Поколение пекла♤

​Вечер окончательно захлебнулся в свинцовой тяжести туч. Дождь еще не начался, но воздух был настолько влажным и плотным, что казался осязаемым. Капли застревали в воздухе, смешиваясь с запахом сырого песка, мазута и выхлопных газов.

​Я продвигалась вдоль покосившегося бетонного забора промзоны, стараясь не производить лишнего шума. Подошвы кроссовок скользили по мокрой траве и щебню. Внутренний карман куртки привычно и страшно оттягивал тяжелый ТТ. Каждое прикосновение металла к ребрам напоминало: назад дороги нет. Я переступила черту в тот момент, когда перелезла через подоконник своей кухни.
​Впереди возвышались «Пески» - гигантские насыпи желтого строительного песка, которые за годы простоя превратились в настоящие барханы, зловеще вырисовывающиеся на фоне темнеющего неба. Это место всегда пользовалось дурной славой. Здесь не было случайных прохожих, не было камер, а шум города глох в песчаных карьерах. Идеальная арена для той грязи, в которую нас затягивало.

​Я забралась на небольшой холм, поросший густым, колючим кустарником облепихи и дикого шиповника. Ветви больно царапали лицо и цеплялись за одежду, но я заставила себя вжаться в самую гущу, не обращая внимания на ссадины. Упав на живот, я раздвинула ветки и посмотрела вниз.

​Внизу, в огромной песчаной чаше, горели фары десятков автомобилей.
​Ряд черных тонированных «BMW E34» Пети стоял полукругом, выхватывая мощными лучами света песчаную пыль, висящую в воздухе. С противоположной стороны чаши ровным фронтом выстроились машины их соперников - старые тяжелые внедорожники и темные седаны. Это были «Центровские» - жестокая, отмороженная группировка подмятого Стариком криминального конгломерата. Они пришли не просто договариваться, они пришли вернуть себе территорию и забрать под контроль весь южный транспортный узел. Старик послал их, чтобы раз и навсегда стереть Петиных людей с карты города.

​В центре этого песчаного плато стояли люди. Много людей. Не меньше двухсот человек с обеих сторон. Атмосфера была натянута до такого предела, что, казалось, проведи пальцем по воздуху - и раздастся звон.

​Впереди нашей группы стоял Петя.
​На нем была та самая черная куртка, капюшон сброшен. По обе стороны от него застыли Авдеев и Казак - два верных пса, готовых разорвать любого по первому сигналу. Чуть позади, держась собранно и жестко, стояли отцы - Вячеслав и мой отец Серафим. В руках Вячеслава блестел тяжелый гаечный ключ и рукоять арматуры, а Серафим стоял, держа руки в карманах штормовки, но я знала: в этих карманах сжаты стволы. За их спинами ровной, хмурой стеной застыли сотня бойцов.

​Напротив Пети вышли лидеры «Зареченских». Вперед выступил их главарь - высокий, коренастый тип с обритым налысо черепом и широким, изуродованным шрамами лицом. В криминальном мире его знали под кличкой Бык. За его спиной стоял тот самый Лысый, которому Петя обещал выбить зубы, и еще около сотни вооруженных до зубов бандитов.
​Сердце в моей груди колотилось с такой силой, что отдавало в ушах глухими ударами. «Господи, Петя...» - пронеслась в голове сумасшедшая мысль. Страх парализовал пальцы, я крепче сжала рукоять ТТ прямо через ткань куртки.

​- Ну че, Карась! - пробасил Бык, перекрывая гул работающих моторов. Голос у него был хриплый, прокуренный, с мерзкой издевательской хрипотцой. - Приперся? А мы думали, ты под юбку своей девки спрятался и носа не высунешь. Старик передает тебе привет. Говорит, время твое вышло. Город возвращается хозяевам, а вы, щенки, либо ложитесь под нас, либо мы вас прямо в этот песок и закопаем.

​Петя стоял совершенно неподвижно. Руки в карманах. Лицо высечено из камня. Ни один мускул не дрогнул на его скулах. Он выглядел настолько спокойным, что это спокойствие казалось опаснее любого крика.
​Бык продолжал нести какую-то чушь, размахивая руками. Он кричал про прошлые долги, про то, что Петя - выскочка, который забыл свое место, про то, что «Центровские» забрали под себя склады и следующей ночью спалят «Лебедь» до основания. Он брызгал слюной, распаляя сам себя и свою толпу, которая отвечала одобрительным гулом и матом.

​Петя терпеливо слушал. Он дал Быку выговориться полностью, не перебивая и не делая ни единого движения.
​Когда главарь «Центровских» наконец сделал паузу, чтобы набрать в легкие воздуха для новой порции оскорблений, Петя сделал один медленный шаг вперед. В наступившей короткой тишине его низкий, спокойный голос прорезал пространство:
​- Договорил?
​Бык опешил. Он набрал воздух, собираясь ответить очередным матом:
- Ты че, сука...

​Он не успел договорить.

​Петя выбросил правую руку вперед с молниеносной, страшной скоростью. Сокрушительный удар коротким боковым снизу пришелся Быку прямо в челюсть. Раздался отчетливый, сухой хруст кости.
​Главарь «Зареченских» отлетел назад, словно подкошенный, и с тяжелым глухим звуком рухнул лицом в песчаную насыпь.

​- А-а-ах! - вырвался у меня из горла глухой вскрик, но я вовремя зажала рот обеими руками, вжимаясь всем телом в мокрую землю.

​В ту же секунду Пески взродили ад.
​- Вспышка! Замочи их! - взревел Авдеев.
​Стены из людей сорвались навстречу друг другу. Воздух взорвался таким плотным, бешеным хаосом, какого я не видела даже в самых кошмарных снах. Это была не просто драка - это была мясорубка. Стенка на стенку. Двести человек схлестнулись на узком пятачке.
​Сухой треск пистолетных выстрелов мгновенно смешался с криками, матом, звоном арматуры и глухими ударами железа о человеческие тела. Песчаная пыль взметалась тучами от сотен бьющихся ног, скрывая фигуры в серой месиве.

​Я зажмурилась и сжалась в комок в своих кустах. Руки отчаянно закрывали уши, но звук рвущейся плоти, выстрелы и дикие крики пробивали любую защиту. Внутри меня всё перевернулось. Животный, ледяной ужас сковал мышцы. Я не могла дышать. Мне казалось, что если я открою глаза, то увижу мертвым Петьку, своего отца, всех нас.

​Прошла минута. Или пять? Время потеряло любой смысл.
​Превозмогая парализующий страх, заставляя себя быть сильной - ради него, ради себя - я медленно разжала пальцы и посмотрела вниз через сплетение ветвей.
​Внизу кипел кровавый ад. Несколько человек лежали на песке без движения. Вячеслав у самой машины вдвоем с Кабином отбивался арматурой от трех нападавших. Мой отец Серафим стоял чуть позади, делая прицельные выстрелы из пистолета по ногам тех, кто пытался прорваться к машине командиров.
​А в самом центре этого безумия находился Петя.

​Он дрался как дикий зверь. Его куртка была разорвана, лицо измазано в чужой и своей крови, но он движением профессионального бойца сбивал людей с ног, уклонялся от ударов и шел вперед. Он ломал вражеский строй, прорываясь к машинам противника.

​И вдруг мое сердце остановилось...
​В десяти метрах от Пети, у подножия песчаного холма, поднимался согнувшийся Лысый - тот самый бандит со шрамом. Он вытирал с подбородка кровь, глаза его были налиты безумной яростью. В руках у него блеснул тяжелый вороненый ствол.
​Петя был занят другим противником - он впечатывал в капот машины какого-то амбала и стоял к Лысому абсолютно спиной. Он ничего не видел. Он был полностью открыт.
​Лысый медленно вскинул пистолет, двумя руками целясь Пете прямо в затылок.
​«НЕТ!» - закричал голос внутри меня.
​Воздух в легких мгновенно превратился в лед. Страх, сковывавший мои конечности секунду назад, испарился, выжженный чистым, диким адреналином. Сердце сжалось в крошечный комок, а в голове осталась лишь одна-единственная мысль: он сейчас убьет Петьку.

​Я не помнила, как выхватила ТТ из кармана. Пальцы сработали на автомате - так, как учил Петя. Снять с предохранителя. Вскинуть руки. Сжать рукоять обеими ладонями.
​Я приподнялась на коленях в кустах, щурясь сквозь слезы и песчаную пыль, и направила ствол вниз, в сторону Лысого. Палец лежал на холодном металле спускового крючка. Я не думала о том, что делаю. Я не думала о законе, о грехе, о будущем. Существовал только палец Лысого, сжимающий курок, и спина моего любимого человека.

​БАХ.

​Одача тяжелого пистолета больно ударила по запястьям, выстрел оглушил меня на правое ухо.
​Внизу, на песке, Лысый резко дернулся, дико вскрикнул и выронил оружие. Моя пуля попала ему прямо в правое плечо. Он схватился за окровавленную руку и с воплем рухнул на колени, сползая по песчаной насыпи.

​Петя внизу отрезвленно обернулся на звук одиночного выстрела сверху, на мгновение застыв.

​Но я не успела даже выдохнуть.
​Сзади раздался хруст ломающихся веток и тяжелый, свистящий топот.
​- Ах ты сучка, выследила! - прорычал над самым моим ухом низкий, прокуренный голос.

​Прежде чем я успела развернуться, огромные, железные клешни сзади мертвой хваткой впились в мои плечи и с дикой силой вздернули вверх, вырывая из кустов.
​Меня держал амбал из «Центровских» - массивный, огромный мужик с бычьей шеей, от которого разило перегаром и потом. Мой ТТ от неожиданного и мощного рывка выскочил из пальцев и со звоном упал куда-то в сухую траву у моих ног.

​- Уберите ее! Она сверху стреляла! - заорал мужик в сторону своих.
​Он сжал мои ребра так, что из легких выбило весь воздух. Перед глазами поплыли темные круги. В его хватке я казалась тонкой тростинкой, которую он мог переломить пополам одним движением.

​«Нет! Не сдаваться!» - взревел мой внутренний голос.

​Инстинкт самосохранения и дикая ярость сработали быстрее страха. Я набрала в грудь оставшиеся крохи воздуха, резко извернулась всем телом и со всей дури нанесла хлесткий, отчаянный удар пяткой назад и снизу вверх - прямо ему в пах.

​Удар получился точным и страшным.
​Амбал дико, по-животному взвыл. Его хватка на секунду ослабла, глаза вылезли из орбит, и он начал грузно оседать на колени, выпуская меня.
​Я рухнула на корточки в грязь и траву. Пальцы лихорадочно зашарили по земле, натыкаясь на корни и камни. Где ствол?! Где ствол?!

​Есть! Рука наткнулась на холодную рукоять ТТ. Я схватила пистолет, перекатилась на спину и увидела, как оправившийся от шока амбал с наливающимися кровью глазами тянет к моему горлу свои огромные клешни.
​Я не колебалась ни секунды. Я нажала на спуск.

​ВЫСТРЕЛ.

​Сухой, оглушительный хлопок. Пуля вошла ему прямо в грудь.
​Мужик замер на мгновение с открытым ртом, затем тяжело, словно мешок с цементом, повалился навзничь прямо рядом со мной, мгновенно затихнув. Его остекленевшие глаза уставились в темное майское небо.

​Я сидела на корточках в кустах, тяжело, рвано дыша. Руки с пистолетом немилосердно дрожали. На лице смешались грязь, слезы и чужая кровь. Я только что убила человека. Человека, который хотел сломать мне шею. Но времени на осознание этого кошмара у меня не было.

​Быстро засунув ТТ в глубокий внутренний карман куртки, я попыталась подняться.
​И в эту секунду кусты вокруг меня раздвинулись.
​Я не успела даже пискнуть. Сзади на меня обрушился тяжелый удар по затылку. Перед глазами вспыхнули тысячи слепящих звезд, земля ушла из-под ног, и я рухнула лицом в мокрый песок.
​Сознание возвращалось короткими, мучительными вспышками.

​В голове дико молотил тяжелый молот, во рту стоял стойкий металлический вкус крови. Меня волокли. Кто-то тащил меня за воротник куртки вниз по песчаному склону, словно тряпичную куклу. Подошвы моих кроссовок чертили глубокие борозды в песке.
​- Вставай, дрянь! - прорычал сверху голос.

​Меня рывком вздернули на ноги и заставили стать в центре песчаной площадки.

​Я попыталась устоять, но ноги подкашивались. Взгляд с трудом сфокусировался. Оказалось, что пока я была в беспамятстве, расклад сил на Песках кардинально изменился.
​Замес приостановился. Стрельба стихла, уступив место тяжелому, напряженному молчанию. Люди разошлись в две стороны, образовав широкое полукольцо.

​В центре этого полукольца стояла я.
​Меня держал оправившийся от удара Бык - главарь «Центровских». Его челюсть была перекошена, с подбородка капала кровь, но он стоял на ногах, мертвой хваткой сжимая мое горло левой рукой. А правой... правой рукой он прижимал холодный дульный срез тяжелого пистолета прямо к моему правому виску.
​- Не дергайся, сука, - прошипел он мне в самое ухо. От него разило кровью и перегаром.

​Я попыталась сделать незаметное движение рукой к внутреннему карману, чтобы нащупать свой ТТ, но от резкого толчка Быка куртка распахнулась. Стальной корпус "моего" пистолета со скользким звуком выскочил из кармана и упал прямо к моим ногам на белый песок.

​Металл блеснул в свете фар.

​Бык посмотрел вниз, увидел упавшее оружие и разразился мерзким, хриплым хохотом. Он сильнее вжал ствол пистолета в мой висок, так что металл больно въелся в кожу.

​- О-о-о, посмотрите на нее! - взревел Бык на всю промзону, обращаясь к толпе. - Смотрите, кого мы тут поймали! Маленькая сучка Карася! Ствол таскает! Это ты, мразь, в Лысого стреляла из кустов?! А?!

​Он сжал мое горло сильнее, перекрывая доступ воздуху. Я захрипела, но тщетно пыталась удержать равновесие.

​- Че, сука, думала, самая умная?! - гудел Бык, брызжа слюной мне в лицо. - Думала, придешь своего паренька спасать?! Да ты обычная подстилка! Ты сейчас подохнешь первая, а потом я лично твоему Карасю кишки выпущу!

​Я посмотрела вперед.
​В десяти шагах от нас стоял Петя.
​Его лицо надо было видеть. Оно не просто изменилось - оно превратилось в маску безнадежного, дикого, нечеловеческого ужаса.
Вся его прежняя уверенность, вся его сила испарилась в одно мгновение. В его глазах плескалась такая бездонная боль и страх за меня, которых я никогда раньше у него не видела.

​Он держал свой пистолет вытянутыми руками, целясь прямо в голову Быку. За его спиной замерли отцы - Вячеслав и Серафим. Мой отец выглядел так, будто старел на десять лет за каждую секунду. Его ствол тоже был направлен на Быка, но никто из них не мог сделать выстрел.
​Потому что Бык полностью прятался за моим телом. Одно неверное движение, один выстрел - и пуля Быка прожжет мой череп раньше, чем он упадет.

​- Петя... - бессильно прошептала я губами, из которых текла кровь.
​- Стой! - взревел Петя. Голос его сорвался на дикий, надрывный хрип. В нем слышались слезы и безумие. - Бык, сука, стой! Не трогай ее! На меня смотри, тварь!
​- Заткнись, Карась! - крикнул Бык, сильнее прижимая ствол к моему виску. Я чувствовала, как пальцы бандита дрожат на спусковом крючке от адреналина и боли в сломанной челюсти. - Бросай ствол! Все бросайте стволы, нахрен! Или я прямо сейчас раскрашу ее мозгами этот песок! Я посчитаю до трех! Раз!
​- Петя, не надо... - прохрипела я, глядя на него.
​- Заткнись! - Бык потряс меня за горло.
​- Бык, подожди! - Петя сделал полшага вперед, его руки с пистолетом ходили ходуном. Человек, который никогда ничего не боялся, сейчас дрожал как осиновый лист. - Давай обменяемся! Забери меня! Возьми меня в заложники, забирай все склады, все деньги, весь город! Только отпусти ее! Она здесь ни при чем! Отпусти ее, мразь!
​- Два! - визгливо выкрикнул Бык, не слушая его. - Пошли все нахуй! Бросайте оружие, суки!
​- Петя, бросай! - закричал мой отец Серафим, первыми бросая свой пистолет в песок. - Слышишь, бросай ствол!
​Вячеслав тоже со сквернословием швырнул свою арматуру и пистолет на землю.
​Петя медленно, не сводя глаз с моих глаз, опустил руку. Его взгляд просил у меня прощения. В нем читалась такая глухомань отчаяния, что мое сердце разрывалось на части. Он медленно разжал пальцы, и его вороненый ствол упал в песок.
​- Молодец, Карась, - ухмыльнулся Бык, ощущая свое полное триумфальное превосходство. - А теперь вставай на колени. Ты и твои псы. Вставай, блядь, или я выбью ей мозги!

​Петя не колебался ни секунды. Он смотрел только на меня, пока его колени медленно опускались на мокрую, песчаную землю.
​Я видела, как по его окровавленной щеке катится одинокая слеза. Человек, перед которым трепетал весь город, стоял на коленях в грязи - ради того, чтобы я жила еще хотя бы одну минуту.
​- А теперь ты, сучка, - прошипел Бык мне на ухо, взводя курок пистолета. - Попрощайся со своим пареньком.
​В этот момент над Песками разразился первый мощный раскат майского грома, и на нас обрушился стены ледяного ливня.
​Бык на секунду прижмурился от удара каплей в глаза и ослабил хватку на моем горле.
​И этой доли секунды мне хватило.
​Я не думала о спасении. Я думала о Пете, стоящем на коленях. Я извернулась всем телом, изо всех сил ударила локтем назад - прямо в его сломанную челюсть!
​Бык взвыл от адской боли, его рука со стволом дернулась в сторону.

​ГРОХОТ ВЫСТРЕЛА.

​Пуля прошла в миллиметре от моего уха, обжегши кожу пороховыми газами.
​- КИРА, ЛЕЧЬ! - истошно взревел Петя.
​В ту же секунду Петя совершил нечеловеческий, безумный рывок с колен вперед. Он преодолел эти десять метров за долю секунды, подобно запущенной пружине. Прежде чем Бык успел снова навести на меня ствол, Петя всей своей массой врезался в него, сбивая с ног.
​Они вместе рухнули на песок.
​Снова вспыхнул хаос. Авдеев, Казак и отцы бросились вперед, подхватывая брошенное оружие. Завязалась короткая, страшная рукопашная схватка.
​Я упала на живот в песок, закрывая голову руками. Надомной летели пули, кричали люди, гремел гром.

​В двух метрах от меня Петя добивал Быка. Это была не просто драка - это было избиение загнаного зверя. Петя сидел на нем сверху и наносил удар за ударом в его лицо, не останавливаясь, превращая его в месиво, пока Казак не подбежал и не оттащил его за плечи.

​- Всё, Карась! Всё! Он готов! - орал Казак через шум ливня. - Уходим! Менты на подходе, кто-то вызвал СОБР!
​Петя вырвался из рук Казака, тяжело дыша, и бросился ко мне.

​Он упал на колени прямо в лужу, подхватил меня на руки и прижал к своей груди так сильно, что я едва могла дышать. Его тело дрожало мелкой, неуправляемой дрожью. Он целовал мое лицо, мои волосы, измазанные в песке и крови, шепча как безумный:
​- Кира... Кира... Живая... Господи, живая... Ты жива...
​- Петя... - я обняла его за шею, рыдая навзрыд. Весь накопленный ужас, весь этот смертельный страх выходил из меня вместе со слезами. - Прости меня... прости... я не могла остаться...
​- Заткнись, - прошептал он, утыкаясь носом в мою шею. - Заткнись, маленькая моя... Главное, что ты жива.
​К нам подбежал мой отец Серафим. На его лице смешались облегчение и дикий гнев:
- Уходим! Быстро! В машины! Через пять минут здесь будет ОМОН!

​Петя поднял меня на руки, не выпуская ни на сантиметр, и быстро понес к черному внедорожнику.
​Ночь накрыла Пески водопадом ледяного дождя, смывая кровь с песка.

Перестрелка затихла. «Центровские » панически разбегались, оставляя своего поверженного главаря. Мы победили. Война на Песках была окончена.

​Но когда наш внедорожник с ревом сорвался с места, унося нас в темноту, никто из нас еще не знал: главная расплата за эту ночь ждала нас не здесь. Она ждала нас дома.

______________________________________
2828 слов.

Скорее всего будет 50 глав + эпилог

Ставте звёздочки ☆☆!