2
2
У Адель до чертиков много врагов и это странно. Она красивая, смешная, яркая и интересная, подкупает своими шуточками и вечно лыбится, а особенно тогда, когда кого-то ненавидит. Ее улыбка - предупреждение о неминуемой участи объекта ненависти в удивительно сильном унижении. Аська говорит, что Шайбакова самое мерзкое существо на планете, но та ей только улыбается и подмигивает, потому что так и надо. Адель - чужая расплата за грехи. Ей нравится представлять, как она битой разбивает кому-то затылок, и пусть такого еще не было, но в прошлом году она всадила розочку девчонке в ногу.
Адель - расплата, но об этом никто не знает. Никто из ее новых гнилых друзей, которые уверенно вручают ей деньги за пиво и отправляют в магазин. Шайбакова возвращается с пакетом алкоголя, нарочно громко теребя бутылками, улыбается и забирает себе в рюкзак эссу и пачку сигарет. Она курит легкие синие, в отличии от Алины, которая смеется с ее Кэмэла и достает красный Мальборо. Они стоят у входа в парк, размышляя о прогулке, а Настя яро выпытывает у новенькой подробности ее жизни.
- А ты как учишься?
- С переменным успехом, - кивает девушка, улыбаясь.
- Будешь помогать нам, Алине вон надо четверть без троек закончить, родители купят комп тогда, - говорит девчонка, протягивая той бутылку с немой просьбой открыть.
- А списывать вас не учили? - хмыкает девчонка, смотря на них со смешком.
- Ага, у этой козы спишешь.
- Вы про кого?
- Да про нашу, руссичку, - машет рукой Алина, закатывая глаза, - она строгая пиздец.
- Посмотрим, - хмыкает Адель.
- Щас даже у Николаевой нельзя тетрадку забрать, - жалуется Настя, - перестала нормально учиться.
- А раньше забирали?
- Да, - кивает Алина, усмехаясь, - один раз я спиздила ее тетрадку и за свою выдала. Училка не заметила, а казенной двойку поставили, - они смеются, и Шайбакова подхватывает, улыбаясь шире, - так рыдала, наверное воспиталка пиздит.
Они гуляют по скверу, после усаживаясь на лавку и все разом обсуждая школьную жизнь. В частности - Глинского, который нравится Алине. Та по нему страдает, пока Настя поддерживает подругу и вздыхает с ней на пару. Шайбакова их слушает, пытаясь найти что-то хорошее в этих девчонках, лазит в телефоне, попутно смотря сообщения от Аськи и жизнь кажется прекрасной. Она думает о детдомовке, пытаясь найти профиль той в социальных сетях, но ничего не выходит. И когда солнце садится, Адель вдруг говорит:
- А вы не хотите на вписку? Послезавтра?
- Они еще существуют?
- У моей подруги да, - она лыбится, - вам понравится моя Аська. Она конченная.
- А у нее парень есть? А то Диана вечно у всех их уводит, - Алина смеется, пока Диана дает той по руке, в ответ начиная кричать.
- Ты заебала! Я не специально, я не виновата, что он ко мне полез! - ноет та, пока Адель вопросительно смотрит.
- И остальные три тоже! - смеется Настя.
- Вы о ком? - Шайбакова даже наклоняется вперед, хмурит брови и разглядывает их с интересом.
- Да про Влада из параллели! Он с нашей королевой школы встречался, Никой из одиннадцатого "А", а Диана с ним замутила - и все! Он изменял своей принцессе.
- Нихуя ты, - с какой-то гордостью произносит девчонка, продолжая, - и че, он ее бросил?
- При чем так позорно! При всем классе!
- А вы опасные, девочки.
- С нами лучше не портить отношения, - с гордостью кивает Алина, снисходительно улыбаясь, - мы всех гасим.
Адель кивает и меняет тему. Попутно ищет в телефоне что-то, спрашивая у девчонок:
- Дайте свои ники, - и когда подписывается, отчаянно ищет в подписках нужные профили.
А всего через пару минут добавляет:
- Мне домой пора, до завтра.
Они ритуально обнимаются на прощание, а Шайбакова оставляет недопитое пиво на лавке, подкуривая сигарету и затыкая наушники. Она долго размышляет обо всем, включает записанное на диктофон, прослушивая и лыбится, разглядывая вечерний город.
Мать как обычно орет за выпивку, но девчонка лишь лыбится и говорит:
- Я подружилась с королевами класса.
- Да понятно! Это ж ты, - плюет на нее мать и попутно ставит тарелку макарон, - че школа-то?
- Да нормально, - кивает девчонка, прослушивая запись снова и снова.
***
На следующий день Адель приходит в приподнятом настроении и тут же пытливо ждет прихода Николаевой, пока Алина с Настей садятся за ее парту, хватая тетрадки с алгеброй.
- Ты сама это решала?
- Да хуй там, это гдз, - смеется Шайбакова. У нее хотя бы есть мозги, чтобы списать, - а почему я не нашла Николаеву в инсте?
- У нее там три буквы и закрытый профиль, не пускает сука, - говорит Настя со смехом, - а фотки есть!
- Ого, - Шайбакова наблюдает за Викой, которая вваливается в кабинет, кидая рюкзак на первую парту.
Девчонка выглядит еще хуже: волосы растрепанны, лицо красное, а сама она почти горит от температуры и трясется, но все равно упорно усаживается на свое место, смотря в одну точку. Адель ее разглядывает, подмечает профиль и периодически прикрывающиеся глаза, кратко вздыхает и отбирает у девчонок тетрадки. После звонка она под монотонное пыхтение учительницы пишет записку, кидая ее прямо Вике в затылок.
Та лишь цокает, забирая бумажку себе и сразу пряча в рюкзак. Адель хмурится, внутренне злится, а потом закатывает глаза, выписывая корявым почерком снова одно и то же. И опять кидает, попадая уже на первую парту и улыбаясь, как Чеширский кот. Та лишь медленно поворачивается, ища того, кто это сделал.
Шайбакова играет бровями и кивает, но Вика быстро разворачивается, снова пялясь на доску и не притрагиваясь к бумаге.
- Да ты издеваешься, - разозленно шепчет Адель, кидая это дело.
Алина с Настей, которые сидят перед ней, лишь переглядываются, но ничего не говорят. Лишь Диана, которая сидит в другом ряду, пялится на Адель, разглядывая. Девчонка склоняет голову, облокачивая ее на руку, улыбается и ловит чужой взгляд в ответ, улыбаясь еще шире. И Адель устраивает такой расклад, а потому она делает также в ответ, уже представляя свой новый план. Все складывается как никогда хорошо, и даже лучше, чем она могла себе представить.
На перемене она слышит возгласы о том, что никто не хочет на физ-ру. Но все плетутся, даже Алина, которая уговаривала всех прогулять. И пока девчонки переодеваются, Адель глазами разглядывает каждую, сидя на лавке с рюкзаком и водой. Даже Диану, которая так удачно оказывается почти впритык и снимает футболку непозволительно близко. Шайбакова слушает их разговоры, широко улыбается и кивает, а на деле внутри смеется с дур, которым интересны поверхностные диалоги и насмешки над другими.
Вика заходит в раздевалку последней и не спешит раздеваться: она ждет, пока остальные уйдут. На нее не обращают никакого внимания, и переступая через ее рюкзак с формой, Диана будто не нарочно проходится кроссовком прямо по нему.
- Ой, - смеется та кратко, пулей вылетая.
Николаева лишь хмыкает, а потом кидает взгляд на все еще сидящую Адель, которая никуда не собирается уходить.
- Звонок был, - Вика напряженно на нее смотрит, не отводит взгляд и ждет.
- Я слышала, - улыбается та, вставая.
Адель медленно, крайне медленно снимает толстовку, не поворачиваясь спиной, как это принято среди нормальных людей. Она пытливо смотрит в глаза, медленно снимает футболку и нехотя берет из рюкзака другую, улыбаясь. Вика смотрит на нее, так и сидя на лавке, непонимающе и злобно.
- Почему сидишь? Звонок был, - почти шепотом говорит девчонка, откручивая крышку от бутылки, - почему мои записки не читаешь?
Вика долго и вдумчиво смотрит куда-то ей за спину, прежде чем сказать:
- Они тебя подослали, или что?
- Нет, - становясь серьезней, она произносит это непонимающе, - я хотела твою инсту спросить. Точнее, я уже ее нашла, но ты не хочешь принимать мой запрос.
- Оно тебе надо? - настороженно говорит Вика, так и сидя на лавке.
- Конечно, мы же одноклассницы, - она подходит ближе, улыбаясь.
- Я подумаю, - кидает та, - ты уйдешь уже или как?
- Ты меня стесняешься? - насмешливо говорит девушка, - Или че?
- Просто уйди, - уверенно говорит та, смотря исподлобья.
Адель, недолго думая, кидает последний взгляд, улыбаясь говорит:
- Сучка, - и уходит, прихватывая свою воду.
Вика только цокает. Она бы не была такой странной, но прошлое не позволяет поступать иначе. Ее не раз раздевали насильно, забирая одежду, не раз было так, что по ее форме топтались ногами, а ее высмеивали. Но и это не самое страшное: у ее воспиталки, Натальи Ивановны, есть неимоверная мания за любой проступок бить. Да так сильно, что у Вики остаются гематомы по всему телу. На днях она вышла в недозволенное время на улицу, поэтому сейчас на спине красуется несколько багровых синяков, а на руках - порезы, которые удается скрывать рукавами. Они иногда начинают кровить, а черная водолазка впитывает в себя сукровицу вместе с венозной кровью. Раздеваться при них равно убийству, и Вика не дура, чтобы давать новых поводов для насмешек. Она идет в зал с необъяснимым чувством ненависти внутри, потому что новенькая изрядно ее достала. Больше всего раздражает то, что Адель хочется поверить, но та сидит на лавке с новыми подругами, и тогда Вика понимает, что это лишь их очередной план, чтобы посмеяться.
В тот же день Адель находит ее в туалете одну на перемене. Девчонка сидит на подоконнике, листая ленту, а Шайбакова заходит слишком громко, расшатывая хлипкую дверь еще сильнее.
Она хмыкает, замечая Николаеву, лыбится и достает из кармана пачку своего Кэмэла, нагло протягивая девчонке.
Вика смотрит с осторожностью, исподлобья, играя непонимание и кивая вопросительно.
- Да ладно, по тебе видно, что куришь, бери, - лепечет та, улыбаясь.
И она берет: аккуратно и неуверенно, смотря в глаза впервые за все это время и видя одобрительный кивок. Адель протягивает зажигалку с молнией Мак-уин и поджигает, освобождая ту от табачной ломки впервые за два дня.
- Спасибо, - вырывается из чужого рта, а в ответ видит кивок.
- Что там на счет доступа? - не унимается Адель, подкуривая и свою.
- Какой у вас план? Найти мои фотки? Или, может, через тебя узнать мои секреты и слить? - озлобленно говорит девчонка.
- Да нет никакого плана, я просто хочу с тобой дружить, - уже серьезно говорит та, подходя ближе.
- Не верю.
- Они тебя буллят?
- А они тебе забыли рассказать? Адель, дурочку из себя не строй, - устало произносит Вика, вздыхая, - общаться со мной - это стать изгоем, которого будут пиздить. Тебе это надо?
- Может, надо, - шепчет та, заманчиво лыбится и продолжает, - еще увидимся.
Она исчезает из туалета, оставляя свою пачку на подоконнике, нарочно. Вика смотрит на сигареты и прячет те в карман рюкзака, мысленно благодаря. У нее странное впечатление: та упорно нарывается на общение, но мило ходит с ее заклятыми врагами по школе. Вика не привыкла доверять таким сукам, а поэтому она плюет на Адель и ее лицемерие, думая о своих проблемах.
Ее ненавидит каждая собака, а еще она живет в полном одиночестве. Ненавидит себя, свою жизнь и происходящее кругом - ненавидит всех, кто к ней приближается. Она запуганный ребенок без будущего, возможностей и шансов. Она точно никем не станет, потому что так говорит Наталия Ивановна, и у нее нет ни одной сраной причины жить. Каждый ее день наполнен ненавистью и это ничего не исправит.
***
Адель уверенно находит среди толпы в коридоре парня, который сидит на подоконнике, играя в телефоне. Девушка опирается локтем на стену, приветливо ему кивая:
- Приветик, - пока тот смотрит на нее оценивающим взглядом.
- Привет.
- Ты же Глинский, да?
- Ну я, а че надо?
- Да у нас вписка завтра, и один пацан. Сказал, без второго не пойдет, а ты сам понимаешь, - кивает Адель, улыбаясь, - мне сказали, ты самый нормальный тут. Пойдешь?
- Пойду, - улыбчиво кивает тот, - а кто сказал?
- Да так, одна девчонка, которой ты нравишься, но я тебе не скажу, кто это, - лыбится Шайбакова, заинтересовывая его еще больше, - я тебе адрес скину, приходи в семь.
Ее план начинает работать. И пусть Леша так неудачно попался под руку стать расходным материалом, Адель об этом не переживает. Он же сам, по рассказам Дианы, мутил в прошлом году сразу с двумя девчонками из девятого.
После уроков, в холле, она уверенно прощается с Алиной и подопечными, говоря, что ей надо занести документы. Сама же подходит к Вике, нагло усаживаясь рядом на пол и привлекая к себе внимание.
- Свою надзирательницу ждешь?
- Её, - кивает та неуверенно, - ты забрать свою пачку?
- Неа, оставь себе, - говорит девушка, - я тебе проведу до дома.
- Зачем? - та косится и одновременно хочет взорваться злостью, но не говорит ничего, только устало закатывая глаза.
- Хочу, Вика, - сообщает та, будто смеясь с нее, - всегда делаю, что хочу.
- По тебе и видно.
Они молчат с минуту, а Адель разглядывает ее поближе, подвигаясь почти вплотную:
- А если я попрошу твою воспиталку, она отпустит тебя гулять?
Адель так смотрит только когда флиртует. Адель уверенно использует все методы, чтобы привлечь чужое внимание, но на Вику не действует. Та, выращенная в страхе, нихрена не понимает, потому что для нее все кругом враги. Она только поднимает одну бровь, насмешливо корчась, и говорит:
- Серьезно?
- Ну как у вас по правилам? Я же не знаю.
- Отпроситься трудно, - неверяще говорит девчонка, - и она меня ненавидит, так что вряд ли отпустит.
- Ну, посмотрим, - победно вздыхает та, улыбаясь.
Адель видит Наталью Ивановну в толпе, поднимаясь и наблюдая, как Николаева спокойно подходит. И уже когда они разворачиваются на выход, та подбегает, громко крича:
- Здравствуйте! А я новенькая, вот хочу с Викой пройтись. Можно же? - она нагло становится прямо перед женщиной, строя самое милое в мире лицо.
Та лишь непонимающе переводит взгляд с одной на другую, сводя брови к переносице, а потом говорит:
- Да можно. А тебе оно зачем?
- Ну, мы подружились, - уверенно врет Адель, пока Николаева поднимает брови от удивления.
- С этой-то? - презрительно выпаливает воспиталка, издавая смешок, - Да на здоровье.
Они идут молча первые минут десять и все это время Адель лыбится Вике, идя с ней в аккурат рядом, пока девчонка смотрит в одну точку и периодически оборачивается на женщину. Та не выражает никаких эмоций, рассматривая улицу, и тогда Шайбакова тихо говорит:
- А гулять тебя отпросить можно?
- Не надо, - протестует та.
Но Адель ее не слушает, обращаясь к Наталье Ивановне и говоря с улыбкой:
- Мы с Викой так подружились. Она очень хорошая.
- Да ну?
- Да! Вообще, у нас много общего, - лыбится девушка и подмигивает Николаевой, - может, ей можно со мной погулять? Что скажете?
- А кто будет домашнее задание делать за нее? А убирать? - возникает женщина, - Подозрительная ты.
- Так а мы не долго, - уверенно говорит она, - часик. Считайте, под моим присмотром.
Вика слушает в полном оцепенении, разглядывая ту, словно дуру. У нее в голове не укладывается, как Адель так легко уламывает воспиталку на эту авантюру, а потом самодовольно кивает ей, набивая себе цену. Николаева не хочет гулять, ей бы отдохнуть от школы и всего того ужаса, который происходит кругом, да и спать хочется. Но Наталья Ивановна впервые смотрит на нее без омерзения, будто мысленно хваля за то, что девчонка обрела друга, и даже сама говорит, что отпустит ее погулять. Выбора не остается, и закидывая свои вещи, она выходит к воротам детдома, где ее уже ждет Адель.
Та выглядит крайне довольной, говоря:
- Неужели, - и лыбится, склоняя голову.
- И зачем ты это устроила? - даже с каким-то страхом тянет Вика, поджимая губы.
- Догадайся. Пойдем, - она тащит ее подальше, заворачивая на какую-то детскую площадку и усаживаясь на лавку, - будешь?
Адель протягивает сигареты и свою зажигалку, а Вика лишь удивленно таращится, говоря:
- Ты же мне свою отдала.
- У меня много, - хихикает та, подкуривая, - кури на здоровье.
- Что тебе от меня надо? - Вика даже слегка отодвигается, строго смотря в чужие глаза, - Я не понимаю.
- Я просто хочу с тобой дружить, - разводит та руками и удивленно выгибает бровь, - непонятно?
Она улыбается, будто смеясь, а потом становится серьезнее и говорит вполголоса:
- Они тебя буллят, а это неправильно.
- И дружишь ты с ними по этой же причине, да? - саркастично выпаливает девушка, резко поворачивая голову.
- Считай, я с ними подружилась, чтобы перевоспитать, - машет рукой Адель, тут же переводя тему, - Так что? Расскажешь о себе?
Вика закатывает глаза, а потом переступает через себя: перед ней сидит искренняя девчонка без тормозов, которая даже выпросила прогулку, и вряд ли она планирует сделать ей больно. Девчонка дрожащими руками подкуривает еще сигарету, а потом неуверенно говорит:
- Ну, я из детдома. У меня никого нет, друзей тоже нет, - пожимает она плечами, - удочерить меня тоже не могут, потому что родителей не лишили прав. Вот и все.
Адель смотрит на нее восхищенно и медленно кивает.
- А почему их не лишат?
- Не знаю. Они даже грозятся меня забрать, - кидает та со злостью, - они наркоманы.
- Жесть. А почему тебя буллят?
- Догадайся, - хмыкает Вика, усмехаясь, - я злая.
- Правда?
- Да. И я всех ненавижу, - часто и усердно кивает девушка.
Адель в ней разглядывает то самое, что она искала долгое время. Адель в ней видит то, что пыталась найти в других много лет, что взращивала в себе и воспитывала в Аське. Адель тут же становится серьезней, подвигаясь вплотную и подбирая слова.
- Хочешь секрет? - она становится тише, едва перебирая губами, - Я тоже всех ненавижу. Я бы убила их.
Вика улыбается, кивая. Разглядывает чужое лицо и впервые улыбается, пока Адель восторженно смотрит.
- По тебе не скажешь.
- Это пока не узнаешь меня получше, - ухмыляется та, затягиваясь дымом, - кого ты ненавидишь больше всего?
- Алину, - честно признается та, - в седьмом классе она со своими псинами сломала мне ребро.
Внутри Адель щелкает переключатель, и она озаряется приторной улыбкой, разочарованно выдыхая. Поджимает губы, кивает, пару минут молчит, говоря после:
- И что? Какие планы на жизнь?
- Никаких, - вздыхает девчонка, - думаю, как-то само все.
- Я думаю уезжать отсюда, - честно говорит Шайбакова, - куда-то подальше.
- И правильно, - кивает Вика, улыбаясь, - давай не будем о грустном.
Они сидят на лавке еще с полчаса. Вика признается ей в том, что ненавидит руссичку, свою воспиталку, сплетни, одноклассников и особенно Глинского - тот измывается над ней уже два года. Адель рассказывает про колледж и Аську, обещая их познакомить, про то, что обожает танцевать, о своей чокнутой и классной маме, ее новом парне и еще многом, что Вике недоступно. Адель делится своей нормальной, обычной человеческой жизнью, и оказывается, она наврала воспиталке, потому что нет у них ничего общего. Они разные до скрежета зубов: Вика ненавистный человек без близких, Адель любимый ребенок с кучей друзей.
Их связывает одно: они обе ненавидят всех кругом и у них обеих есть на то причины. Вика добавляет ее в свой инстраграмм на собственный риск и страх, а Адель лайкает все три чужие фото. Их связывает одно, и это самое страшное, потому что Шайбакова уверенно идет по своему плану и не планирует останавливаться. Напоследок, проводя Вику к воротам, она говорит:
- Скоро сяду с тобой. Но не завтра.
- Почему? - удивленно спрашивает та, все еще не понимая.
- Мне надо посидеть пока на последней парте, но это ненадолго.
Она ничего не объясняет, просто уходя, а Николаева пялится вдаль и ловит себя на мысли, что впервые ей хорошо. Это первый за долгое время день, который ее радует, и она пялится в парту, когда делает домашку, а еще рассматривает заново профиль Адель, лайкая ее странные видео и танцы.
***
Вписка у Аськи означает одно - куча одичалых подростков собираются вместе, чтобы разгромить новую квартиру и напиться до потери памяти. Адель приходит первой, помогая закупиться и спрятать важные вещи. Они складывают в гардероб вазы и даже новый дорогой чайник, потому что мать Аси пообещала их убить, если с ними что-то случится.
- Кароче, дело к тебе, Аська, по твоей части есть, - лыбится Шайбакова.
- Шайба, ты меня заебала, - вздыхает та, - че?
- Я тебе куплю абонемент, - обещает подруга и та сдается.
На вписке оказывается много народу: ребята из школы Аськи, их подруги с танцев, новые друзья Адель и Глинский, который первым рвется к алкоголю и выпивает на спор пиво залпом. Все так, как и должно быть на нормальной вписке: Ася напивается, поет песни в обнимку с Алиной, знакомится с Глинским и обсуждает с ним какие-то игры. Все веселятся, а Адель уверенно подходит к Диане, приглашая ту покурить.
На балконе они выпивают еще, и Шайбакова говорит:
- Чет тебя совсем разнесло, - облокачиваясь на перила.
Та кивает, следом начиная смеяться, а потом замолкает, выуживая из кармана пачку сигарет.
- Меня всегда первую разносит, - подтверждает девушка, улыбаясь.
- А ты красивая, - пристально глядя, Адель склоняет голову и ярко улыбается.
- Ты тоже, - невзначай подтверждает Диана, поднимает на нее глаза и содрогается.
Шайбакова долго не думает: она подзывает Диану к себе коротким "Эй", наблюдает, как девчонка допивает свою бутылку и нагло отставляет в сторону, выхватывая ту из чужой руки. А потом вжимает Диану в перила балкона, нависая и целуя. Девушка от неожиданности ахает, зарываясь руками в чужие волосы, и отвечает. Она дрожит, пока Адель ей что-то шепчет.
Диане стоило быть аккуратнее, потому что Ася, которая стоит напротив своего балкона, фоткает их, улыбаясь и вертя головой. Она пьяно усаживается на диван в своей гостинной к Глинскому, своему новому другу, говоря:
- Прикинь, че, - и показывает фото, от которого у Леши лезут глаза на лоб.
- Нихуя, - кивает тот, - это Адель?
- Да, - подтверждает Аська, - ужас просто.
- Че?
- У Адель же парень, - подтверждает девушка, с ужасом объясняя, - она к ней полезла, лишь бы никто не узнал.
- Полезла?
- Да, мне Адель сказала, что даже пришлось ее оттолкнуть, - Аська уверенно отпивает от бутылки, продолжая, - настырная такая.
- Я бы про Кузину никогда такого не подумал, - удивленно таращится парень, - фу, блять.
- Бедная Адель, - добивает Ася, - ты ток не говори никому, что Диана ее засосала. А то слухи пойдут, а она-то не при чем.
- Да базару, - говорит ровный парень Леша, все еще переваривая пиздец, который услышал, - фу блять, я же с ней сосался.
- И не говори, - обреченно выдает Аська, после уходя.
Этого хватает, чтобы уже через час все парни параллели одиннадцатого класса знали о том, что Диана на вписке насильно засосала какую-то хорошую, занятую парнем, девчонку. Этого хватает, потому что Аська убедительна и потому что Адель хитра. Уже через три часа эта новость доходит до всех девчонок в параллели, потому что друг Глинского встречается с Настей из одиннадцатого "В". В общем-то, через четыре часа эта новость попадает в подслушано школы, а уже через пять часов, когда все расходятся по домам, в говно пьяная Диана, которая нихрена не помнит, узнает о себе нечто новое.
Адель, которая пила совсем немного, засыпает в одной кровати с Аськой, переговариваясь с той и смеясь:
- Умница моя, - лыбится подруга.
- Ну ты и мразь, - не унимается Ася, - абонемент жду. На пять занятий, чертила.
- Сломали ребро, Ась, держи в голове, - напоминает Адель, безумно и наигранно улыбаясь, - будет тебе абонемент. Заслужила.
На следующий день Адель играет полное удивление, снимая шапку в жарком классе и наблюдая, как все странно косятся в сторону последней парты Дианы, которая сидит темнее тучи. Которую успокаивает Алина, а другие девчонки кидают смешки в их сторону. И кто-то из парней, которых Адель еще не запомнила, кричит:
- Алин, аккуратно, а то еще в кровати у нее окажешься.
В тот же день кто-то сливает в "Послушано 100" еще одну новость: к лесбиянке-Диане ушел бывший парень Ники, королевы школы. И изменял с ней на протяжении двух месяцев.
Тогда Адель поддерживающе Диану успокаивает, обещая найти эту крысу и убить. Тогда Диана плачет в школьном туалете, причитая:
- Да не могла я ни с кем вчера сосаться!