Ледяной цветок Иллирии

Король, стоявший на возвышении рядом с родителями жениха, едва заметно приподнял бровь, когда в дверях бальной залы показался герцог Бёнхон.

Его взгляд мгновенно сфокусировался на девушке, шедшей под руку с герцогом. Это была та самая девочка, которую он в глубине души искренне боялся увидеть снова.

Он навещал её лишь несколько раз в раннем детстве, когда магия в её крови совсем не подавала признаки жизни. Тогда, после долгих раздумий и разговоров, было решено, что постоянные визиты короля и излишнее внимание короны могут только навредить хрупкому балансу её сил.

Годы изоляции сделали своё дело — она стала почти призраком, запертым в стенах поместья. Все знали, что у герцога  Ли есть ещё одна дочь, но видели её единицы.

И вот теперь он смотрел на неё — взрослую, статную и пугающе необычную. Светлые волосы сияли в свете люстр, а холодная уверенность в глазах заставляла сердце монарха биться чаще. Она была необычайно, почти до дрожи похожа на свою мать. Те же черты, тот же взгляд, обещающий ледяную бурю тому, кто осмелится встать на пути.

Пока король застыл в мимолетном оцепенении, Джису, сиявшая в своем подвенечном наряде, буквально подлетела к гостям.

— О, Лалиса! — Джису искренне, без капли фальши обрадовалась, нарушая все правила дворцового этикета и порывисто сжимая руки подруги. — Как же давно я тебя не видела! Ты выглядишь просто невероятно, я глазам своим не верю!

— Прими наши самые искренние поздравления, — мягко ответила Лалиса, и её голос прозвучал чисто и уверенно, привлекая внимание даже тех гостей, что стояли в дальнем конце зала.

Она слегка наклонила голову, и этот жест — властный, но грациозный — заставил шепотки в толпе стихнуть. Все взгляды теперь были прикованы к ней. В воздухе отчетливо запахло инеем, хотя свечи в зале горели жарче прежнего.

К этому моменту к девушкам подошли Дженни и Тэхён. Тэхён, проявив истинное благородство и понимание момента, оставил дам обсуждать свои секреты, а сам обменялся понимающим взглядом с подошедшим герцогом.

Бёнхон, слегка кивнув дочерям, направился прямиком к королю, который всё это время не сводил глаз с младшей Ли.

Между двумя старыми друзьями повисла пауза, наполненная грузом общих тайн.

— Невероятное сходство! — тихо, почти шепотом произнес король, не отрывая взора от Лалисы. — Смотрю на неё, и кажется, будто время повернуло вспять.

— Да, она очень похожа на мать, — глухо отозвался Бёнхон. Его голос выдавал внутреннее напряжение, которое он пытался скрыть за маской спокойствия.

— Но аура... — король на мгновение запнулся, и в его глазах промелькнула тень растерянности. — Она действительно необычная. Я бы даже сказал... ужасающая.

Он сделал долгую паузу, переводя дыхание, и добавил еще тише:
— Если у маленькой девочки такая сила и такое присутствие, то какой же она должна быть у "них"?

Бёнхон крепче сжал бокал в руке, костяшки его пальцев побелели.

— Не думаю, что "они" появятся в ближайшее время, — ответил герцог, хотя оба понимали, что это лишь самообман. — Но в любом случае, что бы ни случилось, я буду защищать её до последнего вздоха.

Король наконец отвёл взгляд от Лалисы и посмотрел прямо в глаза другу, кладя руку ему на плечо. В этом жесте была и поддержка, и клятва, которую они дали много лет назад.

— Не переживай, друг. Что бы ни произошло, мы выполним своё обещание. Но ты прав — мы должны быть готовы ко всему.
Пока мужчины вели этот опасный разговор, Лалиса, будто почувствовав на себе тяжесть их слов, обернулась.

                              * * *

Джису увлечённо рассказывала о каких-то деталях предстоящей церемонии, активно жестикулируя, но Лалиса почти не воспринимала смысл слов. Взгляды, летевшие со всех сторон, буквально жгли кожу. Сотни глаз впивались в неё, сканировали наряд, прическу, каждое мимолетное движение.

Нет, к пристальному вниманию она привыкла ещё в прошлой жизни. На съе3мочной площадке за тобой всегда наблюдают десятки, а то и сотни людей: операторы, осветители, режиссёры. Но там это была работа, часть процесса. Здесь же всё ощущалось иначе. Она чувствовала себя редким экзотическим животным из Красной книги, которое внезапно вывели из клетки на показ почтенной публике. В каждом шепоте ей слышалось то ли восхищение, то ли подозрение.

— Ты в порядке? — тихо спросила Дженни, осторожно коснувшись её локтя. Она всегда безошибочно чувствовала, когда подруга начинала «уходить в себя».

— Более чем, — отозвалась Лалиса, выдавив из себя самую натуральную из своего актнрского арсенала улыбку. — Просто... многовато людей для первого раза.

Джису, не заметившая этой короткой заминки, заговорщицки придвинулась ближе и тихо хохотнула:
— Ой, девочки, вы бы видели, как нашего принца эти две леди окружили! Леди Айрин и леди Сохи устроили там настоящий поединок вежливых улыбок. Не знаю даже, посочувствовать Чонгуку или похвалить за выдержку.

— А Его Высочество тоже здесь? — несколько растерянно переспросила Дженни, и её рука на локте Лалисы невольно дрогнула.

— Конечно! — Джису удивленно вскинула брови. — Как он мог пропустить? Они ведь с Джином друзья детства, очень близки. Чонгук сейчас где-то в саду, прячется за кустами роз, я уверена.

Лалиса и Дженни мгновенно переглянулись. В их глазах отразилась одна и та же мысль: «Началось». Встреча с главным героем была неизбежна, но одно дело — знать об этом по книге, и совсем другое — оказаться с ним в одном помещении, когда сценария больше не существует.

— Ну что ж, — прошептала Лалиса, расправляя голубой шёлк юбки. — Пойдёмте в зал. Глупо прятаться от того, что всё равно произойдёт.

— Пойдёмте, пойдёмте! — улыбнулась Джису, увлекая их за собой. — Я познакомлю вас с моим Джином, пока он не съел весь торжественный торт в одиночку.

Она потащила их в сторону центрального зала, не подозревая, что для её подруг этот вечер только что перешёл в стадию «выживание любой ценой».

                              * * *

Тэхён нашёл Чонгука и Джина в глубине сада, где те, спрятавшись от шума и лишних глаз, наконец-то могли выдохнуть.

— Твоя невеста там не заскучает без главного виновника торжества? — усмехнулся Тэхён, подходя к друзьям небрежной, летящей походкой.

— Как раз собирался к ней, — Джин поправил камзол и хитро сощурился. — Я пошёл. Теперь защиту его чести, — он указал большим пальцем через плечо на серьёзного  Чонгука, едва подавляя смех, — передаю в твои руки, Тэ. Смотри, чтобы леди его на сувениры не разобрали.

И, не дожидаясь ответа, Джин быстро ретировался в сторону особняка, пока Чонгук не успел высказать ему всё, что думает о таких «преданных» друзьях.

— А ты чего светишься, как начищенный медный таз? — спросил Чонгук, переводя хмурый взгляд на Тэхёна. Тот выглядел подозрительно довольным.

— А почему бы мне не светиться? — парировал Тэхён, поправляя воротник. — Пока ты убегал... ох, прости, был занят «важной беседой», я встретил свою прекрасную леди.

— Понятно, — вздохнул принц, отстранённо глядя на освещенные окна зала. — Значит, герцог Бёнхон с дочерью прибыли.

— С дочерьми, — поправил его Тэхён, выделяя последнее слово.

Чонгук удивленно вскинул бровь:
— Да неужели?

— Сам не ожидал, — Тэхён заложил руки за спину, явно наслаждаясь сегодняшним днём.

— И как же «бедная, слабая» дочь, о которой Айрин прожужжала мне все уши, смогла найти силы выйти в общество? — с неприкрытым скепсисом поинтересовался Чонгук. — Её же, кажется, чуть ли не по частям собирали?

— Ну, там далеко не «бедная» и уж совсем не «слабая», — Тэхён пожал плечами. — Даже наоборот. В ней столько жизни и... чего-то ещё, что у меня мурашки по коже пробежали. Пойдём, сам увидишь.

— Что-то не особо горю желанием участвовать в очередном представлении, — устало ответил Чонгук, скрестив руки на груди.

— Пойдём-пойдём, здесь отсидеться всё равно не получится, — Тэхён настойчиво потянул друга за рукав. — К тому же, поверь мне на слово: там действительно есть на что посмотреть. Такого ты в нашей столице точно ещё не встречал.

Чонгук нехотя сдался и последовал за другом.
Когда они вошли в зал, музыка как раз сменилась на более медленную. Чонгук обвёл помещение скучающим взглядом, пока его глаза не остановились на фигуре в небесно-голубом платье. Она стояла рядом с Дженни и Джису, которая по всей видимости, знакомила их с подошедшим к ним Джином. Свет от люстр, казалось, запутывался в её волосах, заставляя их сиять почти серебром.

— Это она? — тихо спросил Чонгук приподнимая брови.

— Она, — подтвердил Тэхён, наблюдая за компанией. — Лалиса Ли. Ну что, всё ещё хочешь обратно в кусты роз?

— Да, действительно интересный экземпляр, — усмехнулся Чонгук, прищурив глаза. Её сложно было бы не заметить. Она была словно яркое белое пятно на тёмном, скучном полотне этого зала.
В его взгляде больше не было скуки. Теперь в нём сквозило чистое охотничье любопытство. В облике Лалисы было что-то, что не вписывалось в привычные рамки столичной моды: эта её холодная отстранённость и волосы цвета первого снега притягивали взгляд вопреки воле.

— А то, — охотно согласился Тэхён, смотря в том же направление. — Я же говорил — необычная. В ней есть что-то мощное, что чувствуешь даже на расстоянии.

— Ну что ж, пойдём знакомиться, — решительно произнес Чонгук, поправляя камзол.

Он уже приготовил дежурную вежливую фразу, но стоило им сделать шаг, как герцог Бёнхон быстро подошёл к дочери. Он что-то шепнул ей на ухо и буквально уволок её за собой, пробираясь сквозь толпу гостей.
Чонгук замер, провожая их взглядом. Он увидел, как герцог подвёл Лалису к королю. Его отец выглядел непривычно серьёзным, а их беседа явно выходила за рамки простого светского обмена любезностями.
Принц снова усмехнулся, но на этот раз в его улыбке промелькнуло удивление.

— Похоже, «слабая» леди Ли пользуется особым расположением моего отца, — бросил он Тэхёну. — Это становится всё интереснее.

Лалиса плавно склонилась в реверансе перед королём,  к которому её подвёл отец. В её движениях не было и тени той неловкости, которую ожидали увидеть от девушки, годами не покидавшей своей комнаты. Напротив, в каждом жесте сквозило спокойствие, граничащее с холодным достоинством.

— Поднимись, дитя, — тепло улыбнулся король, и в его глазах на мгновение отразилась искренняя печаль. — Я помню тебя совсем малышкой. Кажется, только вчера ты бегала по семейному поместью. Ты ведь знаешь, что мы с твоим отцом — друзья детства?

— Конечно, Ваше Величество, — ответила Лалиса, и её голос прозвучал мягко, но отчетливо. — Отец часто рассказывал о ваших совместных годах. Для нашей семьи большая честь чувствовать ваше расположение.

— Я очень рад, что ты наконец восстановилась, — продолжал король, внимательно вглядываясь в её лицо, словно пытаясь отыскать в нём ответы на свои давние вопросы. — Твой отец очень переживал. Бёнхон — человек слова и долга, но когда дело касалось твоего здоровья, он терял всякое самообладание.

Герцог, стоявший рядом, лишь слегка кивнул. Его рука всё ещё лежала на локте дочери, словно он готов был в любой момент заслонить её от лишних глаз. Лалисе стало грустно и обидно. За себя, за "отца" и за " ту Лалису ".

— Я благодарна отцу за его заботу, — Лалиса бросила на Бёнхона взгляд, полный искренней признательности. — Именно благодаря его любви и теплоте, сегодня могу быть здесь.

Король чуть понизил голос, подавшись вперед:
— Подойди ближе, Лалиса. Я хочу рассмотреть подарок, который передал тебе твой дядя.

Пока они вели эту тихую беседу, Чонгук стоял в нескольких метрах, замерев на месте. Он видел, как его отец — обычно строгий и официальный — общается с этой девушкой с какой-то особенной бережностью. Было в этом, что-то странное.

— Посмотри на её волосы, — шепнул Тэхён, стоящий рядом с принцем. — Они ведь почти светятся под люстрами. Ты когда-нибудь видел подобное у нас?

Чонгук не отвечал. Он внимательно наблюдал за тем, как Лалиса держится: ни капли суеты, ни одного лишнего движения. Она не заискивала перед монархом, будто была с ним на равных.

— Она словно сделана из фарфора и стали, — наконец произнес Чонгук, не отрывая взгляда от голубого платья. — Тэ, ты заметил? Вокруг неё будто воздух застывает.

В этот момент Айрин, заметившая, куда прикован взгляд "её" Чонгука, сжала бокал так сильно, что её пальцы побелели. Она сделала шаг в сторону короля, явно намереваясь прервать эту идиллию, но Сохи, возникшая словно из ниоткуда, перегородила ей путь, весело щебеча о красоте букетов.

— Ну что, — Тэхён легонько подтолкнул Чонгука локтем. — Король заканчивает аудиенцию. Сейчас наш выход. Идём, пока Айрин тебя не перехватила.

Чонгук глубоко вздохнул, поправляя манжеты. На его губах снова заиграла та самая азартная усмешка.
— Идем. Пора узнать, умеет ли эта холодная леди улыбаться.

Они двинулись в сторону королевского круга, и Лалиса, будто почувствовав это движение, медленно обернулась. Их взгляды встретились на расстоянии — холодный, бездонный ярко серый и пытливый, голубой взгляд наследного принца.

Лалиса отвернулась, продолжая вежливо улыбаться королю, но внутри у неё всё перевернулось. Актёрская выучка позволяла держать лицо, но ментально она уже была готова хлопнуть дверью.

— Твою же мать! — пронеслось в её голове коротким, отчетливым импульсом. — Вот только тебя мне не хватало!

Она узнала его мгновенно. Даже если бы он не был одет в самый дорогой камзол в этом зале, его походка и то, как уверенно он рассекал толпу, выдавали в нём того самого Чон Чонгука. Главного героя, вокруг которого в книге вращался весь мир и из-за которого (если верить сюжету) у всех леди в округе начинались необратимые изменения в логике и поведении.

«Так, вдох-выдох, Лиса. Ты — ледяная статуя. Ты не девушка из двадцать первого века, который хочет сейчас просто заказать пиццу и смыться с этого пафосного мероприятия», — уговаривала она себя, чувствуя, как магия внутри, словно почуяв достойного соперника, начала медленно и опасно вибрировать.

Чонгук и Тэхён подошли к королевскому кругу. Воздух вокруг них двоих, казалось, вибрировал от избытка мужской харизмы и самоуверенности, от которой Лалису чуть не стошнило.

— Отец, — голос Чонгука звучал глубоко и бархатисто, заставляя Дженни, стоявшую чуть поодаль, невольно затаить дыхание. — Ты так увлечён беседой, что совсем забыл о нас.

Король рассмеялся, кладя руку на плечо сына.

— Виноват! Но встреча с леди Лалисой после стольких лет — событие незаурядное. Чонгук, познакомься, это дочь герцога Ли. Лалиса, это мой сын, наследный принц Чонгук. И его верная тень, лорд Ким Тэхён.

Тэхён снова изящно поклонился, сверкнув глазами в сторону Дженни, а затем перевел взгляд на Лалису, в котором читалось искреннее любопытство. Нет, таких необычных, даже странных, они точно не встречали.

Чонгук же сделал шаг вперёд. Он не просто поклонился — он заглянул ей прямо в глаза, словно пытаясь взломать её оборону одним взглядом. Лалиса чуть не скривилась, но быстро взяла себя в руки.

— Рад нашей встрече, леди Лалиса, — произнес он, и в его тоне Лалиса отчетливо уловила нотки той самой самоуверенности. — Столица полнится слухами о вашем тяжёлом состоянии, но должен признать: слухи были слишком... преувеличаны.

Лалиса слегка наклонила голову, позволяя свету люстр подчеркнуть холодный блеск своих волос. Она не отвела взгляд.

— Надеюсь, Ваше Высочество, слухи не были слишком пугающими? — парировала она, добавив в голос ровно столько льда, чтобы это не выглядело грубостью, но дало понять — она не очередная фанатка из его «гарема». Вот уж точно не его.— Обычно люди склонны преувеличивать... как болезни, так и достоинства.

У Чонгука дрогнул уголок губ. Ожидал ли он, что «хрупкая затворница» ответит ему так дерзко на глазах у короля и отца? Вряд ли.
Зато герцогу и королю понравилась такая Лалиса.

Взгляд Айрин, прежде холодный и расчетливый, наполнился жгучей яростью, от которой белки глаз едва заметно порозовели. Перед ней стояла не та бледная, едва дышащая тень, которую она привыкла мысленно хоронить. Лалиса казалась совершенно другим существом. Абсолютно.

Её волосы, которые Айрин когда-то пренебрежительно называла седыми от немощи, теперь переливались под огнями люстр, словно расплавленное серебро высшей пробы. Лалиса стояла безупречно ровно, с высоко поднятой головой, и в этой осанке читалась такая непоколебимая гордость, будто во всем зале не было ей равных. Эта перемена бесила Айрин до дрожи.
Она видела, как король смотрит на девчонку с нескрываемой нежностью, а Чонгук — с жадным, нескрываемым любопытством. И это было хуже всего: Лалиса завладела его вниманием, даже не приложив к этому усилий.

Айрин втайне проклинала собственную тактику. Она сама неделями распускала слухи о болезни Лалисы, притворно вздыхала о том, как ей жаль бедняжку, и шептала в кулуарах, что той осталось совсем недолго. И теперь, после всех этих слов, появление столь живой и сияющей Лалисы предсказуемо вызвало у мужчин взрывной интерес. Она сама подготовила почву для триумфа соперницы.

— Совсем не похожа на умирающую, — процедила она сквозь зубы, едва сдерживая злость.

— Что? Неужели вы говорите о той самой девушке, леди Айрин? — невинно поинтересовалась Сохи, стоявшая рядом.

— О ней самой! — Айрин непроизвольно сжала веер. — Совсем недавно была при смерти, а сейчас — посмотрите на неё — живее всех живых.

— Разве это не прекрасно? — Сохи позволила себе лёгкую, колючую усмешку. Она прекрасно видела, как Айрин задыхается от собственного бессилия. — Она совсем молода и, нужно признать, невероятно красива. Разве такие яркие люди не нужны нашему королевству? Что ж, она меня заинтриговала. Пойду познакомлюсь.

Сохи расправила юбки и, оставив Айрин наедине с ее злобой, направилась прямиком к королевскому кругу, предвкушая интересное столкновение.