Глава 11.Знаменитость
📌Песня:
How deep is your love - Calvin Harris
Я проснулась от того, что солнце било прямо в глаза.
За окном было серо - лондонское солнце пробивалось сквозь облака, но мне показалось, что оно ослепило меня. Я лежала на диване, укрытая пледом, и не понимала, где нахожусь. Потом увидела высокие потолки, лепнину, светлую мебель.
Лондон. Новая квартира.
Я села. Голова гудела, тело ломило. Я посмотрела на чемодан, который стоял открытым посреди комнаты, на вещи, которые я вчера так и не разобрала. Джинсы свисали с кресла, футболка лежала на полу, кроссовки валялись у двери.
Бардак.
Я вздохнула. Потом посмотрела на телефон.
Восемь утра.
Я откинулась на спинку дивана. Нужно было что-то делать. Нельзя просто лежать и ждать, пока всё наладится. Квартиру нужно оплачивать. Еду покупать. Жить.
Я взяла телефон, открыла браузер. Набрала: «подработка в Лондоне».
Сайты с вакансиями, кофейни, магазины, офисы. Ничего подходящего. Ничего, что я умела. Я листала, не вникая, и вдруг наткнулась на объявление.
«Модельное агентство Lumiere. Кастинг сегодня с 10 до 14 часов. Ждём новых лиц».
Я замерла.
Модельное агентство.
Сидни была моделью. Её лицо мелькало на обложках, её имя знали все. А я - её копия. Почему бы и мне не попробовать?
Я думала минуту. Вспоминала, как смотрела на фотографии Сидни, как сравнивала себя с ней, как ненавидела это лицо. Но теперь... теперь это лицо - единственное, что у меня есть.
Я решила.
Нашла адрес агентства - Мейфэр, Гросвенор-стрит. Недалеко. Можно дойти пешком.
Я встала. Не заправила постель. Не убрала вещи.
Прошла в ванную.
Включила воду. Горячую, почти обжигающую. Встала под душ и закрыла глаза. Чувствовала, как вода стекает по лицу, по шее, по спине. Смывает вчерашний день. Смывает страх.
Я вымыла волосы шампунем, нанесла маску. Расчесала их мокрыми пальцами, потом высушила феном. Укладка - крупные волны, как я любила.
В зеркале на меня смотрела незнакомка. Бледная, но с живыми глазами. Я улыбнулась себе. Получилось.
Я оделась. Джинсы - те, что обтягивали бёдра и сидели идеально. Чёрная водолазка - мягкая, тонкая, подчёркивающая фигуру. Лёгкий плащ - бежевый, до колен. Туфли на низком каблуке - удобные, но элегантные.
Я посмотрела в зеркало в коридоре.
- Ты справишься, - сказала я своему отражению.
Оно не ответило.
Я взяла сумку, ключи, телефон. Вышла из квартиры.
---
Улица встретила меня свежим ветром и запахом дождя.
Я шла по Честер-сквер, потом свернула на Гросвенор-стрит. Люди спешили мимо, кто-то с кофе, кто-то с зонтами. Я чувствовала на себе взгляды.
Сначала думала, что показалось.
Потом увидела женщину, которая шла навстречу. Она посмотрела на меня, замедлила шаг, прошептала что-то спутнику. Он тоже посмотрел.
Я ускорилась.
Ещё двое. Парень с девушкой. Она толкнула его локтем, кивнула в мою сторону. Он обернулся.
- Это она? - услышала я шёпот.
- Не знаю. Похожа.
Я опустила голову. Сжала лямку сумки. Шла быстрее.
На светофоре остановилась. Достала телефон. Открыла новости.
Первая же ссылка.
«Билл Каулитц и таинственная незнакомка в аэропорту Лос-Анджелеса».
Фотография. Я и Билл. Мы идём к выходу на посадку. Он в светлой футболке, я в красной майке, с опущенной головой. Наши чемоданы. Моё лицо видно не полностью, но узнать можно.
Я смотрела на неё и не верила.
Под фотографией - тысячи лайков. Сотни комментариев.
«Это Сидни? Она же умерла!»
«Нет, это не Сидни. Это новая девушка Билла. Очень похожа».
«Она точно Сидни! Посмотрите на лицо!»
«Сидни жива? Я в шоке!»
Я читала, и руки дрожали.
«Они в аэропорту. Куда они летят?»
«В Лондон. Я видел их в очереди на регистрацию».
«Боже, Сидни вернулась. Том, наверное, с ума сошёл».
«Том в тюрьме кстати. Читайте новости».
Я закрыла телефон. Спрятала в сумку.
Светофор загорелся зелёным. Я пошла дальше.
Голову не поднимала.
Но чувствовала взгляды. Они жгли спину, шею, затылок.
Я считала шаги. Думала о том, что скажут в агентстве. Узнают ли меня? Свяжут ли с Сидни? С Томом? С Биллом?
Я не знала.
Но знала, что должна попробовать.
Гросвенор-стрит была красивой. Дорогие магазины, кованые решётки, таблички с именами, которые я не узнавала. Я остановилась у высокого здания с чёрной дверью и золотой табличкой.
«Lumiere Models».
Я смотрела на буквы. Сжимала сумку.
- Войди, - сказала я себе.
Толкнула дверь. Дверь открылась, и я вошла внутрь.
Холл был огромным - высокий потолок, мраморный пол, белые стены. В воздухе пахло деньгами и цветами. На стене висели фотографии - девушки в дорогих платьях, мужчины в костюмах, все красивые, все чужие.
За стойкой сидела девушка. Лет двадцати пяти, с идеальной укладкой и улыбкой, которая не касалась глаз.
- Вы на кастинг? - спросила она.
- Да.
- Заполните анкету.
Она протянула мне планшет. Я взяла, вписала имя, возраст, рост, параметры. Рост - сто семьдесят семь. Я нажала «отправить».
- Пройдёмте, - сказала девушка.
Я пошла за ней.
Коридор был длинным, с белыми стенами и чёрными дверями. На стенах - снова фотографии. Девушки, девушки, девушки. Я смотрела на них и не узнавала никого.
Мы остановились у высокой белой двери. Девушка открыла её, пропустила меня вперёд.
- Вас позовут, - сказала она.
Я вошла.
Комната была большой. Высокие окна, паркет, зеркала во всю стену. Посередине - длинный стол, за которым сидели трое. Мужчина в центре - седые волосы, тёмный костюм, тяжёлый взгляд. По бокам - две женщины. Обе в строгих костюмах, с безупречным макияжем и холодными глазами. Перед ними на столе лежали планшеты, стаканы с водой, стопки бумаг.
Вдоль стены стояли девушки. Много девушек. Высокие, худые, красивые. Они ждали. Смотрели на меня. Я смотрела на них.
- Следующая, - сказал мужчина.
Девушка рядом со мной выдохнула, поправила волосы и пошла вперёд. Она прошла по комнате, остановилась у белой линии на полу, повернулась, замерла на секунду, потом развернулась и вернулась на место. Мужчина что-то записал в планшет. Женщины переглянулись.
- Следующая.
Девушки выходили одна за другой. Кто-то шёл уверенно, кто-то смотрел под ноги, кто-то улыбался слишком широко, кто-то не улыбался вовсе. Женщины за столом что-то записывали, кивали, качали головами. Мужчина смотрел.
- Следующая.
Я выдохнула и пошла.
Я не знала, как идти. Не знала, куда смотреть. Просто шла прямо, стараясь не споткнуться. Остановилась у белой линии. Замерла. Не улыбалась. Смотрела на мужчину за столом.
Он смотрел на меня. Долго. Я не отводила взгляд.
- Повернитесь, - сказала одна из женщин.
Я повернулась.
- Ещё раз.
Я прошла снова. Остановилась. Замерла. Смотрела.
Мужчина всё ещё смотрел на меня. Потом кивнул. Не мне. Женщине слева. Она записала что-то в планшет.
- В сторону, - сказала женщина.
Я отошла к другим девушкам. Они расступились, пропуская меня. Кто-то смотрел с любопытством, кто-то с завистью, кто-то с отвращением.
- Как тебя зовут? - спросила девушка слева, высокая брюнетка с острыми скулами.
- Селена.
- Ты похожа на одну модель, - сказала она. - Сидни Свон. Ты знаешь её?
- Знаю, - ответила я.
- Она умерла, - вмешалась другая девушка, блондинка с короткой стрижкой. - Несколько лет назад.
- Я знаю, - повторила я.
- А ты вылитая её копия, - сказала брюнетка. - Это поможет тебе. Или помешает.
Она отвернулась.
Я смотрела на мужчину за столом. Он что-то писал, потом поднял голову, обвёл взглядом комнату. Посмотрел на меня. Ещё раз. Отвёл глаза.
- Спасибо, - сказал он. - Мы вам перезвоним.
Девушки начали расходиться. Кто-то улыбался, кто-то кусал губы, кто-то выходил, не оборачиваясь.
Я пошла к выходу.
- Селена, - окликнула меня брюнетка.
Я обернулась.
- Удачи, - сказала она.
- Спасибо, - ответила я.
Я вышла в коридор. Прошла мимо стойки, мимо фотографий на стенах. Толкнула дверь.
Улица встретила меня ветром и серым небом. Люди спешили мимо, кто-то с кофе, кто-то с зонтами. Я стояла на тротуаре, сжимая в руке сумку, и не знала, что делать дальше.
Взяли? Не взяли?
Я не знала.
Я шла по улице, не зная, куда иду.
Лондон шумел вокруг - машины, люди, красные автобусы, вывески на английском, которые я уже начинала узнавать. Но я не смотрела по сторонам. Я просто шла. Дышала. Пыталась не думать о кастинге, о взглядах, о шёпоте.
«О боже мой, Сидни Свон?»
Я остановилась.
Захотелось кофе.
Не из автомата. Не из пластикового стаканчика, который остывает через пять минут. Настоящего. Горячего. С молоком и пенкой, как делали в той кофейне, где я работала до всего этого.
Я огляделась.
Улица была узкой, с булыжной мостовой и старыми зданиями. Вдалеке виднелась высокая башня - Биг-Бен, кажется. Я не была уверена.
А прямо напротив, через дорогу, была маленькая кофейня.
Вывеска над дверью гласила: «The Daily Grind». Стены были выкрашены в тёмно-зелёный, окна - большие, с белыми рамами. Внутри горел тёплый свет, пахло кофе и выпечкой.
Я перешла дорогу. Толкнула дверь.
Колокольчик звякнул.
Внутри было уютно. Маленькие столики, мягкие кресла, полки с книгами. На стене висели чёрно-белые фотографии - Лондон, старый и новый. За стойкой стоял парень.
Он протирал чашки и не сразу заметил меня. Я подошла ближе. Он поднял голову.
- Добро пожаловать, - сказал он.
Я заказала.
- Капучино, пожалуйста.
- Хорошо, - он кивнул. - Большой? Маленький?
- Средний.
- Имя?
- Селена.
Он замер.
Я не поняла сначала. Думала, он не расслышал. Или что-то не так с заказом.
- Селена? - переспросил он.
- Да, - ответила я. - Селена Найт.
Он смотрел на меня. Долго. Я смотрела на него. Светлые волосы с золотистым отливом, карие глаза, высокий. Он был красивым. Но незнакомым.
- Селена, - повторил он. - Это правда ты?
Я нахмурилась.
- Извините, мы знакомы?
Он усмехнулся. Не обидно. Удивлённо.
- Ты меня не узнаёшь? - спросил он.
- Нет, - честно ответила я. - Простите.
Он сделал шаг из-за стойки. Теперь мы стояли друг напротив друга. Расстояние - вытянутая рука.
- Эдвард, - сказал он. - Эдвард Уэллс. Мы учились в одном классе. В Лос-Анджелесе. Сидели за соседними партами на истории.
Я смотрела на него.
Эдвард. Эдвард Уэллс.
В голове что-то щёлкнуло.
- Эдвард? - переспросила я. - Тот Эдвард, который рисовал на партах и вечно забывал учебники?
- Тот самый, - улыбнулся он.
- Боже, - я прижала руку ко рту. - Эдвард! Я не узнала тебя! Ты изменился!
- Ты тоже, - сказал он. - Ты стала... другой.
Я не знала, что это значит. Хорошо? Плохо? Он не пояснил.
- Ты здесь живёшь? - спросил он.
- Да. Недавно переехала.
- А я уже год. Учусь в университете, подрабатываю здесь.
- Круто, - сказала я. - Ты всегда хотел уехать в Лондон?
- Всегда, - он улыбнулся. - А ты? Тоже всегда хотела?
- Не планировала, - ответила я. - Так вышло.
Он кивнул. Не стал спрашивать, почему. Я была благодарна.
- Мне нужно работать, - сказал он. - Но после смены я свободен. Может, встретимся? Погуляем? Поговорим о старом?
Я подумала секунду. Не о том, хочу ли я. О том, можно ли доверять. Он был из прошлой жизни. Из той жизни, где не было Тома, дьявола, побегов и синяков. Может, это знак.
- Хорошо, - сказала я. - Во сколько ты заканчиваешь?
- В шесть.
- Я приду.
Я достала телефон.
- Дай свой номер, - сказала я. - Напишешь, где встретимся.
Он продиктовал. Я сохранила контакт. «Эдвард. Кофейня».
- Я принесу твой капучино, - сказал он.
- Спасибо, - ответила я.
Он ушёл за стойку.
Я села за столик у окна. Смотрела на улицу, на людей, на красные автобусы, на серое небо. Внутри было тепло. Не только от кофе, который ещё не принесли. От того, что кто-то узнал меня. Не как Сидни. Как себя.
Эдвард принёс чашку. Белый фарфор, коричневая пенка, рисунок в виде сердечка.
- Ты делаешь рисунки? - спросила я.
- Только для красивых девушек, - подмигнул он.
Я улыбнулась.
- Спасибо.
- Пожалуйста, - он улыбнулся в ответ. - До шести.
- До шести.
Он ушёл к другому столику, где ждали новые посетители. Я смотрела ему вслед.
Потом взяла чашку. Отпила кофе. Горячий. Сладкий. Настоящий.
Я смотрела в окно, пила капучино и думала о том, как странно устроена жизнь. Ты уезжаешь на другой континент, начинаешь новую жизнь - и вдруг встречаешь кого-то, кто знал тебя до того, как всё рухнуло.
Эдвард.
Я не думала о нём с выпускного. А теперь он стоял за стойкой маленькой кофейни в Лондоне и улыбался мне.
Я допила кофе. Встала. Подошла к стойке.
- Спасибо, - сказала я.
- Не за что, - ответил он. - До встречи.
Я вышла на улицу.
Колокольчик звякнул. Я обернулась. Эдвард махал мне из-за стойки. Я помахала в ответ.
Ветер дул в спину, волосы лезли в лицо, я убирала их, ловила себя на мысли, что всё ещё улыбаюсь.
Лондон шумел вокруг - машины, люди, сигналы, чужой язык, который я уже начинала узнавать. Но сейчас я не боялась. Не прятала глаза. Просто шла.
Дома меня ждал бардак.
Я открыла дверь квартиры, вошла, прислонилась спиной к стене. Гостиная - вещи на диване, на кресле, на полу. Чемодан открыт, кроссовки валяются у двери. Я смотрела на этот хаос и чувствовала, что у меня нет сил.
Но надо.
Я разулась, прошла босиком по паркету. Схватила джинсы с дивана - в шкаф. Футболки - в ящик. Кофты - на вешалки. Я работала быстро, почти не глядя, но мысли были не о вещах.
Эдвард. Его глаза, когда он сказал: «Ты стала другой». Его улыбка, когда я сказала, что не узнала его.
Я разобрала чемодан. Осталось только навести порядок в шкафу.
Я открыла дверцу. Внутри висело несколько вешалок - с юбками, свитерами, платьями. Я смотрела на них и вдруг поняла, что не знаю, что надеть.
Мы не договаривались. Не назначали время. Я просто сказала, что приду.
Но я хотела выглядеть... не как жертва. Не как беглянка. Как обычная девушка, которая идёт на встречу со старым другом.
Я перебирала вешалки. Платье? Слишком. Джинсы? Слишком просто. Я хотела что-то среднее. Что-то, в чём я чувствую себя собой.
Я достала чёрную юбку. Короткую, но не вульгарную. Ткань мягкая, приятная на ощупь. Я приложила к себе, посмотрела в зеркало. Хорошо.
Свитер - тёмно-синий, мягкий, с длинными рукавами и неглубоким вырезом. Он пахнет магазином, новизной. Я надела его. Юбку. Туфли - чёрные, на низком каблуке, удобные, элегантные.
Я посмотрела на себя в зеркало.
Девушка смотрела на меня. Спокойная. Уверенная. Новая.
Я распустила волосы, они упали на плечи мягкими волнами. Добавила немного туши на ресницы, блеска на губы. Всё. Не перебор.
Я взяла телефон. Нашла контакт - «Эдвард. Кофейня». Написала:
«Привет. Я буду у тебя через полчаса. Ты освободишься?»
Ответ пришёл через минуту: «Да. Жду».
Я улыбнулась. Спрятала телефон в сумку. Взяла ключи. Вышла из квартиры.
На улице было свежо. Солнце уже садилось, небо окрасилось в розовый и оранжевый. Я шла по знакомой улице, мимо книжного магазина, мимо маленького парка, мимо красной телефонной будки, которую уже сфотографировала в первый же день.
Сердце билось ровно. Спокойно.
Я не боялась.
Кофейня светилась тёплым светом. За стеклом - пустые столики, стойка, и он. Эдвард стоял у входа, прислонившись плечом к дверному косяку. В джинсах, в белой футболке и лёгкой куртке-косухе, расстёгнутой. Увидел меня, оттолкнулся от косяка.
- Привет, - сказал он.
- Привет, - ответила я.
Мы стояли друг напротив друга. Секунду. Две. Я не знала, что делать. Пожать руку? Слишком официально. Сказать что-то? Слова не шли.
Он шагнул первым.
Обнял меня.
Коротко. Крепко. Не так, как обнимают девушку, которая нравится. Как обнимают друга, которого не видели сто лет.
- Я рад, что ты пришла, - сказал он.
- Я рада, что ты позвал, - ответила я.
- Куда пойдём? - спросила я.
Он оглянулся по сторонам, будто искал ответ в витринах, в огнях, в прохожих, которые спешили мимо.
- Может, в парк? - он кивнул куда-то влево. - Там недалеко. Тихий. С фонтаном.
- Хорошо, - ответила я.
Мы пошли.
Сначала шли молча. Не потому что не о чем было говорить. Просто я слушала город. Шум машин, чужую речь, шаги, которые отдавались эхом от старых стен. Он шёл рядом, не торопил, не нарушал тишину.
Потом он начал рассказывать про Лондон. Про то, как он переехал сюда год назад, как искал квартиру, как боялся, что не найдёт работу. Я слушала. Иногда кивала. Иногда улыбалась.
- А ты? - спросил он. - Почему ты уехала?
Я смотрела под ноги. На брусчатку, на лужи, в которых отражались огни.
- Нужно было, - ответила я.
Он не спросил, почему. Я была благодарна.
Парк был маленьким, почти спрятанным между старыми зданиями. Дорожки, скамейки, фонтан в центре - вода струилась, сверкала в свете фонарей, падала вниз с тихим шорохом.
- Красиво, - сказала я.
- Да, - ответил он.
Мы сели на скамейку. Не близко. Не далеко. Просто рядом.
- Ты скучаешь по дому? - спросил он.
- По людям, - ответила я. - По Грейс. По родителям.
- А по школе?
- Нет. - Я усмехнулась. - Школу не скучаю.
Он засмеялся. Я засмеялась.
Мы говорили о всякой ерунде. О фильмах, о музыке, о том, какие странные вкусы у людей в Лондоне. О том, как он однажды заказал рыбу с чипсами, а ему дали что-то несъедобное. Я смеялась, представив его лицо.
Он рассказывал про университет, про сокурсников, про профессора, который носит один и тот же свитер на каждую лекцию. Я слушала, смотрела на него, на его руки, которые двигались, когда он говорил, на его глаза, которые смеялись.
Я не заметила, как стемнело. Как зажглись фонари. Как луна поднялась над деревьями.
- Поздно, - сказала я, посмотрев на часы.
- Десять, - ответил он. - Проводить тебя?
- Не нужно, я могу сама дойти.
- Да ладно, уже поздно. Алкаши всякие могут бродить, лучше провожу.
Мы встали. Пошли обратно.
Стало холодно. Ветер дул сильнее, пробирал через свитер, заставлял меня ёжиться. Я обхватила себя руками, но это не помогало.
Он заметил.
- Замёрзла? - спросил он.
- Немного.
Он снял куртку. Накинул мне на плечи. Ткань была мягкой, тёплой, пахла кофе и чем-то ещё - его запахом.
- Не надо, - сказала я.
- Надо, - ответил он. - Я не мёрзну.
Мы дошли до моего дома. Я остановилась у подъезда, сняла куртку, протянула ему.
- Спасибо, - сказала я.
- Оставь себе, - ответил он.
- Не могу.
- Можешь. Я заберу в следующий раз.
Я смотрела на него. На его глаза, на его улыбку, на руки, которые он сунул в карманы джинсов.
- Хорошо, - сказала я.
Я надела куртку обратно. Она была велика, рукава свисали, но внутри было тепло.
- Спокойной ночи, Селена, - сказал он.
- Спокойной ночи, Эдвард, - ответила я.
Я помахала рукой. Он помахал в ответ.
Я открыла дверь, зашла в подъезд. Обернулась. Он стоял на том же месте, смотрел мне вслед.
Я улыбнулась.
Дверь закрылась.
---
12:40
Солнце падало прямо в глаза. Я поморщилась, повернулась на другой бок, зарылась лицом в подушку - но свет всё равно пробивался сквозь веки. Я не хотела просыпаться. Не хотела вылезать из-под тёплого одеяла, не хотела думать, не хотела ничего.
Но телефон на тумбочке мигнул экраном.
Я прищурилась, поднесла его к лицу. 12:40.
- Чёрт, - прошептала я и села на кровати.
Я проспала почти до обеда. Волосы спутались, лицо опухло, пижама сбилась. Я скинула одеяло, встала, натянула джинсы и светлый топик. Быстро, без лишних мыслей. Расчесала волосы пальцами, пока шла на кухню.
Я заварила чай с лимоном. Кипяток, пара ложек сахара, кружок лимона. Запах свежий, бодрящий. Я села на диван в гостиной, поджала под себя ноги, сделала глоток.
Вкусно. Тепло. Хорошо.
Стук в дверь.
Я замерла. Кружка зависла в воздухе. Я посмотрела на дверь, потом на часы. Половина первого. Кто это мог быть? Билл? Не предупреждал. Агентство? Слишком рано для них.
Стук повторился. Настойчивее.
Я вздохнула, поставила кружку на стол, встала. Нехотя прошла к двери, повернула ручку.
На пороге стоял Эдвард.
В джинсах, белой футболке, с лёгкой щетиной и улыбкой, которая делала его похожим на мальчишку.
- Привет, - сказал он.
- Привет, - ответила я.
Я провела рукой по волосам, поправила выбившуюся прядь. Выпрямила спину. Улыбнулась.
- Ты вовремя, - сказала я. - Я только чай заварила.
- Я за курткой, - он кивнул на вешалку в прихожей, где вчера повесила его куртку. - Соскучился.
- Заходи.
Он зашёл. Я закрыла дверь. Прошла на кухню, он за мной.
- Садись, - сказала я. - Чай будешь?
- Буду, - ответил он. - Только без лимона.
Я кивнула. Поставила чайник, достала вторую кружку. Заварила. Поставила перед ним.
Он взял кружку в руки, подул на пар.
- У меня сегодня выходной, - сказал он. - Думал, проведу его с пользой.
- С пользой - это забрать куртку?
- И не только. - Он отпил чай, поморщился. - Горячий.
- Терпи.
Он засмеялся. Я засмеялась.
- Слушай, - он поставил кружку на стол. - У меня вечером дискотека. Дома. Свои ребята, пятеро. Ничего грандиозного. Ты как? Хочешь прийти?
Я смотрела на него. На его глаза, которые смотрели с надеждой. На его руки, которые вертели кружку.
- Я не знаю, - ответила я. - Если смогу - приду.
- Отлично, - он улыбнулся.
Мы пили чай. Молчали. Не напряжённо. Спокойно.
- С работой вообще не идёт, - сказал он вдруг. - Не знаю, куда податься. Пока тут работаю. Но думаю пойти на кастинг. В кино. Актером.
- Актером? - я подняла бровь.
- А что? - он усмехнулся. - У меня талант.
- Конечно.
- Ты не веришь?
- Я не видела.
- Увидишь. Когда я стану знаменитым.
Я засмеялась. Он засмеялся.
Я встала, взяла кружку, пошла к чайнику за добавкой.
Стук в дверь.
Я замерла. Обернулась. Посмотрела на дверь, потом на Эдварда.
- Ты кого-то ждёшь? - спросил он.
- Нет, - ответила я.
Стук повторился. Громче.
Я поставила кружку на стол, вышла в коридор. Открыла дверь.
На пороге стоял Билл. В тёмной футболке, джинсах, с лёгкой небритостью и усталыми глазами.
- Селена, - сказал он. - Можно войти? Нам нужно поговорить.
Я не ожидала его увидеть. Совсем.
- Да, - ответила я. - Заходи.
Он перешагнул порог. Я закрыла дверь. Обернулась на кухню.
- Билл, - сказала я. - У меня...
- Кто там? - голос Эдварда из кухни. - Селена, ты чего так долго?
Билл посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то. Не злость. Вопрос.
- У тебя кто-то есть? - спросил он.
- Нет, то есть да - ответила я. - Это старый друг из школы. Он переехал сюда год назад.
- Старый друг, - повторил Билл.
Он пошёл на кухню.
Я за ним.
Эдвард сидел за столом, кружка в руках, смотрел на дверь. Увидел Билла. Не встал.
- Привет, - сказал Билл.
- Привет, - ответил Эдвард.
Они смотрели друг на друга. Я стояла между ними, чувствуя, как воздух стал плотнее.
- Это Билл, - сказала я. - Мой... друг.
- Я Эдвард, - сказал Эдвард. - Рад знакомству Билл.
- Да, - ответил Билл. - Я тоже рад.
Я переводила взгляд с одного на другого.
- Садитесь, - сказала я. - Билл, будешь кофе?
- Буду, - ответил он, не отрывая глаз от Эдварда.
Эдвард смотрел на него. Билл смотрел на Эдварда.
Я встала и поставила чайник. Достала кружку.
Повернулась.
Они сидели напротив друг друга. Молчали. Смотрели.
Я стояла между ними, сжимая в руке чашку, и чувствовала, как воздух в комнате стал тяжёлым, почти осязаемым.
Билл не отводил взгляда. Эдвард тоже.
Я вздохнула.
- Кофе, - сказала я, ставя чашку перед Биллом.
- Спасибо, - ответил он, не глядя на меня.
Я села на стул.
Мы сидели втроём. Я смотрела на них. Они смотрели друг на друга. Никто не говорил.
Тишину разорвал звонок.
Я вздрогнула. Телефон в кармане джинсов вибрировал, экран засветился. Я достала его, мельком глянула на имя - Альберт. Нажала ответ, не успев даже подумать.
- Селена!
Я отодвинула трубку от уха. Голос брата был таким громким, что, кажется, его услышали даже на улице. Эдвард поднял бровь. Билл посмотрел на меня. Я виновато улыбнулась и вышла в коридор.
- Альберт, ты чего орёшь? - спросила я, прижимая телефон к уху.
- А что мне делать? Я соскучился! Ты не звонишь, не пишешь, я уже думал, ты в Лондоне в какую-то историю вляпалась!
- Я в порядке, - ответила я. - Просто была занята.
- Чем? Чай пила? Книги читала? С парнями гуляла?
Я промолчала. Он засмеялся.
- Я знаю, что гуляла. Грейс мне всё рассказала. Какой-то Эдвард из школы. Тот, что рисовал на партах?
- Тот самый.
- И как он? Не подкатывает?
- Альберт!
- Ладно-ладно, молчу. Слушай, я уже уехал. В Хьюстон. Нашёл там работу, снимаю комнату. Всё нормально, не волнуйся.
- А как же родители? - спросила я.
- Они знают. Мама плакала, папа ругался. Но потом отпустили. Сказали, что я уже взрослый.
- Ты взрослый? - усмехнулась я.
- А что? Я ответственный. Работу нашёл. Квартиру снял. Могу себе позволить.
- И что за работа?
- В автомастерской. Помогаю чинить машины. Нормально, мне нравится.
Я слышала в его голосе что-то новое. Не ту дурашливую нотку, которая была всегда, а что-то твёрже, взрослее.
- Я рада за тебя, Альберт, - сказала я.
- Спасибо. Ты только береги себя там. В этом Лондоне. И если что - звони сразу. Я прилечу.
- Хорошо.
- И селфи мне скинь. С этим Эдвардом. Чтобы я знал, с кем ты гуляешь.
- Альберт!
- Ладно, ладно. Пока, сестрёнка.
- Пока.
Я убрала телефон в карман, выдохнула и вернулась на кухню.
Эдвард и Билл сидели за столом. Молчали. Смотрели друг на друга.
- Всё в порядке? - спросил Эдвард.
- Да, - ответила я, садясь на стул. - Мой двоюродный брат. Соскучился.
- Громкий у тебя брат, - заметил Билл.
- Всегда таким был, - усмехнулась я.
Тишина снова повисла над столом. Я переводила взгляд с одного на другого, чувствуя, как напряжение возвращается.
Эдвард откашлялся.
- Слушай, - сказал он, глядя на Билла. - Я предлагал Селене зайти сегодня ко мне. Дискотека. Свои ребята, пятеро. Ничего грандиозного. Если хочешь - приходи. Не знаю, любишь ли ты такие вещи, но...
- Во сколько? - спросил Билл.
- В шесть. - Эдвард назвал адрес. - Кингсленд-роуд, 24. Это недалеко отсюда.
- Я приду, - ответил Билл. - Дела всё равно нет.
Он посмотрел на меня.
- Ты идёшь?
Я хотела сказать, что не уверена, что лучше останусь дома. Но под их взглядами - спокойным, выжидающим Билла и открытым, дружелюбным Эдварда - слова застряли в горле.
- Да, - ответила я. - Пойду.
Эдвард улыбнулся.
- Отлично. Тогда жду.
Он встал, взял кружку, отнёс в раковину.
- Мне пора, - сказал он. - Нужно помочь одному знакомому с проектом.
- Удачи, - сказала я.
- Спасибо.
Он вышел в коридор, я за ним. Он взял с вешалки куртку - ту самую, за которой пришёл.
- До встречи, - сказал он.
- До встречи.
Он кивнул, улыбнулся и вышел.
Я закрыла дверь и вернулась на кухню.
Билл сидел за столом, сжимая в руках кружку с остывшим кофе.
- Ты видела новости? - спросил он, не глядя на меня.
- Нет, - ответила я. - А что случилось?
Он достал телефон, что-то нашёл, повернул ко мне экран.
Я смотрела. Заголовок: «Том Каулитц сбежал из тюрьмы». Видео, на котором его лицо, его имя, даты. Комментарии диктора, кадры с камер наблюдения. Нью-Йорк. Вокзал. Тёмная фигура, знакомая до дрожи.
- В последний раз его видели в Нью-Йорке, - сказал Билл. - Несколько дней назад.
Я отдала ему телефон.
Села. Закрыла лицо руками. Выдохнула.
- Я вчера была на кастинге, - сказала я. - В модельное агентство. Сегодня должны сказать, взяли или нет. Всё же не могу сидеть сложа руки без работы.
Билл молчал. Я чувствовала его взгляд.
- Не стоит, - сказал он. - раз у тебя лицо в точь точь Сидни, будешь работать моделью и твои фотки будут в журналах. То Том найдет тебя и я не знаю что он сделает с тобой, от него можно что угодно ожидать.
Я смотрела на свои руки. На бинты, которые уже начинала снимать. На синяки, которые ещё не прошли.
- Ты прав, - сказала я.
Он положил свою руку поверх моей. Тёплую. Шершавую.
- Я не знаю, как найти работу, - сказала я. - Деньги заканчиваются. Квартиру нужно оплачивать.
- Найдёшь, - ответил он. - Что-нибудь другое. Не связанное с лицом.
Я не ответила.
Он встал.
- Мне пора.
Я встала следом. Проводила его до двери.
Он уже взялся за ручку, но остановился.
- Заехать за тобой? - спросил он. - В шесть. Чтобы вместе поехать.
Я подумала секунду.
- Да, - ответила я. - Почему бы и нет.
Он кивнул.
Я наклонилась и поцеловала его в щеку. Коротко. Легко.
- Спасибо, - сказала я.
Он смотрел на меня. Несколько секунд.
- До вечера, - сказал он.
- До вечера.
Он вышел. Я закрыла дверь.
Прислонилась к ней спиной.
В квартире было тихо. Только часы тикали на стене.
Я закрыла глаза.
В шесть я пойду на дискотеку. С Эдвардом. С Биллом. С незнакомыми людьми.
Я не знала, хорошо это или плохо. Но знала, что оставаться одной в этой квартире боюсь больше.
---
Я сидела на диване, смотрела в стену и чувствовала, как пустота внутри становится всё больше. Нужно было что-то делать. Нельзя просто сидеть и ждать, пока кто-то решит мои проблемы.
Я встала, прошла в комнату, достала из чехла ноутбук. Села за стол, открыла браузер. Набрала: «вакансии Лондон, без опыта».
Сайты с объявлениями, кофейни, магазины, офисы. Ничего подходящего. Я листала, не вникая, и вдруг наткнулась на рекламу.
«Ресторан The Ivy. Требуются официанты. Зарплата высокая. Опыт не обязателен. Приятная атмосфера, дружный коллектив. Присылайте резюме».
Я смотрела на экран. Дорогой ресторан. Высокая зарплата. Опыт не обязателен. Я написала:
«Здравствуйте! Меня зовут Селена. Мне 18 лет. Я недавно переехала в Лондон и очень хочу найти работу. У меня нет опыта, но я быстро учусь, ответственная и трудолюбивая. Буду рада возможности работать в вашем ресторане. С уважением, Селена».
Отправила.
Откинулась на спинку стула. Смотрела на экран. Ждала.
Через десять минут пришёл ответ.
«Здравствуйте, Селена! Мы готовы взять вас на пробный день. Если всё понравится - продолжим сотрудничество. Ждём вас завтра в 8:00. Форма одежды - белая рубашка, чёрные брюки. С уважением, HR-менеджер The Ivy».
Я перечитала три раза. Не верила.
- Да! - выдохнула я.
Вскочила со стула. Прошлась по комнате. Посмотрела на часы. Я потратила два часа на поиски - и не зря.
У меня есть работа.
Я посмотрела на себя в зеркало. В пижаме, с растрёпанными волосами. До выхода оставалось полчаса.
- Чёрт.
Я открыла шкаф. Перебирала вешалки. Клёш джинсы - сидят идеально, подчёркивают талию. Кофта - мягкая, серая, с длинными рукавами. Я надела. Волосы распустила, покрутила пряди пальцами - волны легли мягко, естественно.
Телефон зазвонил. Билл.
- Я подъезжаю, - сказал он. - Ты готова?
- Да, - ответила я. - Уже почти.
Я положила трубку. Быстро накрасилась - тушь, блеск для губ, чуть румян. Посмотрела в зеркало.
Девушка смотрела на меня. Спокойная. Уверенная. Готовая.
- Выходим, - сказала я себе.
Я вышла в коридор, закрыла дверь, нажала кнопку лифта.
Двери открылись. Я шагнула внутрь - и в тот же момент кто-то вошёл с другой стороны. Мы столкнулись плечами. Не больно. Неожиданно.
- Ой, простите! - сказала девушка.
- Извините, я не заметила, - ответила я.
Она улыбнулась. Молодая, с короткими русыми волосами, в джинсах и лёгкой куртке. Глаза зелёные, живые.
- Я Лили, - сказала она. - Живу этажом выше.
- Селена, - ответила я. - Третий этаж.
Лифт поехал вниз.
- Давно здесь живёшь? - спросила Лили.
- Несколько дней, - ответила я. - Переехала из Лос-Анджелеса.
- Ого, - она присвистнула. - Другой конец мира. А я тут уже три года. С парнем.
- Круто, - сказала я.
- Да, нормально. Он работает в IT, я учусь на дизайнера. А ты кем работаешь?
- Пока никак, - ответила я. - Но завтра выхожу на пробный день в ресторан. Официанткой.
- Здорово! - она улыбнулась. - Какой ресторан?
- The Ivy.
- Ого, - её глаза расширились. - Это место, куда я не могу себе позволить зайти даже поесть. А ты там работать будешь.
- Повезло, наверное, - усмехнулась я.
- Удачи тебе, - сказала Лили. - Может, как-нибудь зайдём к тебе?
- Будет здорово, - ответила я.
Лифт остановился. Двери открылись. Мы вышли на улицу.
У тротуара стояла знакомая чёрная машина. Билл ждал, прислонившись к капоту. Увидел нас, выпрямился.
- Пока, Селена, - сказала Лили.
- Пока, Лили, - ответила я.
Она пошла в сторону парка. Я подошла к машине.
Билл открыл мне дверь.
- Садись, - сказал он.
Я села. Он закрыл дверь, обошёл машину, сел за руль.
- Кто это? - спросил он, заводя мотор.
- Соседка, - ответила я. - Столкнулись в лифте. Её зовут Лили. Она живёт здесь уже три года со своим парнем.
- Три года? - переспросил он.
- Да. Учится на дизайнера.
Он кивнул. Нажал на газ.
Мы ехали недолго. Город проплывал за окном - огни, вывески, люди. Я смотрела на них и думала о том, что завтра у меня будет работа. Настоящая. Не модельная. Не связанная с лицом.
Билл свернул на тихую улицу. Дома стояли плотно, один к одному, с коваными решётками и ухоженными палисадниками. Он остановился у одного из них.
- Приехали, - сказал он.
Я вышла. Билл вышел следом. Подошёл ко мне.
Дом был красивым. Не огромным, но ухоженным - светлая штукатурка, большие окна, деревянная дверь. Внутри гремела музыка - басы, ритм, чей-то смех.
- Неплохо, - сказал Билл.
- Да, - ответила я.
Мы стояли у входа. Музыка гремела. Где-то внутри смеялись люди.
- Идём? - спросил он.
- Идём, - ответила я.
Билл постучал.
Дверь открылась почти сразу. Эдвард стоял на пороге - в светлой рубашке с закатанными рукавами, джинсах и с улыбкой, которая делала его похожим на мальчишку, которому только что подарили щенка.
- Вы пришли! - сказал он. - Заходите быстрее, пока музыка не заглушила дверной звонок.
Мы перешагнули порог. В коридоре было тесно - несколько пар обуви, куртки на вешалках, запах попкорна и чего-то сладкого.
Из гостиной гремела музыка. Басы отдавались в полу, в стенах, в грудной клетке.
- Тут уже все свои, - сказал Эдвард, ведя нас в гостиную. - Не бойтесь, они не кусаются.
- Это ты не обещай, - раздался голос из глубины комнаты.
В гостиной было шумно. На диване сидели трое, ещё двое стояли у окна. Кто-то танцевал посреди комнаты, кто-то разливал напитки по стаканам.
Эдвард хлопнул в ладоши.
- Так, народ! Знакомьтесь, это Селена и Билл. Они мои старые друзья.
- Старые? - переспросил парень у окна, с тёмными кудрями и ленивой улыбкой. - Эдвард, тебе двадцать, какие старые?
- Старые - это из прошлой жизни, Саймон, - ответил Эдвард. - Не придирайся.
Саймон поднял руки вверх, будто сдавался, и улыбнулся.
- Ладно, ладно. Привет, старые друзья.
- А это Рейчел, - Эдвард кивнул на девушку, которая сидела на подлокотнике дивана, скрестив ноги и листая телефон. Она подняла голову, посмотрела поверх экрана.
- Приятно познакомиться, - сказала она ровно и снова уткнулась в телефон.
- Она не злая, - сказала другая девушка, та, что танцевала посреди комнаты. - Она просто сосредоточенная. Я Лесли.
Лесли была высокой, с длинными светлыми волосами и улыбкой, которая освещала всю комнату. Она подбежала ко мне и протянула руку.
- Я слышала, ты из Лос-Анджелеса? Это же круто! Там всегда солнце, да? А здесь вечные дожди. Я ненавижу дожди.
- Лесли, ты говоришь слишком быстро, - заметил парень, который сидел на диване, обхватив колени руками. Он был худым, с тёмными волосами и спокойными глазами.
- Алан, ты вечно критикуешь, - ответила Лесли, не оборачиваясь.
- Не критикую, констатирую.
- Это одно и то же.
- Это разные вещи.
- Спорим?
- Не буду.
- Потому что я права.
- Потому что я не хочу спорить.
Лесли закатила глаза, но улыбнулась.
- Ладно, не буду. Селена, игнорируй Алана. Он всегда такой. Ему девятнадцать, а ведёт себя как дедушка.
- Мне девятнадцать, - спокойно ответил Алан. - И я не дедушка, я просто не люблю шум.
- Ты пришёл на дискотеку, - напомнил Саймон.
- Пришёл. А что, я не могу стоять в углу и пить колу?
- Можешь, - улыбнулся Эдвард. - Можешь.
- А это Джейн, - Эдвард кивнул на девушку, которая сидела в кресле у окна с книгой в руках. Она подняла глаза, улыбнулась.
- Привет, - сказала она тихо. - Я потом познакомлюсь нормально, сейчас у меня интересный момент.
- Она всегда так говорит, - вздохнула Лесли. - Вечно с книгой. Даже на вечеринках.
- А вы с книгой на вечеринки не ходите, - ответила Джейн, не отрываясь от страницы. - Это вы зря.
Лесли засмеялась. Саймон покачал головой. Алан отпил колу.
Эдвард повернулся ко мне и Биллу.
- Ну, вот такие они. Добрые, но странные.
- Это ты странный, - сказала Рейчел, не поднимая головы.
- Рейчел!
- Что? Я правду говорю.
- Она всегда говорит правду, - объяснила Лесли. - Это её суперсила.
- И проклятие, - добавил Саймон.
- И проклятие, - согласилась Лесли.
Я смотрела на них, на их лица, на их улыбки, на их споры, которые не были злыми. Они были живыми. Настоящими. Не такими, как те, кто смотрел на меня с ужасом и шёпотом «Сидни Свон».
- Проходите, - сказал Эдвард. - Чувствуйте себя как дома. Напитки вон там, еда там, музыка везде.
- И танцы, - добавила Лесли. - Танцы тоже везде. Я люблю танцы.
- Мы заметили, - сказал Алан.
- Алан, ты мог бы тоже танцевать.
- Не мог бы.
- Не пробовал.
- Пробовал. В детстве. Мне не понравилось.
- В детстве! Сейчас всё иначе.
- Лесли, отстань от него, - усмехнулся Саймон. - Пусть пьёт колу в углу.
- Вы все заговорщики, - сказал Алан.
- Мы просто тебя любим, - ответил Эдвард.
- Меня?
- Тебя. Только ты не догадываешься.
Алан посмотрел на него, потом на остальных, потом снова уткнулся в стакан.
- Странные вы.
- Мы знаем, - хором сказали Лесли и Саймон.
Я улыбнулась.
Музыка играла. Кто-то смеялся. В комнате было тепло и шумно.
Я стояла у входа, рядом с Биллом, и чувствовала, как напряжение, которое копилось внутри последние дни, начинает понемногу отпускать.
Лесли не умела сидеть на месте.
Она подскочила к колонке, повозилась с телефоном, и музыка сменилась - с лёгкого фона на что-то ритмичное, с басами, которые заставляли пол вибрировать. Джейн, которая устроилась в кресле с книгой, даже не успела возмутиться - Лесли просто вытащила томик из её рук и положила на полку.
- Лесли! - возмутилась Джейн.
- Потом дочитаешь, - отмахнулась та. - Мы на дискотеке, а не в библиотеке.
Джейн вздохнула, но спорить не стала. Встала, поправила кофту.
Лесли подбежала ко мне, схватила за руки и потащила в центр комнаты.
- Танцуй, - сказала она. - Ты слишком напряжённая.
- Я не напряжённая, - ответила я, но ноги уже двигались сами. Неловко, не в такт, но двигались.
- Расслабься, - улыбнулась Лесли. - Никто здесь не кусается.
Джейн подошла с другой стороны, мягко взяла меня за руку. Она двигалась плавно, спокойно, совсем не так, как Лесли, которая прыгала вокруг меня, как солнечный зайчик. Мы танцевали втроём. Я не знала движений, но они не обращали внимания.
В какой-то момент я поймала себя на том, что улыбаюсь. По-настоящему.
- Вот так! - крикнула Лесли, заметив мою улыбку. - Теперь ты в деле.
Парни тем временем наливали себе напитки. Алан и Саймон стояли у столика, разливали вино по стаканам. Рейчел сидела на подлокотнике дивана, всё ещё с телефоном в руке, но иногда поглядывала на танцующих. Эдвард помогал открывать бутылки. Билл стоял у стены, не двигаясь.
Лесли подхватила со стола стакан вина, отпила глоток, поморщилась - раз, другой - но улыбнулась.
- Кислое, - сказала она. - Но бодрит.
Она протянула стакан мне.
- Давай. Выпей. Ты слишком серьёзная.
- Не хочу, - ответила я.
- Выпей, - сказал Саймон, подходя ближе. - Расслабишься.
- Да ладно тебе, - добавил Эдвард. - Один глоток не убьёт.
Я посмотрела на стакан, на их лица - весёлые, открытые, без насмешки. Взяла. Отпила. Вино было сухим, терпким. Я поморщилась несколько раз подряд, чем вызвала смех у Лесли.
- Я говорила, - сказала она.
- Ты говорила, что оно кислое, - ответила я. - Ты не говорила, что оно отвратительное.
- Это вкус жизни, - философски заметил Саймон.
- Это вкус плохого вина, - ответил Алан, который налил себе колу и отошёл к окну.
Билл усмехнулся. Я заметила. Он стоял у стены, скрестив руки на груди, и смотрел на нас. Не напряжённо. Почти спокойно.
Я поставила стакан на стол.
Девушки окружили меня. Лесли задавала вопросы, Джейн слушала, улыбалась, иногда вставляла свои замечания. Рейчел наконец убрала телефон и тоже подошла.
- Ты из Лос-Анджелеса? - спросила она.
- Да.
- И как там?
- Жарко, - ответила я. - И солнечно.
- Мечта, - вздохнула Лесли.
- А здесь вечные дожди, - сказала Джейн.
- Это делает нас сильнее, - ответил Саймон, подходя к нам.
- Или мокрее, - усмехнулся Алан.
Парни подтянулись к кругу. Саймон встал рядом с Лесли, слегка толкнул её плечом. Она толкнула в ответ.
- Не начинай, - сказала она.
- Я не начинаю, - ответил он. - Я только хочу предложить кое-что.
- Что?
- Игра, - он оглядел всех. - Семь минут в раю.
Лесли закатила глаза.
- Серьёзно?
- А что? - он пожал плечами. - Мы на дискотеке. Нужно развлечение.
- Это какое-то подростковое развлечение, - заметила Джейн.
- И что? - улыбнулся Саймон. - Мы не на работе.
Эдвард усмехнулся.
- Я за, - сказал он.
- Конечно, ты за, - фыркнула Лесли.
- А что такого? - спросил он. - Это весело.
Я смотрела на них, не понимая, о чём речь.
- Объясни, - сказала я.
Саймон повернулся ко мне.
- Всё просто, - сказал он. - Садимся в круг. Крутим бутылку. На кого укажет горлышко, и на кого укажет дно - те идут в шкаф. На семь минут. Что делают в шкафу - их личное дело.
- Ничего не делают, - быстро сказала Лесли. - Это просто игра.
- Иногда делают, - усмехнулся Саймон.
- Саймон!
- Ладно-ладно, молчу.
Я перевела взгляд на Билла. Он стоял у стены, слушал. Не сказал ни да, ни нет.
- Я не знаю, - начала я.
- Да ладно, - перебила Лесли. - Это весело. Ты же хочешь веселья?
Я посмотрела на Эдварда. Он улыбнулся.
- Будет смешно, - сказал он. - Обещаю.
- Хорошо, - ответила я.
Саймон хлопнул в ладоши.
- Тогда садитесь в круг!
Все расселись на полу. Ковёр был мягким, тёплым. Саймон достал пустую бутылку из-под вина, поставил в центр круга.
- Правила, - сказал он. - Крутит тот, кто вытянул короткую спичку. Спичек у нас нет, поэтому крутит тот, кто сидит слева от предыдущего.
- А кто первый? - спросила Лесли.
- Я, - ответил Саймон.
Он крутанул бутылку. Она завертелась, заскользила по ковру, замедлилась. Горлышко указало на Алана. Дно - на Джейн.
- Алан и Джейн, - объявил Саймон. - В шкаф.
Алан вздохнул, встал. Джейн спокойно поднялась, поправила кофту. Они зашли в шкаф. Саймон засек время на телефоне.
- Семь минут, - сказал он.
Все замолчали. Слушали. Тишина.
Через минуту из шкафа донёсся голос Алана.
- Здесь темно.
- Да, - ответила Джейн.
- И тесно.
- Да.
- Неудобно.
- Терпи.
Ещё минута. Тишина.
Саймон объявил выход. Алан и Джейн вышли. Ничего не случилось. Никто не удивился.
- Предсказуемо, - сказал Саймон. - Ладно, дальше.
Крутили по очереди. Выпадали пары - Лесли и Саймон, Рейчел и Алан, Джейн и Эдвард. Все заходили в шкаф, выходили через семь минут, ничего не произошло.
Потом крутил Эдвард.
Бутылка завертелась. Я смотрела на неё, не понимая, почему сердце вдруг забилось чаще. Горлышко остановилось на мне. Дно - на Эдварде.
- Ого! - закричала Лесли.
- Ну, Эдвард, - усмехнулся Саймон.
- Давай, давай, - подначивала Лесли.
Я посмотрела на Эдварда. Он улыбался. Встал, протянул мне руку.
- Идём, - сказал он.
Я взяла его руку. Мы зашли в шкаф. Саймон закрыл дверь.
Темнота. Тесно. Я чувствовала его плечо рядом с собой. Он был тёплым.
- Удобно? - спросил он.
- Не очень, - ответила я.
Он засмеялся. Я засмеялась.
- Мы можем просто посидеть, - сказал он. - Никто не узнает.
- А если узнают?
- Не узнают.
Мы сидели молча. Я слышала его дыхание. Спокойное, ровное.
- Саймон будет шутить, когда выйдем, - сказала я.
- Пусть шутит, - ответил он. - Мне всё равно.
- А мне нет.
- Почему?
Я не ответила.
- Ты боишься, что Билл подумает что-то? - спросил он.
Я молчала.
- Не бойся, - сказал он. - Он твой друг. Он поймёт.
- Ты не знаешь, что он поймёт.
- Знаю, - ответил он. - Он смотрит на тебя так же, как ты на него.
- Что?
- Заметно. - Он помолчал. - Но неважно. Сейчас мы в шкафу. И это просто игра.
Я кивнула. Потом вспомнила, что он не видит.
- Да, - сказала я. - Просто игра.
Мы сидели молча. Семь минут прошли быстро.
Саймон открыл дверь.
- Выходите, грешники, - сказал он.
Эдвард вышел первым. Я следом.
- Ну что? - спросил Саймон, подмигивая. - Целовались?
- Отстань, - сказал Эдвард, отмахиваясь.
- Покраснел!
- Я не покраснел.
- Покраснел, - подтвердила Лесли.
- Вы все заговорщики, - вздохнул Эдвард, но улыбнулся.
Я села на своё место. Билл сидел напротив. Смотрел на меня. Не спрашивал. Не улыбался.
- Крути дальше, - сказал Саймон.
Бутылка крутилась. Выходили новые пары. Все смеялись, шутили, подкалывали друг друга.
Потом крутил Алан.
Бутылка завертелась, заскользила, замедлилась. Горлышко указало на Рейчел. Дно - на Билла.
- О, - сказала Лесли.
- Билл и Рейчел, - объявил Саймон.
Я смотрела на бутылку. На Рейчел, которая поднялась с места, поправила волосы. На Билла, который не двигался.
- Идём, - сказала Рейчел.
Билл встал.
Они зашли в шкаф.
Саймон закрыл дверь.
Я смотрела на дверцу. Слушала тишину.
Мне не нравилось это. Совсем не нравилось.
Я сидела на своём месте, сжимая край кофты, и смотрела на дверцу шкафа. Тишина давила на уши. Семь минут. Всего семь минут. Но мне казалось, что прошло семь часов.
Я не должна была ревновать. Билл не мой парень. Мы просто друзья. Просто друзья, которые обнимались, держались за руки, смотрели друг на друга так, будто больше ничего не существует.
- Ты какая-то напряжённая, - заметила Лесли, сидевшая рядом.
- Всё нормально, - ответила я, не отрывая взгляда от шкафа.
- Это просто игра, - она толкнула меня плечом. - Никто там ничего не делает.
- Я знаю.
- Тогда расслабься.
Я попыталась расслабиться. Не получилось.
Дверца открылась. Билл вышел первым. Спокойный, как всегда. Рейчел следом, поправила волосы, улыбнулась.
- Ну что? - спросил Саймон, подмигивая.
- Всё нормально, - ответил Билл.
- Нормально? - переспросила Лесли. - Это всё, что ты скажешь?
- А что я должен сказать?
- Не знаю, - она загадочно улыбнулась. - Может, вы там целовались?
- Лесли! - возмутилась Рейчел.
- А что? Я просто спросила.
- Мы сидели и молчали, - ответил Билл. - В шкафу темно и тесно.
- И романтично, - добавил Саймон.
- И тесно, - повторил Билл.
Все засмеялись. Билл улыбнулся - коротко, но я заметила. Он сел на своё место, напротив меня. Не посмотрел. Рейчел села рядом с ним, чуть ближе, чем раньше.
- Ладно, - сказал Саймон. - Хватит этой игры. Все уже перецеловались, кому надо.
- Мы не целовались! - возмутилась Лесли.
- Ты и Саймон целовались, - заметила Джейн.
- Это было в начале вечера!
- И в середине, - добавил Алан.
- Алан!
- Что? Я констатирую.
Лесли швырнула в него подушку. Алан поймал, положил рядом.
- Давайте в правду или действие, - предложил Саймон.
- Классика, - кивнул Эдвард.
- Правила? - спросила я.
- Всё просто, - ответил Саймон. - Крутим бутылку. На кого укажет - выбирает: правда или действие. Если правда - отвечает на любой вопрос честно. Если действие - выполняет задание.
- Задания придумываем все вместе, - добавила Лесли.
- И никаких пощад, - усмехнулся Саймон.
Мы расселись снова. Бутылку поставили в центр.
- Начинаю я, - сказал Саймон и крутанул.
Бутылка завертелась, заскользила, замедлилась. Горлышко указало на Лесли.
- Правда или действие? - спросил он.
- Действие, - ответила Лесли с вызовом.
- Тогда... - Саймон задумался. - Поцелуй Алана в щёку.
- Это слишком просто, - она наклонилась и чмокнула Алана в щёку. Алан покраснел.
- Нечестно, - сказал он.
- Ты просто завидуешь, - ответила Лесли.
- Кому?
- Не знаю. Но завидуешь.
Она крутанула бутылку. Горлышко указало на Джейн.
- Правда или действие? - спросила Лесли.
- Правда, - ответила Джейн.
- Кто тебе нравится из присутствующих?
Джейн покраснела. Посмотрела на Эдварда, потом отвела взгляд.
- Никто, - сказала она.
- Врёшь, - засмеялась Лесли.
- Правда, - ответила Джейн, но все видели - она покраснела сильнее.
Джейн крутанула бутылку. Горлышко указало на Алана.
- Правда или действие? - спросила она.
- Правда, - ответил Алан.
- Ты когда-нибудь был влюблён?
Алан молчал. Смотрел в пол.
- Да, - сказал он.
- В кого?
- Это был второй вопрос, - ответил он, и все засмеялись.
Алан крутанул бутылку. Горлышко указало на Саймона.
- Правда или действие? - спросил он.
- Действие, - ответил Саймон.
- Выпей два стакана вина.
- Легко, - Саймон налил, выпил, не морщась. Поставил стаканы.
Саймон крутанул бутылку. Горлышко указало на меня.
Я посмотрела на бутылку, на него.
- Правда или действие? - спросил Саймон.
- Действие, - ответила я.
- Тогда... - он оглядел всех. - Выпей два стакана вина как и я.
- Я не пью, - сказала я.
- Теперь пьёшь, - улыбнулся Эдвард.
Я взяла стакан. Отпила. Вино было сухим, терпким. Я поморщилась. Выпила до дна. Взяла второй. Выпила.
- Молодец, - сказала Лесли.
- Теперь ты своя, - добавил Саймон.
Я поставила стакан. В голове слегка зашумело.
Я крутанула бутылку. Горлышко указало на Билла.
- Правда или действие? - спросила я.
- Правда, - ответил он.
Я смотрела на него. Он смотрел на меня.
- Кто тебе нравится? - спросила я.
Тишина.
Все замолчали. Смотрели на Билла. Он смотрел на меня.
- Не могу сказать, - ответил он.
- Это не ответ, - сказал Саймон.
- Могу описать, - ответил Билл.
- Давай.
Он молчал. Потом сказал:
- У неё серо-голубые глаза. Каштановые волосы. Спокойная. Не любит шумные компании. Улыбается редко, но когда улыбается - хочется смотреть вечно.
Я смотрела на него. Он смотрел на меня.
Все переводили взгляды с меня на него, с него на меня.
- У Джейн тоже серо-голубые глаза, - заметил Саймон.
- У Джейн тёмные волосы, - сказала Лесли.
- Точно.
Все посмотрели на меня. Я отвела взгляд.
- Ладно, - сказал Саймон. - Дальше.
Игра продолжилась. Спрашивали, отвечали, выполняли задания. Кто-то танцевал, кто-то рассказывал секреты. Смеялись. Шутили. Алкоголь делал своё дело.
Я выпила ещё. Потом ещё. Голова кружилась, но мне было хорошо. Легко. Свободно.
- Ты пьяна, - сказала Лесли, глядя на меня.
- Немного, - ответила я.
- У тебя глаза блестят.
- Это вино.
- Это счастье, - сказал Саймон. - Она счастлива.
Я улыбнулась.
Билл сидел напротив, смотрел на меня. Не пил. Просто смотрел.
Я смотрела на него. Чувствовала, как внутри разливается тепло. Не от вина. От чего-то другого.
Музыка играла. Кто-то смеялся. Кто-то танцевал.
Я сидела в кругу друзей и чувствовала себя почти счастливой.
Впервые за долгое время.