Ледяной цветок Иллирии

Когда карета, мерно покачиваясь на рессорах, наконец остановилась у парадного входа в королевский дворец, паника Дженни достигла своего апогея.

Сердце колотилось в горле, перекрывая гул голосов снаружи. Она ловила себя на мысли, что даже в те страшные вечера в старой квартире, когда пьяный отец возвращался домой, круша всё на своём пути, ей не было так жутко. Там опасность была понятной и осязаемой, здесь же - скрытой за блеском бриллиантов и вежливыми поклонами.

Единственной нитью, удерживающей её от того, чтобы сбежать обратно в поместье, были чужие воспоминания. Память прежней Дженни исправно подсовывала нужные образы: правила этикета, сложные схемы реверансов и шаги причудливых придворных танцев, которые в этом мире казались обязательным ритуалом выживания.

Тэхён стоял на самом верху мраморного крыльца. Было очевидно, что он ждал именно их экипаж: едва дверца распахнулась, он тут же направился навстречу.

После обмена положенными приветствиями герцог Бёнхон лишь понимающе улыбнулся на просьбу лорда Кима лично сопроводить Дженни в бальный зал.

Перед тем как отпустить руку дочери, герцог нагнулся к Тэхёну и негромко, так, чтобы слышали только они, произнёс:
- Моя дочь всё ещё слаба после того несчастья, лорд Ким. Не нужно на неё давить.

Тэхён кивнул с предельной серьезностью, в его глазах читалось искреннее уважение.

- Вам не о чем волноваться, герцог. Я буду оберегать её покой.

Удовлетворенный ответом, герцог Бёнхон поправил парадный мундир и отправился вглубь дворца к королю, оставив молодых людей наедине.

В самом зале, чуть поодаль от входа, стоял Чонгук. Сжимая в пальцах бокал с вином, он делал вид, что слушает щебетание Айрин, которая буквально не давала ему вздохнуть.

Принц чувствовал, как внутри него закипает глухое раздражение. Он до смерти устал от её навязчивости, от этого вечного присутствия за плечом. В какой-то момент в голову даже пришла шальная мысль - а не найти ли себе невесту прямо сейчас? Просто жениться, чтобы прекратить этот цирк, хотя подобные планы никогда не входили в его повестку. Или, что было бы ещё лучше, выдать саму Айрин замуж за кого-нибудь лорда и отправить подальше от столицы.

Когда Тэхён подвёл Дженни, чтобы поздороваться, Чонгук поймал себя на уколе странной, несвойственной ему зависти. Не к титулу или статусу, а к тому, с какой нескрываемой нежностью и искренним восхищением его лучший друг смотрел на свою спутницу.

- А где же леди Лалиса? - с приторным интересом спросила Айрин, хищно осматривая прибывшую гостью.

- Ей нездоровится, - спокойно и сухо ответила Дженни, не отводя взгляда.

- О, да, - Айрин коротко усмехнулась в веер. - После её надрывного кашля ей бы точно стоило поберечься и не выходить из дома. Бедняжка выглядела так, будто каждый вдох даётся ей с трудом.

- Кашля? - безучастно, почти лениво уточнил Чонгук, не переводя взгляд с толпы.

- С сестрой такое бывает, Ваше Высочество, - мягко пояснила Дженни, стараясь не выдать внутреннего напряжения.

- Ясно, - принц сделал глоток вина, вновь теряя интерес к разговору. Опять лжёт. Чтож, от неё не  чувствуется угроза, поэтому он решил не обращать внимание на эту, не понятную ему, черту характера юной леди.

Айрин же внутренне напряглась. Эта Дженни Ли не была похожа на ту испуганную старшую сестру, какой она её запомнила несколько дней назад. В её осанке и манере отвечать появилось нечто новое - уверенность, которая никак не вписывалась в образ наивной девчонки.

Заиграли первые аккорды и Тэхён пригласил Дженни на танец.
К её удивлению, он вёл себя безупречно: не настаивал на сложных темах, не задавал лишних вопросов. Он просто вёл её в танце, наслаждаясь её близостью, и это безмолвное внимание подействовало на Дженни лучше любого успокоительного. Она постепенно расслабилась, позволяя музыке увлечь себя.

Чонгук же весь вечер только и делал, что методично отклонял предложения Айрин потанцевать, ссылаясь на усталость после похода.

В разгар вечера церемониймейстер громко объявил о прибытии гостей из южных земель. В зал вошёл герцог Хан Минхо в сопровождении своей жены и  дочери. Они чинно склонились перед троном.

Король, заметно оживившись, подозвал сына жестом, чтобы представить своего давнего и верного союзника. Чонгук поставил бокал на поднос проходящего слуги и направился к отцу, понимая, что официальная часть праздника только начинается.

                                * * *

Дженни стояла чуть в стороне от эпицентра событий, прислонившись к прохладной мраморной колонне. Тэхён, как и подобало его статусу, находился в кругу короля и принца, участвуя в церемонном приеме южных гостей.

Музыка в зале стала тише, уступая место гулу голосов, но для Дженни всё вокруг вдруг замерло.

"Сохи."

Это имя ударило в сознании колокольным звоном. Как она могла забыть? Вот она - та самая Сохи, чья красота должна была покорить сердце холодного принца и направить сюжет в мирное русло. В глазах Дженни вспыхнул живой, лихорадочный блеск.

Впервые за всё время пребывания в этом мире тяжелый камень, давивший на грудь, начал крошиться.

«Наконец-то, - пронеслось в её голове, и губы непроизвольно тронула легкая улыбка. - Наконец мы можем перестать оглядываться. Можно просто жить, дышать, не вздрагивать от каждого шороха и не ждать смерти за углом. Чонгук нашел свою судьбу».

- Давно не виделись, - раздался рядом мягкий, мелодичный голос.

Дженни вздрогнула и резко обернулась.

Перед ней стояла молодая леди с аристократичной осанкой и добрым, лучистым взглядом. На мгновение Джен напряглась, лихорадочно перебирая обрывки памяти, пока поток чужих воспоминаний не накрыл её теплой волной.

"Джису."

Дочь графа, единственная подруга, с которой прежняя Дженни могла говорить часами, не боясь осуждения.

- О, леди Джису! - искренне улыбнулась Дженни, чувствуя, как напряжение окончательно покидает плечи. - Я так рада встрече. Прости мою рассеянность, этот бал немного... ошеломляет.

- А как я рада! - Джису легонько коснулась её веера своим. - Но где же Лалиса? Я все глаза проглядела, надеясь наконец увидеть вас двоих. С ней всё хорошо?

- Да, ничего страшного, - быстро ответила Дженни, стараясь не выдать облегчения. - Просто лёгкая слабость.

- Да, очень жаль, - вздохнула Джису, и в её голосе прозвучало искреннее огорчение. - Она и так совсем не посещает балы. Скоро мы забудем, как выглядит её лицо.

- Это правда, - Дженни развела руками. - Лалиса не очень любит шумные места. Ей милее тишина библиотеки или нашего сада.

- Зря, - Джису заговорщицки подмигнула. - Молодость не продлится вечность, а во дворце сейчас происходят такие интересные вещи.

- Ты права, - согласилась Дженни, мельком взглянув на Чонгука, который в этот момент вежливо склонился перед Сохи.

- Собственно, у меня есть повод для нашей скорой встречи, - продолжала Джису, её глаза сияли. - Я хотела пригласить вас на мою помолвку через неделю. Конечно, я отправлю официальное приглашение в поместье, но мне было важно сказать это тебе лично. Надеюсь, вы почтите наше торжество своим присутствием?

- Мы придём с огромным удовольствием, - Дженни едва сдержалась, чтобы не обнять подругу.

Сейчас эта новость казалась ей лучшим подарком. Больше не нужно было прятаться в четырех стенах. Теперь, когда «главная пара» книги наконец встретилась, сёстры Ли могли выйти из тени и жить обычной, по меркам этого мира, жизнью.

- Похоже, Его Высочеству приглянулась леди из южных земель, - Джису кивнула в сторону принца, за чьим разговором с леди Сохи сейчас наблюдала вся знать.

- Видимо, - ответила Дженни, стараясь скрыть ликование в голосе.

«Очень на это надеюсь», - мысленно добавила она.

Она посмотрела на Тэхёна, который о чём-то переговаривался с королем, и впервые за долгое время почувствовала, что этот мир не так уж и враждебен.

Если Чонгук заберёт Сохи во дворец, а Тэхён продолжит дарить цветы, возможно, их с Лисой новая жизнь действительно станет сказкой, а не триллером.

Бал продолжался, но для Дженни он перестал быть полем битвы. Она наблюдала за тем, как Сохи грациозно поддерживает беседу с Чонгуком, как король довольно кивает, глядя на эту пару, и как Айрин, не в силах скрыть своего поражения, медленно отступает в тень колонн.

​«Вот и всё, - думала Дженни, потягивая прохладный лимонад. - Роли распределены. Главная героиня на месте, а мы с Лисой... мы просто гости на этом празднике жизни».

​Джису продолжала увлеченно рассказывать о деталях своей предстоящей помолвки - о том, какой шёлк заказан для платья и какие музыканты будут приглашены. Дженни слушала ее с искренним интересом, наслаждаясь этой нормальной, человеческой болтовней. Впервые за долгое время она не искала в словах собеседницы двойного смысла или угрозы.

                                * * *

Король и герцог Бёнхон стояли в отдалении от шумящего зала, выбрав место в тени тяжелых бархатных портьер. Со стороны могло показаться, что старые друзья просто ведут праздную беседу, но их позы были напряжены, а голоса звучали так тихо, что каждое слово тонуло в звуках оркестра.

- И как она сейчас? - спросил король, не сводя взгляда с кружащихся пар, но думая совсем о другом.

- Намного лучше, - ответил Бёнхон, и в его голосе проскользнула странная, почти суеверная нотка. - Я бы сказал... она теперь совсем другой человек. Сильнее, решительнее. Словно падение в ту реку выжгло в ней всё лишнее.

Король медленно повернул голову к другу, и его глаза сузились.
- Значит, всё-таки лёд?

- Да, - герцог тяжело вздохнул, и на мгновение его лицо осунулось. - И лёд очень сильный. Такой мощи я не видел уже десятилетия. Она сама ещё не до конца понимает, чем владеет, но холод уже прорывается наружу. Но он ей подчиняется, что очень хорошо.

Король прикрыл глаза, словно пытаясь переварить услышанное. Пазл, который они складывали годами, наконец начал обретать свои истинные, пугающие очертания.

- Получается, её отец... со Снежной планеты.

- Похоже на то, - кивнул Бёнхон, неосознанно коснувшись рукояти своего меча. - И, судя по всему, не последний человек в тех землях. Магия крови настолько чиста и сильна, что сомнений не остается. Ты и сам знаешь, у кого рождается такой первородный и могущественный дар.

Повисла тяжёлая пауза. Король крепче сжал набалдашник своего жезла, костяшки его пальцев побелели.

- Да, знаю... Но почему они за ней не пришли за столько лет? Как они могли оставить ребёнка такой крови здесь, в Иллирии? Или она... - он запнулся, голос его дрогнул, - так и не рассказала ему о дочери?

Герцог покачал головой, в его взгляде отразилась давняя, незаживающая боль.

- Я не знаю. Она ведь ничего не сказала перед своим исчезновением. Унесла эту тайну с собой, оставив мне лишь этот вечный страх за её жизнь.

Друзья замолчали, глядя на танцующих, среди которых не было той, о ком они говорили. Но оба понимали: если Снежный мир узнает, какая сила проснулась в поместье Ли, тихие дни Иллирии могут закончится навсегда.

                                * * *

Чонгуку, как наследнику престола, по всем законам гостеприимства и долга полагалось взять на себя сопровождение дочери южного герцога. В сложившейся ситуации он видел в этом даже определённое облегчение: пока он был занят официальной гостьей, Айрин была вынуждена держаться на расстоянии.

Она стояла в стороне, едва скрывая раздражение за натянутой улыбкой, и это давало Чонгуку редкую передышку от её навязчивого внимания.

Сохи оказалась личностью весьма незаурядной. В отличие от столичных леди, чьи слова всегда были тщательно выверены и пропитаны скрытым смыслом, она была удивительно открытой. Её смех - звонкий и искренний - то и дело раздавался в зале, заставляя суровых гвардейцев невольно улыбаться.

Она рассказывала смешные истории о жизни на юге, о диких степях и морских походах, и Чонгук поймал себя на мысли, что с ней действительно легко разговаривать.

Однако была и обратная сторона её обаяния. В каждом жесте Сохи, в каждом её слове сквозила чрезмерная самоуверенность. Она вела себя так, будто весь мир уже лежал у её ног, и порой это граничило с бесцеремонностью.
Она не спрашивала - она утверждала; не просила - а брала то, что считала своим по праву.

Эта черта её характера немного отталкивала Чонгука. Он ценил силу духа, но Сохи порой напоминала буйный южный ветер, который не знает преград и не считается с чужими границами.

На фоне её напористости он невольно обратил внимание на тихую и спокойную старшую дочь герцога Ли, что танцевала с Тэхёном, и это мимолётное сравнение заставило его на мгновение потерять нить разговора.

- Вы меня совсем не слушаете, Ваше Высочество? - Сохи иронично вскинула бровь, заметив его задумчивость. - Или же вам совсем не интересно?

Чонгук лишь слегка улыбнулся, возвращая себе маску вежливого хозяина.

- Простите, леди Сохи. Просто ваш рассказ заставил меня задуматься о том, как сильно различаются наши края.

Тэхён, кружась в танце с Дженни, не спускал глаз с друга. Видеть Чонгука, зажатого между протоколом и бьющей через край энергией южанки, было для него лучшим развлечением за весь вечер. Выбрав момент, когда музыка стихла, и пары начали переходить к фуршетным столам, Тэхён осторожно направил Дженни в сторону «королевского союза».

- Ваше Высочество, леди Сохи, - Тэхён склонился в безупречном поклоне, но в его глазах плясали черти. - Какая редкая гармония! Вы так увлечённо беседовали, что я побоялся, не решит ли наш принц прямо сейчас уехать в южные степи. Леди Сохи, вы совершили чудо - Чонгук не смотрел на время уже целых десять минут.

Принц бросил на Тэхёна взгляд, обещавший как минимум внеочередной наряд на западной границе, но промолчал.

- О, лорд Тэхён, - Сохи рассмеялась, ничуть не смутившись. - Я просто объясняла принцу, что его столица слишком тихая. Нам на юге нужно больше огня, а Его Высочество кажется мне... весьма огнеупорным.

Тэхён хохотнул и перевел взгляд на Чонгука, наслаждаясь его невозмутимостью.

- Огнеупорный - это мягко сказано. Он скорее кусок льда, который забыли на солнце. Но вы, я вижу, отлично справляетесь с его разморозкой. Чон, ты выглядишь таким... вдохновлённым.

- Тэхён, - голос Чонгука был тихим и опасно ровным, - разве ты не обещал леди Дженни показать оранжерею? Мне кажется, её общество сейчас гораздо полезнее для твоего красноречия, чем моё.

- Намёк понят, - Тэхён заговорщицки подмигнул другу. - Оставляю вас. Не дайте ему заскучать, леди. А ты, Чонгук, держись. Южный ветер - это тебе не чудище магией жечь, тут нужна выдержка.

Уводя Дженни подальше от испепеляющего взгляда принца, Тэхён тихо рассмеялся:
- Видели его лицо?

Дженни улыбнулась, чувствуя, как напряжение окончательно уходит. На фоне этой шумной и яркой южанки её собственная «тихая роль» казалась ей настоящим спасением. Она украдкой взглянула на Тэхёна - он был всё так же внимателен, и в его стёбе над другом не было ни капли злобы, только та самая крепкая дружба.