Глава пятнадцатая. Трек
Как только звонок завершился, Аня вихрем помчалась в свою комнату и начала собираться.
Все буквально валилось из рук. Сначала тени – ее любимые – чуть не разбились, выпав из косметички. Потом стрелки – кривые, по мнению девушки, и абсолютно разные.
Финальным шагом стала тушь, кисточкой от которой Аня ткнула себе в глаз так сильно, что слезы, выступившие непроизвольно, заставили рвануть в ванную со всех ног.
В конце концов девушка решила, что все знаки судьбы сводятся к лицу без грамма лишней косметики.
С одеждой Аня тоже сильно не заморачивалась – простое, но уютное худи и базовые джинсы. Девушка долго оценивающе смотрела на себя в зеркало, и в ее глазах словно мелькала бегущая строка: «как будто вышла с сестрой погулять, а не на... свидание?»
Но желание пойти, вернее, поехать в чем-то удобном, практически домашнем было таким сильным, что она не могла ему воспротивиться. Завязав легкий пучок на макушке, Аня схватила телефон, бросила в карман ключи и выбежала на улицу.
Теплый летний ветер окутал и закружил девушку в танце счастья. Невообразимая легкость появилась в ее движениях, и Аня поняла – день все равно прекрасный.
Во дворе уже была припаркована машина, и, облокотившись, рядом с ней стоял Ваня. Его было несложно узнать, да он и не скрывался вовсе. Парень был тоже одет просто: широкие джинсы, которые он надевал в «по-настоящему хорошие дни», и свободная футболка.
Ветер будто играл с его волосами, путая в известные одному богу узоры, и Аня невольно залюбовалась всей этой картиной. «Такой уютный, такой милый...» – проносилось в ее мыслях.
Недолго думая, она ускорила шаг и упала в его объятия.
Двое обнялись, будто не видели друг друга несколько часов назад. Ане в нос сразу ударил аромат его одеколона – древесный, хвойный запах, который создает ощущение безопасности и надежной опоры рядом.
Девушка крепче прижалась к Ване, словно боясь, что этот момент может раствориться, как остатки сна после пробуждения. Ее руки ухватили парня за плечи, оплетая шею, – цепко, казалось, намертво. Щека Ани прижалась к его футболке, и мягкая ткань легко щекотала ее лицо.
Ваня невесомо коснулся губами макушки девушки и осторожно оперся подбородком. Парень тоже прижимал ее к себе так сильно, словно ее могут забрать, увезти и больше никогда не вернуть.
– Анютка, как я скучал... – шумно выдохнул он ей на ухо.
– Я тоже, Вань, – отстранившись, девушка посмотрела ему в глаза и, поймав взгляд, чуть наклонила голову, расплывшись в улыбке.
Ту искреннюю любовь, которая сочилась из их глаз, можно было легко различить. Два наисчастливейших человека, которые не могут жить друг без друга.
И тут Аня засмеялась. Сначала тихонько, а затем все громче и громче, и вот она уже хохочет так сильно, что начали болеть щеки.
Ваня смутился: не понял, что такого забавного он сделал. Парень нахмурился и поднял руки в жесте, мол, что случилось.
– Мы когда близко стоим, я себя в твоих глазах вижу. Смешная такая, с дулькой на голове, – и еще сильнее заливается, словно невидимой пушинкой ее кто-то щекочет.
Ваня тоже засмеялся. Не сразу. Но затем его хриплый смех смешался со звонким голосом Ани, и вот они снова, как два дурака, хохочут над какой-то ерундой.
– Как же глупо мы наверное выглядим со стороны... – Аня уткнулась Ване в плечо от смущения.
– Плевать. Главное, что ты рядом.
И это была чистейшая правда.
Еще немного постояв, наслаждаясь обществом друг друга, Аня все же спросила:
– Так куда мы поедем?
– Боже, ты меня убьешь... Я не знаю, понравится тебе или нет. Если устанешь, мы сразу уедем, обещаю. Но... – парень долго мялся.
– Вань, посмотри мне в глаза и ответь. Я теперь переживаю.
– Поехали ко мне на студию? Тебе давно было интересно, как я работаю, как вообще пишется музыка... И я вот как раз собирался сегодня сгонять и записать хорошие черновики... Поедешь?
Аня будто засияла. Она обожала музыку и все, что с ней связано, пусть и выбрала девушка немного другое направление в качестве будущей профессии. Аня безумно любила петь, с особым трепетом относилась к музыкальным инструментам, которые были у нее еще с детства. И если бы музыка оказалась на первом месте, а не на втором, то девушка точно бы уже писала свои треки.
– Ты шутишь?! Вань, конечно! – И снова обняла – со всей благодарностью.
У Вани будто камень с души упал. Он широко улыбнулся, обрадовавшись. Ваня знал, что Аня любит всю эту историю, но не верил, что настолько сильно.
Перекидываясь незначительными фразами, двое все-таки решили сесть в машину. Ваня, как подобает настоящему джентельмену, открыл дверь Ане и протянул руку, помогая сесть. Девушка в ответ на этот невероятно вежливый жест сделала реверанс и невесомо села в машину.
Они тронулись с места навстречу дню и счастливым моментам.
В дороге Аня включила свой плейлист, рассказывая, при каких обстоятельствах услышала этот трек впервые, какие чувства он вызывает и так далее. Ваня слушал, слушал и не мог надивиться глубине мыслей девушки.
Подбор песен не казался случайным или суматошным. В плейлисте словно отобразилась вся ее жизнь – изнутри. Аня будто раскрывала ему душу, доверяя самые сокровенные переживания.
Вдруг заиграла его песня. Та самая, которую он написал в тяжелое зимнее утро.
Ваня усмехнулся.
– Вот оно как получается... – и Аня тут же закраснелась. – И как, понравился?
– Кто? Ты? – девушка смутилась.
– Трек, – слова Ани попали в самое сердце, и Ваня едва сдержал улыбку.
– Понравился... – и больше ничего не сказала. Ни как услышала, ни почему добавила в Избранное. Просто... вот так.
– Ничего не напоминает? Или, может быть, кого?
– Вань, о чем ты...
– Я написал ее в тот день, когда ты остановила «нас». Одним простым сообщением. Одним простым действием – удалить чат для обоих.
Ваня горько усмехнулся.
– Я не знала, что...
– Ань, я тебя не виню, просто... Странное совпадение.
– Возможно, мы думали об одном и том же?
– Возможно.
Они молча продолжили слушать песню, которую и так оба досконально знали, и будто пытались найти в ней ответы.
Слова, резкие и цепкие, желания, неосуществимые мечты – Аня по-другому посмотрела на строки. Теперь в них не было выдуманной истории – была только правда. Голая, саднящая горло и сковывающая легкие, но до невозможности честная.
– Анют, не грусти, пожалуйста. Я не смогу равнодушно смотреть на твои слезы, – Ваня взял руку девушки в свою и переплел их пальцы.
Парень вел машину, параллельно поглядывая на Аню, и пытался передать ей всю ту поддержку, которую сложно высказать словами, через касание.
– Главное, что мы снова встретились. И снова рядом. И на этот раз никаким мыслям я не дам забрать тебя, слышишь? – Ваня тепло улыбнулся и чуть сильнее сжал руку.
Аня легко кивнула.
И в этом кивке заключался весь мир Вани и все его спокойствие – хрупкое, но живое.
А солнце все выше поднималось над горизонтом, освещая верхушки стеклянных зданий.