Закулисье Бесконечности

​Эндрю был настолько незаметен в последнее время, что казалось, он и вовсе растворился в белом шуме бесконечных коридоров. Но сегодня он проснулся первым. Пока остальные еще досматривали свои тревожные сны, он методично поглощал еду, запивая её безвкусной водой. Тишину дома разорвал рык. Это не был обычный крик ярости — монстр за окном начал издавать сложные, ритмичные звуки, будто перебирая невидимые звуковые нити в своей гортани.
​— Он что, пробует что-то новенькое? — пробормотал Эндрю, прислушиваясь к вибрации стен. — К нему начинаешь привыкать, как к шуму старого холодильника. Наша главная проблема — это Кевин. Без него мы бы уже давно были у выхода. Мы просто застряли здесь, пытаясь собрать его по частям.
​Эндрю решил взглянуть на чудовище. Он подошел к окну и замер. Облик существа внушал новый, необъяснимый трепет: руки монстра были покрыты темной, густой кровью.
​— У него на руках кровь? — Эндрю прищурился. — Она выглядит застывшей. Значит, это случилось не только что. Если здесь есть другие люди... шанс мал, но вдруг? А может, это всё еще отголоски того, что он сделал с Кевином в прошлый раз? Кровь застывает долго, но здесь время течет иначе. Ладно, спишем на Кевина. Наверняка здесь нет никого, кроме нас.
​В этот момент в гостиную вошла Катя. Она выглядела бледной, но в глазах читалась странная решимость.
​— Ого... он в крови. Это пугает сильнее, чем обычно, — тихо сказала она.
​— Катя, не пугай так! — Эндрю едва не выронил стакан.
​— Буду, — отрезала она, не сводя глаз с окна.
​— Его рычание было настолько громким, что ты проснулась?
​— Да, услышала. Трудно игнорировать звук, который пробирает до костей.
​— Ты успела рассказать Кевину о монстре? — спросил Эндрю.
​— Нет. Только основы. Рассказала, что мир вокруг — это лабиринт, и в нем есть правила. Но я не хотела его добивать правдой о том, что за ним охотится эта тварь.
​— Тогда нужно сделать это быстрее. Мы не можем вечно держать его в неведении.
​— Поем сначала, — Катя равнодушно отвернулась и пошла к кухне.
​Эндрю продолжал наблюдать за монстром. Это зрелище, несмотря на весь ужас, привносило хоть какое-то разнообразие в цикл их серых будней. От скуки человек способен прыгнуть прямо в пасть к своим страхам. Мозг — коварный механизм: он награждает нас за то, что мы не умерли, вбрасывая крошечные порции дофамина. Это делает нас безрассудными, превращая ужас в привычку. Эндрю чувствовал, как страх притупляется. Чем дольше он смотрел на монстра, тем меньше тот казался ему угрозой.
​В это время Кевин, воспользовавшись тем, что за ним перестали пристально следить, тихо выскользнул из убежища. Его подстегивало жгучее любопытство и недоверие к «похитителям». Он хотел увидеть всё своими глазами. Эндрю, поглощенный наблюдением, даже не заметил, как дверь щелкнула. Кевин вышел на открытое пространство и тут же наткнулся взглядом на застывшую фигуру чудовища.
​— Что это такое?! — Кевин задохнулся от ужаса, его ноги стали ватными. — Кто это? Объясните мне, что происходит!
​Эндрю вздрогнул, резко оборачиваясь.
— Ааа? Кевин? Ты как здесь... Это монстр этого здания. Главный хищник. Он слишком силен, и мы заперты здесь, пока он не соизволит уйти. Но что-то сегодня он застыл как статуя.
​Кевин побледнел, его мелко затрясло.
— Вы... вы про это существо мне говорили? Про то, что в мире есть враги? Это он меня так разделал?
​— Да, — кивнул Эндрю. — Он один из них. И, поверь, самый опасный.
​— Я сомневаюсь, что это место хоть сколько-нибудь безопасно... Оно вообще может быть безопасным с такой тварью под дверью?!
​— Пока он не атакует — да. Мы не знаем, когда его инстинкты снова проснутся.
​— Я пойду... мне нужно... к себе, — Кевин попятился, едва переставляя ноги. — Я не хочу на это смотреть.
​— Иди, — бросил Эндрю, снова отворачиваясь. — А я еще подумаю.
​Джон в это время спал тяжелым, безрадостным сном. Проснувшись и не обнаружив Кевина в его комнатке, он почувствовал укол паники, но, найдя его в гостиной, лишь облегченно вздохнул. Исследование мира было необходимо, но Джон чувствовал, что сегодня он слишком вымотан.
​Кевин, заметив, что Джон собирается уходить в разведку, выждал момент. Как только лесоруб скрылся за поворотом, курьер решил, что пришло время для его собственного пути.
​— Значит, монстр стоит на месте? Хорошо. Посмотрю на этот мир сам. Без их опеки. Главное — не заблудиться.
​Он побрел вглубь огромного парка. Масштабы строения поражали. Сказки Джона и Кати с каждым метром становились всё более осязаемой и страшной реальностью. Внезапно Кевин замер. Перед ним, прямо в воздухе, пульсировал странный «глюк». Реальность в этом месте дрожала и распадалась на серые кубы.
​— Что это за дрянь? Ошибка в программе? Оно выглядит... притягательно. Красиво.
​Кевин подошел ближе. Его рука сама потянулась к мерцающей пустоте.
— А так тут нужн...
​Мир под его ногами исчез. Кевина подбросило вверх, а затем пространство вывернулось наизнанку.
— Я... я в воздухе?! Я падаю?! Нет! Нет! НЕТ! Я не хочу УМИРАТЬ! Помогите!
​Глюк всосался в его грудную клетку, и Кевина мгновенно перенесло в место, лишенное логики. Вокруг тянулись бесконечные, идеально ровные геометрические фигуры. Ни звуков, ни запахов. Только математический холод. Он не мог двигаться, пространство здесь было вязким, как кисель. Вдалеке показалось движение. Монстр. Он бежал прямо на него.
​— Он нашел меня даже здесь... — прошептал Кевин, чувствуя, как сердце замирает. — Значит, это конец? Я слишком молод... Земля мне пухом. Я окончательно умер.
​Монстр долетел до него в несколько прыжков и замер, оскалив пасть прямо перед его лицом. Но удара не последовало. Из пустоты, сотканной из тьмы и статики, выступил Силуэт. Он медленно отодвинул чудовище, словно назойливое насекомое.
​— Приветствую, — голос Силуэта прозвучал не в ушах, а внутри черепной коробки. Он был тяжелым, лишенным эмоций и пугающе серьезным. — Будь полезнее для других. Твое текущее состояние неэффективно.
​Кевин задрожал, глядя в бездну на месте лица Силуэта.
— Ты... ты что, мой босс? Это ты всё это устроил?! — выкрикнул он, срываясь на истерику.
​— Твоя терминология не имеет значения, — ответил Силуэт холодным, ровным тоном. — Ты будешь отключен. Твоя личность — это избыточный шум в системе.
​— Убить хочешь?! — Кевин рванулся, но пространство не пускало его. — Ты хочешь меня убить?!
​— Смерть — это биологический термин, — Силуэт наклонился ближе, и от него повеяло абсолютным нулем. — Процесс переоформления займет несколько секунд. Не сопротивляйся неизбежному.
​— Ты... ты просто игнорируешь меня! — закричал Кевин, обливаясь слезами. — Зачем я тебе?! Кто я для тебя?!
​— Ты — ресурс, — голос Силуэта стал еще тише и страшнее. — Цель: уничтожение старой формы. Начало процесса.
​— Что?! Нет!!! Только не...
​Кевин не успел закончить фразу. Свет в его глазах погас. Его структура была успешно переоформлена. Кем или чем он стал теперь — не знал никто. Силуэт растворился, оставив после себя лишь стерильную пустоту. Его друзья обнаружат пропажу слишком поздно. Они уйдут, решив, что он погиб. И в этом мире, где факты меняются быстрее, чем память, они будут абсолютно правы. Кевина Вальхардса больше не существовало.