Глава девятнадцатая
Брат - это не просто родственник, это тот, кто мог бы стать твоей защитой, но иногда становится ещё одной стеной. Брат - это тот, кто растёт рядом с тобой, дышит тем же воздухом, видит ту же боль, но выбирает молчание. Он может смотреть, как тебя продают, как твою свободу обменивают на деньги, как твою волю ломают день за днём - и ничего не делать. Не потому, что он жестокий. А потому, что его научили, что так правильно. Потому что ему тоже страшно. Потому что он боится, что если начнёт защищать тебя, то следующим будет он. И ты не можешь винить его за это, даже когда внутри всё горит от обиды. Ты просто понимаешь: вы по разные стороны баррикад. Он - там, где власть и деньги. Ты - там, где выживание. И между вами пропасть, которую не перепрыгнуть. Брат мог бы стать твоим союзником. Но он стал молчаливым наблюдателем. И это, пожалуй, больнее, чем если бы он активно участвовал в твоём уничтожении. Потому что ты знаешь: он видит. Он знает. И он ничего не делает.
---
Утро началось с будильника. Ада поставила его на семь тридцать - ровно столько времени нужно, чтобы успеть приготовить завтрак к девяти. Елена, мать Игоря, была пунктуальна и не прощала опозданий. Вчера она ясно дала понять: отныне Ада будет вести хозяйство сама, без прислуги. «Чтобы научилась быть полезной», - сказала она.
Ада встала, потянулась и пошла умываться. Ледяная вода из крана помогла окончательно проснуться, прогнав остатки сна. Короткие волосы она просто пригладила пальцами - времени на укладку не было, да и не для кого стараться. Пирсинг в губе она оставила.
Она спустилась вниз. В доме было тихо - Игорь ещё спал, прислугу Елена отослала, так что вся работа легла на Аду. На кухне её уже ждала записка на столе: «Завтрак к девяти. Горячее, свежее. Без опозданий».
Ада принялась за дело. Включила плиту, поставила сковороду, достала яйца, масло, хлеб. Вчера Елена показывала ей, как правильно жарить яичницу, и Ада старалась запомнить каждую деталь. Яйца не должны были подгореть, но и оставаться сырыми - тоже. Она следила за температурой, переворачивала, солила.
Хлеб она поджарила в тостере - ровно до золотистой корочки. Нарезала сыр тонкими ломтиками, вымыла помидоры. Поставила чайник. Накрыла на стол - две тарелки, для Игоря и Елены. Салфетки, приборы, чашки. Всё строго, аккуратно, как учили.
Когда всё было готово, она выключила плиту и поднялась наверх, чтобы привести себя в порядок. Умылась ещё раз, расчесала волосы, переоделась в чистое платье - строгое, серое, которое выбрала Елена. Посмотрела на себя в зеркало. Выглядела она нормально. Уставшей, но нормально.
Она вернулась на кухню и села на стул у окна, ожидая, когда проснутся хозяева. За окном было пасмурно, но сухо. Листья на деревьях в саду начали желтеть.
Ровно в девять в столовую вошла Елена. Она была уже одета, причёсана, накрашена - безупречная, как всегда. Её взгляд скользнул по накрытому столу, по Аде.
- Хорошо, - коротко сказала она, садясь на своё место.
Через несколько минут пришёл Игорь. Он был в халате, сонный, с планшетом в руках. Сел за стол, не глядя на Аду, и начал есть. Елена что-то говорила ему о делах, о встречах, о каких-то партнёрах. Игорь отвечал односложно, не поднимая головы.
Ада сидела, сложив руки на коленях, и ждала, когда завтрак закончится. Она не ела - не хотелось. Она просто смотрела в окно и думала о своём.
После завтрака Елена велела Аде убрать со стола и вымыть посуду. Ада молча принялась за дело. Игорь ушёл одеваться, Елена - в свою комнату. Ада осталась одна на кухне.
День тянулся медленно. Елена заставляла её делать всё новые и новые дела - протереть пыль, пропылесосить, полить цветы, перебрать крупу. Ада делала всё молча, механически. К вечеру руки уже привыкли к работе, и это было даже легче, чем вчера. Мышцы болели, но уже не так сильно.
За ужином Игорь впервые за день посмотрел на неё.
- Одевайся, - сказал он, отодвигая тарелку. - Сегодня едем на встречу.
Ада подняла глаза.
- Какую встречу?
- По бизнесу, - Игорь взял салфетку и вытер губы. - Важная. Все приедут со своими невестами или жёнами. Так принято. Лучше, чтобы ты была со мной.
- Во сколько? - спросила она.
- Через час. Будь готова.
Он вышел из-за стола, и Ада осталась сидеть, глядя на свою тарелку с нетронутой едой. Есть не хотелось. Она встала, убрала посуду и пошла наверх.
В комнате она открыла шкаф. Платья, которые выбрала для неё Елена - строгие, дорогие, чужие. Ада выбрала тёмно-синее, длинное, с длинными рукавами. Оно скрывало её руки и делало её похожей на кого-то другого - взрослую, серьёзную, смирившуюся. Она оделась, поправила волосы. Пирсинг она решила оставить - пусть видят.
Через час она спустилась вниз. Игорь уже ждал в холле - в чёрном костюме, с идеальной причёской, с тем самым холодным выражением лица, которое Ада знала так хорошо.
- Идём, - сказал он и направился к выходу.
Машина уже ждала у крыльца. Ада села на заднее сиденье, Игорь - рядом. Водитель завёл двигатель, и они выехали за ворота.
Всю дорогу они молчали. Игорь смотрел в окно, Ада - на свои руки, сложенные на коленях. Город мелькал за стеклом - люди, машины, дома. Обычная жизнь.
Машина остановилась у дорогого ресторана в центре города. Игорь вышел первым, потом протянул руку Аде - жест, который должен был выглядеть заботливым. Ада взяла его руку, чувствуя, как её пальцы холодеют от прикосновения. Она вышла из машины, поправила платье и посмотрела на вход в ресторан.
- Улыбайся, - коротко сказал Игорь.
Ада улыбнулась. Фальшиво, пусто, как учили. Она чувствовала, как улыбка застывает на губах, но она продолжала улыбаться.
Они вошли в ресторан. Свет был приглушённым, играла тихая музыка. Люди оборачивались, смотрели на них, кивали, улыбались тем, кто был в их кругу.
- Игорь, рад тебя видеть! - к ним подошёл высокий мужчина в сером костюме. - А это, наверное, та самая Ада?
- Да, - Игорь кивнул. - Моя невеста.
- Очень приятно, - мужчина протянул руку, и Ада пожала её, продолжая улыбаться.
Они прошли к большому столу, где уже сидели несколько пар. Игорь представил её: «моя невеста Ада», - и все заулыбались, закивали, заговорили о том, какие они красивые, как им повезло, какое счастливое будущее их ждёт.
Ада села на своё место рядом с Игорем. Официанты разливали вино, подавали закуски. Разговор шёл о бизнесе - цифры, контракты, сделки. Женщины обсуждали что-то своё - украшения, отпуска, рестораны.
Ада молчала, сжимая в руке бокал с шампанским. Она слушала этот разговор, чувствуя себя чужой среди этих людей.
В какой-то момент, когда разговор стал особенно оживлённым, Игорь повернулся к ней. Его рука легла на её талию - спокойно, уверенно, как будто это было самое естественное в мире. Пальцы сжались чуть сильнее, притягивая её ближе.
Ада замерла. Она чувствовала тяжесть его руки, тепло, которое не согревало, а давило. Ей хотелось отодвинуться, стряхнуть эту руку, но она не могла. Все смотрели. Все видели. Для них это был жест заботы, близости, любви.
Игорь наклонился к её уху и прошептал:
- Улыбайся.
Ада улыбнулась. Широкая фальшивая улыбка, которая ничего не значила.
- Хорошая девочка, - так же тихо сказал он и поцеловал её в висок - нежно, почти ласково.
Для посторонних это выглядело как проявление чувств. Ада знала правду. Это было демонстрацией власти. Он показывал всем: она - его. Он может делать с ней всё, что захочет.
Рука на талии не двигалась. Пальцы иногда чуть сжимались, напоминая о своём присутствии. Ада сидела прямо, стараясь не показывать, как ей это противно. Она продолжала улыбаться, кивать, когда кто-то обращался к ней, отвечать односложно, вежливо.
Кто-то из-за стола поднял тост за молодую пару. Все заулыбались, подняли бокалы. Игорь прижал Аду ближе, и она почувствовала, как его пальцы сжались на её талии сильнее.
- За вас, - сказал мужчина напротив. - За ваше счастье.
- Спасибо, - ответил Игорь, и его голос звучал искренне.
Ада поднесла бокал к губам и сделала глоток. Шампанское было холодным, пустым, как и всё вокруг.
Она сидела, чувствуя на себе чужую руку, и думала о том, что где-то там, за стенами этого ресторана, есть другая жизнь. Жизнь, в которой не нужно улыбаться, когда не хочется. Жизнь, в которой чужие руки не лежат на твоей талии. Жизнь, в которой есть Адель.
Но сейчас она была здесь. С Игорем. Среди этих людей. И она улыбалась.
Вечер тянулся долго. Говорили о планах, о будущем, о том, как они будут вместе работать, строить бизнес, растить детей. Ада слушала и кивала. Она была как кукла - красивая, улыбающаяся, послушная.
Когда они наконец вышли из ресторана, ночной воздух ударил в лицо. Ада глубоко вдохнула, чувствуя, как напряжение начинает отпускать. Игорь отпустил её талию, сел в машину и уставился в окно.
- Неплохо, - сказал он. - Ты справилась.
Ада не ответила. Она смотрела на город, который мелькал за стеклом, и думала о том, что сегодня она выдержала ещё один день. Завтра будет новый. И она выдержит и его.
Потому что у неё была цель. И она к ней шла.