Глава четырнадцатая. Безумно
С того дня все изменилось.
Дни стали более красочными, наполненными смыслом. Аня словно заново научилась дышать – глубоко, по-настоящему. Девушка просыпалась с улыбкой, засыпала со спокойной душой – и все из-за Вани.
После той прогулки Аня долго не могла уснуть – всё в ее душе искрилось и переливалось. Она ворочалась, тихо пищала от счастья в подушку, зажмуривалась, и снова перед ней вырисовывался образ Вани – теперь такого родного человека.
Проваливаясь в сон, Аня уловила едва заметную вибрацию телефона – сообщение от... Вани? Кому ж еще нужно было писать почти в три утра?
Так и было. Спокойное, но создающее бурю эмоций сообщение: «Доброй ночи. Люблю». И в этих трех словах словно сошелся весь мир, огораживая от остальных вещей.
Аня поймала себя на мысли, что больше ни о чем не переживает. Она не боится быть преданной. Не боится трудностей. Не боится того, что будет дальше. Тихое, такое необходимое спокойствие наполняло ее душу, завлекая в сладкие объятья ночи.
Уже засыпая, Аня ответила: «Тебе тоже», и, поразмыслив, добавила: «И я. Безумно».
***
Ваня же в это время направлялся домой, и ноги, несмотря на усталость, легко и быстро несли его по улицам и закоулкам. Парень весь был поглощен мыслями – об Ане, конечно.
Ваня замедлил шаг лишь у той самой набережной, где еще час назад была Аня. Парень невольно улыбнулся, вспоминая, как ветер спутывал ее волосы, а мороз наливал щеки румянцем. Девушка была до невозможности красивой, и ее милый образ еще хранился в воспоминаниях Вани, словно отпечатанный.
Парень быстро вытащил телефон из кармана, и, открыв пустую переписку с Аней, замер. Пальцы застыли над клавиатурой: дельные слова не приходили в голову. Ваня хоть и написал большое количество песен, но подбирать выражения при общении с Аней было крайне сложно.
Все те чувства, которые он испытывал, парень пытался кратко вместить в три слова. Да, всего несколько сочетаний букв, но они передавали все невысказанное и ненаписанное.
В, казалось бы, легкое «люблю» Ваня вложил всю ту бурю эмоций, которую Аня в нем вызывала.
Получив ответ, равносильно нежный и наполненный чувствами, парень глубоко выдохнул.
– Кажется, жизнь начинает налаживаться... – подумал Ваня и снова ускорил шаг.
Парень шел и вспоминал каждую черту лица девушки, словно стараясь сохранить их навсегда. Он вспоминал эмоции, которые рождались рядом с ней. Вспоминал невысказанные слова.
И все это Ваня записывал. Сначала простыми словосочетаниями, затем предложениями. Текст, бессвязный и недостаточно выразительный, появлялся на экране телефона.
С того дня и начался его поиск.
Поиск нужных описаний, взглядов, действий. Слова, которые он произносил рядом с Аней, места, которые они посещали, мечты, которые он хотел бы осуществить, ее и свои в том числе.
Затем Ваня начал рифмовать это все. Схожие слова легко находились в бесконечном потоке предложений, и, наконец, начал рождаться ритм.
Так, шаг за шагом, день за днем, зарождалась песня.
Она уже не была о недоступной музе, которую лирический герой мечтает подчинить себе. Она не была о девушке, к которой парень навсегда потерял путь.
Она не была о едва уловимой надежде. Она была о любви. Настоящей и в настоящем.
***
Одним июльским теплым утром Аня проснулась с первыми лучами солнца. День начался хорошо – было тихо и спокойно. Розоватое небо мягко расстилалось над крышами домов, а пушистые, практически невидимые облака плыли навстречу солнцу.
Девушка разблокировала телефон и, сделав фото,отправила его Ване с подписью: «Доброе утро, красиво, правда?»
Она не боялась писать первой. Не боялась навязываться. Не боялась стать ненужной. Страх за пару недель окончательно отступил, отдав место светлым чувствам.
Затем, широко улыбнувшись, Аня поднялась с кровати и направилась на кухню.
Утро было таким приятным, что каждое движение, каждая обыденная вещь приносила радость. Незримое счастье наполняло душу Ани с самого пробуждения.
Через какое-то время Ваня ответил. Он только проснулся, поэтому, предприняв попытку написать сообщение, сразу же отбросил эту идею и нажал на кнопку видеозвонка.
Аня, уже умывшись и переодевшись, выглядела, как настоящая принцесса. Ее естественная красота повергла Ваню в ступор.
– Боже, какая ты шикарная... Анют, нет слов, – Ваня, заспанный и еще потирающий глаза, поднял руки в жесте «я сдаюсь».
Аня рассмеялась.
– И тебе доброе утро, соня. Всю красоту пропускаешь!
– Я вроде когда засыпал, был еще Ваней... – и оба улыбнулись глупой шутке. – А если серьезно, то самая главная красота этого дня от меня еще никуда не ушла. Пока, – и с мягким прищуром посмотрел на Аню. Ваня знал – она не уйдет, и это лишь сильнее грело душу.
Щеки девушки вспыхнули огнем смущения.
– Ну Ваня... – протянула она, чуть сжав губы. – Когда ты перестанешь меня идеализировать? – спросила Аня, но оба понимали – ей нравится.
– Никогда, Анечка. Ни-ког-да.
Тишина, сопровождаемая лишь неровным дыханием, повисла в воздухе.
– Как же я хочу тебя увидеть... – сказал парень, резко выдохнув и нервно проведя рукой по волосам. – Ты бы знала. Вот сейчас бы прям приехал и обнял... И никогда б не отпустил.
Аня беззлобно закатила глаза.
– Какой же ты эгоист... Наплевать на все ради счастья рядом?
– Если счастье – это ты, то я готов.
Нежность снова мелькнула в их глазах, и они уловили ее даже через экран.
Вдруг Ваня вскочил, словно на него снизошло озарение.
– Я приеду. Через час. Нет, два. Сходим кое-куда.
– Вань, ты серьезно? – Аня удивленно вскинула брови. – И куда мы пойдем?
– Поедем. Я заеду за тобой на машине, – парень сузил глаза и пристально посмотрел на девушку через экран, – ты же не боишься садиться в авто к незнакомому человеку?
– За это время ты стал мне ближе всех остальных, – и это была чистейшая правда. Аня легко улыбнулась, но в этом не было смеха, не было преувеличения – все так, как оно действительно есть.
– Тогда будь готова к одиннадцати. Обещаю немного подождать, если не успеешь собраться, – сказал парень и подмигнул.
– До встречи, Вань...
– Люблю.
– Безумно.