Глава 82 - В путь
Зал ОФП был наполовину полон этим ранним утром. Высокие окна под потолком пропускали холодный зимний свет, который ложился длинными полосами на серое резиновое покрытие пола.
Где-то в углу тихо гудела беговая дорожка. Из динамика у стены негромко играла инструментальная музыка.
Киара работала в углу зала у длинной ковровой дорожки для прыжков, рядом с большим зеркалом во всю стену.
На ней был чёрный тренировочный комплект: короткие шорты поверх плотных тёмных лосин и тонкий спортивный топ, поверх которого свободно сидела кофта.
Перед очередным заходом она привычно подтянула рукава до локтей и быстро поправила пояс шорт. Волосы были собраны в высокий хвост, который резко взмахивал каждый раз, когда она разгонялась.
Киара легко подпрыгнула на месте, проверяя баланс, затем сделала длинный разгон по ковровой дорожке
Толчок.
Четверной флип.
Приземление.
Кроссовки коротко скрипнули по покрытию, когда она сделала выезд и удержала корпус.
Саймон сидел на длинной деревянной лавке у стены. Локти лежали на коленях, пальцы сцеплены. Он следил за каждым её движением спокойно и внимательно, иногда чуть наклоняя голову, будто мысленно проверяя ось прыжка.
Но почти ничего не говорил.
Киара снова заняла исходную позицию.
Секунда.
Разгон.
Четверной Лутц.
Приземление вышло мягким, корпус удержался точно над опорной ногой.
Она сделала длинный выезд, затем остановилась, опустив руки.
Майкл Ферри стоял рядом, держа в руках планшет. На экране был открыт замедленный повтор одного из её прокатов.
Он поднял взгляд.
— Подожди.
Киара подошла ближе, чуть тяжело дыша после серии прыжков. Она упёрлась руками в бёдра и наклонилась к экрану.
Майкл прокрутил видео назад.
На экране Киара выполняла тот же лутц на чемпионате Великобритании.
Он ткнул пальцем в момент приземления.
— Видишь плечо?
Киара прищурилась, наклоняясь ближе.
— Да.
— Оно чуть уходит вперёд. Из-за этого ты иногда теряешь линию выезда.
Она выпрямилась и провела ладонью по лбу, убирая выбившуюся прядь волос.
— Я чувствую это.
— Тогда оставь корпус чуть спокойнее, — сказал Майкл. — И не закрывайся раньше времени.
Киара кивнула.
— Ещё раз.
Она снова отошла к началу дорожки.
Саймон слегка выпрямился на лавке.
Киара разогналась.
Прыжок.
Вращение.
Приземление.
На этот раз выезд получился длиннее.
Она прокатилась несколько метров по инерции и остановилась.
Майкл коротко хлопнул ладонью по планшету.
— Да, очень хорошо!
Киара выдохнула и слегка тряхнула руками, расслабляя плечи.
У противоположной стены два тренера из другой команды тихо обсуждали расписание стартов. Где-то в коридоре хлопнула дверь.
Саймон перевёл взгляд на табло времени над входом.
— Короткая программа через два дня, — сказал он спокойно, больше в пространство, чем напрямую к ней.
— Да.— Майкл кивнул.
Киара сделала глоток воды из бутылки, стоявшей у лавки, и снова вернулась на позицию.
Она работала чётко. Без лишних движений. Каждый прыжок собирался точно.
Саймон наблюдал молча.
Ему почти нечего было добавить.
В этот момент дверь зала тихо открылась.
Внутрь вошли трое.
Лука Бендетти шёл первым, неся через плечо чёрную спортивную сумку. На нём была светлая тренировочная кофта и тёмные брюки, волосы слегка влажные, будто он только что закончил тренировку на льду.
Рядом с ним шла девушка, стройная, тёмноволосая, с аккуратно собранным пучком. На ней была бордовая куртка с итальянским флагом на рукаве.
— София, — сказал Лука, улыбаясь ей, — ты слишком рано начинаешь нервничать.
Она фыркнула.
Сзади шёл ещё один фигурист, высокий, с коротко стриженными волосами.
— Марко, — бросил Лука через плечо, — скажи ей.
Марко усмехнулся.
— Я не вмешиваюсь. Поговорим после произвольной вечером.— сказал Марко.
Они прошли дальше по залу.
Именно в этот момент Лука увидел её.
Киара снова заходила на прыжок.
Он замедлил шаг.
На секунду остановился.
Она разогналась, взлетела в четверной флип и мягко приземлилась, удержав длинный выезд.
Лука невольно улыбнулся.
Он сделал шаг в её сторону.
Но в этот момент Саймон поднялся с лавки.
Не резко.
Спокойно.
И их взгляды встретились.
Саймон стоял неподвижно, руки опущены вдоль корпуса. Лицо было спокойным, но взгляд стал жёстким.
Он медленно покачал головой.
Едва заметно.
Но достаточно ясно.
Лука остановился.
На секунду между ними повисла тишина.
Он сразу понял.
Его взгляд скользнул на Киару, которая в этот момент снова наклонялась к планшету Майкла, обсуждая следующий элемент.
Она ничего не заметила.
Лука коротко выдохнул.
София и Марко уже тоже остановились, заметив его паузу.
Марко тихо поднял бровь.
— Что?
Лука лишь чуть покачал головой, затем коротко кивнул.
Его улыбка исчезла, не в раздражении, не в грусти.
В понимании.
Он развернулся.
— Пойдём, — спокойно сказал он друзьям.
Они прошли дальше к другому краю зала.
Саймон медленно сел обратно на лавку.
Киара в этот момент снова прыгала.
Майкл прокрутил видео на планшете.
— Вот здесь смотри.
Она наклонилась ближе.
— Ага.
— Чуть раньше группируйся.
— Поняла.— Киара кивнула.
Она снова отошла на старт.
Прыжок.
Чисто.
Майкл сел на лавку рядом с Саймоном.
Он положил планшет на колени и некоторое время молча смотрел на Киару.
Потом тихо спросил, не поворачивая головы:
— Ты ему что-то сказал?
— Нет, — ровно ответил Саймон Холден.
Ферри слегка кивнул.
— Осторожнее.
Саймон выдохнул и провёл рукой по подбородку.
— Знаю.
В этот момент Киара снова взлетела в прыжок.
И приземлилась идеально.
***
К вечеру Олимпийская арена выглядела снова торжественно.
Если утром и днём на трибунах было много пустых мест и слышались только тренерские голоса и скрежет коньков, то теперь огромный зал жил. Тысячи зрителей заполняли ряды, флаги разных стран колыхались над головами, камеры медленно двигались вдоль борта, а на больших экранах над ареной сменялись крупные планы фигуристов.
Сегодня был главный день мужского одиночного катания.
Произвольная программа.
Киара поднялась по ступеням трибун, держа в руках бумажный стакан с горячим чаем. Пар мягко поднимался вверх, растворяясь в холодном воздухе арены.
Она остановилась на секунду, оглядывая каток. Огромное пространство льда казалось почти ослепительно белым под прожекторами.
— Киара!
Она повернула голову.
Алиса и Марк сидели несколькими рядами ниже. Алиса уже махала ей рукой.
Киара быстро спустилась к ним.
Алиса сразу встала и обняла её. От куртки Алисы пахло холодным воздухом и лёгким ароматом духов.
— Поздравляю вас ребят, пятое место! — сказала Киара с улыбкой.
Марк усмехнулся, опираясь локтями о колени.
— Спасибо. Мы всё ещё привыкаем к мысли, что это Олимпиада. Наша первая Олимпиада!
Алиса коротко рассмеялась.
— Ага, Марк уже наметился на следующую. Я чуть не откинулась из-за волнения на этой...— тараторила Алиса.
Марк рассмеялся, поддерживая партнёршу.
Они расселись рядом.
Киара поставила стакан в пластиковый держатель у сиденья и подтянула колени ближе, обхватив их руками.
На льду в этот момент заканчивалась разминка второй группы.
Фигуристы один за другим съезжали к борту, тренеры протягивали им чехлы для коньков, а диктор объявлял имя следующего фигуриста.
— Как настроение? — спросила Алиса, наклоняясь ближе.
— Хорошее, я прямиком с тренировки.— улыбнулась Киара.
Алиса кивнула.
— Ах да-а... у тебя же завтра уже короткая.
— Я помню, — ответила Киара, немного отводя взгляд.
Она сделала глоток чая.
— Пока стараюсь не думать об этом.
Марк тихо фыркнул.
— У тебя всё получится, Киара!— сказал он.
Ребята устремили взгляд на лёд.
Музыка мягко заиграла, и зал снова ожил.
Фигурист сделал длинный разгон по диагонали, взлетел в тройной аксель, но приземление вышло жёстким.
Лёд громко скрипнул под коньком.
Зал ахнул.
Алиса тихо покачала головой.
— Ох... бедный.
Киара внимательно следила за прокатом, пальцами машинально прокручивая крышку стакана.
Группа за группой выходила на лёд.
Каждая разминка длилась всего несколько минут, и каждый спортсмен старался использовать их максимально. Кто-то проверял один прыжок, кто-то просто скользил по дугам, настраивая корпус.
Арена постепенно нагревалась напряжением.
Где-то позади кто-то громко болел за своего спортсмена. Камеры периодически поворачивались к трибунам, ловя реакции зрителей.
Когда объявили следующую группу, Алиса слегка подтолкнула Киару локтем.
— Томас скоро.
Киара кивнула.
Томас появился из тоннеля в чёрном костюме.
Он выехал на центр льда.
Музыка началась резко.
Первый четверной флип получился высоким. Он приземлился чисто, уверенно удержав выезд.
— Да! — тихо сказала Алиса, хлопнув ладонями.
Киара тоже хлопала, не отводя взгляда.
Следующий прыжок получился чуть ниже, но он удержался. Томас двигался быстро, иногда чуть резко, но с настоящей энергией. Его дорожка шагов была плотной, насыщенной поворотами.
Когда программа закончилась, он остановился в финальной позе и резко выдохнул.
Зал громко зааплодировал.
Марк хлопал, поднявшись с места.
— Молодец.
Киара улыбнулась.
— Он собрался.
Они смотрели, как Томас подъезжает к борту и его встречают тренеры.
На табло загорелись баллы.
Зал снова оживился.
Алиса откинулась на спинку кресла и поправила рукав своей куртки, который зацепился за металлический подлокотник сиденья.
— Осталась последняя разминка. В топ-десять он точно попадёт, а может даже в пятёрку, — сказала Алиса, повернувшись к Киаре.
Киара посмотрела на табло и кивнула подруге. У Томаса действительно был хороший шанс попасть в десятку, но пятёрка пока оставалась под вопросом. Всё зависело от того, как откатаются следующие шесть спортсменов.
Она снова перевела взгляд на лёд.
И Киара знала, кто выйдет последним.
От этой мысли внутри стало тихо и напряжённо одновременно.
Диктор объявил финальную разминку.
Его голос эхом прокатился под высоким куполом олимпийской арены, отражаясь от металлических конструкций и стеклянных ограждений. На табло загорелись имена шести последних фигуристов, а по трибунам прокатился лёгкий гул ожидания.
Люди поправляли шарфы, поднимали телефоны, кто-то разворачивал флаги.
Бортики открылись.
Шесть фигуристов один за другим выехали на лёд.
Лезвия коньков коротко заскрипели по поверхности катка, когда спортсмены разошлись по разным сторонам арены, каждый выбирая свою траекторию для разминки.
Последним появился Лука Бендетти.
Он выехал спокойно, будто этот огромный зал с тысячами людей был просто ещё одной тренировочной площадкой. Его костюм мягко переливался под холодным светом прожекторов, а чёрные перчатки плотно облегали длинные пальцы.
Он слегка наклонил голову, на секунду посмотрел вниз на лёд, словно проверяя поверхность под лезвиями.
Киара почти не заметила, как выпрямилась в кресле.
Её ладони, лежавшие на холодном металлическом поручне перед рядом, чуть сильнее сжали край.
Алиса это заметила.
Она повернула голову, убрала с лица выбившуюся прядь и тихо сказала:
— Ты опять смотришь только на одного.
Киара мягко улыбнулась, ничего не ответив.
Её взгляд был прикован ко льду.
Шестиминутная разминка началась.
Японец Кэнто Накамура первым пошёл на прыжок. Он резко оттолкнулся и взлетел в четверной тулуп. Прыжок получился высоким, но приземление чуть повело в сторону, конёк скрипнул, когда он удержал баланс.
Француз Этьен Морель в это время разгонялся по противоположной диагонали.
С другой стороны катка американец Райан Кларк пробовал каскад, четверной лутц и тройной тулуп. Его тренер у борта громко хлопнул ладонями, когда он приземлил второй прыжок.
Киара почти не следила за ними.
Её взгляд всё время возвращался к Луке.
Он двигался по льду спокойно, почти лениво, будто разминка была для него привычным ритуалом. Он сделал несколько широких дуг, затем слегка ускорился и легко поднялся в четверной флип.
Высоко.
Приземление мягкое.
Он продолжил движение, будто это было самым обычным элементом.
В этот момент телевизионные камеры поймали его крупным планом.
Его лицо появилось на огромном экране над ареной.
И зал взорвался.
Крики, свист, аплодисменты.
Тысячи людей вскочили со своих мест.
— Лука! Лука!
Гул прокатился по трибунам волной.
Киара моргнула от неожиданности.
Она знала, что он популярен, но масштаб этого был совсем другим.
Алиса тихо рассмеялась, облокачиваясь на спинку кресла.
— Теперь понимаешь?
Киара всё ещё смотрела на экран.
— Да.
На экране Лука чуть смущённо улыбнулся, словно не совсем знал, что делать с этим шумом. Он провёл рукой по волосам, откинув пряди назад, затем снова оттолкнулся и пошёл в разгон.
Алиса посмотрела на Киару внимательнее.
— Вы ведь знакомы?
Киара отвела взгляд от льда.
Она взяла стакан с чаем, который стоял в пластиковом держателе рядом с её коленом, и сделала маленький глоток.
Тёплый пар коснулся её лица.
— Немного.
— Немного?— Алиса приподняла бровь.
Киара пожала плечами.
— Мы иногда разговариваем.
Алиса усмехнулась.
— Очень дипломатично.
Киара только улыбнулась.
Разминка подходила к концу.
Фигуристы один за другим делали последние прыжки.
Лука закончил короткой дорожкой шагов, быстрой, резкой, с глубокими рёбрами. Затем он подъехал к борту, положил ладони на край и одним лёгким толчком выехал со льда.
Музыка стихла.
Фигуристы покинули каток.
Началась произвольная программа сильнейшей разминки.
Первые выступления прошли быстро.
Кэнто Накамура исполнил чистый четверной сальхов и каскад лутц-тулуп. Его катание было аккуратным и собранным.
Американец Райан Кларк пошёл на четыре четверных и тройной аксель, но на одном из выездов немного потерял скорость и совершил ошибку, оставшись без каскада. Это стоило ему больших баллов.
Француз Этьен Морель катался ярко и эмоционально. Его дорожка шагов вызвала громкие аплодисменты, когда он резко остановился перед трибунами.
Японец Юто Сайто почти идеально исполнил четверной риттбергер и каскад лутц-тулуп, но упал с тройного акселя.
Каждый прокат зал встречал шумом, но напряжение только росло.
Потому что все ждали последнего.
Наконец диктор произнёс долгожданное имя.
— Что ж... настал момент истины. Легенда на ваших экранах, Лука Бендетти представляющий Италию. Смотрим...
Зал взорвался.
Люди снова поднялись со своих мест.
Флаги Италии вспыхнули над трибунами, красно-бело-зелёные полосы мелькали среди толпы.
Аплодисменты превратились в гул.
Киара почувствовала, как по спине пробежал холод.
Лука выехал на лёд.
Он остановился в центре катка.
На секунду опустил голову, длинные ресницы отбрасывали тень на скулы. Его плечи медленно поднялись и опустились с глубоким вдохом.
Музыка началась.
Первый элемент.
Четверной флип. Он взлетел высоко, корпус собран, руки плотно прижаты.
Приземление абсолютно чистое.
Зал ахнул.
Киара не моргала.
Следом тройной аксель. Он вошёл в него плавно, без резкого разгона, и выехал длинной дугой по центру катка.
Четверной лутц.
Четверной Риттбергер.
Его движения были точными, но удивительно свободными. Он катался так, будто лёд сам подталкивал его вперёд.
Дорожка шагов началась резко.
Повороты быстрые, сложные, корпус гибкий, плечи открытые.
Он двигался по льду как артист на сцене.
Киара была напряжена.
Затем следует каскад.
Четверной лутц, ойлер, четверной сальхов.
Приземление.
Чисто.
Зал взорвался аплодисментами.
Дальше тройной флип и тройной тулуп.
Ещё один каскад. Четверной сальхов и тройной аксель.
На приземлении он чуть потерял высоту, но удержал выезд, высоко вытянув ногу.
Алиса рядом тихо выдохнула.
— Это безумие!
Киара не отвечала.
Она смотрела, как он завершает хореографическую дорожку, длинную, широкую, почти театральную. Его руки мягко рассекали воздух, линии корпуса вытягивались до кончиков пальцев.
Последние вращения были быстрыми и идеально центрированными.
Музыка оборвалась.
Лука остановился.
Через секунду зал словно вспыхнул, аплодисменты прокатились волной.
Люди вставали со своих мест, аплодировали, кричали и размахивали флагами.
Лука сделал круг, восстанавливая дыхание. Он смотрел по сторонам, словно не мог поверить в то, что сейчас произошло.
Плюшевые игрушки продолжали лететь на лёд словно дождь.
Он поклонился трибунами, впитывая триумфальный момент, после чего медленно подъехал к борту, где его уже ждал тренер с гордой улыбкой.
На огромном экране под сводами арены загорелась камера Kiss & Cry.
Лука сидел рядом со своим тренером на синем диване.
Весь мир смотрел на Луку Бендетти.
Лука наклонился вперёд, уперев локти в колени. Его грудь всё ещё поднималась от дыхания после программы. Тёмные волосы были растрёпаны, несколько влажных прядей прилипли к вискам и лбу. На шее блестели капли пота, которые ловили холодный свет прожекторов.
Он провёл ладонью по волосам, быстро откинув их назад, и повернулся к тренеру.
Уголки его губ всё ещё подрагивали от адреналина.
— Флип в каскаде был не докручен, я чувствовал. — быстро сказал он, жестикулируя рукой, словно снова повторяя прыжок.
Тренер наклонился к нему ближе, положив ладонь на его плечо.
— На четверти, но всё остальное очень хорошо. Не должно быть причин для снижений.
Лука рассмеялся коротко, почти нервно, и провёл ладонями по коленям, будто пытаясь успокоить руки.
Камеры почти вплотную снимали их лица. На экране над ареной их изображение было огромным, каждая эмоция и каждая улыбка.
На трибунах люди вытягивали шеи, пытаясь разглядеть табло.
Киара сидела на своём месте, облокотившись локтями на металлический поручень перед рядом. Холодный металл упирался в её запястья, но она почти не чувствовала этого.
Она смотрела только на экран.
Лука на экране чуть откинулся назад, упёрся ладонями в край лавки и всматривался в экран перед собой.
В зале стало неожиданно тихо.
Баллы загорелись.
209.87.
Лука резко выпрямился.
— Нет, — выдохнул он, закрывая рот ладонью.
Тренер схватил его за плечо, потрясая от радости.
Зал взорвался.
Крики прокатились по трибунам, словно волна.
Но табло ещё не закончило считать.
Через секунду на экране появилась итоговая сумма.
321.02.
На секунду весь огромный зал будто замер.
А затем шум стал почти оглушительным.
Лука смотрел на табло широко раскрытыми глазами. Он резко повернулся к тренеру, смеясь, будто сам не верил тому, что видел.
Тренер обнял его за плечи и сильно притянул к себе.
— Ты это сделал! Красавчик!
Лука провёл рукой по лицу, вытирая пот и одновременно пытаясь успокоить дыхание. Его улыбка была почти мальчишеской, открытой и светлой.
Он встал, слегка пошатнувшись от эмоций, и повернулся к трибунам.
Зал продолжал реветь.
Флаги Италии поднимались один за другим.
Люди кричали его имя.
Это был не просто победный прокат.
Это был новый рекорд в мире фигурного катания и в истории Олимпийских игр.
И прямо сейчас, под ослепительным светом олимпийской арены, Лука Бендетти становится олимпийским чемпионом.