Steidon

День девятый. База «Эверест». Рассвет.

Нова разбудила группу затемно.

— Сегодня мы идём на охоту, — сказала она, стоя перед сонными подростками. — Нужно мясо. Консервы кончатся через неделю, а мы не знаем, когда сможем пополнить запасы.

— А если на нас нападут земляне? — спросил кто-то.

— Тогда будем убивать землян вместо зверей. — Нова усмехнулась. — Мясо есть мясо.

Несколько человек побледнели. Беллами нахмурился.

— Нова, — предостерегающе сказал он.

— Шучу. — она пожала плечами. — Наполовину.

Она распределила группы: одна оставалась в бункере для охраны, вторая шла на охоту. В охотничью группу вошли Беллами, Октавия, Монти и сама Нова.

— Почему меня? — спросила Октавия.

— Потому что ты быстрая и бесшумная, — ответила Нова. — И ты не боишься крови.

Октавия кивнула. Ей льстило, что её выбрали.

Они вышли в лес, когда солнце только начало подниматься над деревьями.

***

Лес. Три часа спустя.

Нова вела группу по звериным тропам, которые умела читать, как карту. Сломанные ветки, следы на земле, запах — всё говорило ей о том, где находится добыча.

— Там, — прошептала она, указывая вперёд. — Кабан. Один.

— Мы убьём кабана? — удивился Монти. — У нас нет ружья.

— У меня есть ножи. — Нова достала клинки. — Вы остаётесь здесь. Я пойду одна.

— Нет, — сказал Беллами. — Я иду с тобой.

— Кабан — опасное животное. Он может убить тебя одним ударом клыка.

— Тогда тем более я не отпущу тебя одну.

Нова посмотрела на него. В его глазах было упрямство, которое она уже узнала.

— Хорошо. Но если ты умрёшь, я не буду тебя воскрешать.

— Договорились.

Они двинулись вперёд — Нова бесшумно, Беллами стараясь подражать её шагам.

Кабан стоял у ручья, опустив морду в воду. Огромный, чёрный, с торчащими клыками.

Нова замерла, подняла руку — Беллами остановился. Она показала жестами: я с левого фланга, ты — с правого. Жди моего сигнала.

Беллами кивнул.

Нова двинулась. Её тень скользила между деревьями. Она подошла к кабану на расстояние десяти метров, потом пяти. Кабан поднял голову, принюхался.

Слишком поздно.

Нова прыгнула. Её клинок вошёл в шею животного, второй — в бок. Кабан взревел, попытался боднуть, но она уже перерезала ему сонную артерию. Кровь хлынула фонтаном, и через несколько секунд зверь рухнул на землю.

— Чисто, — сказала Нова, вытирая клинки о шкуру. — Тащите его в лагерь.

Беллами подошёл, глядя на тушу.

— Ты сделала это за десять секунд.

— Восемь, — поправила она. — Я замедлилась, потому что ты дышал слишком громко.

— Я дышал нормально.

— Нет, не нормально. — она усмехнулась. — Но для новичка сойдёт.

Они переглянулись. В глазах Беллами мелькнуло что-то — уважение? восхищение?

— Идём, — сказал он, отводя взгляд. — Нужно разделать тушу, пока не пришли хищники.

***

База. Вечер.

Мясо кабана жарили на костре в столовой. Люди ели, улыбались, впервые за долгое время чувствуя сытость. Нова сидела в углу, наблюдая.

— Ты не ешь, — заметил Беллами, садясь рядом.

— Не голодна.

— Ты всегда не голодна. — он протянул ей кусок мяса. — Ешь. Ты нужна нам сильной.

Она взяла мясо, откусила маленький кусочек.

— Это не потому, что я не хочу есть, — тихо сказала она. — Стабилизатор подавляет аппетит. Без него я бы ела за троих.

— А без стабилизатора ты бы сошла с ума.

— И это тоже.

Беллами помолчал.

— Ты когда-нибудь пыталась отказаться от него? — спросил он.

— Один раз. На Ковчеге. — Нова посмотрела в стену. — Через два дня у меня начались галлюцинации. Я видела людей, которых убила. Они стояли вокруг меня и кричали. Я не выдержала и сделала укол.

— Что было потом?

— Тишина. — она усмехнулась. — Знаешь, в этом самая большая ирония. Лекарство, которое держит меня в узде, одновременно лишает меня человечности. Без него я безумна, но чувствую. С ним — я пуста, но функционирую.

— Есть третий путь, — сказал Беллами.

— Какой?

— Мы найдём способ снизить дозу. Постепенно. Может быть, твой организм адаптируется.

Нова покачала головой.

— Ты наивен, Блейк. Как ребёнок, который верит в сказки.

— Может быть. Но я предпочитаю верить, что выход есть, чем смириться с тем, что его нет.

Она посмотрела на него долгим взглядом.

— Знаешь, — сказала она. — Ты первый человек, который не пытается меня изменить. Ты просто принимаешь меня такой, какая я есть.

— А какой смысл пытаться изменить тебя? — Беллами пожал плечами. — Ты — это ты. Хорошая, плохая, опасная. Я просто хочу, чтобы ты выжила.

— Зачем?

— Потому что ты заслуживаешь шанса. Как и все мы.

Нова отвернулась, но он заметил, как дрогнули её пальцы, сжимающие кусок мяса.

— Ты опасный человек, Блейк, — прошептала она.

— Почему?

— Потому что ты заставляешь меня верить в то, во что я перестала верить давно.

— Во что?

— В то, что я могу быть кем-то, кроме оружия.

Они сидели в тишине, глядя на огонь. И впервые за долгое время Нова позволила себе расслабиться — совсем чуть-чуть, едва заметно.

Но для Беллами этого было достаточно.

***

База. Поздняя ночь.

Нова не спала. Она сидела у входа в бункер, глядя на звёзды. Беллами вышел к ней через час.

— Не спится? — спросил он.

— Думаю, — ответила она.

— О чём?

— О том, что будет, когда мы встретим землян снова. Они не отступят. Они будут приходить снова и снова.

— Мы справимся.

— Ты так уверен?

— У нас есть ты, — сказал Беллами. — А ты — лучшее оружие, которое у нас есть.

Нова усмехнулась.

— Оружие. Да. Только оружие.

— Я не это имел в виду.

— А что ты имел в виду?

Беллами подошёл ближе, сел рядом.

— Я имел в виду, что ты — человек, который умеет защищать других. Не потому, что тебе приказали. А потому, что ты хочешь.

— Я не хочу. Мне приказали.

— Врёшь. — он повернулся к ней. — Ты могла бы уйти. Скрыться в лесу. Никто бы тебя не нашёл. Но ты остаёшься. Потому что тебе не всё равно.

Нова молчала.

— Мне не всё равно, — наконец сказала она. — И это пугает меня больше, чем любой враг.

— Это называется человечностью, Нова.

— Я не знаю, что это.

— Узнаешь. — Беллами встал. — Со временем. А сейчас иди спать. Завтра будем укреплять бункер.

Он протянул руку, помогая ей встать. Нова взяла её — на секунду, не больше, но Беллами почувствовал, как дрожат её пальцы.

— Спокойной ночи, Блейк, — сказала она.

— Спокойной ночи, Нова.

Она ушла в бункер, а он остался стоять у входа, глядя на звёзды.

Что-то менялось. Медленно, неощутимо, но менялось.

И он не знал, хорошо это или плохо.