7 глава
Субботнее утро выдалось солнечным, и Сохён, воодушевленная своим успехом с Джихо, вытащила «молодоженов» на прогулку в парк. Сонхун, ворча о том, что у него «горят» отчеты, всё же надел кашемировое пальто и солнцезащитные очки, выглядя как кинозвезда на отдыхе. Херин же выбрала элегантное длинное пальто песочного цвета и берет — воплощение парижского шика.
Конфликт назрел там, где его никто не ждал — у карты парка.
— Мы пойдем по главному маршруту, — безапелляционно заявил Сонхун, указывая на широкую асфальтированную аллею. — Это самый эффективный путь: мы пройдем мимо фонтана, сделаем круг и вернемся к машине через сорок минут.
Херин скрестила руки на груди и скептически приподняла бровь.
— «Эффективный путь»? Сонхун, мы на прогулке, а не на марафоне по логистике. Мы пойдем через старую кленовую аллею. Там сейчас невероятный ковер из листьев и пахнет осенью, а не выхлопными газами с парковки.
— Там грязно, — отрезал Сонхун, поправляя свои идеально чистые ботинки. — И тропинка там узкая. Мы потеряем время.
— Время на что?! — Херин шагнула к нему, в её глазах зажегся азартный огонь. — На то, чтобы ты лишние пять минут посидел в своем планшете? Ты даже гулять не умеешь без графика! Твоя жизнь — это прямая линия, Сонхун, но она ужасно скучная.
— Моя «скучная линия» построила корпорацию, которая выкупила долги твоего отца! — прямолинейно бросил он, тут же пожалев о своих словах, когда увидел, как сузились глаза Херин.
— Ах вот как? — её голос стал ледяным, а спина — еще прямее. — Значит, покупка «актива» дает тебе право решать, по какой траве мне ходить? Тогда иди по своей прямой дороге один. А мы с Сохён пойдем там, где есть жизнь.
Она подхватила Сохён за руку и решительно зашагала в сторону кленовой рощи. Сохён, едва сдерживая смех, обернулась и скорчила брату рожицу.
Сонхун стоял на месте, чувствуя, как внутри закипает ярость. Его бесило, что она не подчиняется. Его бесило, что она права. И больше всего его бесило, что он не может просто развернуться и уйти — его тянуло за ней, как магнитом.
Через минуту он уже догонял их, перепрыгивая через корни деревьев и чертыхаясь, когда золотистый лист прилип к его пальто.
— Ладно! — прикрикнул он, поравнявшись с ними. — Но если ты испачкаешь подол своего дорогого пальто, не жалуйся мне.
— О, Пак Сонхун, неужели ты решил сойти с дистанции? — поддела его Херин, не глядя в его сторону. — Осторожно, здесь природа. Она не симметрична. Тебе может стать плохо.
— Хватит язвить, — буркнул он, но тут же замер.
Прямо перед ними открылся вид на небольшой пруд, усыпанный яркими листьями. Солнце пробивалось сквозь кроны, создавая золотистую дымку. Это было чертовски красиво.
— Видишь? — Херин остановилась и глубоко вдохнула. — Твой «эффективный путь» лишил бы тебя этого.
Сонхун посмотрел не на пруд, а на неё. На то, как солнечный блик играет в её волосах и как она, забыв о своей элегантности, радостно подтолкнула ногой кучу листьев.
— Ты невыносима, — констатировал он, подходя ближе. — Ты постоянно рушишь мои планы.
— Твои планы — это клетка, Сонхун. Я просто открываю дверцу.
Сохён в это время уже убежала вперед, кидая камни в воду. Сонхун внезапно схватил Херин за руку и потянул на себя, скрываясь за стволом огромного дуба, подальше от глаз сестры и редких прохожих.
— Ты хочешь спорить? — прошептал он, прижимая её к дереву. — Хорошо. Давай поспорим. На что угодно. Если я докажу, что мой путь был лучше, ты завтра наденешь то платье, которое выберу я.
— А если я выиграю? — Херин дерзко вздернула подбородок, её сердце билось о его грудную клетку.
— Если ты выиграешь... — Сонхун на мгновение замолчал, его взгляд смягчился. — Я разрешу тебе поставить в моей спальне тот ужасный кактус, который ты присмотрела в магазине.
Херин рассмеялась, и этот звук заставил Сонхуна окончательно сдаться. Он не стал дожидаться ответа. Он просто впился в её губы поцелуем — на этот раз властным и собственническим, как и он сам. Это был спор, в котором не было проигравших.
— Эй! Я всё вижу! — раздался звонкий голос Сохён откуда-то со стороны пруда. — Брат, ты проигрываешь! Ты первый её поцеловал!
Сонхун отстранился, тяжело дыша, и поправил галстук, который Херин успела слегка смять.
— Пойдем, — буркнул он, пряча смущение за маской строгости. — Пока она не рассказала об этом нашему пиар-менеджеру.
Херин шла рядом, победно улыбаясь. Она знала, что кактус уже практически стоит на его прикроватной тумбочке. И что этот холодный мужчина теперь принадлежит ей гораздо больше, чем любому контракту.