i feel more and more like i was made for you

Я сидела на кровати, сжимая в руках подушку, и смотрела в одну точку на стене. В комнате было слишком тихо после вчерашнего. После дома О'Коннеллов, где всегда кто-то говорил, смеялся, спорил. Здесь было пусто и холодно.

За дверью я слышала приглушённые голоса. Мама что-то говорила отцу, он отвечал коротко и резко. Я не разбирала слов, но чувствовала напряжение.

Сколько времени прошло? Час? Два? Я потеряла счёт. Без телефона время тянулось очень медленно.

Я думала о Билли. О том, как она ждёт моего звонка. О том, что она, наверное, уже начала волноваться. Двадцать минут прошли давно. Потом ещё двадцать. Потом час. А я всё сидела здесь без возможности сказать ей, что я в порядке.

—Дура, — прошептала я себе, — надо было попросить у мамы телефон.

Но мама была внизу, и я не могла позвать её. Боялась, что отец услышит. Боялась, что он снова начнёт кричать.

В дверь постучали.

—Ариана, — голос мамы, — можно?
—Да.

Она вошла с подносом. На нём был суп, хлеб, стакан сока. Поставила на тумбочку и села рядом.

—Ты не ела с утра, — сказала она, — нужно поесть.
—Не хочется.
—Я знаю, — она взяла меня за руку, — но всё равно нужно.

Я посмотрела на суп. Он пах так же, как вчера у О'Коннеллов. Но этот был не таким. Не потому, что мама готовила хуже. Просто потому, что там я ела в окружении людей, которые меня приняли. А здесь я была одна в своей комнате, с отцом, который отнял у меня телефон, и мамой, которая не знала, как помочь.

—Мам, — сказала я, — можно мне твой телефон? Я просто хочу написать Билли, что я в порядке. Она волнуется.

Мама посмотрела на дверь. Потом на меня.
Она колебалась. Я видела, как она сомневается.

—Пожалуйста, — я сжала её руку.

Она достала телефон из кармана, разблокировала и протянула мне.

—Быстро, — сказала она.

Я кивнула. Пальцы дрожали, когда я набирала номер Билли. Я знала его наизусть, но сейчас он вылетел из головы. Я сбилась дважды, прежде чем ввела правильно.

Я: Это я с маминого телефона. У меня всё в порядке. Отец забрал мой телефон. Не волнуйся, я придумаю что-нибудь. Я люблю тебя.

Я отправила. Посмотрела на экран — сообщение доставлено. Потом прочитано. Три точки появились сразу.

Билли Айлиш: Ариана! Я уже думала, что он тебя убил. Ты как? Он тебя не тронул?

Я: Нет, не тронул. Просто забрал телефон и отправил в комнату. Я в порядке.

Билли Айлиш: Ты не в порядке. Я знаю тебя. Ты сидишь там и плачешь, да?

Я усмехнулась сквозь слёзы. Она всегда знала.

Я: Немного. Но я справлюсь.

Билли Айлиш: Я приду за тобой. Просто скажи, и я приду.

Я: Не надо. Пока не надо. Я сама разберусь.

Билли Айлиш: Ты всегда так говоришь. А потом прыгаешь из окон.

Я: В этот раз не прыгну. Обещаю.

Билли Айлиш: Твои обещания мне дорого обходятся, Стенберг.

Я улыбнулась. Даже сквозь боль и страх она заставляла меня улыбаться.

Я: Я люблю тебя. Мне нужно идти, мамин телефон.

Билли Айлиш: Я люблю тебя больше. Пиши, если сможешь. Я всегда буду ждать.

Я стёрла переписку. Отдала телефон маме. Она убрала его в карман и обняла меня.

Я сидела на кровати и встречала закат, смотря в окно. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в розовый и фиолетовый. Где-то там, за холмами, был дом О'Коннеллов. Нас разделяло всего пара кварталов, но я не могла вернуться к ним.

Я лежала в темноте, смотрела в потолок и слушала, как дом затихает. Сначала отец прошёл в спальню. Потом мама. Потом всё стихло. Только часы на первом этаже тикали, отсчитывая секунды.

ПЕСНЯ: sex, drugs, etc. — beach weather

Я уже начала засыпать, когда услышала странный звук. Подумала, что показалось. Потом ещё раз. И ещё. Маленькие камешки ударялись в стекло моего окна.

Я села на кровати. Подошла к окну. Выглянула.

Внизу, под кустами сирени, стоял Финн. В тёмной толстовке, с капюшоном на голове, он подбрасывал вверх мелкие камешки. Увидел меня, улыбнулся и махнул рукой.

Я открыла окно.

—Ты что здесь делаешь? — прошептала я, выглядывая на улицу.
—Доброй ночи, Стенберг, — сказал Финн, переходя на шёпот, — ты вытащила меня из участка, а я вытащу тебя отсюда.
—Ты с ума сошёл, — сказала я, — мой отец спит в соседней комнате.
—Я подождал, пока у вас на первом этаже погаснет свет, — он пожал плечами, — значит, он лёг спать. Я не тупой.
—А если он проснётся?
—Тогда мы быстренько побежим, — Финн подошёл ближе к стене, — давай, прыгай. Я поймаю.
—Ты поймаешь? — я недоверчиво посмотрела на него, — ты меня не поймаешь, ты меня вчера даже не видел, когда я в кусты приземлилась.
—Вчера меня тут не было, — он протянул руки вверх, — а сегодня я здесь. Прыгай, не бойся.

Я посмотрела вниз. Кусты сирени темнели внизу, но Финн стоял чуть в стороне, на дорожке.

—У тебя колено болит, — напомнил он, — сама не уйдёшь. А если прыгнешь на ногу, будет ещё больнее. Так что прыгай на меня.

Я перекинула ногу через подоконник, потом вторую. Повисла на руках.

—Лови, — прошептала я и отпустила руки.

Я упала прямо в его руки. Он охнул, покачнулся, но устоял. Его руки были крепкими, он держал меня так, будто я ничего не весила. Затем парень поставил меня на землю.

—Быстро уходим, — Финн взял меня за руку и потянул за собой.

Мы бежали по пустым улицам. Ночь была тёмной, фонари горели тусклым оранжевым светом. Финн бежал рядом, иногда оглядываясь, проверяя, не отстала ли я.
Когда мы добежали до места, где нас никто не увидит, мы замедлили шаг и пошли спокойно.

—Финн, — спросила я, когда мы свернули за угол, — а где Билли?
—Дома, — сказал он, не глядя на меня.
—Как дома? Ты сказал, что вытащишь меня. А где она?
—Слушай, Стенберг, — он почесал затылок, — я же не должен был привести к тебе всю семью. Иначе бы я спалился. Твой отец коп, он бы заметил, если бы мы пришли толпой.

Я смотрела на него. Он был прав.

—Она очень хотела прийти, — добавил он, перейдя с шёпота на обычный голос, — но твоя Билли Айлиш Пайрет Бёрд О'Коннелл решила отправить на разведку меня, чтобы быть уверенной, что когда ты будешь прыгать с окна, тебя точно поймают.

Я кивнула. Мы пошли дальше. Получается это была её идея.

—Спасибо, Финнеас, — сказала я, когда мы подошли к дому О'Коннеллов.

Он усмехнулся.

—Не парься, — он открыл калитку и пропустил меня вперёд, — теперь ты наша. Семья должна помогать друг другу.

Я вошла в дом. В коридоре было темно, но из кухни пробивался слабый свет. Я прошла туда.

Билли сидела за столом, сжимая кружку с чаем. Увидела меня, вскочила.

—Ариана, — она подошла и положила мне руку на щеку, — ты в порядке? Он тебя не тронул?
—Всё хорошо, — я накрыла её ладони своими, — я в порядке.
—Ты дрожишь, — она провела пальцами по моим щекам, — вся холодная.
—Мы бежали, — я улыбнулась.

Билли посмотрела на брата, который стоял в дверях.

—Ты поймал её? — спросила она.
—А ты сомневалась? — Финн усмехнулся, — я вообще-то спортивный.

Он поднялся к себе в комнату. Мы остались одни.

—Как ты? — спросила Билли, усаживая меня на стул.
—Уже лучше.

Она поцеловала меня. В темноте кухни, при свете луны, которая заглядывала в окно.

Я ответила на поцелуй, но потом отстранилась и посмотрела на неё.

—Билли, — сказала я, — это была твоя идея, да? Чтобы я снова спрыгнула.

Она молчала. Потом вздохнула.

—Да, — призналась она, — моя.
—Ты запретила мне прыгать из окна, — я смотрела на неё, — ты взяла с меня обещание. А сама придумала план, по которому я должна была снова прыгнуть?
—Мне не оставалось ничего делать. Сидеть и ждать, пока твой отец разрешит тебе выйти? Ждать, пока он вернёт тебе телефон? Ждать, пока он передумает? Я не хочу, чтобы ты была в том доме одна без телефона и без возможности сказать мне, что ты жива. Я не хочу, чтобы ты снова плакала в подушку, а я ничего не могла с этим сделать.

Она замолчала. В её глазах отражалась луна. Я видела, как она дрожит.

—Я знаю, что запретила тебе прыгать, — сказала она тише, — но я не могла придумать другого способа. Твой отец не пустил бы меня в дом. Он не пустил бы никого из нас. А я хочу, чтобы ты была здесь с нами в безопасности.
—Ты поэтому отправила Финна? — спросила я, — потому что сама не смогла бы смотреть, как я прыгаю?

Она кивнула.

—Я боялась, — прошептала она, — что если я приду, то не дам тебе прыгнуть. Или не смогу тебя поймать. А Финн...он спокойный. Он поймает. Я знала, что он поймает.

Я подошла к ней. Взяла её руки в свои.

—Билли, — сказала я, — спасибо, что рискнули ради меня.
—Не стоит, — она посмотрела на меня, — мы будем делать для тебя всё, что в наших силах.

Билли уткнулась лицом мне в плечо.

—Прости, — прошептала она, — я не хотела, чтобы ты снова прыгала. Но я не знала, как ещё...
—Всё хорошо, — я гладила её по спине, — я здесь.
—Ты могла ушибиться, — она подняла голову, — снова.
—Финн поймал меня, — я улыбнулась, — он молодец.