глава 10
На утро я пришла домой и сидела на кухне, сжимая кружку с остывшим кофе и наблюдала, как мама режет овощи для салата.
—Мам, — сказала я, — ты можешь перестать делать вид, будто ничего не происходит?
Она замерла и подняла на меня глаза.
—Я не делаю вид.
—Ты делаешь, — я поставила кружку, — ты делаешь вид каждое утро, когда смотришь на меня и ничего не спрашиваешь.
Она опустила нож, вытерла руки о полотенце и села напротив.
—Ариана, я не знаю, как об этом говорить.
—А я знаю, — я смотрела ей прямо в глаза, — я люблю её, и сейчас мне нужна мама, которая не будет делать вид, что ничего не произошло.
—Знаешь, — сказала она тихо, — когда ты родилась, я боялась, что не смогу тебя защитить от чужих людей, от болезней, от глупых решений. А потом ты выросла, и я поняла, что самое страшное — это когда ты сама себе враг.
Она взяла меня за руку.
—Я видела, как ты меняешься рядом с Билли. Ты стала спокойнее. Ты стала чаще улыбаться и перестала прятаться в своей комнате с книгами.
—Ты поэтому ничего не говорила папе?
—Я поэтому рада, что ты её нашла, — мама сжала мои пальцы, — я вижу свою дочь счастливой. И вопросы отпадают сами собой, пока я вижу тебя такой.
Я почувствовала, как к горлу подступает ком.
—Мам...
—Твой отец, — перебила она, — он другой. Он вырос в другом мире. Ему нужно время. Но он не враг, Ариана. Он просто боится.
—Чего?
—Потерять тебя. Того, что тебе сделают больно, — она грустно улыбнулась, — и даже когда отец поймёт, что ты с ней встречаешься, ничего плохого не случится. Я не позволю плохому случиться с тобой.
—Спасибо, — прошептала я.
—За что, глупая?
После обеда я вернулась к Билли. Дверь открыл Финн. Смотрел на меня как-то странно с ухмылкой.
—О, явилась, — сказал он, пропуская меня в коридор.
—Билли дома?
—А ты к кому пришла? Ко мне? — он усмехнулся, но тут же поднял руки, — шучу. Наверху.
Я пошла к лестнице, но он остановил меня, взяв за локоть.
—Слушай, — он почесал затылок, — я хотел сказать... Короче, я всё понял, ладно?
Я замерла.
—Что понял?
—Ну, про вас с Билли, — он посмотрел на меня и вдруг покраснел, — я не тупой. Я видел, как она на тебя смотрит. И ты на неё. Я просто... ну, типа, если ты сделаешь ей больно, я тебя найду. Даже если твой отец коп.
—Хорошо, я поняла, — усмехнулась я.
—Я рад за вас. Честно.
—А ты покраснел.
—Да заткнись, — он отступил на шаг, — иди уже. А то сестра спустится и начнёт меня убивать.
Я поднялась наверх. Билли сидела на своей кровати.
—Ты пришла, — сказала она, не поднимая глаз.
—Я сказала, что приду.
—Я знаю, — она отложила телефон, — я просто... Финн что-то говорил?
—Сказал, что если я сделаю тебе больно, он меня найдёт.
Билли застонала и закрыла лицо руками.
—Я убью его.
—Не надо, — я села рядом, — он милый. В своей дурацкой манере.
Она опустила руки и посмотрела на меня.
—Ариана, я должна тебе кое-что сказать.
—Что?
—Я поговорила с мамой, — она отвела взгляд, — сегодня. Сказала ей про нас.
Я замерла.
—И...что она?
—Она сказала, что уже знает, — Билли усмехнулась, — сказала, что женщины всегда чувствуют. И что если твой отец будет против, она сама с ним поговорит.
Я представила миссис О'Коннелл, которая стоит перед моим отцом, сжав кулаки. Представила его лицо. И почему-то мне стало смешно.
—Твоя мама бесстрашная, — сказала я.
—Она знает, что терять нечего, — Билли пожала плечами, — когда ты уже прошёл через ад, тебя уже ничего не пугает.
Я взяла её за руку.
—Билли, я тоже поговорила с мамой.
Она повернулась ко мне. В её глазах был страх. Такой же, какой я чувствовала сама.
—И?
—Она сказала, что рада, что я тебя нашла.
Билли смотрела на меня. Я видела, как её глаза наполняются слезами.
—Она не сказала, что это пройдёт? Не сказала, что я плохо на тебя влияю?
—Она сказала, что видит меня счастливой, — я сжала её руку.
Билли отвернулась. Я видела, как дрожат её плечи, как она пытается сдержаться.
—Эй, — я обняла её со спины, прижалась щекой к её плечу, — не плачь.
—Я не плачу, — сказала она дрожащим голосом.
—Опять врёшь.
—Вру, — она повернулась ко мне, и слёзы текли по её щекам, — я просто...я думала, что ты скажешь мне, что твои родители против. Что мы не сможем. Я готовила себя к этому с того момента, как поняла, что влюбилась в тебя.
—Ты готовилась к худшему?
—Всегда, — она вытерла лицо рукой, — я всегда готовлюсь к худшему. Это привычка.
—Билли, — сказала я, — я не уйду. Даже если бы мои родители были против, я бы не ушла. Я люблю тебя. Это не зависит от того, что думают другие.
Она смотрела на меня. Потом улыбнулась сквозь слёзы.
В дверь постучали. Финн просунул голову в щёлку.
—Вы там живы? Ужин готов.
—Финн, иди вон, — сказала Билли, не разжимая объятий.
—Ариана остаётся? — спросил он, игнорируя сестру.
Я посмотрела на Билли. Она посмотрела на меня.
—Остаётся, — сказали мы одновременно.
—Ну, тогда спускайтесь.
Он закрыл дверь.
Мы спустились вниз. Миссис О'Коннелл накрывала на стол, и я чувствовала, как в этом доме пахнет уютом.
—Садись, Ариана, — сказала она, — ты как раз вовремя.
Финн уже сидел на своём месте, накладывая себе картошку. Я села рядом с Билли.
—Ариана, — миссис О'Коннелл поставила передо мной тарелку, — твоя мама знает, что ты здесь?
—Да, — сказала я, — я ей написала.
Она кивнула и села напротив.
—Передай ей спасибо, — сказала она, — за то, что отпускает тебя.
—Я передам, — сказала я.
Мы ели молча. Финн иногда подкалывал Билли, она отвечала. Миссис О'Коннелл смотрела на них и улыбалась.
—Ариана, — сказала она, когда мы закончили, — я хочу, чтобы ты знала. В этом доме ты всегда желанный гость. Что бы ни случилось.
—Спасибо, — сказала я.
Позже мы сидели на крыльце. Финн курил в стороне, смотрел на звёзды. Билли прижалась ко мне, и я чувствовала её тепло.
—Финн очень хочет, чтобы ты посмотрела, как он будет рыбачить завтра на пирсе, — начала Айлиш.
—Но завтра же не суббота.
—Он пойдёт туда ради тебя.
—Ради меня? Он даже не знает меня толком.
—Он знает, что ты сделала для него в участке, — Билли подняла голову, — для него это много значит. Он не привык, чтобы за него кто-то кроме меня заступался. Особенно дети копов. И ещё он знает, что ты моя девушка, а значит — часть нашей семьи.
Утром я посмотрела на телефон: половина шестого. Билли уже не спала. Она сидела на кровати, натягивая на себя футболку. Солнце вставало из-за горизонта и озаряло комнату красивым светом.
—Ты давно не спишь? — спросила я хриплым и сонным голосом.
Она дёрнулась. Не ожидала моего быстрого пробуждения.
—Нет. Но я уже собираюсь. Не хочу пропускать, как мой брат в сотый раз ничего не поймает.
Мы вышли на улицу. Город ещё не проснулся. Лишь соседка О'Коннеллов, миссис Кларк, стоя в огороде, оглядела нас и махнула Финнеасу с Билли.
На пирсе было пусто. Финн выбрал место на самом краю, поставил рюкзак, достал удочки. Делал он это с такой торжественностью, будто готовится к этому год.
—Смотри и учись, — сказал он мне, забрасывая удочку.
—Смотрю, — я сдержанно улыбнулась.
Билли села на доски, обхватив колени руками. Я села рядом.
—Долго он так может? — прошептала я.
—Часами, — прошептала она в ответ, — он может сидеть и смотреть на воду, пока не стемнеет. И ничего не поймает.
Мы сидели, смотрели на спокойное пустое озеро. Солнце поднималось всё выше, окрашивая воду в розовый и золотой. Финн сидел неподвижно, как статуя, вглядываясь в соседний берег.
—Финн, может, уже домой пойдём? — Билли окликнула брата, который сидел на другой стороне пирса, — ничего не ловится.
—Нужно время.
—Ты даже крючок неправильно привязал, — Билли указала на удочку, — смотри, он болтается. Ты все эти три года так крючок привязывал?
Я не выдержала. Громкий смех вырвался наружу. Финн посмотрел на меня с обиженным видом, и это сделало всё только смешнее.
—Ты смеёшься? — спросил он.
—Прости, — я пыталась сдержаться, но не могла, — прости, Финнеас, это просто...ты все эти три года ходил на пирс и ещё ничего не поймал?
—Я практиковался! — он скрестил руки на груди.
—Три года? — Билли подняла бровь.
—Техника требует времени!
Мы с Билли переглянулись. Она широко улыбалась, смотря на рыжеволосого, но старалась не смеяться.
—Знаешь что? — голубоглазая подошла к краю пирса, стянула футболку и осталась в топике и шортах, — от этой рыбалки всё равно никакого толку.
—Билли, ты чего? — спросила я.
Она посмотрела на меня, хитро улыбнувшись, а затем подошла ближе и стянула футболку с меня. А потом прыгнула в воду, потянув меня за собой. Всё это произошло так быстро, что я не успела понять, как оказалось в холодной и бодрящей в воде.
Вода взорвалась брызгами. Я вынырнула, глотая воздух, и увидела перед собой такую же мокрую Билли. Она смеялась, отфыркиваясь, и её волосы рассыпались по воде.
—Ты психованная! — крикнула я, быстро гребя руками.
С пирса донёсся вопль Финна:
—Вы с ума сошли! Там холодно!
—Прыгай! — крикнула Билли.
—Я не прыгну!
—Трус!
—Я не трус!
—Прыгай, Финн! — крикнула я.
Он стоял на краю пирса, сжимая удочку. Его лицо было растерянным. А потом он бросил удочку на доски и прыгнул.
Затем рыжая голова вынырнула. Он испуганно уставился на плавающих нас и задрожал.
—Вы две дуры! Это же ледяная вода!
—Не волнуйся, не холоднее, чем в проруби, — Билли плеснула в него водой.
Мы выбрались на пирс, мокрые и дрожащие. Финн отдал мне свою куртку, я накинула её на плечи. Билли надела мою футболку, которая теперь была мокрой, но она не жаловалась.
—Холодно? — спросила я.
—Нет, — сказала она, хотя её губы посинели.
—Но твои губы синие.
—Да, — она прижалась ко мне, — вот так теплее.
Финн посмотрел сначала на воду, на солнце, которое уже поднялось высоко, а затем на нас, двух девчонок в мокрой одежде, прижавшихся друг к другу, и улыбнулся.
—Это была лучшая рыбалка в моей жизни. Я как всегда ничего не поймал, но это была лучшая рыбалка.
Мы шли обратно по пустым улицам. Солнце грело, одежда постепенно высыхала. Финн шёл впереди, нёс удочки и посвистывал. Билли держала меня за руку.
—Ты замерзла? — спросила она.
—Немного.
—Когда придём домой, я сделаю горячий чай.
Дома было тепло, и дело было вовсе не в батареях. Миссис О'Коннелл уже ушла на работу, оставив на столе записку и печенье. Финнеас бросил удочки в коридоре и поднялся к себе, бросив на нас взгляд:
—Чайник на плите.
Билли повела меня на кухню. Я села на стул, наблюдая, как она заваривает нам чай. Её руки дрожали от холода, но она не жаловалась.
—Иди сюда, — сказала я, вставая.
Я подошла к ней, обняла со спины, пытаясь согреть. Она откинула голову мне на плечо.
—Я думала, ты замёрзнешь в этой воде больше меня, — прошептала она.
—Я оказалась моржихой. И вообще это была твоя идея. На минуточку, это ты потянула меня за собой.
—Я хотела, чтобы ты была рядом, — она повернулась ко мне лицом, — я всегда хочу, чтобы ты была рядом.
Я посмотрела на её губы, которые всё ещё были синими от холода, и на мокрые волосы, которые прилипли к щекам. Она была прекрасной.
Я поцеловала её. Сначала осторожно, а потом сильнее и глубже. Она ответила. Её пальцы вцепились в мою влажную футболку, притягивая ближе.
—Билли, — прошептала я, — здесь же кухня.
—Никого нет, — прошептала она в ответ, — Финн наверху.
Она подхватила меня под бёдра и посадила на кухонную тумбу. Я ахнула от неожиданности, а она встала между моих ног, обхватила моё лицо ладонями и снова поцеловала.
Я запустила пальцы в её мокрые волосы, чувствуя, как вода капает на мои руки. Она пахла озером и чем-то сладким. Её аромат не выветрился даже после купания в озере.
—Билли, — прошептала я, когда она отстранилась на секунду, — я люблю тебя.
—Я тебя тоже, — улыбнулась она.
Её губы скользнули по моей шее, и я запрокинула голову, чувствуя, как по позвоночнику бегут мурашки.
—Фуууу! — раздалось от двери.
Мы дёрнулись. Финн стоял на пороге, закрыв лицо руками, но сквозь пальцы было видно, что он таращится.
—Вы что, с ума сошли?! — заорал он, — на кухне?! Я чай хотел!
Билли медленно сползла с меня, но с тумбы я слезать не стала. Ноги почему-то не слушались.
—Стучаться надо! — крикнула Билли, поправляя футболку.
—Я живу здесь! И это кухня! У нас тут нет дверей, — Финн убрал руки от лица, но смотрел куда-то в потолок, — вы могли бы...в комнате!
Я спрыгнула с тумбы и попыталась сделать вид, что ничего не случилось. Пол под ногами плавился.
—Я пойду, — сказала я, — мне всё равно пора.
—Ариана, не надо, — Билли схватила меня за руку.
—Нет, правда, — я посмотрела на Финна, который всё ещё делал вид, что изучает потолок, — мне нужно домой. Отец, наверное, волнуется.
Билли вздохнула. Она знала, что спорить бесполезно.
—Я провожу.
—Не надо, — я поцеловала её в щёку, — останься. Выпей чай. Успокой брата.
—Я спокоен, — крикнул Финн из-за спины.
Я натянула свою кофту и вышла. Солнце уже поднялось, город проснулся. Я шла по уже знакомым улицам и чувствовала, как от встречи с родителями меня отделяют всего несколько кварталов.
Дома было тихо. Как всегда, слишком тихо. И от этого было так непривычно после шумного дома О'Коннеллов, что хотелось сбежать.
Я вошла в прихожую. Кроссовки отца стояли на месте, значит, он не на работе.
—Ариана, — голос отца донёсся из кухни, — зайди сюда.
Я прошла на кухню. Отец сидел за столом в форме, руки скрещены на груди. Перед ним стояла кружка с остывшим кофе.
—Ты только что вернулась? — спросил он спокойно, но я знала, что это не к добру.
—Да, от Билли.
—О'Коннелл?
—Да.
—И ты была у неё всю ночь?
—Да, — я сжала пальцы, — мы смотрели фильм, я уснула. Ты же знаешь, я писала маме.
Он долго и оценивающе смотрел на меня.
—Иди к себе, — сказал он наконец.
Я выдохнула и быстро пошла к лестнице.
Я поднялась к себе, закрыла дверь и рухнула на кровать. Я смотрела в потолок, пытаясь успокоить дыхание.
Телефон был в кармане джинсов. Я достала его, разблокировала. Пальцы сами нажали на видеозвонок Билли.
Она ответила после второго гудка. Лежала на своей кровати, волосы были растрепанны, глаза сонные, но как только она увидела меня, сразу ожила.
—Привет, — улыбнулась она, — ты уже дома?
—Да, — я попыталась улыбнуться в ответ, но, кажется, получилось не очень.
—Что-то не так? — она прищурилась, приподнимаясь на локте, — у тебя голос странный. И лицо грустное.
—Всё нормально, — соврала я, — просто отец как всегда.
—Что отец? — она нахмурилась, и в её голосе появилась тревога, — он что-то сказал?
—Нет, — я провела рукой по лицу, — просто спросил, где я была. Я сказала правду. Он отпустил меня.
—Но ты не в порядке, — она придвинулась ближе к камере, и я видела каждую деталь её лица, — Ариана, посмотри на меня.
Я посмотрела. Она смотрела на меня так внимательно, что мне стало страшно.
—Я просто устала, — сказала я, — и скучаю по тебе.
Она улыбнулась.
—Я тоже скучаю, — она откинулась на подушку, — знаешь, после того как ты ушла, я лежала и чувствовала запах тебя на своей подушке.
Моё сердце чуть не выпрыгнуло.
—Ты её нюхаешь? — спросила я с наигранным возмущением.
—Она пахнет тобой. Я не могу лежать на своей кровати и не чувствовать тебя.
Я заулыбалась, представляя в голове, как она делала это.
—Когда мы уже встретимся? Я хочу, чтобы ты сейчас была здесь. Я хочу, чтобы ты лежала рядом, и я могла тебя обнимать. Я хочу чувствовать твоё дыхание на своей шее.
—Билли...
—Я хочу, — продолжила она, и её голос стал тише, — чтобы ты снова целовала меня так, как сегодня на кухне.
Я смотрела на экран, на её пухлые и блестящие губы в бальзаме, которые шевелились, произнося слова, от которых внутри всё кипело.
—Ты специально это делаешь? — прошептала я.
—Что делаю? — она хитро улыбнулась.
—Ты знаешь что.
—Нет, не знаю. Расскажи мне.
Я прикусила губу.
—Ты сводишь меня с ума.
—Хорошо, — прошептала она, — и это я ещё не рядом с тобой.
Она поднесла телефон ближе к лицу, и я видела только её глаза. Большие, голубые, с длинными ресницами.
—Я хочу, чтобы ты знала. Я думала о тебе всё то время с утра, когда ты ушла из нашего дома. Не могла перестать думать о том, как ты пахнешь, и как твои волосы пахнут. И какая ты у меня красивая.
—Ты скоро убьёшь меня своими словами, — сказала я и откинулась на подушку.
—Ты тоже меня сводишь с ума. Пообещай, что когда-нибудь мы проснёмся в одной постели, и нам не нужно будет никуда уходить. Что мы просто будем лежать и смотреть друг на друга, сколько захотим.
—Обещаю, — сказала я.
Она улыбнулась, а затем засмеялась, и от этого смеха завибрировал мой телефон.
Я услышала шаги в коридоре. Очень тихие. Будто кто-то крался. Я замолчала, глядя на дверь. Под дверью была щель, и в ней я увидела тень. Кто-то стоял за дверью и слушал.
—Ариана? Что происходит? — голос Билли стал встревоженным, когда она увидела, как я затаилась.
—Я здесь, — сказала я тихо, — просто...мне кажется, кто-то стоит за дверью.
Дверь распахнулась без стука. Я дёрнулась, телефон выпал из рук и упал на подушку экраном вверх. В дверях стоял отец. Он смотрел на меня, потом перевёл взгляд на телефон.
На экране было видно Билли. Она сидела на своей кровати, растрёпанная, в моей футболке, которая сползла с плеча. Её лицо было так близко к камере, что было видно каждую деталь.
Отец смотрел на экран, но Билли его не видела. Он перевёл взгляд с телефона на меня. Я сидела на кровати, бледная, сжав руки в кулаки. Мои волосы были растрёпаны, щёки горели, губы всё ещё помнили поцелуи, о которых мы только что говорили.
Он всё понял. Я видела это по его лицу. Я быстро сбросила звонок и уставилась в пол. Не знаю, с какого момента он слушал, но он точно слышал что-то.
—Пап, вообще-то надо стучаться! Вдруг я тут переодеваюсь.
—Или с девушками флиртуешь, да?
—Папа, это не то, что ты думаешь, — начала я, но он перебил меня, оперевшись на мой дверной косяк.
—Не то? — его голос охладел, — я слышал всё, Ариана.
Он подошёл к окну, встал ко мне спиной. Я видела, как он сжимает кулаки и не знает, какие слова подобрать.
—Ты дочь полицейского, Ариана, — он повернулся ко мне, и я увидела его разбитое выражение лица, — я всю жизнь учил тебя отличать правильное от неправильного. А ты...
—А я что? — я чувствовала, как внутри страх превращается в злость, — я полюбила девушку? Это неправильно? Это плохо?
—Это ненормально, — сказал он.
—Ненормально, — повторила я, — как у Мейв Янг, да? Её родители тоже думали, что это ненормально. И отправили её к священникам, чтобы её "исправили". Ты тоже хочешь меня исправить, папа?
Его глаза округлились. Наверное, он действительно не догадывался о настоящей истории Мейв.
—Я хочу, чтобы ты была нормальной! — его голос сорвался.
—Я нормальная! — закричала я, — я такая же, как была! Я люблю девушку, и это не делает меня больной! Это не делает меня ненормальной! Это делает меня счастливой!
—Счастливой? — он подошёл ко мне, — ты счастлива с девушкой из семьи, где отец — уголовник, брат — хулиган, а мать...
—А мать что? — перебила я, — мать работает на двух работах, чтобы прокормить детей! Мать, которая не бросила семью, когда муж сел в тюрьму! Мать, которая вырастила сына, который защищает свою семью, и дочь, которая спасла мне жизнь тогда в лесу!?
Я смотрела на него, и слёзы текли по щекам.
—Ты не знаешь её, папа. Ты не знаешь Билли. Ты знаешь только её фамилию. И этого для тебя достаточно, чтобы судить.
Отец молчал. Я видела, как его челюсть сжата, как вены вздулись на шее и на лбу.
—Я запрещаю тебе с ней встречаться, — сказал он.
—Нет, — я покачала головой.
—Что? — он не ожидал такого ответа.
—Я сказала нет, — мой голос стал твёрже, — ты не можешь мне запретить.
—Я твой отец.
—Но ты не можешь выбирать, кого мне любить. Это только моё решение. Ты всегда боялся потерять меня. Так вот если ты встанешь между мной и Билли, ты действительно меня потеряешь.
Он смотрел на меня, и я чувствовала, как он ищет слова, чтобы переубедить меня, но не находит.
—Ладно, — его голос стал тише, — я не хочу, чтобы ты губила себя, Ариана, но если ты выберешь её...ты вряд ли моя дочь.
Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Мои руки дрожали, и всё тело тоже. Я смотрела на телефон, который лежал на тумбочке, и не могла взять его в руки.