Между двух решений.
Я уже почти провалилась в спасительное забытье после ухода Эдмунда. В комнате еще витал его запах — едва уловимый аромат дождя и чего-то острого, тревожного. Я надеялась выкроить хотя бы час, чтобы привести мысли в порядок перед школой, но моим планам не суждено было сбыться. Мой сон снова был бесцеремонно прерван.
Резко распахнувшаяся дверь дала понять: Клара вернулась «на место преступления». Я даже не вздрогнула. Просто осталась лежать на спине, чувствуя, как матрас прогибается под чужим весом. Медленно раскрыв глаза, я тяжело вздохнула.
Сестра запрыгнула на кровать, по-хозяйски усевшись прямо мне на бедра. Сложив руки на груди, она посмотрела на меня сверху вниз — в её взгляде смешались искренняя радость за меня и изрядная доля скептицизма.
— Как я понимаю, ночка была в ударе? — вкрадчиво спросила она, изогнув идеально выщипанную бровь.
Я хмыкнула, скосив глаза на будильник. Цифры на нем казались насмешкой над моим состоянием.
— Клара, слезь с меня и дай поспать. У меня еще есть время до выхода.
— Вот ты бессмертная, Нора Блэквуд, — она проигнорировала мою просьбу, продолжая сидеть на мне, как на троне. — Выбрали бы местечко понадёжнее, что ли? А если бы родители услышали?
— Но не услышали же, — отрезала я, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Встань с меня, Клара. Живо.
Я окинула её взглядом. Она была уже при полном параде: школьная форма сидела на ней безупречно, ни одной лишней складки, укладка — волосок к волоску. Глядя на неё, я почувствовала себя максимально разбитой.
— Да пожалуйста! — фыркнула она, наконец слезая с моих колен.
Она грациозно подошла к окну и без малейшего зазрения совести рванула шторы в разные стороны. Комнату затопило ярким, режущим глаза светом. Я поморщилась, зашипела и, схватив подушку, накрыла ею голову, отворачиваясь к стене.
— Волнуешься? — донесся её голос со стороны туалетного столика. Она уже разглядывала свое отражение, поправляя воротничок.
— О чем ты? — пробормотала я в подушку.
— Результаты контрольной. Нам же сегодня их объявят. Волнуешься?
Я чуть нахмурилась. Волновалась ли я? Еще вчера этот вопрос казался мне делом жизни и смерти. Но сейчас, после всего, что произошло за последние сутки — контрольная казалась чем-то бесконечно далеким и мелким. Поняв, что уснуть мне не дадут, я отбросила подушку и села.
— Немного, — ответила я, вставая и направляясь к шкафу за полотенцем.
— Если честно, я — нет, — Клара хмыкнула, и я даже не сомневалась в правдивости её слов. Она всегда была из тех счастливчиков, кому знания давались без видимых усилий, будто сами собой прыгали в голову.
Но её следующие слова заставили меня замереть на месте.
— Всё равно уеду из этой страны. Начнется совсем другая жизнь, Нора. С чистого листа.
Я вскинула бровь, глядя на её отражение в зеркале.
— Что ты на меня так смотришь? — Клара обернулась, её лицо стало серьезным. — Если выпадет шанс, я его не упущу. Если Певенси выиграют в этом политическом марафоне — а я на это очень надеюсь, — я уеду. Уеду с Питером. И тебе, честно говоря, советую сделать то же самое с Эдмундом. Здесь нам не за что держаться, Нора.
Я опустила взгляд на полотенце в своих руках. Это была не та тема, на которую я хотела говорить сегодня утром. И уж точно не та тема, по которой у меня был готовый ответ. Мысль об отъезде была как навязчивый шум в ушах — она не давала мне покоя ни днем, ни ночью. Я чувствовала себя так, словно меня разрывают на части два абсолютно правильных и одновременно ошибочных решения.
Бросив на сестру короткий, полный неопределенности взгляд, я развернулась и пошла в ванную. Запершись на замок, я подошла к зеркалу. Лицо выглядело бледным, но в глазах горело что-то новое, чего не было еще вчера.
Что бы я ни выбрала в итоге... какое бы решение ни приняла в последний момент, сейчас я была уверена только в одном: я хочу, чтобы они уехали. Они этого заслуживают. Для них это — новая жизнь, шанс на счастье без оглядки на фамилии и долги. Новая история, в которой они будут просто людьми, а не пешками.
А я? Я пока не знала, чего хочу. Хочу ли я бежать вместе с Эдмундом в неизвестность? Или я слишком сильно привязана к этим холодным стенам и ответственности, которую на меня возложили с рождения?