38. Как большой пушистый пельмень
«Каэль»
Прошло ещё три месяца. Неделю назад мы снова были у доктора, и тот наконец-то официально подтвердил: первый, самый критический триместр позади, и нашему малышу сейчас ничего не угрожает. Все показатели в норме, угрозы нет.
Но для меня это ровным счётом ничего не изменило.
Врач может говорить всё, что угодно, сдавать сотни анализов и заверять, что режим повышенной секретности можно снять.
Но для меня оберегать, опекать и ухаживать за Мелиссой — это не просто медицинская рекомендация. Это мой личный, абсолютный долг. Мой самый главный внутренний закон, который я никогда не нарушу.
Пока этот маленький человечек растёт внутри неё, да и после того, как он родится, я не расслаблюсь ни на секунду.
Сегодня суббота, утро. Я проснулся, как обычно, раньше неё. Мелисса мирно спит, смешно уткнувшись носом в подушку и закинув на меня ногу.
Её животик уже стал чуть-чуть округляться — едва заметно для чужих глаз, но я-то вижу эту перемену каждую секунду.
Я аккуратно, стараясь не разбудить свою Сирену, убираю прядь волос с её лица и целую в висок.
Лиам и мои ребята перевернули весь город, но не нашли того ублюдка, который залез к нам два месяца назад — теперь периметр нашего дома охраняется так, что туда даже мышь не проскочит без моего ведома.
Безопасность Мелиссы — это база.
Но моя забота сейчас в другом.
Я тихо выбираюсь из кровати, натягиваю штаны и иду на кухню. На повестке дня — правильный, полезный завтрак для моей капризной беременной девочки. Никакой контрабандной паприки.
Только свежие фрукты, тосты и её любимый травяной чай. И пусть только попробует поспорить — я найду способ заставить её съесть всё до последней крошки. Зацелую, пока не сдастся.
Свадьбу мы в итоге решили отложить. Точнее, Мелисса категорически отрезала:
«Поженимся только после того, как родится малыш».
Причина? Моя упрямая девочка наотрез отказалась выходить к алтарю с животом. Она хочет быть самой красивой, хочет идеальное по фигуре платье и — цитирую — «в конце концов, нормально напиться на собственной свадьбе, а не пить детское шампанское под надзором мафиозного диктатора».
Все мои аргументы, все мои слова о том, что она и сейчас самая красивая женщина на этой планете, просто разбиваются о её железную женскую логику. Не действуют, и всё тут. На любое моё «Ангел, ты прекрасна» она просто смотрит на меня своим фирменным взглядом, в котором читается: «Каэль, ты ничего не понимаешь в свадебных платьях, помолчи».
Я только усмехаюсь про себя, расставляя тарелки с завтраком на подносе. Хотят после родов — будет после родов. Я готов ждать сколько угодно, лишь бы моя Сирена была счастлива. Главное, что она уже моя, здесь, в моей постели, носит моего ребёнка, и никакие штампы в паспорте этого не изменят.
Хотя, признаться, мысль о том, как она будет выглядеть в белом платье, заставляет моё сердце биться чуть быстрее.
Я беру поднос, возвращаюсь в спальню и толкаю дверь ногой. Мелисса как раз начинает шевелиться под одеялом, сладко потягиваясь.
— Доброе утро, будущая миссис, которая мечтает напиться, — с усмешкой говорю я, ставя поднос ей на колени и наклоняясь, чтобы поцеловать её в губы. — Твой полезный завтрак подан. И даже не думай спорить.
Мелисса сладко зажмурилась, втягивая носом воздух, и на её губах расплылась довольная улыбка. Все её утренние капризы испарились в ту же секунду, стоило ей увидеть поднос.
— Мммм, как вкусно пахнет! — протянула она сонной хрипотцой, которая всегда действовала на меня как разряд тока.
Она поудобнее устроилась на подушках и похлопала ладошкой по своему уже аккуратно округлившемуся животику. — Мы ужасно проголодались. Да, малыш? Папочка сегодня превзошел сам себя.
Посмотрев на эту картину, я почувствовал, как внутри разливается глухое, собственническое тепло. Мы. До сих пор не могу привыкнуть к этому слову, но каждый раз, когда она говорит о них во множественном числе, у меня в груди что-то переворачивается.
— Рад, что угодил обоим моим прожорам, — усмехнулся я, садясь на край кровати и пододвигая поднос ближе к ней. — Давай, налегай. Нам нужны витамины.
Я взял с тарелки сочную дольку клубники и поднёс к её губам. Мелисса послушно перехватила её, забавно зажмурившись от удовольствия, а я поймал себя на мысли, что готов всю жизнь вот так носить ей завтраки в постель, лишь бы она улыбалась.
И плевать на весь синдикат, разборки и дела — пусть весь мир подождёт, пока моя маленькая семья завтракает.
— Итак, какой у нас план на сегодня? — Мелисса задорно блеснула глазами, отправляя в рот кусочек тоста, и выжидающе уставилась на меня.
Я сыто улыбнулся, откидываясь на подушки и закидывая руки за голову. Мне чертовски нравилось то, что я собирался ей сказать.
— Все дела сегодня сделает Лиам, — лениво протянул я, наблюдая за её реакцией. — Так что, ангел, я весь твой. На ближайшие двадцать четыре часа я официально в отпуске.
Мелисса замерла с кружкой чая в руках. Вместо ожидаемого восторга на её лице вдруг появилось странное, задумчивое выражение.
Она опустила кружку на поднос, прищурилась и внимательно посмотрела на меня.
— Кай... — мягко, но с явным намёком начала она. — А тебе не кажется, что ты немного засиделся дома?
Я даже опешил на секунду. Нахмурился, переводя взгляд с неё на её пока ещё аккуратный живот.
— В смысле «засиделся»? — переспросил я, и в моем голосе прорезались привычные хозяйские нотки. — Я контролирую безопасность своей семьи, Мел. И если я хочу провести день со своей беременной женщиной, весь синдикат подождёт. Лиам за это деньги получает.
— Синдикат-то подождёт, — вздохнула она, пряча усмешку. — Но твои люди скоро начнут думать, что их грозного босса похитила и удерживает в заложниках гормональная фурия. Ты проверяешь, что я ела, каждые полчаса, Кай! Тебе нужно подышать воздухом и съездить в офис, пока ты не начал контролировать количество моих вдохов.
— Если нужно, буду контролировать, маленькая, — отрезал я, сузив глаза. — И количество вдохов, и каждую съеденную крошку. Это моя работа.
Я подался вперёд, нависая над ней и забирая пустую кружку, чтобы она случайно её не опрокинула.
Мой голос звучал глухо, с той самой непреклонной уверенностью, к которой привыкли все мои подчинённые, но для Мелиссы в нём всегда оставалась чарующая мягкость. Я не собирался оправдываться за то, что трясусь над ней. После той ночи, когда в наш дом залезли, я вообще спал вполовину глаза.
Мелисса вздохнула, ставя поднос на прикроватную тумбочку, и потянулась ко мне.
Она мягко положила свои ладошки мне на грудь, заглядывая прямо в душу своими умными, тёплыми глазами.
— Но, Кай... ты не можешь вечно быть рядом, — тихо, но настойчиво произнесла она, поглаживая мои татуировки. — Тебе нужно отвлечься. Я же вижу, как ты напряжён. Не знаю... съезди, попей виски с Лиамом в клубе, поговори о ваших мужских делах. Да и в офисе, думаю, точно есть дела, которые нуждаются именно в твоём личном присутствии, а не в звонках по телефону.
Она сделала паузу, хитро улыбнувшись, и добавила:
— Со мной ничего не случится за несколько часов. Дом похож на военную базу, охрана на каждом шагу. Дай мне хоть сериал спокойно посмотреть без твоего сурового взгляда, оценивающего полезность моего досуга.
Я недовольно хмыкнул, но её слова попали в цель. Дела в синдикате действительно требовали моего личного разбора — Лиам хоть и справлялся, но некоторые контракты подписывать должен был лично босс. Да и выпить с ним хорошего бурбона и скинуть это вечное, давящее напряжение последних месяцев мне бы не повредило.
— Пытаешься избавиться от меня, Сирена? — я перехватил её за талию, притягивая ближе и утыкаясь носом в её шею, вдыхая родной запах. — Ладно. Я съезжу в офис. Пересчитаю парням рёбра, чтобы не расслаблялись. Но если через три часа я вернусь, а ты не доела фрукты... пеняй на себя.
— Вот и славно, муженёк, — Мелисса весело фыркнула, поудобнее устраиваясь среди подушек и натягивая одеяло до подбородка.
— Со мной — точнее, с малышом — ничего не станется, я обещаю.
Её слова, сказанные с такой лёгкостью, заставили меня резко замерять у края кровати. Улыбка мгновенно исчезла с моего лица. Я развернулся и посмотрел на неё сверху вниз — тяжело, пристально, так, что её весёлый настрой тут же испарился.
Я снова опустился на матрас, и кровать прогнулась под моим весом. Схватив её за подбородок, я мягко, но крепко заставил её поднять голову и посмотреть мне прямо в глаза.
— Перестань это делать, Мел, — глухо, с затаённой болью в голосе произнёс я.
— Перестань говорить так, будто вся моя забота и этот грёбаный страх связаны только с ребёнком.
Она удивленно моргнула, а я подался ближе, почти касаясь её губ своими, чтобы она прочувствовала каждое моё слово.
— Я схожу с ума не только из-за того, что ты носишь моего наследника. Я схожу с ума из-за тебя. Если бы внутри тебя не было малыша, я бы точно так же выставил три кордона охраны и проверял каждый твой вздох. Ты — моя женщина, моя Сирена. И твоя безопасность для меня на первом месте. Ты поняла меня?
Мелисса затихла, всматриваясь в глубину моих глаз, и я увидел, как её зрачки расширились, а на щеках проступил нежный румянец. Моё признание попало в цель.
— Поняла, — тихо, почти благоговейно выдохнула она.
— Вот и отлично, — я наконец отпустил её подбородок и запечатлел на её губах долгий, собственнический поцелуй. — Телефон держи при себе. Скоро буду.
Я поднялся с кровати и направился в гардеробную. На душе было странное чувство: с одной стороны, не хотелось оставлять Мелиссу ни на секунду, с другой — внутри уже просыпался привычный, холодный и собранный босс синдиката.
Пора было стряхнуть с себя домашнюю расслабленность.
Я накинул свежую белую рубашку, привычно застегнул пуговицы на манжетах и потянулся к вешалке с галстуками, выбирая строгий темный шелк.
В этот момент за спиной послышались тихие, мягкие шаги.
Развернувшись, я увидел Мелиссу. Она стояла в дверном проеме гардеробной — заспанная, в моей просторной футболке, которая едва прикрывала её бедра и забавно обтягивала округлившийся животик.
— Дай сюда, — тихо улыбнулась она, подходя ближе и забирая галстук из моих рук.
Я послушно замер, слегка наклонив голову, чтобы ей было удобнее. Мелисса накинула шелковую ленту мне на шею, заставив меня сделать шаг вперед, почти вплотную к ней. Её пальцы, аккуратные и теплые, ловко начали завязывать сложный узел.
Она делала это сосредоточенно, чуть прикусив нижнюю губу, а я просто не мог оторвать от нее взгляда. Моя ладонь сама собой опустилась ей на талию, притягивая к себе, чувствуя, как внутри нее бьется еще одна маленькая жизнь.
— Не слишком туго? — спросила она, аккуратно затягивая узел у самого воротника и разглаживая ладонями лацканы моего пиджака.
— В самый раз, ангел, — глухо ответил я, перехватывая её пальцы и целуя их по очереди. — Ты провожаешь меня так, будто я ухожу на настоящую войну.
— Для меня любая твоя поездка в офис — это война, Кай, — она подняла на меня свои серьезные глаза. — Возвращайся побыстрее. Мы будем ждать.
— Одна нога там, другая тут, — с усмешкой сказал я, перехватывая её за талию и вовлекая в короткий, но глубокий, обещающий поцелуй.
Оторвавшись от её губ, я не спеша опустился на одно колено прямо перед ней. Мелисса тихонько охнула и запустила пальцы в мои волосы, сверху вниз наблюдая за мной с затаённой нежностью.
Я бережно положил ладони на её округлившийся животик, чувствуя кожей его мягкое тепло. Вся моя мафиозная жестокость, вся власть и сила сейчас не стоили и цента — вся моя вселенная сжалась до размеров этой комнаты.
Я прижался губами к тонкой ткани футболки, оставляя долгий, трепетный поцелуй прямо там, где росло наше общее будущее.
— Скоро буду, малыш. Слушайся маму и не вредничай, — негромко прошептал я, чувствуя, как внутри всё переворачивается от глухой, затопившей меня любви.
Поднявшись на ноги, я в последний раз взглянул на Мелиссу, которая ласково улыбалась мне, прижав руку к щеке. Больше я не колебался.
Развернувшись, я уверенным шагом вышел из гардеробной, на ходу доставая телефон, чтобы вызвать машину. Пора было разобраться с делами в городе и поскорее вернуться назад. К моей семье.
Дорога до офиса заняла чуть меньше получаса. Мой бронированный внедорожник летел по улицам города, а я всю дорогу прокручивал в голове утренние минуты с Мелиссой.
Но стоило машине затормозить у главного входа в стеклянную высотку нашего синдиката, как я мысленно щелкнул тумблером. Домашний, заботливый Кай остался там, за высокими воротами особняка.
Здесь я снова был боссом, которого боялись и подчинялись беспрекословно.
Охрана на входе вытянулась в струнку, едва я перешагнул порог. Поднявшись на верхний этаж на персональном лифте, я толкнул тяжелую дубовую дверь своего кабинета.
Лиам уже был там. Он сидел в кресле у панорамного окна, изучая что-то в планшете, но стоило мне войти, как он тут же поднялся.
На его лице читалась привычная собранность, смешанная с легким напряжением — он прекрасно знал, в каком настроении я уезжал из дома два месяца назад после того налета, и понимал, что шутить со мной сейчас никто не станет.
Я прошел за свой массивный стол, на ходу расстегивая пуговицу пиджака, и сел, сцепив пальцы в замок. Взгляд мой был холодным и прямым.
— Лиам, — вместо приветствия глухо произнес я. — Начнем с главного. Есть какие-то новости по поводу того ублюдка, который ворвался в мой дом?
Лиам тяжело вздохнул и качнул head, убирая планшет в сторону. Он не стал юлить — знал, что я ценю только горькую правду.
— По нулям, Кай, — прямо ответил он. — Тот выродок сработал профессионально, на камерах по периметру — только размытый силуэт в черном. Ни отпечатков, ни зацепок на стеллаже. Но мы ищем. Я поднял всех наших людей на уши, проверяем каждый подпольный притон, трясем мелких воришек и информаторов. Если этот смертник еще в городе — мы его достанем. Это лишь вопрос времени.
Я почувствовал, как внутри снова начинает закипать та самая контролируемая ярость.
— У вас мало времени, Лиам, — процедил я, и мой голос прозвучал как удар хлыста. — Этот кусок дерьма напугал Мелиссу. Он заставил меня дергаться за безопасность моей семьи. Переверните этот город вверх дном, но найдите мне его. Мне нужно имя заказчика.
Тяжёлую тишину кабинета прервал уверенный стук в дверь, и секундой позже на пороге появился Амир. Отец Мелиссы, как всегда, выглядел безупречно — статная осанка, дорогой костюм и этот проницательный, всё видящий взгляд человека, который слишком долго управляет людьми.
Увидев меня в кресле, он искренне удивился и приподнял седую бровь.
— Каэль? Какие люди, — Амир прошёл вглубь кабинета, вальяжно опустившись в свободное кресло напротив моего стола. — Что тебя заставило прийти сюда? Я думал, ты теперь безвылазно сидишь в своём поместье, карауля каждый шаг моей дочери.
Лиам тактично кивнул нам обоим и бесшумно вышел из кабинета, оставив нас наедине. Я откинулся на спинку кресла, и на моём лице сама собой появилась тяжёлая, но тёплая усмешка.
— Ваша дочь, Амир, — выдохнул я, качая головой. — Она буквально выпроводила меня из дома, сказав, что я достал её своей заботой. Заявила, что я засиделся, и отправила пить виски с Лиамом и разгребать дела синдиката.
Амир на секунду замер, а затем в кабинете раздался его громкий, искренний смех. Было видно, что в этот момент он узнал в Мелиссе её мать — такую же упрямую и независимую женщину, которая никогда не боялась указывать сильным мужчинам на дверь, если те перегибали палку.
— О, верю, охотно верю! — отсмеявшись, Амир добродушно покачал головой, и в его глазах блеснула гордость. — Узнаю характер моей девочки. Если она решила, что ей нужно личное пространство, спорить с ней бесполезно, даже если ты босс всей мафии. Ну и как, Каэль? Надолго тебя хватит здесь, в офисе, прежде чем ты сорвёшься обратно проверять, доела ли она свои фрукты?
Я тяжело вздохнул и потёр переносицу, чувствуя, как маска хладнокровного босса на мгновение дала трещину. Перед Амиром мне не нужно было притворяться железным. Он был отцом Мелиссы, и его беспокойство за неё было не меньше моего.
— Да не знаю, Амир, — глухо ответил я, качая головой. — Я уже на иголках весь. Переживаю. Лиам никак не может найти того ублюдка, который в дом пробрался. Три месяца прошло, а зацепок почти нет. Я места себе не нахожу, потому что непонятно, чего он вообще хотел и кто его послал.
Я подался вперёд, опершись локтями о стол, и посмотрел на Амира в упор. В моих глазах снова заметался тот самый дикий, загнанный страх, который я так тщательно скрывал от Мелиссы.
— Одно дело, если это был обычный воришка-смертник, который просто ошибся адресом. Но если это заказ? Если целились в меня, или, что ещё хуже, кто-то пронюхал про беременность Мел и бьёт по моему самому слабому месту? Я не могу расслабиться, Амир. Физически не могу. Каждая минута, проведённая вне дома, кажется мне предательством.
Амир резко посерьёзнел. Весёлость сошла с его лица, уступив место суровому выражению старого волка. Он внимательно выслушал меня, понимающе кивнул и крепко сжал пальцы на подлокотниках кресла.
— Понимаю тебя, Каэль, — хмуро произнёс он, и его голос приобрёл опасный, леденящий оттенок. — На твоём месте я бы тоже рвал и метал. Речь идёт о моей дочери и моём будущем внуке. Раз Лиам не справляется один, я подключу своих старых информаторов. Мы перевернём этот город, Каэль. Тот, кто посмел напугать Мелиссу, уже покойник, он просто об этом ещё не знает.
Мы поговорили с Амиром ещё минут двадцать, обсудили пару старых каналов поставщиков и решили, что его люди подключатся к поискам незамедлительно.
Старик был настроен решительно, и это немного умерило мою паранойю. Но стоило ему выйти из кабинета, как рука сама потянулась к телефону. Вытерпеть дольше я просто физически не мог.
Я набрал её номер, слушая длинные гудки, и почувствовал, как сердце делает привычный кульбит, когда на том конце провода наконец раздался её голосок.
— Ангел, ну как ты там? — спросил я, откидываясь на спинку кресла и непроизвольно смягчая голос. Вся моя суровость слетела в один миг.
В трубке послышался её тихий, весёлый вздох. Я прямо спиной почувствовал, как она закатила глаза на том конце провода.
— Каэль, прошло всего два часа! — шутливо пожурила она меня, но в её тоне слышалась довольная улыбка. — Со мной всё в порядке. Я хорошо поела, честно-честно, доела все фрукты, которые ты мне оставил. А теперь сижу на диване и смотрю сериал. Малыш ведёт себя тихо, так что можешь выдохнуть.
Я прикрыл глаза, слушая её размеренное дыхание, и поймал себя на том, что глупо улыбаюсь, глядя в окно на серый город.
— Хорошо поела — это отличная новость, — хмыкнул я, барабаня пальцами по столу. — Какой сериал? Надеюсь, там нет сопливых драм, от которых ты снова начнёшь плакать и винить во всём мои гены? И охрана... ты же не выходила на задний двор без сопровождения?
В трубке раздался её короткий, заливистый смех, от которого у меня внутри сразу потеплело.
— Нет, Каэль, успокойся, — весело ответила она. — Я сижу на месте, вообще не двигаюсь и смотрю комедию. Никаких драм, никаких слёз, обещаю.
Я на секунду завис, переваривая её слова, и мои брови сами собой поползли вверх. Внутренний контролёр тут же забил тревогу, но уже по другому поводу.
— В смысле «не двигаешься»? — нахмурился я, выпрямляясь в кресле. — Мел, тебе нельзя просто сидеть сиднем два часа подряд. Доктор же говорил, что нужно немного двигаться, кровь разгонять. У тебя же всё затечёт! Ноги затекут, спина заболит.
— О боже, Кай! — простонала она в трубку, но я слышал, что она едва сдерживает смех. — Два часа назад ты переживал, что я слишком много хожу, а теперь — что я слишком много сижу! С тобой просто невозможно угодить.
— Я забочусь о твоём комфорте, ангел, — абсолютно серьёзно отрезал я, хотя на губах уже играла слабая улыбка. — Так что давай, вставай, сделай небольшую разминку, пройдись по гостиной. И вообще, я уже закругляюсь с делами. Лиам получил пинка, так что я выезжаю домой. Хочу лично проверить, насколько сильно у тебя там всё затекло.
— Ой, мамочки, спасайте, ко мне едет ревизор, — картинно ужаснулась Мелисса, и я прямо физически представил, как она в этот момент забавно морщит носик. — Ладно, ладно, господин начальник, я встаю. Уже иду делать свои законные десять шагов до кухни за стаканом воды. Доволен?
— Буду доволен, когда увижу тебя лично, — хмыкнул я, уже застёгивая пиджак и собирая со стола документы. — Всё, маленькая, жди. Скоро буду. Целую.
— Целую, Кай. Аккуратнее на дорогах.
Я повесил трубку, и кабинет тут же показался мне пустым и холодным. Тревога, которая грызла меня с самого утра, наконец-то отпустила.
Её весёлый, живой голос действовал на меня лучше любого успокоительного. Она дома, в безопасности, сытая и довольная. Что ещё мне нужно для счастья?
Я быстрым шагом вышел из кабинета, на ходу бросив проходящему мимо Лиаму:
— Я домой. Все отчёты по поискам бросай мне на почту лично. Если появится хоть одна зацепка по тому ублюдку — звони в любое время дня и ночи.
— Понял, Каэль. Давай, езжай к своей семье, мы тут всё прикроем, — понимающе кивнул Лиам.
Спустившись на парковку, я сел за руль своего автомобиля. Охрана на двух машинах сопровождения уже ждала меня.
Я завёл двигатель, и мощный рокот мотора отозвался приятной вибрацией в груди. Дорога домой всегда казалась мне слишком долгой, но сегодня я собирался долететь туда быстрее ветра. Мне нужно было обнять мою упрямую Сирену и лично убедиться, что с ней и нашим малышом всё в абсолютном порядке.
Дорога до поместья заняла от силы минут двадцать — я выжал из машины всё, что мог, игнорируя любые правила. Охрана на въезде едва успевала открывать ворота.
Я зашёл в дом, на ходу скидывая пиджак и ослабляя тот самый галстук, который она мне утром завязала. В особняке стояла тишина, но едва я прошёл в глубь коридора, до меня донёсся умопомрачительный запах специй, жареного мяса и чего-то сладко-пряного.
Я нахмурился. Комедия, значит? Сидит на месте и не двигается?
Ступая совершенно бесшумно, я подошёл к арке, ведущей на кухню, и замер. Мелисса стояла у плиты. На ней всё ещё была моя огромная футболка, волосы были небрежно собраны в пучок на макушке, а в руках она держала большую деревянную лопатку, которой что-то увлечённо помешивала в сковороде.
Она тихонько напевала себе под нос какую-то мелодию из той самой комедии и забавно покачивала бёдрами в такт.
Её округлившийся животик упирался прямо в край столешницы.
Я прислонился плечом к косяку, скрестив руки на груди, и молча наблюдал за этой картиной. Внутри меня боролись два чувства: дикое, чисто эстетическое восхищение от того, как чертовски сексуально и по-домашнему она выглядит, и глухое ворчание моего внутреннего контролёра.
— И это называется «сижу на месте и не двигаюсь», ангел? — негромко, с напускной строгостью спросил я.
Мелисса от неожиданности вздрогнула, выронив лопатку прямо на чистую салфетку, и резко обернулась ко мне.
Её щеки раскраснелись от жара плиты, а в глазах на секунду мелькнул пойманный с поличным ребёнок. Но она тут же взяла себя в руки и независимо вскинула подбородок.
— Каэль! Ты почему так рано? — возмутилась она, упирая руки в бока. — И вообще, я двигаюсь! Ты же сам сказал, что у меня всё затечёт. Вот я и совмещаю приятное с полезным. Малыш захотел чего-то домашнего, а не от нашего шеф-повара.
— Малыш захотел, значит? — я медленно оттолкнулся от косяка и сделал шаг в её сторону, не сводя с неё глаз. — А спросить разрешения у того, кто за этого малыша головой отвечает, малыш не подумал?
Мелисса даже не шелохнулась. Наоборот, сделала шаг навстречу, словно принимая вызов, хотя из-за разницы в росте ей пришлось задрать голову.
— Каэль, не включай своего грозного босса, — фыркнула она, но в уголках её губ уже затаилась улыбка. — На работе командуй. А здесь у нас демократия. И вообще, посмотри на него, он полностью согласен с мамой.
Она демонстративно положила ладонь на свой животик.
Я вздохнул, признавая поражение, и подошёл вплотную. Вся моя напускная строгость испарилась, стоило мне почувствовать тепло, исходившее от неё, и этот сумасшедший домашний запах.
Я протянул руки, обнимая её со спины и аккуратно накрывая её ладонь своей. Второй рукой я аккуратно выключил плиту, от греха подальше.
— Демократия, говоришь? — тихо сказал я, утыкаясь носом в её шею, прямо за ухом, где кожа была особенно нежной и пахла лавандой.
— Я летел сюда так, словно у меня дом горит. Мои парни на въезде решили, что началась война. А ты тут устраиваешь кулинарное шоу.
Мелисса расслабилась в моих руках, откидывая голову мне на плечо. Её баловство сменилось мягким, едва заметным трепетом.
— Ты слишком много нервничаешь, Каэль. Тебе полезно переключаться, — тихо произнесла она, поворачивая голову так, чтобы встретиться со мной взглядом.
— Извини, что напугала. Но если бы я сидела в кресле ещё час, я бы просто сошла с ума. А так... посмотри, какое мясо. Ты ведь голодный?
Я посмотрел на сковороду, потом на её порозовевшие щёки, на растрепавшийся пучок волос, из которого выбилось несколько прядей. Мой внутренний контролёр окончательно признал капитуляцию и ушёл в глубокий нокаут.
— Чертовски голодный, — признался я, разворачивая её к себе лицом, так что её животик мягко упёрся в меня. — Но мясо подождёт. Отрабатывать свой самовольный кулинарный бунт будешь прямо сейчас.
Мелисса удивленно округлила глаза, но прежде чем она успела возмутиться, я перехватил инициативу и поцеловал её — глубоко, властно, заставляя забыть и про плиту, и про её независимый тон.
Она ответила с такой же страстью. Её ладони, мгновение назад упиравшиеся мне в грудь, скользнули вверх, путаясь в моих волосах и порывисто притягивая меня к себе ещё ближе.
Она приподнялась на цыпочки, полностью отдаваясь этому поцелую, и внутри меня всё окончательно вспыхнуло.
Весь этот долбаный день с его мёртвыми зацепками, бесконечным напряжением и страхом за неё просто сгорел в долях секунды.
Существовали только её поддающиеся губы, её судорожный выдох мне в рот и податливое, согретое жаром плиты тело. Я сильнее прижал её к себе, бережно, но собственнически очерчивая ладонью изгиб её поясницы, боясь и одновременно желая раствориться в ней целиком.
Когда воздух окончательно закончился, я нехотя отстранился, но не отпустил её, а лишь прижался своим лбом к её лбу. Мы оба тяжело и рвано дышали. Глаза Мелиссы потемнели, зрачки расширились, а покусанные губы влажно блестели.
— Ну и кто из нас Сирена? — хрипло выдохнул я, едва сдерживая дурную, абсолютно счастливую усмешку. — Ты со мной делаешь что-то ненормальное, Мел. Напрочь отшибаешь все мозги.
Она тихонько, победно рассмеялась, всё ещё перебирая пальцами короткие пряди на моём затылке.
— Это не я, это всё магия домашней кухни, муженёк, — парировала она, возвращая мне мою утреннюю подначку. Она скользнула взглядом по моей рубашке и вдруг забавно нахмурилась: — Ой, Кай... Кажется, я испачкала твою рубашку соусом, пока обнимала тебя.
Я мазнул взглядом по своей груди, где действительно красовался небольшой след от её испачканных в специях пальцев, и только отмахнулся. Послал бы я к чёрту весь свой гардероб, если бы она каждый раз встречала меня так.
— Плевать на рубашку, — я снова прижался губами к её виску, чувствуя, как внутри разливается глухое, умиротворяющее спокойствие. — Главное, что ты на месте. Так... что там у нас на ужин? Садись за стол, бунтарка, босс синдиката берёт кулинарный контроль на себя. Обслуживать свою беременную женщину я буду лично.
Когда с едой было покончено, Мелисса сыто вздохнула и откинулась на спинку стула. Она попыталась поправить край моей огромной футболки, которая и так еле прикрывала её бёдра, а потом вдруг перевела взгляд на свои джинсы, сиротливо лежащие на стуле в углу — те самые, в которые она безуспешно пыталась влезть ещё утром.
Она забавно надула губы, посмотрела на свой круглый животик, а потом перевела на меня обвиняющий, но чертовски милый взгляд.
— Ну вот, доелась, — картинно заворчала она, лениво поглаживая живот. — Каэль, я официально заявляю: я больше не умещаюсь вообще ни в одну свою вещь. Мои любимые платья трещат по швам, а в штаны я не могу протиснуть даже одну ногу!
Я приподнял бровь, сдерживая смешок:
— И кто же в этом виноват, ангел? Наверное, то количество углеводов, которое ты сейчас уничтожила?
— Нет, дорогой мой, в этом полностью виноват ты! — Мелисса ткнула в мою сторону маленьким пальчиком, изо всех сил стараясь выглядеть грозно. — Это твои гены, это твоя ненормальная опека и это ты заставляешь меня съедать тонны фруктов каждый день!
Посмотри на меня, я скоро буду похожа на колобка. И это исключительно твоя ответственность.
Я не выдержал и тихо рассмеялся.
Поднявшись со своего места, я обошёл кухонный остров, подошёл к ней вплотную и аккуратно потянул её за руки, заставляя встать со стула. Мелисса прижалась ко мне, всё ещё напускно дуясь.
— Я беру на себя всю вину, маленькая, — шепнул я, обнимая её за талию и собственнически оглаживая её округлившиеся бёдра под тонкой тканью футболки. — И, по-моему, ты выглядишь чертовски сексуально. Но раз уж это моя вина... завтра же утром мы полностью обновим твой гардероб. Я скуплю для тебя весь торговый центр, идёт? А пока ты можешь спокойно носить мои рубашки и худи. Тебе в них всё равно лучше, чем мне.
— Ой, началось! «Скуплю весь торговый центр», — Мелисса закатила глаза и упёрлась ладонями мне в грудь, но даже не подумала отстраниться. — Каэль, ты не понимаешь! Дело не в магазинах. Мне не нужны чехлы для танков, мне нужны мои любимые приталенные вещи! А в твоих худи я выгляжу так, будто ограбила рэпера.
Я прикусил губу, чтобы не заржать в голос. Видеть её такой сердитой и одновременно безумно милой было лучшим развлечением за весь день.
— Ангел, ты в моих вещах выглядишь так, что мне хочется запереть тебя в спальне и никуда не выпускать, — честно признался я, перебирая пальцами пряди, выбившиеся из её пучка.
— Ага, конечно, утешай меня теперь, — продолжила ворчать она, хотя румянец на её щёчках выдавал, что комплимент ей понравился. — Ты посмотри на эти пальцы! Они же как сосиски стали. А лицо? У меня скоро появится второй подбородок, Каэль! И это всё из-за твоих порций. Ты кормишь меня так, будто я должна перезимовать в тайге! Если я после родов не влезу в своё выпускное платье, я заставлю тебя самого его носить.
— Договорились. Если что — надену, — хмыкнул я, не выдержав, и коротко поцеловал её в надутые губы. — А теперь прекращай ворчать, бунтарка. Твой второй подбородок существует только в твоей очаровательной голове. Пошли в гостиную , пока ты не обвинила меня ещё и в глобальном потеплении.
Я подхватил её под бёдра и легко, несмотря на её возмущённый писк, подхватил к себе на руки.
Мелисса тут же обхватила мою шею, продолжая что-то бубнить мне прямо в ухо про «типичных мужчин, которые всё переводят в шутку», но уже крепко прижималась ко мне, затихая.
Мы устроились на огромном диване в гостиной. Естественно, смотреть комедию меня буквально заставили — я-то предпочитал криминальные хроники или, на крайний случай, финансовые новости, но против упрямого взгляда Мелиссы у меня не было ни единого шанса.
В итоге я сидел, откинувшись на подушки, а она уютно устроилась полубоком, положив голову мне на грудь. Моя ладонь привычно и неспешно поглаживала её животик под просторной футболкой.
На экране происходил какой-то абсурд, Мелисса тихонько хихикала, а я поймал себя на мысли, что смотрю не на телевизор, а на то, как подёргиваются её ресницы, когда она улыбается.
Вспомнив дневной разговор в офисе, я слегка наклонился и поцеловал её в макушку.
— Кстати, ангел, — негромко произнёс я, отвлекая её от экрана. — Твой отец звал нас завтра на семейный ужин. Ты как, хочешь идти? Если у тебя нет настроения или ты плохо себя чувствуешь, мы можем остаться дома, я всё улажу с Амиром.
Мелисса тут же повернула голову и посмотрела на меня снизу вверх, округлив глаза так, будто я предложил ей что-то невероятное.
— Еще спрашиваешь! Конечно да! — воскликнула она, и её лицо мгновенно просияло. — Я так по всем соскучилась, Кай! По папе, по нашему дому... Я уже целую вечность никого, кроме тебя и твоих грозных охранников, не видела.
Она приподнялась на локте, и в её глазах зажёгся такой искренний, детский восторг, что моё сердце снова пропустило удар.
— Наконец-то я выберусь в люди! — радостно защебетала она, но тут же осеклась, и её лицо снова приняло то самое забавное, ворчливое выражение. — Подожди... Мне же абсолютно нечего надеть! Каэль, мы едем к моей семье , а у меня из одежды — только твои огромные худи! Ты понимаешь, что мне завтра придётся совершить преступление и влезть в какое-нибудь платье, даже если оно на мне лопнет прямо за столом?
— Завтра мы поедем и купим тебе что-то новенькое, а вечером поедем на ужин. Идёт? — я улыбнулся, перехватывая её за талию и увлекая обратно на свои колени, чтобы она перестала паниковать.
Мелисса на секунду замерла, недоверчиво прищурившись, а затем её лицо озарила такая счастливая улыбка, что у меня в груди всё перевернулось.
— Ты серьёзно, Кай? — переспросила она, обвивая руками мою шею. — Прямо с утра? Мы выберем красивое платье, в котором я не буду выглядеть как облако?
— Самое лучшее платье, ангел, — пообещал я, целуя её в кончик носа. — Я же сказал, что решу этот вопрос. Утром заедем в закрытый бутик, выберешь всё, что тебе понравится, а оттуда сразу к Амиру. Так что твой кулинарный бунт полностью прощён.
— Ура! — выдохнула она и крепко, со всей силы обняла меня, уткнувшись носом мне в шею. — Ты лучший муж, Каэль. Даже когда включаешь своего занудного босса.
— Я запомню эти слова, маленькая, — тихо хмыкнул я, крепче прижимая её к себе и возвращая взгляд к телевизору.
Я с трудом продрал глаза, пытаясь сообразить, который час. За окном едва занимался рассвет, солнце только-только окрашивало горизонт в нежно-розовый цвет, а Мелисса уже вовсю тормошила меня за плечо.
— Кай, ну Кай, вставай! — настойчиво шептала она, нависая надо мной.
— Ангел, ты чего не спишь? — прохрипел я со сна, перехватывая её за запястье и пытаясь утянуть обратно в тепло под одеяло.
Но стоило мне окончательно открыть глаза и сфокусировать взгляд, как вся моя сонливость моментально испарилась. Я ошарашенно захлопал ресницами.
Мелисса уже была полностью готова. Причёска волосок к волоску, аккуратный макияж, подчёркивающий её выразительные глаза, лёгкий парфюм — она выглядела так, будто прямо сейчас собиралась на обложку журнала.
Но весь этот парад контрастировал с тем, во что она была одета: на ней красовалось моё огромное чёрное худи, которое свисало чуть ли не до колен, и свободные серые спортивные штаны, шнурок на которых она завязала под самым животиком.
Я приподнялся на локтях, не сдерживая улыбки от этой картины.
— Мел, время шесть утра, — я взглянул на наручные часы, лежащие на тумбочке, и снова перевёл взгляд на неё. — Ты во сколько встала? И почему ты в моём худи, если мы собирались покупать тебе новые вещи?
— Во-первых, уже начало седьмого! — авторитетно заявила она, упирая руки в бока. — Во-вторых, я проснулась в пять и поняла, что шоппинг ждать не может. А в-третьих... Каэль, ну не поеду же я в бутик голая? Мне нужно было в чём-то доехать до машины! Так что давай, подъём, босс мафии. Малыш требует новые платья, и мы не намерены ждать, пока ты выспишься!
— Малыш? — я приподнял бровь, лукаво глядя на неё, и положил ладонь на её круглый животик. — Ангел, с чего ты вообще так уверена, что там мальчик?
Мелисса независимо вскинула подбородок и посмотрела на меня так, будто я только что сморозил глупость.
— А кто ещё, Кай? — уверенно заявила она, накрывая мою руку своей ладошкой. — Моя интуиция меня никогда не подводит. Я чувствую, что там растёт сильный, упрямый защитник, весь в своего папу. Будет гонять твоих бойцов по двору, а я буду крутить им как захочу. Это точно мальчик!
Я тихо рассмеялся, притягивая её ближе к себе и целуя в плечо, укутанное в плотную ткань моей кофты.
— Девочка, например, — парировал я, и в моей груди разлилось какое-то особенное, щемящее тепло от одной только мысли об этом. — Маленькая принцесса, которая унаследует всю красоту своей мамочки. И вить верёвки она будет как раз из меня, потому что я не смогу отказать ни единому её капризу.
Мелисса на секунду задумалась, её взгляд потеплел, но она тут же шутливо пихнула меня локтем в бок:
— Ну уж нет, маленькая копия меня? Ты же её разбалуешь в первый же день! Так что давай, поднимайся, папаша. Мальчик или девочка, но этот ребёнок прямо сейчас желает скупить половину бутиков в центре. Вставай, а то я сама уеду с охраной!
— Ну уж нет, саму себя ты везти никуда не будешь, — хмыкнул я, окончательно откидывая одеяло. Спорить с Мелиссой, когда она в таком боевом настроении, было делом заведомо проигрышным. — И вообще, какая «сама с охраной»? Ты без меня из дома даже на шаг не выйдешь.
Я поднялся с кровати, быстро притянул её к себе за талию и коротко поцеловал в губы, пока она не успела выдать очередную тираду про мою гиперопеку.
— Дай мне десять минут, ангел. Умоюсь, оденусь, и мы едем. Можешь пока спуститься и сказать кухарке, чтобы приготовила нам кофе и что-нибудь позавтракать , раз уж ты у меня такая ранняя пташка.
— Пятнадцать минут, Каэль! Если через пятнадцать минут ты не спустишься, я начну ворчать прямо на кухонном острове, — пригрозила она, но в глазах плясали весёлые чертики.
Она развернулась и, забавно шлёпая мягкими домашними тапочками, направилась к выходу из спальни.
Моё худи на ней колыхалось из стороны в сторону, полностью скрывая фигуру, но для меня она сейчас была самой красивой женщиной в мире.
Я уложился ровно в одиннадцать минут.
Быстрый душ, привычный чёрный костюм, свежая рубашка — на этот раз без следов соуса.
Когда я спустился на первый этаж, Мелисса уже сидела на диване в холле. В руках она бережно держала два термостакана с горячим кофе. Увидев меня, она демонстративно посмотрела на свои тонкие часики на запястье и победно улыбнулась.
— Ого, босс синдиката умеет собираться со скоростью солдата, — одобрила она, поднимаясь и протягивая мне мой термос. — Держи свой допинг и поехали быстрее.
Охрана уже на улице, я проверила.
Я перехватил стакан, но вместо того, чтобы пойти к выходу, обнял её за талию и увёл обратно в сторону кухни.
— Погоди, какой «поехали»? — я нахмурился, заглядывая в её весёлые глаза. — Мел, мы никуда не едем, пока ты нормально не позавтракаешь. Моя маленькая принцесса, которая сидит у тебя в животике, не может уйти из дома голодной.
Мелисса тут же страдальчески застонала, захлопав ресницами, и начала отнекиваться, пытаясь высвободиться:
— Каэль, ну пожалуйста! Я не хочу есть, я хочу платья! Меня от одной мысли о еде в такую рань подташнивает, честно. Мы перекусим прямо там, в торговом центре, ну Кай!
Малышка со мной полностью согласна, она хочет шоппинг, а не кашу!
— Никаких «по дороге» и никаких перекусов, — отрезал я своим самым непреклонным тоном, усаживая её на стул у кухонного острова. — Твоя «принцесса» внутри тебя растёт каждую минуту, и морить её голодом ради шмоток я не позволю. Полпорции овсянки и тосты. Это не обсуждается, ангел.
Мелисса поняла, что спорить со мной, когда я включаю режим тотального контроля, бесполезно.
Она сидела, подперев подбородок ладонями, и демонстративно вздыхала на всю кухню, пока кухарка ставила перед ней тарелку.
Но стоило ей нехотя сделать первую ложку, как аппетит, судя по всему, пришёл сам собой — каша начала стремительно исчезать.
Я победно усмехнулся, сделав глоток из своего термоса, но моя радость была недолгой. Мелисса внезапно замерла, прищурилась и посмотрела на мою абсолютно пустую зону стола.
— Так, стоп, — выдала она, и её взгляд стал подозрительно строгим. — А ты почему сам ничего не ешь, Каэль? Один кофе натощак?
— Я поем позже в офисе, Мел...
— Ну уж нет! — перебила она меня, пододвигая ко мне тарелку с тостами и буквально заставляя взять один. — То есть меня ты кормишь насильно, прикрываясь дочкой, а сам будешь портить желудок? Ешь давай! Мало ли сколько мы там проторчим. Если ты упадешь в обморок посреди бутика от голода, я тебя на себе не утащу.
Я ошарашенно посмотрел на тост, потом на свою упрямую жену, которая теперь сама выглядела как строгий босс.
— Ты со мной заигрываешь, пользуясь моим положением? — хмыкнул я, но послушно откусил кусок.
— Я забочусь о своём личном водителе и спонсоре, — парировала она, довольно улыбаясь и возвращаясь к завтраку. — Так что жуй, Кай, жуй. Нам обоим нужны силы.
Наконец-то добравшись до бутика, мы смогли вздохнуть с облегчением. Из-за утренних пробок дорога заняла больше времени, чем планировалось, и Мелисса всю дорогу извелась на пассажирском сиденье, то и дело поглядывая на часы и тихонько вздыхая.
Зато стоило моему внедорожнику припарковаться у парадного входа, как вся её мнимая усталость испарилась.
Охрана привычно оцепила периметр, а управляющий бутиком, заранее предупреждённый о нашем визите, уже лично открывал перед нами стеклянные двери.
Заведение закрыли на спецобслуживание специально для нас — я не собирался рисковать её безопасностью и заставлять Мелиссу толкаться среди толпы.
Внутри пахло дорогим парфюмом, кожей и новой тканью. Глаза Мелиссы мгновенно загорелись. Она сбросила капюшон моего огромного худи и, кажется, напрочь забыла, что ещё полчаса назад ворчала про свои «неидеальные» формы.
— Боже, Кай, посмотри на ту стойку с трикотажными платьями! — восторженно прошептала она, уже делая шаг в сторону вешалок. — Они же мягкие, тянущиеся... Как раз для моего «пузожителя».
— Спокойно, ангел, не беги, — я придержал её за талию, мягко замедляя её шаг. — Бутик в твоём распоряжении. Присаживайся на диван, тебе всё принесут.
Я кивнул услужливым консультантам, которые уже несли на подносах прохладную воду и лёгкие закуски. Мелисса послушно опустилась в глубокое бархатное кресло, но её взгляд продолжал жадно сканировать зал.
Мелисса восторженно вздохнула и, набрав целую охапку вещей с помощью вовремя подсуетившихся консультантов, упорхнула в примерочную. Тяжёлая бархатная штора отделила её от меня, и в зале наконец-то воцарилась тишина.
Я откинулся на спинку глубокого дивана, наконец-то позволяя себе немного расслабиться. Достал из кармана телефон, быстро просмотрел пару рабочих сообщений от Лиама — пока ничего критического, парни держали руку на пульсе, так что я со спокойной совестью отложил мобильный в сторону.
Наслаждаться моментом, когда моя Сирена была счастлива и увлечена чем-то абсолютно мирным, для меня стало редкой роскошью.
Минут через пять штора примерочной плавно отодвинулась.
— Кай... Ну, я не знаю, — послышался её нерешительный голос.
Я поднял глаза и на секунду забыл, как дышать. Мелисса стояла перед большим зеркалом в мягком, облегающем платье из тонкого кашемира нежно-кремового цвета.
Ткань идеально садилась по фигуре, мягко очерчивая её округлившиеся бёдра и грудь, а её аккуратный, уже заметный животик выглядел в этом наряде настолько трогательно и красиво, что у меня перехватило дыхание.
Она крутилась перед зеркалом, критически осматривая себя со всех сторон, и испуганно хмурилась.
— Мне кажется, оно меня полнит, да? — расстроенно протянула она, переводя на меня ищущий поддержки взгляд. — Посмотри, я в нём как большой пушистый пельмень. Скажи честно, ужасно?
Я медленно поднялся с дивана, не сводя с неё глаз, и не спеша подошёл со спины. Протянув руки, я мягко обнял её, положив ладони прямо на её округлившийся животик, и заставил посмотреть в зеркало на наше отражение.
Мой строгий чёрный костюм идеально контрастировал с её нежным, светлым платьем.
— Пельмень, значит? — тихо, с хрипотцой усмехнулся я, утыкаясь подбородком в её плечо. — Ангел, у тебя явно проблемы со зрением. Ты выглядишь просто невероятно. Чертовски сексуально и так... благородно.
Мелисса чуть расслабилась в моих руках, но всё ещё продолжала придирчиво разглядывать себя.
— Ты говоришь так просто потому, что любишь меня, — буркнула она, хотя в зеркале я чётко увидел, как на её щёчках выступил довольный румянец. — Посмотри, оно же обтянуло абсолютно всё!
— И слава богу, что обтянуло, — я мягко погладил её живот, чувствуя, как внутри всё трепещет от нежности. — Пусть все видят, какая у меня красивая жена и что внутри неё растёт наша маленькая принцесса. Мы берём это платье. И даже не думай спорить. Что там у тебя ещё? Неси всё сюда, я буду лично утверждать каждую вещь.
Мелисса победно улыбнулась, развернулась в моих объятиях и, приподнявшись на цыпочки, быстро поцеловала меня в губы.
— Ладно, убедил, босс, — прошептала она и снова скрылась за бархатной шторой.
Следующий час превратился в наше личное модное шоу. Она примеряла свободные шёлковые блузы, летящие юбки на резинке и уютные трикотажные костюмы.
Я забраковал только одно платье — слишком открытое, по моему мнению, в котором она собиралась пойти на ужин к отцу. Мелисса, конечно, немного поворчала для приличия, назвав меня «собственником и Отелло», но спорить сильно не стала.
В итоге, когда мы наконец направились к кассе, за нами шла цепочка из трёх консультантов, нагруженных фирменными пакетами.
— Ну всё, Каэль, ты официально разорён, — довольно заявила Мелисса, когда мы вышли из бутика под весеннее солнце, и мои парни начали загружать пакеты в багажник внедорожника. — Твоя дочь шлёт тебе привет и говорит «спасибо» за новый гардероб. Куда теперь? До ужина у папы ещё есть время.
Навестим Лиама или поедем домой отдыхать?
— Домой, без вариантов, — отрезал я, открывая перед ней пассажирскую дверь внедорожника и придерживая её за талию, чтобы она аккуратно села. — Никакого Лиама, офиса и уж точно никаких рабочих разборок для тебя на сегодня. Тебе нужно отдохнуть перед вечером.
Мелисса устроилась на кожаном сиденье, сладко потянулась и блаженно зажмурилась, стоило ей оказаться в тепле салона.
— Ладно, признаю, у меня действительно немного гудят ноги, — лениво согласилась она, устраивая ладонь на животе. — Но только с одним условием, Каэль: дома ты ляжешь со мной и поспишь хотя бы часок. Я же видела, какими глазами ты на часы в примерочной смотрел. Тебе тоже нужен перерыв.
Я обошёл машину, сел за руль и, повернув ключ в замке зажигания, мягко улыбнулся:
— Сдаюсь. С твоими условиями спорить бесполезно. Выспись как следует, ангел. Вечером у твоего отца соберётся вся семья, так что тишины там точно не будет.
Дорога обратного пути пролетела незаметно. Под тихий шорох шин и негромкую музыку Мелисса уснула уже через пятнадцать минут, забавно уткнувшись носом в воротник моего худи, которое так и не захотела снимать перед шоппингом.
Когда мы вернулись в особняк, я аккуратно взял её на руки, чтобы не разбудить, и перенёс в спальню. Избавив её от кроссовок, я укрыл её мягким пледом и, как и обещал, прилёг рядом, притягивая её к своему боку.
Спустя несколько часов мы проснулись, чувствуя себя по-настоящему отдохнувшими. За окном уже начинали сгущаться мягкие вечерние сумерки, и пришло время собираться на ужин к Амиру.
В спальне мгновенно воцарилась суета. Мелисса, воодушевлённая утренними покупками, крутилась перед зеркалом.
Она выбрала то самое нежно-кремовое кашемировое платье, которое мы купили первым. Оно идеально сидело на ней, подчёркивая каждый изящный изгиб и её аккуратный животик.
На этот раз никаких ворчаний не было — она аккуратно уложила волосы волнами, добавила пару капель любимых духов и выглядела настолько сияющей, что я на пару секунд просто замер в дверях, застёгивая запонки на рубашке.
— Каэль, ну как? Папа не скажет, что я слишком поправилась? — она обернулась ко мне, слегка волнуясь, и принялась разглаживать несуществующие складки на ткани.
— Твой отец потеряет дар речи от того, как прекрасна его дочь, — искренне сказал я, подходя к ней со спины и застёгивая на её шее тонкую золотую цепочку. — Ты выглядишь потрясающе, ангел. Прекрати нервничать.
Я надел свой лучший тёмно-синий костюм, до блеска начистил туфли — статус зятя главы другого влиятельного клана обязывал соответствовать.
Мы спустились на первый этаж, где нас уже ждал полностью готовый кортеж.
Парни из охраны выстроились у машин, собранные и серьёзные: поездка по городу вечером — это всегда повышенный риск, особенно сейчас.
Я перехватил Мелиссу за талию, помогая ей сесть на заднее сиденье бронированного внедорожника, и сел рядом. Кортеж плавно тронулся с места, выезжая за ворота особняка и направляясь в сторону поместья её семьи.
Мелисса крепко сжала мою ладонь в своей, предвкушая встречу с семьёй, а я мысленно настраивался на сложный разговор с Амиром, который неизбежно ждал нас после семейного застолья.
У ворот особняка семейства Делори нас уже ждали. Стоило нашему кортежу плавно затормозить на подъездной дорожке, как двери дома распахнулись.
Я вышел первым, обошёл внедорожник и открыл дверь Мелиссе, аккуратно подавая ей руку. Но не успели мы толком выйти из машины, как к Мелиссе буквально подлетела её мама.
— Господи, Мелисочка! Как ты похорошела, моя милая! — всплеснула руками мисс Делори, сияя от счастья, и тут же крепко, но осторожно прижала её к себе.
В ту же секунду к ним подскочила Эмили, с радостным писком обнимая сестру с другой стороны, а следом подошёл и Амир, бережно приобнимая дочь за плечи и целуя в макушку.
Раян вальяжно спустился по ступеням, засунув руки в карманы брюк, но его широкая улыбка выдавала радость с головой.
На крыльце началась настоящая семейная суматоха: все принялись обниматься, наперебой приветствовать Мелиссу и, конечно же, сразу обратили внимание на её фигуру.
— Ого, а животик-то как подрос! — восторженно заметила Эмили, ласково прикладывая ладошку к её нежно-кремовому платью. — Ещё совсем недавно почти ничего не было видно!
— Да уж, племянник или племянница там времени зря не теряет, — усмехнулся Раян, шутливо округлив глаза и пожимая мне руку в крепком мужском приветствии. — Каэль, ты чем её там кормишь? Она круглеет на глазах!
— Раян! — возмущённо вскрикнула Мелисса, тут же пихнув брата кулаком в плечо, отчего тот лишь рассмеялся, а мисс Делори строго шикнула на сына.
— Прекрасно она выглядит, просто светится вся, — заступилась за дочь мать, ласково поглаживая её по спине. — Настоящая красавица.
Пока женщины продолжали бурно обсуждать утренний шоппинг и то, как Мелиссе идёт это платье, ко мне подошёл Амир. Его проницательный, тяжёлый взгляд потеплел. Он протянул мне руку для крепкого рукопожатия:
— Рад видеть, Каэль. Добро пожаловать.
— Взаимно, Амир, — ответил я.
В этот момент в моём кармане завибрировал телефон. Я достал его, быстро пробежал глазами сообщение и посмотрел на тестя:
—Отец только что звонил. Сказал, что
уже в пути и скоро будут здесь, попали в небольшую пробку на выезде.
— Отлично, значит, соберёмся полным составом, — кивнул Амир и повернулся к семейству: — Ну что мы стоим на пороге? Вечер прохладный, а молодой маме нельзя простужаться. Идёмте в дом, ужин уже полностью готов.
Мы вошли внутрь, и холл особняка тут же наполнился весёлым гомоном. Мелисса, окружённая матерью и Эмили, увлечённо рассказывала про наш утренний марафон по бутикам, то и дело демонстрируя, как удобно сидит её новое платье.
Раян шёл следом, умудряясь по дороге подкалывать сестру, на что она лишь забавно фыркала, чувствуя себя в абсолютной безопасности среди своих.
Амир мягко подтолкнул всех в сторону просторной столовой, где стол уже буквально ломился от семейных угощений.
— Мел, дорогая, садись вот сюда, на диванчик, тут помягче, — суетилась мисс Делори, поправляя подушки под спиной дочери. — Тебе сейчас нужно как можно больше комфорта.
— Мам, ну я же беременная, а не хрустальная, — со смехом отнекивалась Мелисса, но послушно опустилась на указанное место, блаженно выдыхая.
Я устроился рядом с ней, привычно положив ладонь ей на колено. Мелисса тут же переплела свои пальцы с моими, делясь своим теплом и домашним уютом, которого нам обоим так не хватало в последнее время.
Не успели мы толком разлить по бокалам напитки — Мелиссе, разумеется, достался свежевыжатый сок, — как снаружи послышался приглушённый шуршащий звук подъезжающих автомобилей, а следом — хлопки закрывающихся дверей. Охрана у входа коротко переговорила по рации.
— А вот и наши, — улыбнулся я, глядя на Мелиссу.
Через полминуты двери столовой распахнулись. Первым вошёл отец, как всегда подтянутый и излучающий непоколебимую уверенность, рядом с ним шла мама, а замыкал шествие Адриан, который с порога принялся поправлять манжеты своего пиджака.
— Пробки в этом городе когда-нибудь станут меньше? — с порога пробасил мой отец, но, стоило ему увидеть Мелиссу, его строгое лицо тут же озарила редкая, тёплая улыбка. — Ну привет, семейство! Амир, Адель , добрый вечер.
Мама сразу же направилась к Мелиссе, сияя от радости, а Адриан, поймав мой взгляд, понимающе ухмыльнулся и кивнул.
Атмосфера в комнате мгновенно стала ещё более оживлённой — теперь оба наших клана были в сборе, и этот вечер обещал быть по-настоящему особенным.
— Господи, доченька, ты прекрасно выглядишь! — ласково произнесла мама, отстранившись и с нежностью осматривая её с ног до головы, а затем мягко коснулась ладонью её округлившегося живота.
— Беременность тебе так к лицу, ты просто светишься изнутри.
Мелисса смущённо и счастливо улыбнулась, а мама тут же шутливо прищурилась и перевела строгий взгляд на меня:
— Ну колись, милая, мой сорванец тебя не обижает? Каэль у нас упрямый, я-то его знаю. Если он хоть в чём-то тебе перечит или заставляет нервничать — ты мне только скажи, я быстро вправлю ему мозги, несмотря на то, что он теперь большой босс.
— Мама, ну вообще-то я здесь, — с притворной обидой подал голос я, хмыкнув и качнув головой, пока Раян и Адриан позади нас тихо прыснули от смеха.
— Потерпишь, Каэль, я сейчас разговариваю со своей любимой невесткой, — отмахнулась она от меня, вызвав весёлый смех у всего стола.
Мелисса хитро посмотрела на меня, крепче сжимая руку моей мамы, и заговорщически прошептала:
— Ну, вообще-то сегодня утром он заставил меня есть овсянку насильно! И постоянно ворчит, что я хрустальная. Но в остальном... ладно, он очень старается.
— Вот видишь! Заботливый, весь в отца, — рассмеялась мать, целуя Мелиссу в щёку и наконец присаживаясь рядом. — Ладно, оправдан. Но я всё равно за тобой слежу, сынок!
Вечер прошел в удивительно уютной и теплой атмосфере. Родители —Отец и мама , Амир и мисс Делори — оккупировали противоположную часть стола, увлеченно обсуждая какие-то семейные дела, делясь воспоминаниями и то и дело одобрительно поглядывая на нас.
Напряжение, которое обычно сопровождало встречи глав двух крупнейших кланов, полностью растаяло, уступив место простому родственному теплу.
Зато на нашем конце стола было шумно. Адриан, почуяв полную свободу и поддержку в лице Раяна, включил режим старшего брата на максимум.
— Нет, ну вы посмотрите на него, — в очередной раз протянул Адриан, кивая на то, как я аккуратно пододвигал к Мелиссе тарелку с фруктами. — Гроза улиц, суровый Каэль, перед которым взрослые мужики бледнеют... А тут? «Ангел, съешь яблочко, ангел, тебе не дует?» Кажется, наш босс синдиката окончательно растаял.
Раян тут же подхватил волну, ухмыляясь во весь рот:
— Да ладно тебе, Адриан, не завидуй. Человек под каблуком, зато под каким красивым! Скоро Мел заставит его вместо кожаной куртки надеть розовый свитер, вот увидишь.
— Я всё слышу! — со смехом вмешалась Мелисса, бросая в брата виноградину, которую тот ловко поймал на лету. — И вообще, Каэль просто заботливый отец! Правда, Кай?
— Конечно, любовь моя, — сказал я, лениво переводя взгляд на парней.
— Шутите, шутите, — хмыкнул я, откидываясь на спинку стула и лениво обводя эту весёлую компанию взглядом. — Хотел бы я на вас посмотреть, когда ваши жёны будут беременны.
Я сделал небольшую паузу и пристально, с многозначительной усмешкой посмотрел сначала на Адриана, а затем перевёл взгляд прямо на Эмили.
Намёк был более чем прозрачным, и Адриан тут же кашлянул, внезапно увлёкшись созерцанием своего бокала, а Эмили мгновенно залилась густым румянцем и принялась судорожно поправлять салфетку на коленях.
Раян, заметив эту секундную заминку, громко фыркнул и поспешил перетянуть внимание на себя, вальяжно откинувшись на стуле.
— Ой, ну куда нам? — её брат весело развёл руками, спасая положение. — Мы ещё молоды, в полном рассвете сил! Нам до такой семейной идиллии ещё расти и расти. Дай хоть погулять напоследок, босс!
— Вот-вот, — тут же поддакнул Адриан, возвращая себе привычную уверенность и ухмыляясь. — Мы просто оберегаем твой авторитет, братец.
Мелисса рядом со мной тихонько прыснула в кулак, наблюдая за этой сценой, и мягко ткнула меня локтем в бок.
— Ладно тебе, Кай, не пугай молодёжь раньше времени, — с улыбкой заступилась она за ребят, хотя её глаза хитро поблёскивали.
— Пусть пока радуются жизни. Мы-то с тобой знаем, какое это счастье, а они пусть ещё дорастут.
— Не думаю, что это счастье, — продолжал гнуть своё Адриан , передёрнув плечами от одной только мысли. — Мучиться, рожать по несколько часов, рвать всё себе, а потом оно орёт, плачет ночами... О-о-о-о, нет. Избавьте меня от этого как можно дольше.
Я почувствовал, как Мелисса рядом со мной мгновенно напряглась. Её пальцы, до этого мягко лежавшие в моей ладони, крепко сжались, а весёлая улыбка вмиг исчезла с её лица.
Она опустила взгляд на свой живот, и в её глазах промелькнула тень самого настоящего, глубинного страха.
Тема родов до этого момента была для нас чем-то далёким.
Мы радовались округляющемуся животику, выбирали платья, обустраивали детскую, но о самом процессе старались не задумываться. А сейчас слова брата, сказанные наглухо бездумно, вскрыли этот нарыв.
Я и сам внезапно осознал, что понятия не имею, как всё это будет происходить. Что я должен буду делать, когда этот день настанет? Как защитить её от боли, которую я не могу взять на себя?
— Ад, завали рот, — резко и хмуро отрезал я, оборвав его смешок.
Мой голос прозвучал слишком тихо и опасно, отчего за столом сразу воцарилась тишина.Адриан тут же стёр ухмылку с лица, поняв, что перегнул палку.
Я повернулся к Мелиссе, наплевав на всех присутствующих, взял её лицо в свои ладони и заставил посмотреть на меня. Её глаза были испуганными.
— Мел, посмотри на меня, — мягко, но уверенно произнёс я, поглаживая большим пальцем её побледневшую щеку. — Не слушай этого идиота. Всё будет хорошо. Мы со всем справимся, слышишь меня? Вместе. Я буду рядом каждую секунду.
— Мелисса, доченька, не слушай этого оболтуса! — тут же строго вмешалась мисс Делори, бросив на Адриана такой выразительный взгляд, что тот окончательно вжал голову в плечи.
Мама Мелиссы тепло улыбнулась, качая головой , и облокотилась на стол, переводя всё в шутку, чтобы разрядить обстановку:
— Я когда вас рожала, знала бы ты, как всё было! Ваш отец бегал по больнице как угорелый, распугивая всех врачей. Тётя София орала на всё отделение: «Тужься, ради всего святого!», а дядя Лука стоял под дверью и кричал, что на вас иск напишет за то, что вы так рано решили появиться!
Амир, до этого сидевший с абсолютно невозмутимым видом главы клана, не выдержал. Он тяжело вздохнул, качнул головой и, бросив на жену красноречивый взгляд, наконец нарушил своё молчание.
— Да уж, «суматошный процесс», — пробасил Амир, и в его глазах зажглись весёлые искорки. — Тогда действительно все бегали как угорелые. А ваша мама до последнего сидела спокойная как танк и заявляла: «Если я закричу, вы все тут попадаете».
Он сделал театральную паузу, пока Раян и Адриан уже вовсю прыскали со смеху, предвкушая продолжение.
— Но стоило нам приехать в роддом, — продолжил Амир, выразительно посмотрев на мисс Делори, которая лишь забавно прикрыла лицо ладонью, — как концепция резко изменилась. Дети мои, она орала на меня на всё отделение! Кричала, что я во всём виноват, а мои сперматозоиды — самые настоящие террористы, которые захватили её тело!
В столовой грохнул такой хохот, что, кажется, зазвенели хрустальные фужеры.
Раян буквально согнулся пополам, утирая слёзы, Адриан громко захлопал по столу, а мой отец, довольно ухмыльнулся, явно вспоминая свои похожие приключения.
Мелисса хохотала так сильно, что ей пришлось опереться на моё плечо. Весь её недавний страх испарился без следа.
— Папа! Боже, террористы?! Серьёзно?! — сквозь смех выдавила она, глядя на пунцовую, но смеющуюся маму.
— Абсолютно серьёзно, — с каменным лицом подтвердил Амир, хотя его плечи подрагивали от смеха. — Я тогда впервые в жизни не знал, куда мне спрятаться от гнева собственной жены. Так что, Каэль, готовься. Услышишь о себе много нового.
Я искренне рассмеялся, крепче прижимая к себе всё ещё хохочущую Мелиссу.
— Ничего, Амир, — отсмеявшись, ответил я тестю, подмигивая жене. — Я парень крепкий, обвинения в терроризме как-нибудь переживу. Главное, чтобы наша маленькая предводительница террористов родилась здоровой.
— Нет, Кай, у нас будет мальчик! — тут же уверенно заявила Мелисса, мгновенно перестав смеяться и собственнически прижав ладони к животу.
Она шутливо надула губы и посмотрела на меня своим самым упрямым взглядом, который я так хорошо знал.
— Моя интуиция меня ещё никогда не подводила. Там точно сидит маленький защитник, а не принцесса.
За столом снова оживились, и каждый посчитал своим долгом вставить веское слово в этот внезапный спор.
— А я вот тоже за девочку, — подал голос Адриан, вальяжно крутя в руках свой бокал.
Он перевёл на меня хитрый взгляд и ухмыльнулся во весь рот.
— Представь, братец, маленькая копия Мелиссы, которая будет вить из тебя верёвки, а ты даже прикрикнуть на неё не сможешь. Ты же у нас суровый только с виду. Так что я голосую за племянницу!
— Эй! — Раян тут же замахал руками, вставая на сторону сестры. — Адриан, не порть статистику! Нам нужен пацан, чтобы продолжить наше мужское крыло. Я его футболу научу и как от девчонок отбиваться. Мел, я с тобой, там парень!
— Ой, можно подумать, девчонки в футбол не играют, — весело фыркнула Эмили, присоединяясь к коалиции Адриана. — Я хочу племянницу! Будем вместе наряжать её и ходить на шоппинг. Мелисса, сдавайся, нас больше!
Я лишь с улыбкой наблюдал за этим балаганом, пока родители с мягкими улыбками переглядывались между собой, явно наслаждаясь тем, как молодёжь азартно делит ещё не родившегося ребёнка.
Я мягко накрыл ладонью руку Мелиссы, державшуюся за живот, и тихо шепнул ей на ушко:
— Кто бы там ни был, ангел, мальчик или девочка — он уже заставил поплясать два самых опасных клана в городе. Так что характер там явно наш.
Все приглашаю в свой тгк — romelia_books 🤍
Там вы сможете увидеть фотографии героев, фото с предложения, а также беременную Мелиссу 🥹🐾