Печать алого сердца

Ноябрь 1988 года, Джерико, больница.

Прошло полторы недели с операции Айзека.

Т/и тихо вошла в палату, дверь мягко скрипнула, в коридоре ещё на секунду остался гул голосов и отдалённый писк аппаратов, затем всё снова стало приглушённым, почти камерным, пакет в её руке тихо зашуршал, когда она переступила порог. Айзек перевёл взгляд с окна на неё, свет из-за стекла мягко ложился на его лицо, подчёркивая бледность, но в глазах уже было больше жизни. Т/и развернулась, встретившись с ним взглядом, и улыбнулась, чуть теплее, чем обычно, будто с облегчением.

— Привет, ты как? — тихо сказала она, подходя ближе.

— Привет, намного лучше, — он улыбнулся, осторожно приподнимаясь на подушках, движение далось легче, чем раньше, но всё ещё с заметной осторожностью.

Т/и подошла ближе, поставила крафтовый пакет на тумбочку, тот мягко шуршал, когда она отпускала его, затем села на стул и начала копаться в сумке, пальцы быстро перебирали вещи, иногда цепляясь за ткань. Айзек бросил взгляд на пакет, потом на неё, уголок губ едва заметно приподнялся.

Т/и достала его блокнот и пенал с канцелярией, аккуратно положила их рядом.

— Вот, как просил, — она чуть придвинула их ближе к нему — чтобы не было скучно.

— Спасибо, а то и правда заняться нечем — он тихо усмехнулся, проводя пальцами по обложке блокнота.

— Немного осталось… неделя, да? — Т/и чуть наклонила голову, внимательно глядя на него.

— Да, сказали, если станет ещё лучше, то выпишут раньше — он кивнул, взгляд стал спокойнее.

Т/и кивнула, закусив губу, её взгляд скользнул к его груди, к футболке, под которой скрывались повязки, она чуть прищурилась, будто пыталась увидеть больше. Айзек заметил это и чуть наклонил голову.

— Что?

— А… — она подняла взгляд — оно работает… хорошо?

— Да— он кивнул, и на этот раз улыбка была увереннее — лучше, чем я ожидал.

— Ну хорошо… — она выдохнула чуть тише, плечи едва заметно расслабились.

— Как у вас дела? — спросил он, наблюдая за её лицом.

— Неплохо, я уже привыкла к ритму Невермора… — Т/и хмыкнула, откидываясь чуть назад — и к попыткам Эстер сделать из меня аристократку…

Айзек тихо усмехнулся.

— И как успехи?

Т/и приподняла бровь, поднялась со стула, оставив сумку на сиденье, сделала пару шагов назад, выпрямилась, положила руку на грудь, слегка наклонила голову и сделала аккуратный поклон, движения были чуть нарочитыми, но в них уже чувствовалась практика.

— Добрый день… мистер Найт, — сказала она, сдерживая улыбку.

Айзек тихо рассмеялся, покачав головой.

— Понял, очень даже мило.

Т/и фыркнула, возвращаясь на место, и снова села, закинув ногу на ногу, прищурившись.

— У меня теперь очень много книг по этикету… Офелия и Мортиша проверяют мои успехи и отправляют их Эстер через магический шар Мортиши.

— Прям серьёзно взялись за тебя, — заметил он.

— Да… это больше для семейных, деловых встреч… а так я как хочу, так и общаюсь, — она пожала плечами.

— То есть остаёшься маленькой бунтаркой, — он мягко улыбнулся.

— Если коротко, то да, — она кивнула, прикрыв глаза на секунду — Грей стал чаще получать подзатыльники от Офелии… и жалуется мне. Где бы я ни была, найдёт и начинает: «Твоя сестра монстр, она опять меня бьёт».

Айзек тихо засмеялся, плечи едва заметно дрогнули.

— Вообще, у них практически  ничего нового.

— Да, — Т/и кивнула, затем чуть замедлилась, задумалась — Невермор готовится к балу… на следующих выходных Эстер везёт нас покупать платья, сказала выбрать что-то элегантное, но при этом своё.

— И… ты выбрала, что хочешь?

— Примерно… — она выдохнула — нарисовала что-то… получилось неплохо. Не знала, что во мне есть дар художника.

Айзек усмехнулся, качнув головой.

— Пока без приключений?

Т/и прищурилась.

— А то, что Гомес чуть ногу не сломал о мою сумку, считается приключением?

Айзек тихо рассмеялся.

— Нет.

— Тогда пока без них, — она пожала плечами.

Ненадолго повисла тишина, только аппарат тихо пищал, отсчитывая ритм, за окном кто-то прошёл, раздались приглушённые шаги. Айзек смотрел на неё чуть дольше обычного.

— Ты уже выбрала, с кем на бал пойдёшь? — спросил он — Француаза сказала, что тебе три человека предложили.

Т/и нахмурилась, взгляд стал резче.

— Я с ними никуда не пойду… они идиоты… приставучие. Грей гоняет их как только может.

Айзек чуть наклонил голову.

— Тогда пойдёшь со мной?

Т/и замерла на секунду, потом расслабила лицо, в глазах мелькнуло что-то тёплое.

— Это факт или приглашение?

— Приглашение.

— Тогда пойду, — она улыбнулась и кивнула — хотя если бы был факт, я бы и так пошла.

Айзек усмехнулся, но на секунду замолчал, будто задумался, взгляд его стал глубже.

Т/и приподняла бровь.

— Что?

— Ничего… задумался о своём.

— Ну хорошо… — она мягко улыбнулась — что-нибудь в следующий раз принести?

— Нет, теперь у меня всё есть… чтобы не сойти с ума за ближайшие семь дней.

— Хорошо, будешь свои любимые шестерёнки рисовать.

— И не только.

— Верю, — она тихо усмехнулась и осторожно провела рукой по его плечу — мне пора… а то Морвейн панику поднимет… в прошлый раз он уже шёл сюда.

— Хорошо, — он кивнул — тогда ещё увидимся.

— Разумеется, — она встала — я не отстану от тебя, пока не вернёшься.

— Угрожающе.

— Это пока предупреждение… — она задумчиво посмотрела вверх — пока что.

Айзек усмехнулся, отводя взгляд. Т/и наклонилась, осторожно обняла его, стараясь не задеть повязки, он ответил одной рукой, прижимая её ближе. Она чуть отстранилась, посмотрела на него и быстро, почти невесомо поцеловала в щёку.

Айзек замер.

— Просто так ты от меня не отделаешься, учёный Айзек Найт — тихо сказала она и развернулась и пошла к двери, шаги мягко отозвались в тишине палаты. — Послезавтра зайду ещё, — остановилась у выхода — так что до послезавтра.

— До послезавтра, — он кивнул, не отрывая от неё взгляда.

Т/и улыбнулась и вышла, дверь тихо закрылась за ней.

Айзек ещё несколько секунд смотрел на дверь, потом медленно перевёл взгляд на блокнот, провёл пальцами по обложке, но не открыл сразу, на лице оставалась лёгкая, задумчивая улыбка.

Т/и шла по коридору, шаги отдавались глухо, где-то проехала каталка, раздался голос медсестры, запах антисептика стал сильнее. Навстречу ей шла Офелия, её шаг был быстрым, но сдержанным, в руках — знакомый чёрный блокнот. Она остановилась прямо перед Т/и.

— А ты как тут? — Т/и приподняла бровь.

— Пешком, — Офелия слегка пожала плечами, взгляд на секунду скользнул к двери палаты — всё хорошо? К нему можно?

— Да, — Т/и кивнула, чуть мягче — он уже лучше.

Офелия задержала на ней взгляд на секунду дольше, будто хотела что-то сказать, но лишь кивнула.

— Хорошо.

Она обошла Т/и и направилась к палате, шаги её стали чуть быстрее.

Т/и посмотрела ей вслед, чуть прищурилась, потом выдохнула и пошла дальше по коридору, к выходу, где сквозь стеклянные двери уже пробивался холодный ноябрьский свет.

Т/и вышла на улицу, прохладный воздух сразу коснулся лица, лёгкий ветер тронул волосы, с дороги доносился приглушённый шум проезжающих машин, где-то хлопнула дверца, кто-то разговаривал у входа, она медленно спустилась по каменной лестнице вниз, каблуки тихо отстукивали ритм по ступеням, пальцы на секунду сжали ремешок сумки. У подножия лестницы уже стояла машина, чёрный кузов отражал серое небо, рядом неподвижно стоял Морвейн, руки сложены за спиной, взгляд спокойный, внимательный. Т/и подошла ближе, чуть замедлив шаг.

— Там Офелия ещё пришла… немного подождём, — сказала она, кивнув в сторону входа.

— Хорошо, мисс, — Морвейн чуть склонил голову и открыл дверь машины, движение было плавным, отработанным.

Т/и забралась внутрь, аккуратно села у окна, ткань сиденья тихо скрипнула под ней, она на секунду прислонилась плечом к дверце, глядя наружу, пальцы лениво провели по стеклу, оставляя едва заметный след.

Офелия вошла в палату, дверь тихо скрипнула, она на секунду задержалась на пороге, будто собираясь с мыслями, затем шагнула внутрь, увидев Айзека, и едва заметно улыбнулась, но в этой улыбке было больше напряжения, чем лёгкости.

— Привет, Айзек, — сказала она, стараясь звучать спокойно.

Он поднял голову от блокнота, взгляд сначала был рассеянным, потом сфокусировался на ней.

— Привет.—Офелия подошла ближе, шаги были тихими, почти неслышными, она села на стул рядом, пальцы сразу нашли край юбки и чуть сжали ткань.— Как дела?

— Всё хорошо, — коротко ответил он, закрывая блокнот, но не убирая руку с обложки.

— Замечательно… — она кивнула, взгляд на секунду скользнул по его рукам, потом снова вверх — Т/и часто к тебе ходит…

Айзек кивнул, спокойно, без лишних эмоций.

— Да, она моя подруга, — он чуть прищурился — а тебе что-то не нравится? Она не успевает по учёбе или по вашим занятиям по этикету?

Офелия быстро покачала головой, но пальцы сильнее сжали ткань юбки.

— Нет, там всё хорошо… я просто подметила, — она опустила взгляд — просто она странная какая-то…

Айзек замер на секунду, взгляд стал холоднее, жёстче.

— Не понял.

Офелия сглотнула, голос стал тише.

— Ну… она хищник… мало ли… — она запнулась, нервно вдохнула — я просто переживаю…

Айзек нахмурился, плечи чуть напряглись, он смотрел на неё уже без прежней мягкости.

— Она нормальная, и зла никому не желает, — сказал он ровно, но в голосе появилась сталь — ещё раз что-нибудь подобное мне скажешь… я за себя не отвечаю.

В палате на секунду повисла тяжёлая тишина, только аппарат тихо пискнул, нарушая её.

Офелия подняла голову, глаза блеснули, она медленно кивнула.

— Прости… я просто…

— Уходи, — перебил он, не повышая голоса, но ещё холоднее.

Офелия замерла, губы дрогнули, затем она резко кивнула, встала, стул тихо скрипнул, и, не глядя на него, быстро вышла из палаты, почти сбежала.

Айзек перевёл взгляд на блокнот, открыл его, на листах уже проступали линии — черты лица Т/и, знакомые, точные, он провёл пальцем по рисунку, задержавшись на линии глаз, и на секунду прикрыл веки.

Офелия быстро шла по коридору, шаги отдавались глухо, она вытерла слёзы тыльной стороной ладони, дыхание было сбивчивым, она даже не смотрела по сторонам, пока не вышла на улицу, где холодный воздух ударил в лицо, заставляя вздрогнуть. Она сразу заметила машину и Морвейна, стоящего рядом, и направилась к ним, ускоряя шаг.

Морвейн, заметив её, без лишних слов открыл заднюю дверь.

Офелия села внутрь, напротив Т/и, аккуратно, но движения были резче, чем обычно.

Т/и подняла на неё взгляд, приподняв бровь, внимательно вглядываясь в её лицо, замечая покрасневшие глаза, напряжённые плечи.

— Всё хорошо? — спросила она, чуть наклонив голову.

Офелия отвернулась к окну, пальцы сжались на коленях.

— Да… но я хочу побыть в тишине, — тихо сказала она.

Т/и на секунду задержала на ней взгляд, потом медленно кивнула, не задавая лишних вопросов.

— Хорошо.

Морвейн закрыл дверь, обошёл машину и сел за руль, двигатель тихо заурчал, почти неслышно, машина плавно тронулась с места, колёса мягко прокатились по асфальту.

Внутри повисла тишина, только едва слышный шум дороги и редкие звуки с улицы проникали сквозь стекло, Т/и смотрела в окно, но взгляд её иногда скользил на Офелию, а та, отвернувшись, уставилась в своё отражение, где в стекле всё ещё дрожали остатки непролитых слёз.
Машина плавно набрала скорость, выезжая с территории больницы, колёса мягко прошуршали по влажному асфальту, за окном потянулись серые здания, редкие прохожие, вывески аптек и тусклый свет фонарей, несмотря на дневное время, небо было затянуто тяжёлыми облаками, словно вечер подкрался раньше.

В салоне стояла тишина, плотная, почти ощутимая, только ровный гул двигателя и редкие щелчки поворотников заполняли пространство. Морвейн вёл машину уверенно, руки лежали на руле неподвижно, взгляд сосредоточен на дороге, иногда он мельком смотрел в зеркало заднего вида, проверяя пассажиров.

Т/и сидела у окна, плечом слегка упираясь в стекло, взгляд её скользил по улицам, но не задерживался ни на чём, пальцы медленно перебирали край кофты, иногда сжимая его сильнее, чем нужно. В отражении стекла мелькало её лицо — спокойное, но с едва заметной тенью усталости.

Офелия сидела напротив, повернувшись к окну, её силуэт казался напряжённым, пальцы сжались на коленях, затем медленно разжались, дыхание постепенно выравнивалось, но взгляд оставался отстранённым, будто она всё ещё была не здесь.

Город постепенно остался позади, дома стали ниже, реже, дорога вытянулась в длинную серую линию, по бокам потянулись голые деревья, их ветви тихо царапали воздух, ветер усилился, задевая машину порывами.

Колёса глухо постукивали на стыках дороги, иногда машина слегка покачивалась, проходя неровности.

Ни одна из девушек не заговорила.

Со временем дорога стала уже, лес подступил ближе, тени деревьев легли на стекло, разбивая свет на полосы, в салоне стало чуть темнее, тише, будто сам мир вокруг приглушил звуки.

Морвейн сбросил скорость, плавно поворачивая на знакомую дорогу, ведущую к Невермору, гравий тихо заскрипел под колёсами, машина чуть качнулась.

Впереди, сквозь ветви деревьев, начали проступать силуэты башен, тёмные, вытянутые вверх, окна в них светились редкими огнями.

Т/и на секунду задержала взгляд на этом виде, пальцы перестали двигаться, она чуть выпрямилась, почти незаметно.

Офелия тоже посмотрела вперёд, но быстро отвела взгляд.

Машина подъехала ближе, тяжёлые ворота уже были открыты, охранник лишь коротко кивнул, пропуская их внутрь.

Колёса мягко прокатились по внутреннему двору, где уже горели фонари, освещая камень и редких студентов, проходящих по территории, их шаги глухо отдавались в тишине вечера.

Морвейн аккуратно остановил машину, колёса мягко замерли на каменной дорожке, двигатель стих, оставив после себя почти звенящую тишину, нарушаемую лишь далёкими голосами студентов и редким шорохом ветра, скользящего между башнями.

Офелия открыла дверь первой, движение было быстрым, почти резким, она даже не взглянула ни на Т/и, ни на Морвейна, лишь коротко выдохнула и вышла, каблуки тихо, но торопливо застучали по камню, она направилась к корпусу общежития, ускоряя шаг, будто стараясь как можно быстрее скрыться внутри.

Т/и на секунду задержалась, наблюдая за её спиной, прищурившись, затем выдохнула и потянулась к двери.

— Спасибо, Морвейн, — сказала она, выходя из машины, голос был спокойным, но чуть тише обычного.

— Всегда к вашим услугам, мисс, — ровно ответил Морвейн, слегка склонив голову, его взгляд на секунду задержался на Офелии, скрывающейся в дверях.

Т/и закрыла дверь, металл тихо щёлкнул, и направилась следом, шаги её были быстрее, но не спешные, она держала дистанцию, словно давая Офелии пространство.

Двери общежития тяжело скрипнули, пропуская её внутрь, в коридоре стоял привычный полумрак, запах старого дерева и книг, где-то сверху раздался смех, хлопнула дверь, по лестнице пробежал кто-то из студентов.

Т/и поднялась на этаж, шаги стали тише, когда она подошла к комнате, и, не стуча, открыла дверь.

Внутри было спокойно.

Офелия уже сидела за своим столом, спина чуть сгорблена, голова опущена, белые длинные волосы закрывали часть лица, рука быстро двигалась по страницам дневника, перо тихо скрипело, оставляя строчки, иногда она чуть сильнее нажимала, будто выплёскивая что-то через слова.

Т/и остановилась у входа на секунду, прищурившись, внимательно наблюдая за ней, затем перевела взгляд в сторону.

Мортиша стояла у зеркала, спокойно, как всегда, её движения были плавными, она аккуратно подкрашивала губы, слегка наклонив голову, взгляд сосредоточен на отражении.

— У меня с Гомесом свидание… не ждите, — сказала она ровно, даже не оборачиваясь, только уголок губ чуть приподнялся.

Она закрыла помаду с тихим щелчком, поправила ворот платья, провела рукой по волосам и уже через секунду направилась к двери, шаги мягкие, уверенные, ткань её одежды едва слышно шелестела.

Т/и проводила её взглядом, чуть приподняв бровь.

— Удачи, — бросила она ей вслед.

Мортиша на секунду обернулась, взгляд её был спокойным, почти хитрым.

— Она мне не нужна, — тихо ответила она и вышла, дверь мягко закрылась за ней.

В комнате стало тише.

Т/и подошла к стулу, повесила сумку, ремешок тихо скользнул по спинке, затем медленно села на край кровати, матрас чуть прогнулся под её весом.

Она снова посмотрела на Офелию.

Та продолжала писать, но движения стали чуть медленнее, рука на секунду остановилась, затем снова пошла по строке, но уже не так уверенно.

Т/и слегка наклонила голову, пальцы легли на край покрывала, она провела по ткани, задумчиво, потом тихо выдохнула.

В комнате повисла тишина, наполненная лишь лёгким скрипом пера по бумаге и далёкими звуками коридора.

Т/и ещё несколько секунд молча смотрела на спину Офелии, прищурившись, будто пыталась прочитать не строки в дневнике, а саму её, затем медленно выдохнула, пальцы сжали край покрывала, ткань чуть смялась под ногтями.

— Ты слишком сильно давишь на перо, — тихо сказала она, не повышая голос, взгляд не отрывался от неё — бумага порвётся.

Рука Офелии на секунду замерла, перо зависло над страницей, оставив крошечную каплю чернил, которая медленно расплылась, она сжала губы, но не обернулась.

— Я контролирую, — сухо ответила она, делая вид, что продолжает писать, но движения стали заметно медленнее.

Т/и чуть склонила голову, наблюдая, затем поднялась с кровати, шаги были тихими, почти неслышными, она подошла ближе, но остановилась на расстоянии, не вторгаясь.

— Нет, — спокойно сказала она — ты сейчас не контролируешь ничего.

Офелия резко провела линию по странице и закрыла дневник с глухим хлопком, плечи напряглись, она наконец подняла голову, поворачиваясь к Т/и, взгляд был холоднее обычного, но в нём мелькнуло что-то живое, почти болезненное.

— Ты всегда всё видишь? — тихо спросила она.

Т/и усмехнулась краем губ, скрестив руки на груди.

— Только когда это слишком очевидно.

Между ними повисла тишина, тяжёлая, плотная, даже звуки коридора будто отдалились, стали глухими.

Офелия отвела взгляд первой, пальцы легли на обложку дневника, она провела по ней, будто успокаивая себя.

— Я просто… — она запнулась, выдохнула — не люблю, когда всё выходит из-под контроля.

Т/и слегка смягчилась, плечи опустились, она сделала ещё полшага ближе.

— Это не про контроль, — тихо сказала она — это про страх.

Офелия резко подняла на неё взгляд.

— Я не боюсь.

— Боишься, — спокойно ответила Т/и, не повышая голос — просто не признаёшь.

Офелия усмехнулась, но без веселья, коротко, почти нервно.

— Ты появилась и всё… поменялось, — она чуть прищурилась — Айзек, Мортиша, даже Грей… всё крутится вокруг тебя.

Т/и замерла на секунду, затем выдохнула, взгляд стал серьёзнее.

— Я этого не просила.

— Но это происходит, — тихо сказала Офелия, пальцы сжались на дневнике — и я не понимаю… почему.

Т/и наклонила голову, внимательно глядя на неё.

— Потому что я не делаю вид, — ответила она — я просто живу так, как есть.

Офелия на секунду замолчала, её взгляд скользнул в сторону, потом снова вернулся к Т/и.

— И тебе не страшно?

Т/и чуть усмехнулась, но в этот раз мягче, почти устало.

— Страшно, — тихо сказала она — просто я не даю страху управлять мной.

В комнате снова стало тихо, но уже по-другому, напряжение чуть ослабло, воздух будто стал легче.

Офелия медленно выдохнула, плечи опустились, она открыла дневник, но уже не писала, просто смотрела на страницы.

— Я… — она снова замолчала, потом тихо добавила — не хотела тебя задеть.

Т/и кивнула, принимая, без лишних слов.

— Знаю.

Она развернулась, вернулась к своей кровати, села, опершись руками сзади, взгляд устремился в потолок.

Где-то в коридоре громко хлопнула дверь, послышался смех, чьи-то быстрые шаги пробежали мимо комнаты, жизнь Невермора снова наполнила пространство звуками.

Офелия провела пальцем по краю страницы и на этот раз начала писать мягче, линии стали ровнее.

Т/и закрыла глаза на секунду, глубоко вдохнув.

Тишина в комнате больше не давила.