Тепло чужих надежд.
В машине было до боли приятно. После ледяного ливня и пронизывающего ветра этот мягкий, прогретый салон казался настоящим убежищем. Усталость, которую я так долго гнала прочь, и сон, в котором я нуждалась больше, чем в кислороде, накатили на меня с огромной силой. Веки стали свинцовыми.
Я прислонилась головой к прохладному стеклу, чувствуя, как по телу разливается тяжелое, ленивое тепло. Мда. Видела бы меня мама сейчас... В таком виде, босая, с потекшей тушью, в машине самого Джулиана Кэррингтона. Она бы с ума сошла. Сначала от позора, а потом от восторга, что я всё-таки оказалась рядом с «правильным» кандидатом.
Сам Джулиан, наверное, тоже был в глубоком недоумении. Как безупречная Элеонор Блэквуд могла разгуливать в таком виде по ночным улицам Лондона? Это не укладывалось в рамки его мира, где девушки всегда выглядят так, будто сошли с обложки журнала. Но, если честно, мне было совершенно плевать на его мысли. Сейчас мне не хотелось беспокоиться ни о приличиях, ни о чужих ожиданиях.
В голове на долю секунды промелькнуло отчаянное желание вытащить телефон. Позвонить Эдмунду. Услышать его голос, извиниться за крик и попробовать поговорить уже спокойно, без этой ярости и взаимных обвинений. Но я сразу же отбросила эту мысль. Гордость и обида внутри всё еще пульсировали в такт разбитому сердцу. Нет. К черту. Точно не сегодня. Может быть, завтра? В школе, в тихом коридоре или за углом спортзала... Может. Но только не сейчас, когда я всё еще чувствую на губах вкус дождя и его горьких слов.
Мои мысли нарушил негромкий голос Джулиана. Он вел машину очень плавно, уверенно держа руки на руле.
— Могу я спросить? — его голос звучал осторожно, будто он боялся спугнуть эту хрупкую тишину.
Я лениво повернула голову в его сторону, не отрываясь от спинки сиденья. Осмотрев его профиль, я тихо ответила:
— Да, спрашивай.
— Что случилось? Ну... почему вы...
— Джулиан, — перебила я его, когда он запнулся на официальном обращении. — Ты. Зови меня на «ты». Пожалуйста. Мы только что вместе сбежали с самого скучного приема в истории, к черту эти «вы».
Он чуть поджал губы и едва заметно улыбнулся, кивнув. В его глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение.
— Хорошо, Элеонор. Почему ты шла по дороге такая... грустная, скажем так? И совсем одна?
Я хмыкнула, вспоминая нашу ссору с Эдмундом. Эти крики под дождем, это его «Иди к черту», которое до сих пор стояло у меня в ушах.
— Просто неудачный вечер, Джулиан, — коротко отрезала я, уставившись в окно на мелькающие огни фонарей. — Иногда сказки заканчиваются раньше, чем наступает полночь.
Он понимающе кивнул, не пытаясь лезть в душу. За это я была ему благодарна — Джулиан обладал редким чувством такта, которого так не хватало многим в нашем кругу.
— Понимаю. Бывает, — он помолчал немного, а затем спросил: — Что вы... ты делаешь завтра вечером?
Я перевела взгляд на дорогу, которая постепенно становилась знакомой. Мы уже въезжали в наш район.
— Иду из школы домой. Потом, скорее всего, буду отбывать домашний арест за сегодняшний побег, — я иронично усмехнулась.
— Хочешь погулять завтра? — его голос стал чуть более настойчивым. — Я могу забрать тебя после занятий и...
— Нет, — выпалила я прежде, чем успела подумать.
Я тут же осеклась, понимая, как грубо и резко это прозвучало. Джулиан не заслужил моей злости, он просто пытался быть милым. Сжав губы, я попыталась исправить ситуацию и через силу улыбнулась.
— Извини. Нет. Наверное... я не знаю. Надо посмотреть, буду ли я занята. Слишком много всего навалилось.
Он не выглядел обиженным. Лишь понимающе кивнул, продолжая смотреть на дорогу.
— В любом случае, если ты передумаешь или просто будешь свободна — только скажи. И я обещаю, Элеонор, что этот вечер будет у тебя на этот раз по-настоящему удачным.
Я хмыкнула про себя. Он был слишком идеальным, слишком правильным. Я не хотела давать ему ложных надежд, каким бы сдержанным и милым он ни казался. Моё сердце было занято человеком, который только что послал меня к черту, и места для Джулиана там просто не оставалось.
Ничего не ответив, чтобы не запутаться во лжи еще сильнее, я просто отвернулась к окну закрыв глаза.