Визенгамот - Ловушка захлопывается (Продолжение)
Безликая не просто стояла в центре зала — она стала центром новой, расширяющейся реальности. Стены зала №10 начали медленно раздвигаться, издавая стон, похожий на скрежет тектонических плит. Черный камень плавился и перетекал, увеличивая пространство в десятки раз. Потолок исчез, открыв вместо себя бездонное ночное небо, где вместо звезд горели холодные огни древних рун.
Магия больше не желала тесниться в рамках министерских законов. Она создавала Арену Истины.
Воздух в зале задрожал от гула, напоминающего удар гигантского колокола. Пространство начало схлопываться в разных точках, выбрасывая в зал ошеломленных людей.
Первыми из вихря золотых искр появились ученики Хогвартса. Сотни подростков, еще мгновение назад завтракавших в Большом зале, теперь испуганно жались друг к другу на внезапно выросших трибунах. Следом за ними, в облаке изумрудного дыма, возникли учителя: Макгонагалл с палочкой наготове, бледный Снейп и перепуганный Флитвик.
С глухим стуком в первом ряду материализовалось всё семейство Уизли. Молли прижимала к себе Джинни, а Артур растерянно озирался, пытаясь понять, почему их уютная «Нора» сменилась судом Магии. Рядом с ними возникли Флёр Делакур с родителями и Виктор Крам — участники Турнира Трех Волшебников были призваны как свидетели последнего великого обмана.
Но самый громкий вздох пронесся по залу, когда из пустоты соткались Сириус Блэк и Гермиона Грейнджер. Они стояли плечом к плечу, и в руках Гермионы сиял Кодекс Магии, ставший якорем для этого ритуала. Сириус, впервые за двенадцать лет представший перед миром не как беглец, а как лорд древнего дома, держал голову высоко, и его цепи — цепи Азкабана — рассыпались в пыль прямо на глазах у министра.
Затем наступила леденящая тишина. В правой части зала пространство почернело, и из него, скованные призрачными кандалами, вывалились Пожиратели Смерти. Люциус Малфой вскрикнул, увидев, как рядом с ним материализуются Беллатриса Лестрейндж и другие узники Азкабана. Магия вытащила их из камер, чтобы они предстали перед судом, который невозможно подкупить.
И тут свет в зале изменился. Он стал мягким, жемчужным. На почетных местах, которые раньше занимали судьи, материализовались живые портреты семьи Поттер. Лили и Джеймс смотрели со своих рам с нескрываемой гордостью и бесконечной печалью. Их изображения не были статичными — они дышали, их глаза следили за каждым движением Дамблдора.
Но финальный аккорд заставил содрогнуться даже Безликую.
В центре круга, напротив Гарри, начал формироваться силуэт. Это не был безносый монстр из кошмаров последних лет. Из тумана вышел Том Реддл — юноша необычайной красоты, каким он был в свои лучшие годы в Хогвартсе, до того как первая трещина расколола его душу. Это была его истинная суть, вырванная Магией из небытия для очной ставки. Он выглядел растерянным, его идеальное лицо исказилось от проблеска человеческого страха перед лицом Высшего Суда.
Зал теперь представлял собой колоссальный амфитеатр, вмещавший всё магическое общество Британии.
— СВИДЕТЕЛИ ПРИЗВАНЫ, — голос Безликой не звучал ушами, он вибрировал в костях. — УЗЫ КРОВИ, УЗЫ ПРЕДАТЕЛЬСТВА И УЗЫ ЛЖИ ОБНАЖЕНЫ. ПУСТЬ НАЧНЕТСЯ ЗАПИСЬ В СВИТКЕ РАЗБИТЫХ СУДЕБ.
Гарри стоял в центре этого безумия, чувствуя, как его рука, сжимающая кольцо, становится точкой опоры для всего мира. Он посмотрел на Дамблдора, который теперь казался маленьким и хрупким на фоне разбуженной стихии. Он посмотрел на Реддла, в чьих глазах читалось осознание краха.
Магия расширила зал до пределов самой Истины. Скрыться было негде.