Глава 45
Настало время Олимпиады. Милан, 2026 год.
Перелёт прошёл почти незаметно.
Не потому что был коротким — просто мысли были заняты другим. Для Эммы Олимпиада всегда звучала как что-то далёкое, почти нереальное. А теперь это было здесь. Рядом. Уже не в будущем, а в настоящем.
Илья сидел у окна, иногда переглядывался с Романом, что-то коротко обсуждал с Рафаэлем Арутюняном, но в целом держался спокойно. Слишком спокойно для человека, от которого ждут золота.
Эмма сидела через проход и иногда они пересекались взглядами с парнем. Татьяна Малинина не полетела в Италию, так как не смогла бы смотреть выступление сына на таком ответственном старте. Поэтому главным тренером Моар стал Роман Скорняков. И Эмма была даже немного рада этому — от Романа веяло спокойствием и какой-то уверенностью.
Милан встретил прохладным воздухом и ощущением масштаба. Олимпийская деревня, аккредитации, люди из разных стран, языки, шум — всё накрывало сразу, без подготовки.
Заселение в отель прошло быстро. Номера, чемоданы, короткий отдых. И только когда Эмма осталась одна в комнате, тишина вдруг стала слишком громкой.
Она села на кровать и провела руками по лицу. Сердце билось быстрее, чем нужно.
— Спокойно... — тихо сказала она сама себе.
Но волнение не уходило. Эмма думала о том, какая на нее легла ответственность, как все ждут от нее победы. И в первую очередь — победу ждала она сама.
------
Вечером стало легче. Илья и Эмма вышли на вечернюю прогулку по городу, как вдруг девушка увидела недалеко от выхода из отеля знакомые лица.
Петя и Аделия.
Эмма сразу подбежала к друзьям и они ее тоже сразу заметили.
— Как часто мы стали видеться! — пошутил Петя. — Года не прошло, а ты опять стоишь рядом.
— Это точно. Как такое получается, — поддержала юмор Пети Эмма.
В этот момент подошел Илья. Он был более сдержанный и в момент, когда Петя крепко-крепко обнял Эмму, в нем проснулась легкая ревность. Хоть он и понимал, что объятие это дружеское, как знак приветствия, но ничего не смог с собой поделать.
— Петр Гуменник. — Петя представился и протянул руку для рукопожатия.
— Илья Малинин. Слышал о тебе. Помню, мы еще пересекались на юниорских соревнованиях. — Илья ответил на рукопожатие.
— Было дело... Эх молодость.
Аделия толкнула Петю локтем и цокнула:
— Сейчас он начнет философствовать о жизни и о скоротечности времени... Давайте лучше куда-нибудь сходим? Погуляем по улочкам Милана? — предложила спортсменка из России.
Все согласились и выдвинулись в случайном направлении. Эмма шла рядом с Петей и с Ильей и чувствовала невероятное счастье и спокойствие. Хоть Малинин и держался особняком, редко что-то говорил и долго думал над ответами, все равно она чувствовала, что ему комфортно. Просто, возможно, парень сильно устал от сегодняшнего перелета.
В какой-то момент они остановились у витрины маленького кафе.
Аделия что-то сказала про кофе, Пётр тут же поддержал, начался короткий спор — идти или нет, и Эмма вдруг поймала себя на том, что стоит между ними и улыбается. Она была очень рада, что смогла побывать в России и найти себе таких замечательных друзей.
Пока они стояли на перекрестке и заглядывались на вывеску, на противоположном конце перекрестка Эмма увидела человека с камерой в руках.
Это был Сэм.
Он стоял, не двигался, не делал ни шага в её сторону. Просто был там и смотрел.
Прямо на неё.
Как будто всё это время искал именно этот момент — и наконец нашёл.
Эмма не моргала. Как будто любое движение могло что-то изменить. Как будто если она отведёт взгляд — он исчезнет. Или наоборот — окажется ближе, будто Плачущие ангелы из научно-фантастического телесериала «Доктор Кто».
Время растянулось. Секунда. Две. Три.
Мир вокруг начал терять чёткость. Звуки стали глуше, как будто их отдалили. Голоса рядом больше не складывались в слова — только шум, фон, который не имел смысла.
Она видела, как кто-то рядом говорит — Пётр, наверное. Аделия отвечает. Они всё ещё были здесь, рядом, но как будто за стеклом.
— Эмма?
Голос прозвучал ближе.
Она на секунду повернула голову, не до конца понимая, кто это, и тут же вернулась взглядом обратно. Потому что Сэм всё ещё стоял там.
Только чуть наклонил голову в сторону — едва заметно, почти лениво. И в этом жесте было что-то неправильное. Слишком спокойное. Слишком уверенное. Как будто он точно знал, что делает, и не сомневался ни в одном своём действии.
Илья перевел взгляд в сторону, куда смотрела девушка. Воздух вокруг будто стал плотнее. Тяжелее. Напряжение появилось не снаружи — оно возникло внутри, сразу, резко.
Инстинктивно Илья закрыл Эмму и теперь Сэм начал смотреть на Малинина, слегка ухмыльнувшись и подмигнув.
А потом... светофор щёлкнул, сменяя сигнал. Пешеходы двинулись вперёд, заполняя пространство между ними. Поток людей мгновенно перекрыл обзор. Кто-то прошёл прямо перед Эммой, кто-то задел плечом, кто-то остановился рядом.
Сэм затерялся в толпе. И место на перекрестке оказалось пустым, как будто никого никогда там и не было.
Илья аккуратно приобнял девушку, показывая, что он рядом и она в безопасности.
Эмма резко выдохнула, глубоко, с шумом, будто только сейчас вспомнила, как дышать. Плечи чуть опустились, но напряжение никуда не ушло — оно осталось внутри, тяжёлым, неприятным комом.