медленно выпрямилась, поднимаясь на ноги, дыхание тяжёлое, грудь поднималась и опускалась, в её руке было ещё тёплое, пульсирующее сердце, оно едва заметно сокращалось, словно не понимая, что уже вырвано, по её пальцам стекала густая, вязкая кровь, тёплые капли срывались вниз и падали на камень с тихими, отчётливыми звуками.
Кто-то тихо всхлипнул.

— Он убил… моих родителей, — тихо выдохнула Т/и, голос сорвался на хрип, словно слова царапали горло изнутри, грудь тяжело поднялась, воздух входил рваными, неровными вдохами, пальцы всё ещё сжимали тёплое сердце, которое медленно, почти незаметно, пульсировало в её ладони, кровь стекала по запястью, капала на камень с глухими, вязкими звуками.

— Т/и… — Хоус подошёл ближе, осторожно, будто приближался к раненому зверю, его голос стал мягче, но в нём всё равно слышалось напряжение — Ты слышишь меня?

Т/и медленно подняла голову, взгляд тяжело сфокусировался на нём, алый цвет в глазах всё ещё пульсировал, словно живой, затем её взгляд скользнул ниже — на его руки, на его пальцы, на то, как он держит себя спокойно, сдержанно, потом она подняла глаза выше — на лица студентов, стоящих на балконах и лестницах, кто-то прижимал ладони ко рту, кто-то шептался, кто-то просто смотрел, не в силах отвести взгляд, в воздухе висел запах крови, металла и страха, смешанный с холодным ветром, который трепал волосы и одежду.

Где-то сзади Француаза тихо всхлипнула, сжав ткань пиджака Грея ещё сильнее.

— Это… она?.. — прошептал кто-то из студентов.

— Тихо… — резко отозвался другой.

Т/и медленно опустила голову, плечи чуть дрогнули, дыхание стало глубже, тяжелее, словно она пыталась вернуть контроль.

— Всё закончилось, Т/и, — Хоус осторожно поднял руку, его пальцы почти невесомо коснулись её плеча, движение было медленным, выверенным, чтобы не спровоцировать.

Она вздрогнула, резко, как от удара током, мышцы напряглись, когти чуть сильнее впились в ладонь, кровь потекла быстрее, она резко отступила в сторону, обойдя его, взгляд упал на тела рядом, на неподвижные фигуры, на кровь, растекающуюся по камню, на свои руки.

Ветер пронёсся по двору сильнее, шурша листвой, хлопнув где-то дверью, заставив кого-то из студентов тихо вскрикнуть.

— Я… — её голос сорвался, она сглотнула, но слова застряли, взгляд метался между телами и своими руками — Я…

Профессор Орлофф  бросил быстрый взгляд на Хоуса.

— Её нужно вывести отсюда, — тихо, но чётко сказал он — Сейчас.

— Никто не подходит ближе, — добавил Хоус, не отводя взгляда от Т/и — Дайте ей пространство.

Грей резко сделал шаг вперёд, но Француаза схватила его за руку.

— Не надо… — прошептала она, голос дрожал — Пожалуйста…

— Она… — он сжал зубы, но остановился, взгляд не отрывался от Т/и.

Т/и стояла, будто застыв между двумя состояниями, пальцы медленно разжались, сердце выскользнуло из ладони и глухо упало на камень, звук отозвался слишком громко в этой тишине.

Она посмотрела на него, потом на свои руки, кровь всё ещё стекала по пальцам.

— Я не хотела… — прошептала она, почти беззвучно, губы дрогнули — Я…

Её плечи опустились, дыхание сбилось, глаза постепенно начали тускнеть, алый цвет медленно уходил, оставляя после себя усталость и пустоту.

Хоус сделал ещё один осторожный шаг.

— Ты защитила себя, — спокойно сказал он, голос стал твёрже — И других.

Она не сразу ответила, только тихо выдохнула, будто это потребовало всех сил.

— Но… — она посмотрела на него, в глазах мелькнула боль — Я почувствовала это…

Ветер снова прошёлся по двору, подхватывая её слова и унося их куда-то вверх, в холодное небо.
Никто не ответил сразу. Только тяжёлое, напряжённое молчание повисло между всеми.

Хоус не отвёл взгляда, его пальцы всё ещё зависали в воздухе, будто он решал — коснуться её снова или нет, вокруг них двор медленно возвращался к звукам, но уже другим — осторожным, приглушённым, словно все боялись нарушить хрупкое равновесие.

— Это нормально… чувствовать, — тихо сказал он, делая ещё полшага ближе, голос стал глубже, спокойнее — ненормально — не чувствовать ничего.

Т/и слабо усмехнулась, но в этом звуке не было ни капли радости, только усталость и что-то надломленное.

— Тогда я… слишком нормальная, — прошептала она, опуская взгляд на свои руки, пальцы чуть дрогнули.

Кровь медленно стекала по коже, уже остывая, оставляя липкие следы.

Сзади послышались быстрые шаги, но тут же остановились.

— Т/и… — это был Грей, голос сдержанный, но в нём сквозило напряжение, он стоял чуть в стороне, не решаясь подойти ближе.

Француаза всё ещё держала его за рукав, но уже слабее, её пальцы дрожали.

— Она… — начала она, но голос сорвался, и она замолчала, просто глядя.

Т/и медленно повернула голову в их сторону, взгляд стал более ясным, но в глубине всё ещё тлел тот же алый отблеск.

— Я в порядке, — сказала она, но сама не до конца в это верила, голос был тихим, чуть хриплым.

— Это не похоже на «в порядке», — тихо отозвался Грей, делая осторожный шаг вперёд, ладони сжались в кулаки, но он остановился, не переходя границу.

Профессор Орлофф уже передал раненого студента другим и теперь стоял рядом с Хоусом, внимательно наблюдая.

— Её нужно увести в безопасное место, — сказал он негромко — и как можно скорее.

Хоус кивнул, затем снова посмотрел на Т/и.

— Ты можешь идти? — спросил он мягко.

Т/и опустила взгляд на землю, на тёмные пятна крови, на тело у своих ног, затем глубоко вдохнула, воздух вошёл резко, холодно, она зажмурилась на секунду, собираясь.

— Да… — тихо ответила она.

Она сделала шаг, но ноги на секунду подкосились, она чуть пошатнулась.

Грей не выдержал и быстро подошёл, остановившись рядом, но не касаясь.

— Осторожно, — сказал он, уже тише.

Т/и бросила на него короткий взгляд, в котором мелькнула благодарность, почти незаметная, и кивнула.

— Я сама, — добавила она, но уже без резкости.

Француаза выдохнула, будто всё это время не дышала, и шагнула следом, держась чуть позади.

— Мы с тобой, — тихо сказала она.

Ветер снова прошёлся по двору, на этот раз мягче, будто унося с собой остатки напряжения, студенты начали тихо переговариваться, кто-то уходил, кто-то всё ещё стоял, не в силах оторвать взгляд.

— Уберите это, — коротко сказал Хоус, обращаясь к преподавателям, кивнув в сторону тел.

— Да, директор, — ответил Орлофф, уже отдавая распоряжения.

Т/и больше не смотрела назад.

Она шла вперёд, медленно, тяжело, будто каждый шаг давался с усилием, кровь на руках уже подсыхала, стягивая кожу.

— Т/и… — тихо позвал Грей, идя рядом — ты…

Он запнулся, не зная, что сказать.

Она на секунду закрыла глаза.

— Не сейчас, — прошептала она.

Он кивнул, сразу замолчав.

Они поднялись по ступеням, двери академии тяжело распахнулись, впуская их внутрь, в знакомый полумрак коридоров, где звуки стали глуше, безопаснее, но внутри неё всё ещё было слишком громко. Слишком живо и  слишком… настоящее.