46.
Музыка уже лилась по залу плотным, живым потоком.
Бас отдавался где-то в груди, гул разговоров смешивался с ритмом, свет переливался по лицам людей, которые уже давно перестали просто стоять — они двигались, смеялись, растворялись в этом вечере.
Я сижу за баром.
Локти на стойке, в руках стакан с чем-то холодным.
Пальцы лениво крутят его, собирая капли конденсата.
Я не спешу вставать.
Просто наблюдаю.
Люди на танцполе — кто-то двигается уверенно, кто-то неловко, кто-то вообще не думает о том, как выглядит.
И в этом есть что-то правильное.
Свобода без контроля.
Я чуть усмехаюсь.
Не моё.
Бармен что-то говорит, но я лишь киваю, не особо вникая.
Взгляд сам находит её.
Билли.
Она где-то в толпе, среди света и движений, но выделяется сразу.
Не потому что старается.
А потому что это просто она.
Свободная.
Живая.
Она смеётся с кем-то, потом поворачивается, и на секунду наши взгляды пересекаются.
И этого достаточно.
Она чуть приподнимает бровь, будто спрашивая: «ты там серьёзно собираешься сидеть весь вечер?»
Я делаю маленький глоток, не отрывая от неё взгляда.
Медленно.
Спокойно.
Потом ставлю стакан на стойку.
И едва заметно киваю в её сторону.
Типа: «иди сюда».
Но Билли только улыбается шире.
И отрицательно качает головой.
Нет.
Типа: «сама иди».
Я тихо выдыхаю, качая головой.
Конечно.
Я соскальзываю со стула, проводя рукой по барной стойке, и направляюсь к ней сквозь людей.
Музыка становится громче с каждым шагом.
Ближе.
И вот я уже рядом.
Останавливаюсь буквально в шаге.
Смотрю на неё.
Я поворачиваю голову чуть в сторону — просто на секунду, на движение света.
И вижу их.
Мама и папа.
Где-то сбоку от танцпола, не в центре, но и не прячась — в своём ритме.
Они танцуют.
Без попытки выглядеть идеально.
Без лишнего.
Папа что-то говорит, мама смеётся, толкает его в плечо, он в ответ делает вид, что обиделся, потом снова притягивает её в движение.
Легко.
Как будто это всегда было так.
Я замираю на секунду, наблюдая.
И внутри становится... спокойно.
Странно спокойно для места, где всё гремит и движется.
Мне нравится это.
Нравится, что между ними нет напряжения.
Нет того, к чему все привыкли — обид, тяжести, неловкости.
Они просто... друзья.
И это не выглядит как «вынуждено ради ребёнка».
Это настоящее.
Я тихо выдыхаю.
Потому что, если честно, я никогда не знала другого.
Для меня это всегда было нормой — смеяться вместе, разговаривать, собираться за одним столом, даже если они давно не пара.
Я всегда знала, как это — иметь семью.
Не идеальную.
Но настоящую.
Где люди остаются рядом не из-за обязательства, а потому что хотят.
Я чуть улыбаюсь.
И только потом возвращаю взгляд к Билли.
Она уже смотрит на меня.
Внимательно.
Будто уловила этот момент.
— О чём задумалась? — спрашивает она, чуть наклоняя голову.
Я на секунду снова смотрю в сторону родителей.
Потом обратно на неё.
— О том, что мне повезло, — отвечаю спокойно.
Она прослеживает мой взгляд.
Замечает.
Смотрит на них.
Потом снова на меня.
И её выражение становится мягче.
Теплее.
— Это видно, — говорит она тихо, несмотря на музыку.
Я киваю.
— Да.
Мы выходим из бара все вместе.
Дверь закрывается за спиной, и шум резко остаётся внутри — глухим, будто отрезанным.
Снаружи воздух прохладнее.
Свежий.
Я делаю глубокий вдох, будто только сейчас по-настоящему возвращаюсь в тело.
После музыки, света, людей — тишина кажется почти нереальной.
Мы идём рядом.
Не спеша.
Папа что-то рассказывает, жестикулирует, мама смеётся, поправляя волосы, которые растрепал ветер.
Билли идёт рядом со мной.
Иногда наши руки касаются.
Случайно.
Но не совсем.
Я ловлю этот момент и просто переплетаю наши пальцы.
Она не удивляется.
Только чуть сжимает руку в ответ.
Концерт был... другим.
Не громким.
Не про драйв.
Скорее про состояние.
Музыка текла мягко, спокойно, как будто не требовала ничего — просто позволяла быть.
И сейчас это ощущение всё ещё держится.
— Мне понравилось, — говорит Билли, чуть поворачивая голову ко мне.
— Мне тоже, — отвечаю я.
Папа оборачивается на ходу.
— Видишь? Я умею выбирать.
— Иногда, — добавляю я.
Он усмехается.
— Неблагодарная.
Мама тихо смеётся.
Мы подходим к машине.
Никто не спешит садиться сразу.
Стоим ещё пару секунд рядом.
Как будто вечер ещё не закончился окончательно.