Антуриум

Поспешные шаги были единственным звуком, нарушающим безмолвие лесного царства. Обувь сминала под собой ковёр из листвы, что будто раскинулся на бесконечные мили. Порой они ступали на влажную землю, и тогда ботинки вязли в грязи, утяжеляя каждый следующий шаг. Дорога становилась всё более изнурительной, а солнце, уже поднявшееся высоко над верхушками деревьев, ясно указывало на полдень. Терпкая смола и запах хвои отдавались в груди.

Белокурые пряди то и дело мелькали перед глазами, и Беллами невольно зацепился за них взглядом. Те слабо вились на концах, забавно подпрыгивая в такт чужим шагам. На мгновение его охватило странное желание — протянуть руку и коснуться мягких волос, но он вовремя одёрнул себя. Ведь сама девушка не вызывала в нём ни крупицы тепла.

— Напомни, в какой момент мы вдруг решили заделаться спасателями?

Голос Мёрфи выдернул его из раздумий, заставив сильнее нахмуриться. Беллами скользнул взглядом по распустившемуся синяку под глазом напротив. Неужели девчонка и вправду сумела ударить с такой силой? Вспышка ярости действительно бушевала в ней прошлой ночью, и Беллами даже пожалел, что не оказался там вовремя. Ему бы хотелось увидеть эту картину.

— Совет уже уверен, что принц мёртв. Нам остаётся добиться того, чтобы и принцессы разделили его участь, — произнёс он.

— Кейн так просто не сдастся.

— Не думал, что одна встреча способна так на тебя повлиять, — хмыкнул Беллами, но тут же заметил, как Джон упрямо отвёл взгляд. — Вы с Сэмюэлом казались куда решительнее.

— Сэм сегодня не покидал второй ярус. Говорят, споры грибов дали побочный эффект, и его изводит ужасный зуд.

Беллами приподнял брови, вновь задерживая взгляд на фигуре впереди. Эсме уже успела доказать свою осведомлённость в растениях, и вряд ли тогда действовала вслепую, не понимая последствий. Это вызывало в нём странный узел чувств из гнева и невольного уважения. Она была готова пойти на всё, только бы защитить себя. Даже если бы ценой стали собственные раны, нанесённые своей же рукой. Инстинкт выживания в ней бился безжалостно.

До него уже давно доходили слухи о том, что Эсме вовсе не является родной дочерью Маркуса Кейна, советника канцлера Ковчега. После разговора с Сэмюэлом и Джоном он лишь окончательно убедился, что на самом деле она — очередная сиротка с Технического уровня. Бесприданная, которая уже в юном возрасте смогла познать пустоту в желудке и лица, перепачканные в мазуте. Ритмичная музыка машин была её колыбелью, а инженерные склады обустроеными для игр. Эсме родилась другим человеком с самого начала.

Эта история не стала для него особым открытием. Девчонка и вправду была слишком сообразительной и скрытной для той, кто с детства бы рос в элитном секторе.

Однако такой поворот её биографии не давал покоя остальным преступникам. Оборванцам, которые вышли из таких же низов, не знавшим хорошей жизни. Зависть всегда пахнет падалью, и на этот запах первыми сбегаются голодные гиены. Такая похожая на них, но вместе с тем совершенно другая.

Просто судьба к Эсме оказалась благосклоннее.

Жгучее непонимание разгоралось и в душе Беллами. Чем она смогла привлечь внимание человека столь высокого положения? Судя по рассказам Сэма, она росла под опекой советника не меньше десяти лет и даже не стеснялась называть отцом. И, учитывая её непокорный характер, возникал следующий, куда более острый вопрос. За что её в итоге отправили на Землю?

Металлический браслет покоился на женском запястье, и Беллами был твёрдо намерен узнать причину.

— С чего такая уверенность, что Джаспер всё ещё жив? — он ускорил шаг, нагоняя идущих впереди. — У нас нет необходимости спешить, если в конце нас ждёт остывшее тело.

Хриплый кашель Уэллса сотрясал лес. Трудно было не заметить, его пропитанную потом футболку. Нога, на которую он хромал, едва удерживала парня в вертикальном положении.

— Джаспер кричал, когда его уносили. Если бы ему попали в сердце, он бы погиб, — Кларк резво обернулась. — Именно поэтому нам следует поторопиться.

Беллами взглянул на хмурое лицо Эсме, что застыла около девушки. Он бы очень хотел прочитать мысли в пёстрых глазах, но всё что мог заметить — как она недовольно возводит те к небу.

— Будем надеяться, что хамелеон сможет помочь ему? — к ним приблизился Мёрфи с усмешкой. — Я бы на вашем месте не спешил вручать свою жизнь в руки таких, как она.

— Если опасность когда-нибудь доберётся до тебя, я буду последней, к кому ты сможешь прийти. Просто запомни это, — отозвалась Эсме.

— Мне не нужна ничья помощь. Мы ведь сироты, забыла? Мы слишком хорошо знаем, как выживать.

— Так поэтому ты вечно ищешь любую юбку, за которой можно укрыться?

Беллами остановил резкое движение Мёрфи. Эсме кожей ощущала тугой клубок чужой ненависти. Он впивался в неё сотнями тонких игл, будто стремился пронзить насквозь. Это вызывало в ней отторжение, но никак не страх. Бояться Мёрфи больше не было необходимости.

— Продолжай идти по чужим следам, Мёрфи. Судя по всему, с Джеймсом у тебя это выходило особенно хорошо.

Мёрфи рванул ближе, но Беллами тут же снова перехватил его, не позволяя сократить дистанцию.

— Прекратите этот цирк, — грубо сказал Беллами, не сдерживая раздражения. — Ведёте себя, как дети.

— Нам пора двигаться дальше. У нас нет времени на ссоры, — Кларк подошла ближе.

Они впились друг в друга взглядами с упрямой решимостью, а напряжение натянулось до предела, звеня тонкой струной. Эсме взглянула на сердитого Беллами, что продолжал сдерживать чужие порывы. Она не могла уловить его замысел, но в сердце отозвалось глухое удовлетворение от возможности поиздеваться над Мёрфи.

Внезапный шорох листвы прозвучал почти неестественно в этой тишине. В следующий миг все обернулись, не сразу понимая, что именно нарушило покой глуши. Из-за массивных стволов выступила мужская фигура. Его силуэт, размытый пятнами света и тени, выдавал линию плеч и рук. В просветах виднелись волосы цвета вороньего крыла.

Финн уверенно двигался им навстречу, стремительно сокращая расстояние.

— Насколько я знаю, Джасперу всё ещё нужна наша помощь.

***

Уэллс заметно хромал, однако с упрямой решимостью держался рядом с Финном, не позволяя себе отставать. Тот же время от времени опускался на корточки, всматривался в землю или внимательно изучал сломанные ветви кустарников. Его цепкий взгляд скользил по окрестностям, выискивая едва уловимые следы, способные указать им путь.

— Ты сказала, что Финн не хотел помогать нам, — произнесла Кларк. — Тогда почему он сейчас здесь?

Эсме всмотрелась в чужую спину, что продолжала двигаться вперёд. Этот вопрос не давал ей покоя на протяжении всего часа их скитаний по лесу, но ответа она так и не нашла. Финн лишь молчаливо опередил их, забирая инициативу в лидерстве группы. Они перекинулись лишь кивками.

— Я не представляю, что заставило его передумать. Но я даже рада, что теперь у нас есть он, — Эсме слабо улыбнулась. — Может, мы правда сможем найти верную дорогу.

— Уэллс ему только мешает. Не понимаю, зачем он вообще увязался с нами.

— Правда не догадываешься? — Эсме приподняла бровь, когда Кларк обернулась к ней с удивлением. В её взгляде читалось искреннее непонимание.

— О чём ты?

— Забудь, не хочу лезть в чужие отношения, — Эсме замялась, но всё же продолжила. — Я вижу, между вами что-то изменилось, пока меня не было. Но тебе стоит присмотреться к нему внимательнее. Вряд ли он способен на поступок настолько ужасный, чтобы не заслужить прощения.

Заметив их взгляды, Уэллс обернулся и поднял руку в небрежном приветствии.

— Это сложно, Эсме. Он — человек, которого я хотела бы больше никогда не видеть, — со вздохом произнесла Кларк. — Представь, будто на нашем месте оказались ты и Беллами.

Эсме обернулась к ней, не сразу уловив смысл сказанного. Это заставило её остановиться, и только теперь ясно почувствовать прожигающий спину взгляд.

— Нам следует разделиться, — к ним вдруг приблизился Беллами, словно прочитав мысли. — Мы только теряем время, бродя толпой.

— Это правда, я видел последние следы ещё несколько миль назад. Нужно разойтись, если хотим поскорее закончить с этим, — Финн обернулся к ним, коротко кивая в ответ на слова Беллами. Его брови сошлись на переносице, придавая лицу непривычно мрачное выражение.

— Тогда пойдём двумя группами. Нас как раз шестеро, — сказал Уэллс.

— Нет, разделимся на пары, — встрял Беллами снова, складывая руки на груди. — Так будет быстрее.

— Лес опасен, и мы не можем бездумно ходить здесь маленькими группами, — обеспокоено покачала головой Кларк.

— Если будем медлить, то просто потеряем время, и уже некого будет спасать. Земляне не готовы ждать нашего прихода с кружкой чая.

Остальные замолкли, не зная чем могут возразить. Выбор был сделан, когда они мельком переглянулись друг с другом. Уэллс едва слышно выдохнул, явно не разделяя идею такого добровольного искупления. Он ступил к Кларк и остановился прямо напротив, глядя на неё с немым вопросом.

— Калека не способен защитить и себя, к чему тогда эта храбрость? — криво улыбнулся Мёрфи, и враждебность Уэллса тут же обернулась против него вновь.

Финн вдруг двинулся к Эсме, но та со вздохом покачала головой на предложение. Если они с ним уйдут, Кларк и вправду останется без поддержки перед другими преступниками и землянами. Впервые слова Мёрфи заставили её по-настоящему задуматься.

— Присмотри за ней. Я справлюсь, — сказала она, когда Финн бросил ничего непонимающий взгляд.

Он словно разрывался между двух огней, к каждому из которых уже успел привязаться. Эсме знала, что отголосок долга и память о Мари не позволяет ему отступить. Однако она была твёрда намерена, не отступать — Финн должен сделать правильный выбор.

— Позаботься о себе, — он нахмурился, но вскоре отступил на шаг, глазами обводя остальных.

Сомнения ярко мерцали на лице Кларк, будто она хотела что-то предпринять, если бы не крупицы времени, что ускользали от них слишком быстро. Их силуэты скрыла листва за буйным потоком.

— Вы двое, на восток, — Беллами подал знак Мёрфи и Уэллсу, и те тут же вскинули головы. Джон почти сразу стушевался под тяжёлым взглядом, отступая на шаг и с подозрением метаясь по лицам Беллами и Эсме.

— С чего ты взял, что я пойду с тобой? — нахмурилась Эсме, привлекая его внимание.

— Потому что ты не станешь идти ни рядом с тем, кто не способен тебя защитить, ни с тем, кто при первой же возможности вонзит нож в твою шею.

Слова прозвучали холодно и отстранённо. Беллами посмотрел на неё сверху вниз, пользуясь своим ростом, и Эсме невольно притихла, не находя ни слова в ответ. Мысли спутались, не давая собраться в привычную колкость.

— Поэтому твоим лучшим вариантом остаюсь я, — наконец усмехнулся Беллами, но тут же перевёл взгляд ей за спину. — Уэллс, ты можешь идти.

Его голос понизился, налившись недовольством. Догадка о том, какие оскорбления на самом деле крутились на его языке, заставили Эсме обернуться. Уэллс, казалось, вовсе не собирался отступать в своем намерении не подчиняться приказам лидера. Он проигнорировал Мёрфи, который уже направился вперёд. В его взгляде была только смесь упрямства и враждебной решимости.

Но стоило Эсме едва заметно качнуть головой, как он вздрогнул, и в его облике проступила былая мягкость. Уэллс всмотрелся в её немую просьбу — отступить, не ввязываться в эту бессмысленную войну. Конфликт с Беллами задерживал их. К тому же Эсме хотелось верить, что он действительно не навредит ей.

Беллами больше не внушал прежнего страха, и в этом и крылась причина её интереса. Эсме хотелось понять, действительно ли он заслуживает опасений.

***

Ботинки бесшумно скользили по примятой траве. Они продвигались вперёд с осторожностью, улавливая каждый подозрительный шелест листвы. Лес смыкался за их спинами всё плотнее, и Эсме задумалась, смогут ли они при необходимости найти дорогу обратно. Вокруг царила почти звенящая тишина и лишь редкие порывы ветра касались волос.

Рядом больше не было группы других подростков, чье присутствие невольно давало ощущение защиты. Теперь с ней рядом шёл только Беллами — плечом к плечу, в этом настороженном уединении.

— Ты что творишь? — воскликнула Эсме, с силой ударяясь об ствол дерева.

Она успела уйти далеко в мысли, когда чужая рука вцепилась в рукав её куртки. Резкий рывок в одно мгновение заставил мир перед взором качнуться, но Эсме устояла, ощутив боль в затылке. Мрачное выражение лица Беллами оказалось напротив. Он напряжённо поджал губы, бегло скользнув по её телу, и лишь крепче стиснул в своих руках.

Как же Эсме ошиблась на его счёт.

— Кажется, я просил тебя держаться подальше от неприятностей, — произнёс Беллами. — Тогда почему уже через пару часов я узнаю о Сэмюэле, который теперь не вылезает из челнока из-за твоих выходок?

Искра непонимания мелькнула в цветных глазах, и это лишь сильнее разожгло его. Сердце Беллами забилось быстрее, стоило ему вновь зацепиться взглядом за разбитую губу. Это казалось слишком неправильным, слишком недопустимым.

— Грибы действуют на всех по-разному, но это вовсе не смертельно, — нахмурилась Эсме. — К тому же в нашем договоре шла речь и о помощи Уэллсу, а ты только всё усложнил.

— Ты просила вмешаться, и я вмешался. О деталях стоило говорить заранее.

— Ты захотел поиграть в справедливось, хотя мог просто остановить их. Эта сделка с самого начала была обманом, так к чему теперь эти упрёки? Сэмюэл пострадал ещё ночью, и это исключительно его вина.

— И всё же тебе до сих пор нужна моя помощь, — холодно заметил Беллами. — Никто не остановится, пока не умрёшь либо ты, либо не погаснет твой браслет. Так что куда разумнее договориться со мной, чем продолжать провоцировать их, размахивая красной тряпкой перед хищниками.

Эсме ядовито усмехнулась, наконец уловив его истинные намерения.

— Признайся, что именно ты хочешь, чтобы я сняла браслет. Именно тебе нужно, чтобы на Ковчеге решили, будто дети советников мертвы, и за нами никто не спускался.

— Во-первых, это действительно пошло бы на пользу всему лагерю. Посмотри вокруг, без постоянного контроля всем стало только легче. Мы обрели свободу.

Слова Беллами прозвучали легко, словно он объяснял очевидные вещи ребёнку.

— Во-вторых, это вопрос твоей же безопасности. Я не позволю Мёрфи и Сэмюэлю коснуться тебя ни при каких обстоятельствах, чтобы не произошло между вами в прошлом. Ваша сегодняшняя перепалка служит доказательством. Просто сними браслет.

— В прошлом договоре такого пункта не было.

— Почему ты вообще цепляешься за него? Твой названный отец уже давно предал тебя.

Они замолкли, но не отступили, продолжая безмолвное противостояние. Лишь теперь Эсме осознала, насколько близко оказались их лица. Это давало редкую возможность рассмотреть каждую деталь — складки напряжения на лбу и даже мелкие царапины. У Беллами были густые, длинные ресницы, временами цеплявшиеся за кудрявую чёлку. На миг ей показалось, что если бы он не хмурился так упрямо, в его чертах могла бы проскользнуть мягкость.

В наступившей тишине они оба различили плеск бегущей воды.

Эсме обернулась на шум, не замечая, как волосы зацепились за шершавую кору. Дребезжание раздавалось совсем рядом, и она оглянулась. Беллами с усталым вздохом освободил завитки от дерева и последовал за ней. Про себя он уже медленно считал до ста.

Спустя несколько минут перед ними открылся неглубокий ручей. Вода стремительно скользила по камням, рассыпаясь брызгами подобно крошечному водопаду. На противоположном берегу тянулись густые заросли, утопающие во мраке, который подступал со всех сторон. Казалось, что в любой момент оттуда вырвутся силуэты.

Однако Эсме уже и думать забыла об осмотрительности. Она закатала штанины и быстро шагнула к реке, с шумом входя в воду. Брызги разлетелись в стороны, когда она опустила ладони в прохладную гладь, невольно улыбаясь. Даже во сне она вряд ли могла представить такой день. Земля оставалась поразительно красивой, несмотря на пережитую катастрофу.

Эсме думалось, как же повезло землянам — вырасти здесь, на этой планете. Остальные тревоги отступили, уходя на второй план.

— Ты что делаешь, бестолочь? — изумлённо бросил Беллами.

— Только не говори, что боишься воды, — она прищурилась. — Я всё равно не поверю.

— Вода — не самая страшная вещь здесь.

Несмотря на нарочито равнодушный тон, Беллами вдруг замялся у берега, окидывая взглядом воду. Он с сомнением осмотрел скользкие камни и шлифованное дно, но вскоре его внимание вновь притянула Эсме. Ткань её одежд уже покрылась редкими каплями. Она наклонилась, разглядывая мелких рыб, которые танцем кружили у босых ног. Улыбка озарила чужое лицо, и Беллами не заметил, как уголки его губ тоже дрогнули в ответ.

Он наклонился, стянул грубые ботинки и оставил их у самой кромки воды. Стоило ступить вперёд, как по телу пробежал озноб, осыпая кожу мурашками. Беллами задержал дыхание. Ему прежде не доводилось испытывать ничего подобного, потому телу потребовалось некоторое время, чтобы хоть немного привыкнуть. Неподалёку виднелась фигура Эсме, и он осторожно шагнул по камням.

Преодолев несколько метров и чуть освоившись, Беллами решился сделать ещё один шаг к глубине. Однако в тот же миг почувствовал, как нога предательски заскользила по гладкой поверхности.

Он вскинул руки от неожиданности, инстинктивно пытаясь ухватиться за что-нибудь надёжное и устойчивое. Пальцы наткнулись на край чужой куртки рядом, и Беллами судорожно схватился за эту возможность. Однако горечь сковала грудь, когда он вконец осознал свою ошибку. Вдох оказался столь же оглушительным, как и всплеск воды, что серебристыми брызгами разошёлся по округе.

Эсме, которую он увлёк за собой, потеряла равновесие так же внезапно. Руки Беллами прижали её ближе к себе, не позволяя удариться о жёсткое дно.

Они рухнули вниз, разбивая тишину оглушительным всплеском. Над головами тут же сомкнулась гладь ручья.

Падение вышло стремительным, а ледяная вода пронизывала до самых костей. Эсме была готова потеряться в этом хаосе, но почти сразу ощутила под собой твёрдое тело. Беллами с силой зажмурился — острые выступы болезненно впились в его спину и локти, раздирая кожу сквозь намокшую ткань. Поток подхватил его футболку выше, и вода тут же обожгла открытые участки острой болью. Он стиснул зубы и инстинктивно сильнее притянул Эсме за талию, словно боясь, что её унесёт скорым течением.

Потоки толкали их и вовсе не жалели усилий. Воздух рвался из груди пузырями, от чего лёгкие болезненно сжимались. Спустя долю секунды, которая показалась бесконечной, они одновременно подались наружу. Вода отступила, выпуская их к поверхности, где резкий вдох обжёг горло, а мокрые пряди прилипли к лицу. В горло ворвалось облегчение так же прытко, как и хриплый звук кашля.

— Ты идиот, Блейк!

Эсме с жадностью вбирала драгоценный кислород. Её волосы потемнели от воды, прилипая к шее прядями и туго обвивая кожу. Раскрасневшиеся от холода и купаний, щеки вспыхивали ярче с каждым новым вдохом, когда мокрые ресницы дрожали, слипаясь между собой. Они отбрасывали капли при каждом движении, и этот вид удержал взгляд Беллами.

Он не мог понять, что могло быть абсурднее в этот момент — девчонка на его коленях или ситуация, в которой они оказались по его вине.

Как же глупо.

— Хотел проверить твои навыки плавания.

— Ты ошибся с глубиной, — гневно прошипела Эсме, покосившись на его явно довольное выражение лица.

— Не ударилась? — Беллами осмотрел её с ног до головы, но не смог заметить особых повреждений. Он тряхнул головой, чтобы сбросить капли, которые скатывались на веки.

— Поздновато беспокоиться.

Эсме буркнула скорее по-привычке, чем с прежней злостью. Она задержала взгляд на его мокрых волосах, а затем медленно спустилась к глазам. Они вспыхивали янтарным светом, когда солнечные лучи пробивались сквозь верхушки деревьев и мягко касались их.

— Ты всё ещё на мне, — усмехнулся Беллами, с интересом наблюдая за ней.

— А ты всё ещё подо мной, — колкость вырвалась без раздумий.

Но Эсме вдруг остро осознала, что пространства между ними и вправду почти не оставалось. Впрочем, судя по его спокойствию, неловкость ощутила лишь она одна. Ладонь Беллами бессознательно придерживала её спину, точно обжигая сквозь влажную ткань.

— Приятно знать.

Эсме фыркнула, поднимаясь с насиженного места. Колени отозвались ноющей болью после падения, но это было единственным, на что она смела жаловаться. Беллами действительно принял на себя основную силу удара — пусть и был сам виноват в случившемся.

Одежда неприятно липла к коже, и от холодного бриза по телу пробежала дрожь. Дуновение заставило Эсме обхватить плечи руками, сжимая их как можно крепче. Тепло стремительно ускальзало, и ей отчаянно хотелось удержать его подольше. Со стороны Беллами раздался громкий вспелск. Капли воды и его приглушённое недовольство раздались над лесом, когда её взгляд зацепился за что-то на другом берегу ручья.

— Куда ты? — нахмурился Беллами, вдруг заметив её движения по мелководью.

Тревога накрыла Эсме, настойчиво шепча держаться подальше от незнакомого предмета, но она упрямо заглушила этот внутренний голос. Сделав несколько шагов вперёд, она почувствовала, как холодный ручей мягко обвивает стопы.

Эсме широко распахнула глаза, в растерянности метаясь по берегу.

— Что с тобой? — голос Беллами прозвучал за спиной с явной настороженностью.

Вскоре она ощутила его совсем близко, когда он сократил расстояние, пытаясь понять, что её остановило.

— Это очки Джаспера, я помню их, — Эсме сглотнула, прежде чем заставила себя перевести взгляд на Беллами. — Там кровь.

Но её сердце забилось ровнее с неожиданным осознанием того, что она больше не одна. Рядом был человек — с ощутимым теплом кожи и глубоким дыханием, которое Эсме улавливала сквозь звон в ушах. Простое, почти приземлённое присутствие удерживало её на плаву, не давая окончательно утонуть. Впервые за долгое время мрак и призраки прошлого добровольно отступили к самой границе сознания.

Теперь около неё находился тот, кто был готов принять на себя часть груза.

Эсме было не одна.

И всё же странным было лишь то, что этим человеком оказался именно Беллами.

Однако его серьёзный, местами даже суровый вид действовал успокаивающе. Тёмные глаза скользнули по очкам, задерживаясь на деталях, когда брови Беллами сошлись на переносице. В его взгляде отражалось лишь холодное понимание того, что это может значить.

Реальность вернулась к ним безжалостно, напоминая о себе тяжестью в груди и необходимостью двигаться дальше. Та хрупкость момента из смеси жара кожи и пронизывающего холода воды — исчезла так же внезапно, как и возникла.

— Выходит, они тащили его в эту сторону, — Беллами приблизился к берегу, поднимая очки. Его пальцы сжались вокруг сломанной оправы.

— Тогда Джаспер не должен быть далеко.

— Нужно найти следы, — Беллами замолк, всматриваясь в гладкую поверхность камней вокруг. — Кларк сказала, что он истекал кровью. Они не могли забрать его бесследно.

Эсме снова оглянулась на мрачный лес перед ними, чья густая зелень казалась слишком плотной и чужой. Вокруг стало до ужаса тихо.

— А если мы опоздали? — в страхе вырвалось у неё.

— Тогда мы всё равно идём дальше. Пока не найдём его.

Беллами повернул голову, а его взгляд оказался прямым и тяжёлым — без тени сомнения и без капли жалости. Эсме отчаянно хотелось верить его словам, но она не могла.

— Здесь кровь обрывается. Очки остались на камнях, но больше нет ни малейшего признака их присутствия, — они притихли, чтобы вскоре прийти к единому выводу. — Приманка... но для кого она?

Беллами застыл, осознание обрушилось на него внезапно и неотвратимо.​​​​​​​​​​​​​​​​

— Для нас.

Женский вскрик прорезал тишину леса, вспугнув птиц, когда те сорвались с ветвей тревожной стаей. Эсме с Беллами одновременно вскинули головы, будто уже были готовы ожидать нападения с небесных чертог. Однако птицы проносились мимо, скрываясь за зеленью крон и оставляя после себя лишь отголоски паники. Волнение сильнее сковало живот. Эсме узнала этот голос.

Кларк была совсем рядом.

— Кейн, стой!

На этот раз она даже не пыталась вслушаться в его нравоучительный тон. Тело рвануло вперёд прежде, чем разум успел вмешаться. С промокших штанин стакала вода, но Эсме даже не заметила, что оставила ботинки у Беллами. Острые камни и колючки впивались в ступни, оставляя царапины, но боль казалась несущественной. Всё это не имело значения. Ничто не могло сравниться с нарастающим внутри страхом.

В ушах отдавался мягкий голос Мари. Скаждым днем Эсме всё больше думала над тем, что постепенно начинает забывать его. Она потеряла его тогда. Потому что не успела. Потому что медлила.

Это была её вина, и только её.

Не нужно было идти на ту вечеринку. Если бы они осталась, если бы она осталась — всё могло бы быть иначе прямо сейчас. Земля хранила в себе слишком много опасностей, скрытых и явных, но Эсме не могла позволить себе ещё одну ошибку. Не снова.

Стук шагов звучал прямо за спиной, словно тень, неотступно следующая по пятам и не способная догнать. Беллами больше не рисковал кричать, не желая привлекать внимания землян. Он оставался позади, но Эсме кожей ощущала его недовольство и уже предвещала скорый выговор.

Эсме не позволила себе замедлиться. Она скользила между деревьями, ловко огибая стволы и перепрыгивая через поваленные брёвна, едва касаясь земли. Ветви хлестали по лицу и цеплялись за одежду.

Вдруг впереди мелькнул просвет.

Эсме первой вырвалась на открытую местность, когда лучи солнца больно ударили по глазам, заставляя зажмуриться. Мрак леса остался позади. Эсме почти сразу уловила движение впереди — у высокого дерева. Финн сидел на траве, но уже в следующий миг резко вскочил и поспешно вытянул Кларк из какой-то ямы. Рядом также стояли напряженные Мёрфи и Уэллс.

Только облегчение не успело вырваться из груди, когда её взгляд снова зацепился за дерево.

Джаспер был привязан к шершавому столбу, а его руки плотно переплетались с ветвями, словно были неразрывно связаны. Дряблое тело изранили с особой жестокостью, по всей его коже растекались гематомы, алые порезы и увечья. Эсме вздрогнула, замечая глубокое ранение на груди — именно туда когда-то угодило копье. Дыхание Джаспера едва улавливалось, но самым главным было то, что он всё ещё был жив.

Эсме уловила движение сбоку, и вместе с ним раздалось глухое рычание.

Звук прорезал воздух на поляне, заставив каждого замереть в испуге. В густых зарослях мелькнул силуэт, почти сливающаяся с тенью. Пантера пригнулась к земле и не сводила внимательного взора с Эсме. В её позе читалась сила и хищная уверенность.

Она уже выбрала цель.

Эсме отступила на полшага, когда с другой стороны раздался шорох листвы. Беллами был здесь. Он вышел ближе к остальным подросткам.

— Не подходи, — выдохнула она.

Беллами замер у кромки леса, в неверии наблюдая за происходящим. Грудная клетка продолжала вздыматься после длительного бега, а влажные пряди липли ко лбу. Но всё это перестало иметь значение в тот момент, когда его взгляд скользнул по хрупкой фигуре. Эсме стояла неподвижно и напряжённо среди хаоса.

Его пальцы сильнее сжали верёвки чужих ботинок, которые он всё ещё держал в руке. Беллами обязательно вернёт их, с ворчанием и с язвительными замечаниями, возможно, даже с привычной усмешкой.

Только сейчас ему нужно было забрать её из этого кошмара.

Рука машинально скользнула к задней части ремня, и в тот же миг наткнулась на пустоту. Оружия не было. Беллами нахмурился, перебирая в памяти последние минуты, пытаясь понять, где мог оставить пистолет. И вдруг его взгляд остановился на Уэллсе. Осознание накатило резко, стоило им встретиться глазами.

— Стреляй, чёрт возьми! — Уэллс дрожал, а его руки предательски тряслись.

Когда он вообще успел забрать его?

Однако пантера больше не медлила, когда оглушающий рёв разорвал поляну, и она вырывалась из укрытия. В движениях пылала ярость истинного хищника, вместе с обнажёнными клыками. Плавно и невероятно стремительно она неслась прямо к Эсме. Та вздрогнула, не смея оторвать взгляд от зеленых изумрудов.

С людьми она умела сражаться — не всегда успешно, но зато она понимала, чего ждать и как действовать.

Сейчас же перед ней было нечто иное. Если она развернётся и бросится прочь, именно спина станет первой целью когтистых лап. Она не успеет сбежать.

Чья-то рука внезапно вцепилась в её плечо и резко дёрнула вниз, с силой швыряя на землю.

В ту же секунду воздух прорезал выстрел.

Примечания от автора:
Благодарю за прочтение! Буду рада услышать отзывы.