Огонь в крови

Дни в высоком лагере складывались в недели, и постепенно я перестала считать время от заката до рассвета, как это было в пепельных землях. Мои раны превратились в гладкие, светлые рубцы это напоминание о прошлом, которое больше не причиняло боли.

Я стала своей.

Охотники Оматикайя больше не замолкали, когда я подходила к общему костру. Они уважительно кивали мне, признавая во мне равную.

Ло'ак стал моим негласным младшим братом, с которым мы регулярно устраивали гонки на икранах, доводя Нейтири до предынфарктного состояния.

Кири учила меня слушать дыхание леса, а маленькая Тук сплела для моего чокера еще несколько сияющих бусин.

Но центром моего нового мира, моей осью и моим воздухом был Нетейам.

Мы были неразлучны. Днем мы вместе патрулировали границы или охотились, понимая друг друга с полувзгляда, как идеально настроенный механизм.

А ночью... ночью мы принадлежали только друг другу. Мы прятались в кронах деревьев или у нашего тайного озера, вдали от чужих глаз, где он целовал мои шрамы и заставлял забыть обо всех ужасах, что мне пришлось пережить.

Но между нами все еще оставался один не пройденный рубеж. Священный рубеж, о котором я знала лишь из обрывочных легенд.
Это случилось в ночь, когда на небе Пандоры сошлись три луны, заливая джунгли призрачным, серебристым светом.

Я сидела у костра, затачивая наконечники стрел когда чья-то большая рука мягко легла мне на плечо. Я подняла голову и встретилась с золотистыми глазами Нетейама. Сегодня он был необычно тих и сосредоточен. На его лице и груди белой краской были нанесены ритуальные узоры.

— Идем, — тихо сказал он, забирая у меня стрелу. — Теллуа уже ждет.

— Куда мы? Патруль? — я нахмурилась, отряхивая руки от каменной крошки.

— Нет, — он покачал головой и протянул мне руку. — Мы летим к Дереву Душ.

Мое сердце пропустило удар. Дерево Душ самое святое место для всех На'ви. Центр связи с Эйвой. В клане Мангкван над Эйвой смеялись, считая ее сказкой для слабых. Но здесь, в лесу я чувствовала ее присутствие в каждом светящемся семечке, в каждом вздохе земли.

— Нетейам... — я нерешительно замерла. — Мне можно туда? Я ведь не родилась в этом лесу. Я создана из пепла и крови. Что, если Великая Мать отвергнет меня?

Он мягко притянул меня к себе, обхватив мое лицо горячими ладонями.

— Эйва не судит по тому где ты родилась, Ка'йра. Она смотрит в твое сердце. И твое сердце спасло моего брата. Оно выбрало свет. Сегодня я хочу, чтобы ты услышала ее голос. И... я хочу попросить ее благословения для нас.

Мое дыхание перехватило. В культуре На'ви это означало только одно. Он хотел связать наши судьбы перед лицом Великой Матери навсегда.

Я молча кивнула, не в силах вымолвить ни слова из-за подступившего к горлу кома.
Мы летели в абсолютном молчании. Теллуа и икран Нетейама плавно скользили сквозь облака. Чем дальше мы углублялись в священную зону, тем тише и спокойнее становился воздух.

Вихри парящих гор заставляли скалы вокруг нас мягко покачиваться в невесомости.
И вот, в глубокой впадине окруженной кольцом неприступных скал, я увидела его.

Дерево Душ сияло так ярко, что на мгновение я ослепла. Миллионы тонких, светящихся светом лиан свисали с его ветвей, образуя пульсирующий купол который освещал всю долину. Воздух здесь был густым от энергии, он буквально вибрировал на коже. Вокруг царил абсолютный, священный покой.

Мы посадили икранов и подошли к дереву пешком. Мои шаги были робкими. Я чувствовала себя недостойной находиться в таком чистом месте.

Нетейам взял меня за руку, сплетая наши пальцы.

— Не бойся, — прошептал он. — Мои родители связали здесь свои жизни много лет назад. Это место исцеляет.

Мы вошли под светящийся купол. Пурпурные лианы мягко коснулись моих плеч, рук, лица словно живые, любопытные существа. В их прикосновении не было угрозы а только абсолютное, безграничное принятие.

Нетейам подвел меня к самому стволу дерева. Он опустился на колени на светящийся мох и мягко потянул меня за собой.

— Сначала ты, — тихо сказал он. — Поздоровайся с Ней.

Я дрожащими руками взяла кончик своей косы, где скрывались нервные окончания и медленно поднесла к одной из светящихся лиан дерева. Они потянулись друг к другу, словно намагниченные.
Тсахейлу.

Связь замкнулась.

В ту же секунду мир вокруг меня исчез. Меня словно подхватил невидимый, теплый океан. Я услышала голоса — тысячи голосов, шепчущих, поющих, смеющихся. Это были не призраки, это была сама память Пандоры.

Я ожидала увидеть кровь и огонь своего прошлого. Ожидала суда за тех, кого мне приходилось убивать по приказу Варанг. Но Эйва не показывала мне тьму.

Вместо этого я почувствовала теплую волну абсолютной, безусловной любви. Боль в моей душе, тени предательства, ненависть — все это начало растворяться, как пепел под проливным дождем. Я услышала голос, который не говорил словами, но я понимала его.

«Ты больше не должна быть твердой как камень, дитя мое. Твоя битва окончена. Ты дома».

Слезы хлынули из моих глаз, но я улыбалась. Впервые за всю свою жизнь я почувствовала себя по-настоящему свободной от бремени клана Мангкван. Эйва приняла меня.

Внезапно я почувствовала еще одно присутствие в этой сияющей сети. Присутствие, знакомое до боли, горячее и надежное.
Нетейам подключился к Дереву рядом со мной.

Наши разумы встретились внутри Великой Матери. Это было не просто физическое прикосновение или слова. Это было полное, абсолютное слияние душ. Я увидела себя его глазами ,не сломанную девчонку со шрамами а прекрасного, яростного и невероятно сильного воина, которого он любил больше жизни.

А он увидел мои чувства к нему мою безграничную преданность и благодарность за каждый раз, когда он становился моим щитом.
Мы открыли глаза одновременно, все еще оставаясь подключенными к Дереву.

Свет пурпурных лиан отражался в его золотистых радужках. По его щеке тоже скатилась одинокая слеза.

— Я вижу тебя, Ка'йра из клана Оматикайя, — произнес Нетейам и в его голосе дрожала нежность, способная свернуть горы.

— Я вижу тебя, Нетейам, — ответила я, задыхаясь от переполняющих меня эмоций.

Он потянулся ко мне. Мы разорвали связь с деревом, когда наши косы медленно, словно живые, переплелись друг с другом.

Это был ритуал Оматикайя. Высшая форма доверия и любви. Мы создали Тсахейлу друг с другом прямо под кроной дерева душ. Разряд чистой, ослепительной энергии прошил нас обоих насквозь. Наши дыхания слились в одно. Я чувствовала каждый удар его сердца так же четко, как свой собственный.

Мы стали парой перед лицом Эйвы. Связанными до конца наших дней.
Нетейам притянул меня к себе, его губы накрыли мои. В этом поцелуе была вечность. Под сводами священного дерева мы растворились друг в друге, оставляя все наши страхи и прошлые жизни позади.

Когда мы наконец разорвали физическую связь, возвращаясь в реальность, я прижалась лбом к его груди вслушиваясь в биение его сердца.

— Теперь ты от меня не избавишься, старший сын, — прошептала я с улыбкой.

— Я к этому и стремился с того самого дня, как ты попыталась пробить мне ребра в том лесу, — он рассмеялся, крепко обнимая меня за плечи.

Мы сидели под деревом душ до самого рассвета, просто наслаждаясь присутствием друг друга и этим новым, невероятным чувством абсолютного единения.

Утро окрасило скалы парящих гор в золотой цвет.

Я была счастлива. Впервые в жизни я была по-настоящему счастлива.

Но я еще не знала, что Эйва дала мне этот покой лишь для того, чтобы у меня хватило сил встретить бурю, которая уже надвигалась на наши границы.