Ледяной цветок Иллирии

— Не переживайте, Ваше Высочество, — легкомысленно махнула рукой Сохи, будто речь шла не о безопасности элиты королевства, а о выборе десерта. — Мы будем очень осторожны. Но вы тоже к нам присоединяйтесь! Уверена, будет весело.

«Ага, веселее некуда, — мрачно подумала я, едва сдерживаясь, чтобы не издать протяжный стон. — Давай, Сохи, жги дальше. Ещё Айрин позови для полного счастья, и тогда наш цирк на выезде официально можно будет считать укомплектованным».

Ситуация окончательно выходила из-под контроля. Я чувствовала себя эпицентром какого-то стихийного бедствия, которое затягивало в свою воронку всех значимых персонажей этой истории.

Сюжет плюнул на нас и решил, что мы сами разберёмся?

— О-о, вы ведь не против, если и мы присоединимся? — раздался за нашими спинами голос Тэхёна, в котором звенело неприкрытое веселье.

Я резко обернулась. За моей спиной стояли Тэхён и Джен. Они... держались за руки?

Серьёзно?

Прямо здесь?

Прямо при всех?

Я выразительно указала на их переплетённые пальцы, мол: «Это что ещё за новости в прямом эфире?»

Дженни в ответ мазнула взглядом по моей компании — по принцу, Юнги, Сохи и трём герцоговским сыновьям, которые всё ещё подпирали меня со всех сторон.

Мы одновременно и почти незаметно пожали плечами.

Понятно, что ничегошеньки не понятно.

Видимо, пока я тут отбивалась от «главных героев», Джен нашла свой способ скоротать вечер.

— Конечно! — радостно воскликнула Сохи, сияя так, будто её только что назначили главной по праздникам в этом королевстве. — Чем больше компания, тем интереснее!

Я перевела взгляд на Чонгука. Его мрачное лицо в этот момент было достойно того, чтобы его запечатлел лучший художник империи в роли главного злодея.
Было страшно. И страшно красиво.

— Что ж, — произнес Чонгук, и в его голосе проскользнула предвкушающая нотка. Он посмотрел мне прямо в глаза, проигнорировав остальных. — Если леди Лалиса не против такой... масштабной процессии, то я, пожалуй, найду время в своем графике. Будет крайне любопытно посмотреть, как вы справитесь с ролью предводителя этого отряда.

Юнги, стоявший рядом со мной, негромко фыркнул, явно оценив иронию ситуации.

— Ну вот и отлично! — подытожил Джин, который всё это время наблюдал за нами с видом человека, выигравшего в лотерею. — Похоже, завтрашнее утро обещает быть интересным.

Весь последующий вечер превратился в настоящий марафон на выживание. Я чувствовала себя не леди на балу, а ценным артефактом в компьютерной игре, за которым охотятся сразу несколько фракций.

Парочки в лице Дженни и Тэхёна, а также Джису и Джина окончательно ушли в свой мир, наслаждаясь праздником и друг другом.

Предатели.

Но самым шокирующим стал Юнги. Мой «верный и лучший» друг детства, который должен был охранять мой покой, преспокойно ушёл проводить время с Сохи!

Это было максимально странно. Разве она не должна была сейчас томно вздыхать рядом с Чонгуком, двигая сюжет к их великой любви?

Мы ведь, по идее, не ломали историю, а просто её корректировали — убрали моё ненавязчивое участие в жизни главного героя, устранили препятствие в лице влюбленной Лалисы.

Я-то думала, что как только отойду в сторону, каноничная любовь расцветёт сама собой. А на деле? Всё просто свернулось в какой-то невообразимый узел.

Чонгук же теперь находился в «железных объятиях» Айрин.
Она следовала за ним по пятам, словно тень, не давая ему и шагу ступить без своего контроля.

Принц периодически подходил к нашей компании, но я сваливала при первой же возможности. Стоило ему сделать шаг к нам, как я технично ускользала в толпу, а мои «кавалеры» — Сехун, Мингю и Ын У — следовали за мной по пятам, как почетный караул.

Это было утомительно.

Каждый из них по сто раз пытался пригласить меня на танец, используя всё своё красноречие.

— Леди Лалиса, этот оркестр превзошел себя, вы просто обязаны подарить мне этот тур, — убеждал Мингю.

— Северяне танцуют лучше всех, не находите? — искушал Ын У.

Но я была кремень. Станцевать с кем-то одним сейчас означало открыто отдать предпочтение, а это было равносильно отказу другому. Мне только политического кризиса не хватало для полного комплекта.

— Благодарю, господа, но боюсь, моё  выздоровление еще не настолько окрепло для таких нагрузок, — отшучивалась я, обмахиваясь веером и мечтая о мягкой постели в своём поместье.

Наконец, праздник начал подходить к концу. Кареты одна за другой отъезжали от поместья, увозя сонных и переполненных сплетнями аристократов.

Помолвка, на которую я собиралась тихо  прийти, посмотреть и так же тихо уйти, стала для меня катастрофой. Я оказалась в окружении всех тех, которых я бы сторонилась за тысячу лик.

Знала бы, носу из дома не высунула!

                             * * *
                           Автор

Да, Чонгук сразу почувствовал то, о чём говорил Тэхён.

Аура.

Сильная, почти подавляющая, она исходила от неё невидимыми волнами. В этом хрупком и невероятно прекрасном создании действительно проснулась мощная магия. И хотя принц пока не мог разгадать её истинную природу, в самой силе он не сомневался ни на секунду. Впрочем, это было неудивительно — древнейший род Ли всегда славился своими талантами.

Но в голове Чонгука крутился лишь один вопрос: почему он не видел её раньше?

Если бы он только знал, что его ждёт за дверями поместья герцога, он бы заходил в дом Ли с первого же дня, как только Тэхён начал его об этом просить.

Хотя Лалиса и смотрела на него с тем же холодным недовольством и молчаливым осуждением, которое он ощутил от того самого взгляда с картины. Хотя и он не понимал почему и за что.

Но его зацепило.

Она была словно редкий драгоценный камень, сверкающий среди обычных стекляшек. Она притягивала взгляды всех вокруг, заставляя пространство вибрировать.

Когда до него дошли слухи, что младшая дочь герцога идёт на поправку и даже вышла в свет, он остался равнодушен. Возможно, в нём проснулось лёгкое любопытство, но не более.

Кто ж знал, что всё обернётся именно так?

Теперь он даже не мог к ней толком подойти. Она сама не желала этого общения, а вокруг неё уже плотно столпились все холостые аристократы королевства. Слетелись, будто пчёлы на сладкий мёд. А сама Лалиса, судя по её виду, была готова в любой момент просто сбежать от этого избыточного внимания.

Чонгук усмехнулся своим мыслям и сделал очередной медленный глоток вина, наблюдая за ней поверх края бокала.

Для него леди Сохи поначалу тоже казалась необычной и весьма интересной. Но этот интерес быстро угас. Осталась лишь лёгкая симпатия, и то, скорее всего, лишь потому, что она была так непохожа на Айрин.

Но Лалиса... Лалиса была совершенно иной историей.

Когда он хотел пригласить её на танец, она спихнула ему Сохи, сказав, что ей нездоровится. Но почти сразу после этого он увидел её в центре зала с лордом Мином.

Ему тогда безумно хотелось прервать танец с Сохи, наплевать на приличия и перехватить Лалису из рук лорда Юнги. Но он сдержался.

Когда позже она прямо спросила его про Сохи, он открыто сказал ей, что его интересует совсем другая персона.
Лалиса же, не моргнув и глазом, заявила, что её тоже интересует другая персона, и снова ушла.

Тэхён наверняка до смерти бы его засмеял, узнав, что леди так открыто и дерзко отшивает самого принца, рядом с которым мечтают оказаться почти все дамы королевства.

А ему тем временем безумно хотелось просто к ней прикоснуться.

Да, возможно, это было лишь мимолётное влечение, вспышка интереса к загадочной дочери герцога, но сейчас это чувство было на грани настоящего безумия.

Он усмехнулся, сделав очередной глоток терпкого вина, и это движение было почти механическим — всё его внимание, вопреки этикету и здравому смыслу, было сосредоточено лишь на одном человеке.
Он не был в силах отвести от леди Ли взгляда, который стал тяжёлым даже для него самого.

А рядом, словно назойливый шум далёкого прибоя, без умолку болтала Айрин. Её голос сейчас казался ему лишь набором пустых звуков, не способных пробиться сквозь ту невидимую пелену, которой окружила его аура Лалисы.

Сохи же, чьё появление в столице сулило столько перемен, повела себя крайне любопытно. Она удивительно легко сменила свой интерес с наследного принца на саму Лалису, а затем, словно следуя за капризным ветром, переключилась на лорда Мина. Такая непостоянность южной красавицы была Чонгуку только на руку — это избавляло его от необходимости играть роль галантного кавалера там, где ему было скучно.

Похоже, и самому Юнги она приглянулась. Это было идеальным раскладом: лорд Мин, единственный, кто имел реальное право быть рядом с Лалисой благодаря их общему прошлому, фактически сам убрал свою кандидатуру с его пути.

В голове принца мелькнула ироничная мысль: вот бы и Айрин кем-нибудь наконец заинтересовалась и навсегда оставила его в покое.

Свести её с одним из тех высокомерных лордов, что сейчас плотным кольцом окружили Лалису? Хм, идея была заманчивой, но практически невыполнимой. За всё время в столице ни один из них не проявил к Айрин и доли интереса.

О «сложном» характере леди Айрин, по всей столице уже слагали легенды, и Чонгук, как никто другой, знал: большинство этих слухов — чистая правда. Её амбиции и жестокая натура были слишком очевидны за фасадом безупречных манер и милых улыбок. Он знал её слишком давно, и слишком хорошо.

Именно поэтому он никогда, даже в самые тяжёлые моменты политического давления, не рассматривал её в качестве будущей невесты. Его народу, его суровому и честному королевству, не нужна была такая королева. Ему нужна была та, в ком магия души была бы столь же велика, как и внешняя красота.

- Интересно, какая  же ты,- усмехнулся он своим мыслям разглядывая волшебные черты лица девушки, что была к нему столь холодна.

                                 * * *

Этот вечер, вопреки обыкновению, закончился слишком быстро.

Чонгук, который всегда питал искреннее отвращение к подобным мероприятиям, сегодня ощущал странную досаду.

Обычно на бесконечных балах, среди приторных ароматов и фальшивых улыбок, он чувствовал себя лишним, почти чужим.

Он — воин по самой своей сути, закалённый в походах и знающий цену настоящей жизни. Ему всегда было ближе суровое поле битвы, где всё честно и ясно, нежели пустое веселье в золоченых стенах дворца. Но сегодня впервые в жизни ему не хотелось, чтобы музыка стихала.

Хотя ему так и не удалось по-настоящему поговорить с ней, просто постоять рядом, вдыхая её едва уловимый аромат, в душе всё равно разливалось необъяснимое тепло. Одно её присутствие в зале изменило саму атмосферу праздника, наполнив его смыслом.

Сейчас он стоял в стороне, скрытый густыми тенями колонн, и молча наблюдал за тем, как Лалиса вместе с сестрой садится в свою карету. В свете факелов её серебристые волосы казались неземными, а каждое движение — исполненным природного изящества.

Неподалёку застыл Тэхён, чей взгляд был прикован к старшей, и остальные лорды, которые всё еще не могли прийти в себя после общения с младшей дочерью герцога Ли.

Даже король стоял в их компании, улыбаясь и прощаясь с их семейством.

Чонгук сжал пальцы.

Ему безумно хотелось быть там, лично подать ей руку помогая сесть в карету. Но он продолжал стоять и ничего не делать.

Но только сегодня.  Только сегодня он позволил себе отступить.

                               * * *

Айрин сидела в своей карете, сжимая пальцы так сильно, что костяшки побелели, а дорогие кружева перчаток сильно натянулись. Через узкое окно экипажа она отчётливо видела, как Чонгук смотрел вслед уезжающему экипажу семьи Ли. В этом взгляде не было привычного ей безразличия — в нем горело нечто такое, чего Айрин не удавалось разжечь в принце годами.

Ярость душила её.

Лалиса... девчонка, которую она лично, с холодным расчётом, вычеркнула из своего списка конкуренток.

Айрин ведь была уверена, что той осталось жить от силы месяц, что эта «серая тень» угаснет в тишине своего поместья, так и не узнав вкуса настоящей жизни. Но сегодня она явилась на бал живее всех живых, ослепляя своей новой, пугающей красотой.

Весь вечер Айрин порывалась подойти к ней. Она хотела сбросить маску, прошептать на ухо пару жёстких слов и в своей привычной манере показать, что с ней лучше не ссориться.
Она привыкла ломать волю окружающих одним своим присутствием. Но каждый раз, когда она делала шаг в сторону Лалисы, её что-то останавливало.

Это было странное, почти инстинктивное чувство, граничащее с необъятным ужасом. Воздух вокруг Лалисы казался иным — густым и вибрирующим. Айрин и сама не понимала, что это за неведомая преграда, но невидимая стена между ними была непреодолима.

Впервые в жизни властная и самоуверенная Айрин почувствовала себя беспомощной. Она так и не смогла подойти к той, кого ещё вчера считала покойницей, и это пугало её больше всего. Не ситуация. Сама Лалиса.

                              * * *

Попрощавшись с друзьями и снова поздравив Джина с помолвкой, Чонгук и Тэхён сели в одну карету. Как всегда. Они делали так с самого детства, и эта общая поездка после столичных приёмов стала для всех привычным ритуалом. Внутри экипажа пахло кожей и ночной прохладой, а мерный стук копыт по мостовой располагал к откровенности.

— Ну, как тебе Лалиса? — с лукавой улыбкой поинтересовался Тэхён.

— Любопытно, — ответил Чонгук, выдержав небольшую паузу.

Стоило ему произнести это короткое слово, как перед глазами снова всплыл её образ — точеное белоснежное лицо, холодный взгляд серебристых глаз и та невероятная грация, с которой она держалась в кругу лордов. Внутри у Чонгука всё сжалось в тугой, напряжённый узел, мешавший дышать.

— О, да! — рассмеялся Тэхён, откидываясь на мягкую спинку сиденья. — Видел, как наши аристократы разошлись? Произвела фурор наша «слабая» девчонка. Половина столицы завтра только о ней и будет говорить.

— Не то слово, — фыркнул Чон, стараясь придать голосу безразличие, которое давалось ему с большим трудом.

— А как она тебе в танце отказала! — не унимался Тэ, явно наслаждаясь моментом. — Это же надо было додуматься... А когда она Сохи на тебя скинула? Ты бы видел своё лицо в тот момент? Это было просто легендарно! Она первая леди в этом королевстве, которая предпочла обществу наследного принца побег к столам с закусками и лорду Мину.

Чонгук промолчал, глядя в окно на проносящиеся мимо огни ночной столицы. В словах друга была правда, которая больно задевала его самолюбие, но ещё сильнее разжигала интерес к той, что так нагло и красиво выставила его из своей «зоны комфорта».

— Да ладно тебе, — Тэхён широко усмехнулся, наслаждаясь редким моментом уязвимости своего друга. — Всё когда-нибудь бывает впервые. Рано или поздно и тебя должны были отшить, чтобы жизнь не казалась слишком простой.

— Никто меня не отшивал! — возмутился Чонгук, и в его голосе прорезались те самые властные нотки, которые он обычно приберегал для военных советов. Он выпрямился, уязвлённый до глубины души самой постановкой вопроса.

— Конечно-конечно, — притворно согласился Ким, старательно пряча улыбку за ладонью и делая вид, что верит каждому слову. В карете повисла пауза, нарушаемая лишь перестуком копыт, но Тэхён не мог долго молчать. — Просто леди сослалась на здоровье, а потом упорхнула к другому, оставив тебя, как подарок для другой. Это ведь совсем не похоже на отказ, правда?

Чонгук лишь мрачно посмотрел на друга. Он понимал, что спорить с Тэхёном в таком настроении бесполезно, но в глубине души признавал: его не просто отшили, это сделали с таким изяществом и достоинством, что он даже не нашёл, что ответить. И это бесило его и восхищало одновременно.

— Ну и? — Тэхён подался вперед, заглядывая другу в лицо с нескрываемым любопытством. — Обманула насчёт здоровья?

— Не знаю, — коротко бросил Чонгук, глядя в темноту за окном кареты.

— Как так? Ты же ложь чувствуешь с полуслова, — Тэхён удивленно вскинул брови. — Неужели юная леди Ли так очаровала тебя, что ты сразу поплыл и растерял все свои способности?

— Дело не в этом, — Чонгук наконец повернулся к другу, и его взгляд был непривычно серьёзным. — Просто прочесть её не получилось. Совсем. Словно перед ней стоял невидимый щит, сквозь который не пробиться.

— То есть то, что очаровала, ты не отрицаешь? — Тэхён мгновенно ухватился за признание, его глаза азартно блеснули.

— Возможно, — Чонгук отвёл взгляд, стараясь сохранить остатки своего хладнокровия.

— Да ладно тебе, Чон! У тебя же всё на лице написано, — рассмеялся Ким, откидываясь на сиденье. — Ты весь вечер только за ней и ходил глазами. Даже если она тебя отшила, ты уже пропал, и мы оба это знаем.

— Помолчи уже, — бросил Чонгук, выходя из кареты, которая как раз остановилась у парадного входа во дворец. — Мне больше интересно, что у неё за магия. Пойдём, узнаем у отца.

Они направились прямиком в кабинет короля.

Правитель же сидел в глубоком кресле, погружённый в свои мысли, и задумчиво смотрел вдаль.
Даже для него, сильнейшего мага королевства, магия Лалисы ощущалась как нечто пугающее. Аура, исходящая от этой девушки, была безумно сильна. А ведь она ещё совсем дитя, и магические силы в ней только начали пробуждаться.

Какой же мощью обладают «они» там, за гранью понимания их привычного мира?

Королю нужно было что-то придумать, найти способ противостоять этой неизвестности.

Будучи человеком с огромным опытом, он сразу понял, что от самой Лалисы угрозы нет — она была слишком сильно привязана к Бёнхону и своей сестре. Но будут ли остальные представители её рода так же миролюбивы?

Король устало поднял глаза, когда в кабинет вошли Чонгук и Тэхён.

— Отец.

— Ваше Величество.

Оба склонились в вежливом поклоне.

— Я думал, вы отправились отдыхать, — король мягко улыбнулся и перевёл взгляд на сына. — Ты же обычно не любишь всякие светские мероприятия.

— Сегодня ему всё очень понравилось, — усмехнулся Тэхён, бросив на друга многозначительный взгляд.

— Правда? — король удивлённо приподнял бровь. — Я вот заметил, что леди Сохи очень сблизилась с лордом Мином. Он хороший парень и верный солдат. Признаться, я думал, что она могла бы стать для тебя хорошей партией.

— Отец, я не собираюсь жениться! — отрезал Чонгук, и в его голосе прозвучало резкое нежелание даже обсуждать этот вопрос.

— Рано или поздно тебе придётся сделать выбор, — улыбнулся король, глядя на сына с той мудростью, которая приходит лишь с годами. — Ладно уж, всему своё время. Что вас привело ко мне в такой поздний час?

— Нам вот что интересно, — первым начал Тэхён, не в силах сдерживать любопытство, — младшая дочь герцога Ли.

— В ней ведь проснулась магия? — добавил Чонгук, стараясь, чтобы его голос звучал по-военному сухо, хотя внутри всё ещё бушевало странное пламя после бала.

— О, прекрасная Лалиса? — король откинулся в кресле, прикрыв глаза, словно снова видел её перед собой. — Она очень серьёзна и мудра для своих лет. Гораздо мудрее, чем многие из тех, чьи  года превосходят вдвое.

— Так что у неё за магия? — нетерпеливо спросил Тэхён.

— А что, твоя милая Дженни ничего не рассказала? — усмехнулся король, бросив на Кима проницательно-лукавый взгляд.

— Я и не спрашивал, — честно признался Тэхён. — Если честно, я и в принципе не ожидал увидеть Лалису сегодня. Я ведь, как и все, думал, что с её здоровьем совсем плохо, и она доживает свои последние дни в поместье.

— Отец, — Чонгук поддался вперёд, его взгляд был прямым и жёстким, — ты ведь не мог не почувствовать её ауру. Она буквально подавляла.

Король долго молчал, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. Его лицо стало непроницаемым, а в глазах отразились отблески догорающего камина.

— Да, — наконец произнёс он тихим, но весомым голосом, — но вам обоим пока лучше в это не вмешиваться.

— К чему такая скрытность? — удивился Чонгук, нахмурившись. Его злило, что даже отец, обычно прямолинейный в вопросах безопасности, напускает туману вокруг девушки, о которой она не мог перестать думать.

— К чему такой интерес? — в тон ему спросил король, не сводя с сына проницательного взгляда.

— Просто... наши молодые лорды, одни из важных союзников королевства, проявили большой интерес к её персоне, — Чонгук старался говорить ровно, приводя вполне логичные политические доводы.

Тэхён не выдержал и издал короткий смешок, но тут же поспешно отвернулся, делая вид, что его крайне заинтересовала лепнина на стене.

— Вдруг кто-нибудь захочет... — Чонгук сделал секундную паузу и, еле выдавил из себя следующее слово, — ...жениться на ней. Мы ведь должны знать, с чем и с кем имеем дело.

Король прищурился. Он медленно перевёл взгляд с сына, чьё лицо сейчас напоминало маску суровой сосредоточенности, на Тэхёна, который едва сдерживал рвущийся наружу хохот. Правитель знал их обоих с самого рождения и читал их мысли, как открытую книгу. Он сразу понял, в чём на самом деле кроется причина этого ночного визита и внезапной заботы о «союзах королевства».

Он призадумался, и на его губах заиграла едва заметная, мудрая улыбка. А ведь это была совсем неплохая идея. Раз его сын, который годами игнорировал всех красавиц столицы, так явно заинтересован этой загадочной леди, возможно, стоит позволить этой истории развиваться своим чередом.

Присутствие такой силы в королевской семье могло бы стать либо величайшим благословением, либо самым опасным испытанием.

Но он тоже давал обещание  защитить и он его сдержит. Ведь на этом и стоит его королевство. На чести и преданности.

                                 * * *

Чонгук лежал в своей комнате, неподвижно глядя в потолок, залитый холодным лунным светом.

Отец так и не объяснил ничего конкретного, лишь загадочно обронил, что они сами всё узнают, когда придёт время. Но эта неопределённость не только не успокоила принца, но и, наоборот, не смогла потушить разгорающийся огонь в его груди.

Перед глазами, вопреки его воле и железной самодисциплине, снова и снова всплывал образ ярких глаз и серебристых волос.

Лалиса была похожа на первый снег, что ослепительно сверкает на утреннем солнце, — такая же чистая, холодная и недосягаемая.

Чонгук пытался анализировать свои чувства, понять, что же именно так сильно привлекло его в этой девушке, не считая её необычной внешности, которая и так выделяла её на фоне остальных.

Он и сам не знал ответа. Это было не просто любопытство или мимолётная симпатия, к которым он привык. Это было нечто более глубокое и тяжёлое.

Огонь внутри разгорался всё сильнее с каждой минутой, превращаясь в навязчивую идею и не давая ему погрузиться в сон.
Осознание, что завтрашняя прогулка станет для него чем-то гораздо большим, чем просто выходом в город, пришло неожиданно. Это будет битва за внимание той, кто уже успела перевернуть его внутренний мир, даже не приложив к этому усилий.

- Ну что ж, Снежинка, посмотрим.

И всю ночь ему снилась девушка,  чьи серебряные волосы развивались на ветру, и до которой он никак не мог дотянуться.

                            
                                 * * *

— Господин приказал доложить сразу, как только кристалл засветится, — произнёс один из мужчин низким, лишённым эмоций голосом. Несколько фигур в длинных тяжёлых плащах, чьи капюшоны полностью скрывали лица, застыли безмолвными изваяниями посреди суровых пейзажей северной части Иллирии. Ветер развевал края их одежд, но сами они казались частью скалистого рельефа.

— Поищем здесь, — коротко бросил лидер группы, вглядываясь в серую мглу горизонта. — Если не найдём следов, отправимся дальше. Мы не можем позволить себе вернуться с пустыми руками.

— Старайтесь не привлекать лишнего внимания, — добавил он, и в его тоне прорезалась сталь. — Передвигайтесь скрытно и по возможности не пользуйтесь магией. В этих землях любой всполох энергии может выдать нас раньше времени.

— Есть! — слаженно ответили подчинённые и мгновенно растворились в сумерках, оставив после себя лишь едва уловимую тень.