Бесполезный

– Х-х-холодрыга! – скрипя зубами и борясь с пробирающим тело холодом, я истово пытался отмыть своё почерневшее лицо. В отражении реки, в которой мы все тогда дружно барахтались, я до сих пор был отдалённо похож на ту самую девочку, что к своему несчастью опробовала революционную жвачку Вилли Вонки со вкусом черничного пирога...

После утомительной резни, последовавшей за первым боем со споровиками, нам удалось уложить всё их поголовье в несколько десятков особей... Ну как «нам», больше всех тварей выкосили Пьюр и Дэсес – оба по отдельности укокошили чуть более дюжины; следом по рейтингу шли Лэнд и Эбри, а меньше всех «очков» получили мы с Ксандрией. В то время, как я стыдился своего результата в пять единиц загубленных грибных душ, Ксандрия и в уc не дула. Она была абсолютно довольна своим рекордом в три сваленных собственноручно монстров. Однако... ладно, должен признать, у неё была роль «персонажа поддержки» в команде, так что ей действительно не о чем было переживать...

По окончании сего действа мы ненадолго вернулись в гильдию с целыми мешками кальмароподобных мицелиевых корневищ, грязные и замызганные, но довольные наваром. После продолжительного пересчета, которым из интереса занялись все присутствовавшие в тот момент в гильдии искатели приключений, нам вручили наш гонорар в пять с половиной платиновых (ну, если быть точным – палладиевых) монет!

Мне не хватило наглости потребовать равную часть на погашение своего долга, но пять золотых с барского плеча мне, сжалившись, отсыпали. Пьюр не взяла ни монетки, чем в очередной раз покорила сердца всех в группе Ксандрии. Впоследствии, после получения награды, кое-как отказавшись проставляться элем, вся наша ватага отправилась на ближайшую реку, дабы умыться. Мне, в свою очередь, было просто необходимо полностью вымыться – я более не мог терпеть насмешки прохожих, на чьи глаза я попадался... Точнее бросался, нужно было постараться, чтобы меня не заметить!

По пути мне в очередной раз проели голову непонятной белибердой. Я всего лишь задал следующий вопрос: «Припоминаю теперь, что жизнь создал колосс Вит, однако, как ты мне сказала, Ксандрия, за растения ответственен был Асур – как такое может быть?». Последовавший поток сознания про поколения колоссов и про божественных отпрысков был, мягко скажем, настолько грандиозен, что мне легче было утопиться в реке, чем более слушать это. Я попытался вычленить самое главное.

Первые колоссы и некоторые особо могущественные боги, по заветам эффективного менеджмента из моего мира, могут делегировать свои обязанности. То бишь, условный Вит, создавший жизнь, этим действием также породил и второе поколение колоссов, которое, в свою очередь, уже придало более четкую форму этому «живому» пластилину: Асур – растениям, Индр – животным, Микон – грибам. Сам же Вит остался на своем уровне простейших и бактерий... как-то так.

Тем не менее, колоссы могли лишь создавать новое, они не имели возможности повелевать уже созданным. Видимо, именно поэтому Виту пришлось поручать другим колоссам изменять то, что он породил? Для этого он и породил тех, кто будет порождать из порождённого... Э-э... М-да... Ну а я о чём? Здесь всё было каким-то необоснованно запутанным, неужели нельзя было как-нибудь попроще проектировать этот мир? Впрочем, и в моей вселенной были безосновательно замудрённые законы, если так призадуматься. Чем здешние чопорные взаимосвязи отличались от наших непонятных формул с константами и прочими чудачествами? Тут у них хотя бы присутствовала непосредственная осязаемая часть в виде реальных первородных магических существ, так что, в принципе, всё было не так уж и плохо!

Отмечу последний момент, касательно колоссов, который я выделил для себя, как забавный. Во-первых, как я уже разъяснил, они были способны только лишь создавать что-либо новое в пределах своей епархии, либо же порождать новых колоссов следующего поколения. Во-вторых, как можно разумно предположить, такая глобальная система, как эта вселенная, должна стремиться к выполнению закона сохранения энергии...

Вот тут и встает загвоздка: одних колоссов можно спокойно списать со счетов – Асур тому наглядное доказательство. Его функцию – сотворение новых видов растений – на себя взяло невидимое наитие эволюции. Кончина колосса растений осталась совершенно незамеченной и невоспетой! А вот других, например, того же Солуса, генерирующего местный эквивалент солнечной энергии по сути прямо из воздуха, заменить ну никак не получится – мир моментально без него сгинет. Осознав это, я слегка усмехнулся, ведь даже хтонических космических сущностей сего мира настигла закравшаяся в каждый уголок этого мира вездесущая несправедливость.

Касательно богов работает более свободная схема. Более могущественные боги, отвечающие за глобальные понятия, имеют «отпрысков» – по сути, это просто боги пониже, находящиеся в их сфере влияния. Я не совсем разбираюсь в местной теологии, но, думаю, смогу привести пример. Допустим, есть условный бог мечей – он подчиняется богу оружия – тот подчиняется богу кузнечного мастерства – тот... Ну, думаю, дальше можно не продолжить. Множество внутри множества, что внутри другого множества. Матрёшка, если можно так выразиться. Не стоит забывать, что боги в этом мире, это суть есть идея, в которую люди верят, так что в цепочке могут быть пробелы, несостыковки и прочие странности. Сама Ксандрия, получившая, казалось бы, прекрасное по здешним меркам образование (дочь гильдмастера рунической гильдии воздуха, не стоит забывать!), сказала мне не углубляться в эту тему слишком сильно, иначе, по её словам: «Быстро поседеешь». От Ксандрии подобное предостережение, даже в юмористическом контексте, прозвучало довольно-таки пугающе.

Что ж, это лирическое отступление слегка затянулось. Кажется, оно вышло чересчур сухим, чёрствым, нехарактерно для меня заумным и непростительно для сеттинга научным. Прошу прощения, просто я всё ещё искренне пытаюсь найти логику в этом мире, поэтому стараюсь выстраивать какие-никакие логические цепочки и делать разумные суждения. Я удивлён, что относительно редко упирался в прославленное фентезийное объяснение: «Это так работает, потому что это магия!». Даже немного обнадеживало, что всё естество тут было, хоть и по-странному, но цельным и взаимосвязанным, а всепронизывающие магия и мана выступали в роли некоторого топлива, тёмной материи, что безмолвно питала безумие сей дивной реальности... Хм, а неплохо завернул! Может мне начать писать книги?

Но, пожалуй, вернусь к бытописанию дел более приземлённых и менее философских. Когда мы наконец подошли к речушке (да, я преисполнился в своём сознании пока шёл к реке, невероятное совпадение), Ксандрия и остальные, дабы мне было не так неловко, решили присоединиться ко мне и поплескаться в своё удовольствие. Первоначально, как мне кажется, это было предложено Ксандрией с целью оголить всех присутствующих до нижнего белья. Когда этот хитрейший план, к её же удивлению, успешно сработал, ей пришлось продолжать подыгрывать уже остальным, ведь никто не посчитал это чем-то странным и неприемлемым. Да она сама с собой не в ладах! Как ей вообще удавалось оставаться авторитетом в своей команде? Ладно уж, пагода располагала к плаванию, несмотря на воцарившуюся золотую осень. Вода не была такой уж невыносимо студёной, просто на контрасте с палящим солнцем подобный перепад температур вызывал ощутимый дискомфорт. Как бы то ни было, после окунания с головой, эту проблему как рукой снимало.

– Тьфу, ну прекрати! – я смахнул воду с глаз, приговаривая недовольно. Лэнд, резвившийся в речушке, находил уморительным время от времени плескаться во всех подряд. Этой дурной привычке он выучился у рунической колдуньи, вместе с которой они в тот момент проводили настоящую водную баталию. В те редкие моменты, когда они оба переводили дух, он проверял, как там у меня продвигались дела с моим разукрашенным лицом.

– Ты всё ещё похож на зверолюда-панду! – усмехнувшись, он повернулся к Пьюр, тихо-мирно нежившейся в воде. К его глубочайшей печали, он пропустил момент, когда та погружалась в реку. Пьюр глянула на него, слегка приоткрыв глаза.

– Плеснешь в меня – разучишься плавать даже по-собачьи, – она безразлично произнесла эти слова, блеснув тёмно-фиолетовым пурпуром своих глаз. Лэнд от подобного изречения впал в ступор.

– Ч-что? – он побледнел, вероятно, не только от внезапной суровости слов, но и от эффекта пугающего взора племени Виол.

– Шучу, – беззаботно отрезала Пьюр, вновь прикрыв свои очи, продолжая предаваться неге в спокойной речушке.

– Хах... Ха-Хах... – Лэнд, видимо ещё не успевший признать в демонице комика, был очевидно обескуражен подобным номером. Но, так как собаколюд питал глубоко сентиментальные чувства к Пьюр, он решил ради приличия кое-как выдавить из себя смех.

– О-о-о! Вижу-вижу! У тебя на личике румянец заиграл! – Ксандрия вмиг бесстыдно придвинулась к Лэнду, совершенно не стесняясь того, что все мы были практически наги, хоть и закрыты водной гладью.

– Ничего не заиграл! Это... из-за воды! – он фыркнул, стряхивая воду с ушей.

– Так у нас теперь из-за прохладной воды щёчки полыхают, м-м-м? – Ксандрия приподнимала брови, неудовлетворённая уклончивым ответом Лэнда.

– Ты просто ничего не смыслишь в зверолюдской... физ... э-э... физиологии, вот! Откуда тебе это знать? – Лэнд зубоскалил, гордясь изобретательностью своих оправданий.

– Да ну? А ты тогда ничего не смыслишь в... магии воды! Получай! – Ксандрия вероломно плеснула струёй с такого ближнего расстояния, что Лэнд не успел прикрыться и взвизгнул при попадании: «Только не по ушам!». Эта двоица принялась перестреливаться ещё интенсивнее, обозначив тем самым решающий раунд в своей совершенно недетской игре.

– Ладно Лэнд... Но ей маяться таким ребячеством... В свои двадцать два года... – Дэсес подплыл ко мне, когда я стоял в воде у крутого берега; он выгрузил мои пожитки на землю, чистые и без единого следа смородины. – Вот, Энн, я тщательно всё простирнул. Надеюсь, пятен не осталось...

– Ох, Дэсес, бесконечно тебе благодарен, спасибо! – я искреннее отозвался и неловко улыбнулся.

В бою синевласый воин был свиреп и хладнокровен, один только его вид устрашал противников, и это даже не взирая на то, что у того глаза почти всегда были на мокром месте! Однако, вне боя, за фасадом внешней плаксивости, скрывался довольно-таки отзывчивый, стойкий и милостивый человек, что мог легко подсобить в трудную минуту.

Он вызвался помочь мне со стиркой вещей – ему было совершенно не сложно, ведь он владел магией воды и для него подобное тривиальное дело было раз плюнуть. Однако, краем глаза я заметил, что для более тщательной чистки он использовал свои слёзы... И я ума не мог приложить, как мне к такому относиться. С одной стороны, вся моя одежда была вымочена в настоящих человеческих слезах, но с другой – на ней не осталось ни пятнышка... Очень странное чувство. Хотя... у меня всё равно не было морального права жаловаться на сей акт безвозмездной помощи, так что пришлось как-то с этим смириться.

Ксандрия, к слову, пообещала затем вмиг просушить мою одежду с помощью своей исключительно полезной магией рун. Полагаю, она хотела воспользоваться своей разукрашенной дубинкой, которую она претенциозно именовала – «Шинук». Пока что функционал Ксандрии ограничивался таковыми у вентилятора... Ну ладно, ещё мы ей были обязаны за усиленные прыжки как у... у меня кончились аналогии. Впрочем, на моих ботинках руны воздуха даже после нанесения не сработали, так что последнее всё равно было не в счет!

Когда я наконец отмыл своё лицо до удобоваримого состояния, я заметил, что Эбри не купалась вместе с нами – она сидела на берегу поодаль, слегка склонив голову и безразлично оглядывая водную гладь. Да, зрелище ещё более душераздирающее, чем утренняя физиономия Дэсеса. Я решил подплыть поближе и молча смотреть на неё, пока та не решит что-нибудь мне сказать. Продолжалось это непозволительно долго, мне даже стало немного неловко...

– Чего надо? – тон её ни в коем разе не располагал к дружелюбной беседе.

– Хотел поблагодарить... Меня могли бы сожрать, если бы не твоё мастерство стрельбы из лука, ха-ха... – я попытался её задобрить.

– Угу, всё сказал? – она коротко произнесла. Да, это оказалось сложнее, чем я думал...

– Ну... Почему ты сидишь здесь совсем одна, когда все остальные резвятся в речке? – я спросил без обиняков.

– А тебе какое дело? – эльфийка отрезала. Даже Пьюр уже казалась не таким уж и плохим собеседником.

– Это просто... как-то грустно, вот так в одиночестве разглядывать воду... – переговорщик из меня выходил никудышный, я и сам это понимал.

– Единственное, что тут грустно – так это моё состояние, которое не позволяет мне понапрасну губить своё здоровье ещё пуще, сидя в этой проклятой ледяной воде! – она огрызнулась, явно пытаясь меня осадить. А с утра Эбри была сговорчивее...

– Не такая уж она и ледяная... – я тихо ответил. Энн, давай, сверкни своим красноречием! – Но даже если так, разве это лучше? Хандрить, пока все остальные вокруг тебя веселятся?

– Предлагаешь мне побыстрее сыграть в ящик? Спасибо большое! – она саркастично прыснула.

– Даже если то, что ты говоришь про свою болезнь, является правдой... – я выговаривал аккуратно, стараясь её не задеть. – Неужели ты предпочтёшь смиренно ждать своей, кхм-кхм, смерти, когда могла хотя бы получить удовольствие от жизни перед ней? В чем смысл — вот так прожигать свои последние деньки, безвылазно пребывая в апатии?

– Ты чего вообще ко мне пристал? – в отчаянной попытке меня отвадить, она перешла к подобным заявлениям. – Иди и сам тогда развлекайся, не лезь в мою жизнь. Нашёлся тут...

– Просто... Не могу смотреть на таких вот отчужденных людей, – я начал изливать душу, недели молчания в Морусе наконец накатили на меня волной. – Наверное, прозвучало немного эгоцентрично... Просто... Я словно вижу самого себя в таких личностях. Я и раньше страдал от подобного чувства отрешения, да и сейчас оно от меня всё никак не отстанет... Конечно, мне повезло, что я повстречал хороших соратников на своём пути, но от этого будто ещё больнее оставаться одному. Да и среди остальных можно по-прежнему чувствовать себя безнадёжно одиноким, будто никто тебя не понимает и тебе некому выговориться... Но это не означает, что можно просто сложить руки и безропотно грустить, особенно когда решение подобной проблемы так близко и не требует от тебя особых усилий...

– ... – ой-ой, я не ожидал от себя такого складного потока мыслей, даже у Эбри глаза расширились от удивления! Чёрт, кажись я перестарался! Что за приторную белиберду я наговорил, неужели я действительно так думаю?! Надеюсь, она не подумала, что я простачок-балабол... – Ха-ах, «Люди»? Я горный эльф, если ты запамятовал.

– Эм... Ну... Ты ведь меня всё равно поняла, да? Прости, не хотел обидеть, у меня всё ещё проблемы с этим... – твою ж, я постоянно забываю о том, что тут не одни только люди ходят по земле! Такое выступление испоганил!

– Как я понимаю, проблемы с речью в принципе? – тем не менее, Эбри уже не выглядела такой враждебной, а на её губах даже заиграла слабая ухмылка. – Да ты прямо как Ксандрия...

– Что?! – я возмутился. – Я, вроде, вёл себя в высшей степени галантно и прилично!

– Нет, также никак не отстанешь, если чего в голову взбредет. Какой проповедью разразился, лишь бы меня в воду утянуть! – Эбри вздохнула и поднялась на ноги. – Ладно, если ты такой настырный, то, так уж и быть, всполоснусь. Если мой организм подобного не выдержит – будешь вести похоронную процессию до самой Левой Лодыжки, понял?

– Неужто работало?! – я был несказанно рад и удивлён. Сначала внезапно обнаруженная у себя самого харизма, так затем её последующее успешное применение! Быть может, не такой уж я и безнадежный? Не буду каркать, обычно, после моей маленькой победы на меня высыпается целый ворох неприятностей...

– Да-да... только не думай, что ты теперь мой друг, приятель или ещё что-нибудь в этом роде. Просто ты мне надоел настолько, что для меня уже гораздо предпочтительнее умереть, чем выслушивать твоё бесконечное нытьё хоть ещё одну минуту, – Эбри сложила руки на груди. – Надо же, всего два дня знакомы, а ты уже меня достал! Цк, надеюсь вода действительно не настолько холодная, иначе я буду жалеть, что вообще заступилась за тебя в сегодняшнем бою...

– ... – мне всё больше и больше начинало казаться... нет, в тот момент я был абсолютно точно убежден, что большинство эльфов в этом мире, причём, не важно какой породы, являются... – цундере.

– Что? – Эбри обернулась, складывая снаряжение на землю и зачем-то укутывая длинный тисовый лук в свою мятно-бирюзовую накидку.

– Ничего, поперхнулся, – я криво улыбнулся и слегка отплыл от береговой линии, – вода в нос попала.

– Как скажешь, – она с подозрением отнеслась к моим словам, но промолчала. Однако, через мгновение, она снова повернулась ко мне. – Ну и чего ты вылупился? Отвернулся бы для приличия! Или у тебя, в придачу к остальным сходствам с Ксандрией, ещё и чувство такта напрочь атрофировано?

– Но мы же... – я хотел сказать, мол, не нагишом ведь в реке плескаемся, но понял, что таким образом только докажу отсутствие у себя чувства такта! Так потом бы ещё и припоминал себе об этом стыде... Я не могу позволить себе подобную бестактность, я же настоящий джентльмен! Образец галантности и нравственности! Как минимум, на тот момент в Феруле я таковым точно являлся. – Да, конечно, как скажешь...

...

...

Пожалуй, не буду подробно описывать последовавшую за этим неделю, ибо она была настолько богата на различные события, что их описание заняло бы ещё целую главу! Каждый день ознаменовывался очередным новым злоключением, а то и двумя или тремя.

Чего только я не повидал: и как Лэнд пытался переучить местных жутковолков танцевать на четырёх лапах вместо двух задних, дабы те не пугали сельский люд по ночам; и как Дэсес вызвался синтезировать из соли в своих слезах удобрения для многодетной семьи морковных плантоидов; и как Ксандрия, пересиливая себя, целый день была вынуждена рисовать фотороботы Ферулских преступников-химер; и как Эбри завоевала золото в трактирском соревновательном литрболе, обыграв за раз целую гурьбу орков-смутьянов; и как Пьюр, всё время рыская по следам Сангвина, вышла на логово глубинных удильщиков, которых по незнанию развела местная одинокая бабуля-кротолюдка, думая, что она просто подкармливала своих внуков; и как я... Ну ладно, я был на вторых ролях большую часть времени.

И при всём при этом, наша команда, несмотря на все оказии, невзгоды, странности и откровенные помешательства, отличалась довольно высокой эффективностью выполнения заданий и поручений, а это позволяло нам медленно, но верно расплачиваться с долгами! Да-да, даже мне, хотя ещё недавно я думал, что вместо того, чтобы расплачиваться, мне оставалось лишь расплакаться... Тем не менее, я смог за одну неделю непосильного авантюризма заработать и вернуть целую платину! Оставалось всего три...

Кстати, упомяну одну странность – во всём этом водовороте событий я совершенно потерял счёт времени. Иногда казалось, что целые часы будто пропадали из моей памяти. Вот мы идём по пути до какой-нибудь деревни (казалось бы, целых два часа пешком), и тут бац – и доходим будто бы за несколько минут, хотя Солус уже успевал изрядно отдалиться в сторону гор. Не знаю, отчего такое могло происходить, неужели моя жизнь стала настолько интересной, что время пролетало так незаметно? Или это эффект тех спор, которыми я тогда надышался, так и не мог меня никак оставить в покое? Голова часто начинала болеть, быть может, причина была совсем другая... Ну да ладно, не хочу ударяться в ипохондрию подобно Эбри. Вернусь-ка к повествованию.

Однако, последнее наше приключение, в рамках сего недельного марафона, было по большей части сфокусировано на моей персоне, именно поэтому из всех остальных конкретно его я и перескажу в следующем сегменте. И хоть оно не было настолько интересным и забавным, как вскользь упомянутые мной выше, я выступал в нём главным действующим лицом, как и подобает главному герою! Причём, его исход привёл нас к новой «сюжетной ветке», но не буду забегать вперёд.

В то же время мне не хочется излишне перегружать следующий эпизод, так что позволю себе описать его начало в этом. Будем честны, событий в данном пункте всё равно было довольно-таки мало.

А началось всё с одного утра понедельника, в сентябре, на третьей недели осени:

– Энн из Ренора! Для вас письмо! – в таверну вошёл запыхавшийся полуястреб, навострив перья на своих трясущихся руках-крыльях. Он бесцеремонно выхватил с подноса проходящей мимо официантки кружку эля и выдул её за один присест, после чего глянул на меня, ожидая, что я расплачусь за неё. Какой у него повелительный способ требования чаевых... Моё же внимание привлекло его весьма интересное обмундирование.

Он был членом рунической гильдии воздуха. Пожалуй, стоит сделать небольшой очерк об этой организации – широко известной в определённых кругах, к которым, увы, я не имел счастья принадлежать... Начнём с того, что, как я понял, рунические гильдии применяли и давали в пользование соответствующую им руну. Полагаю, гильдии рун воды и огня, например, вместе обеспечивали горячим водоснабжением Саландайк; гильдия руны земли – занималась промышленным градостроительством и тому подобное. Для рун, что не могли быть так непосредственно использованы в хозяйстве, сами гильдии придумывали какое-либо другое применение. К примеру, я слышал, что гильдия руны молнии занималась исследованиями и прочим научным бредом, который не имел ничего общего с местным сеттингом...

Руническая гильдия воздуха, в свою очередь, имела три основных направления деятельности: организация экспедиций, почтовые услуги и транспортировка людей. Последнее находилось пока в зачаточной стадии, но, как мне рассказала Ксандрия, воздушные корабли уже в скором времени должны были начать ходить между столицами человеческих государств, что, безусловно, сильно отразится на всей мировой геополитике. Но не будем вдаваться в эти межгосударственные игры, ведь я на этой доске не являлся ни пешкой, ни пылинкой, и, вероятно, даже ни молекулой.

Рунические гильдии – это нечто вроде транснациональных корпораций из моей вселенной, со своими филиалами и сотрудниками во всех странах мира. Ну, может, исключая Малуманию, кою населяли демоны, навряд ли нуждавшиеся в рунах как таковых. Мне ещё не известны все нюансы, связанные с этими «организациями», если их вообще можно было так назвать, так что ограничусь на данный момент только этими разрежёнными сведениями.

Почтальоны гильдии воздуха – в основном полуптицы во всём своём многообразии – использовали силы рун на выданном им снаряжении, дабы многократно ускорять свой полёт. Как можно было догадаться, штаб гильдии воздуха располагался в Феруле, стране зверолюдей. Отдельной страны птицелюдов на карте я доселе не наблюдал, хотя не исключал возможность наличие оной где-нибудь ближе к краю мира...

Подобные сотрудники являлись персоналом гильдии пятого класса. Офисные клерки и прочие простые работяги – бесклассовые. Сила и влияние возрастали обратно пропорционально классу – то бишь, персонал четвёртого и третьего класса представлял собой компетентные боевые единицы, а сотрудники второго и первого обладали уже поистине чудовищной мощью. Эту силу обеспечивало их экстраординарное руническое снаряжение, которое они подпитывали своими колоссальными запасами маны, ибо члены гильдии не использовали обычную магию и у продвинутых воинов маны было хоть отбавляй. Однако, сотрудников первого класса в любой рунической гильдии было не больше чем пальцев на одной руке, но это с лихвой компенсировалось тем, что по силе они зачастую превосходили авантюристов платинового уровня.

Но я не сильно вдавался в подробности, уверен, что у меня ещё будет шанс окунуться с головой в эту тему и в другой раз. Вероятно, как раз эта излишняя суровость и строгость в профессиональной деятельности не понравилась Ксандрии, из-за чего она решила стать авантюристом, а не пойти по стопам своих родителей.

Но вернёмся к письму.

– Да, это я, – я получил письмо, расписался и дал полуястребу несколько медяков за его напиток. Тот довольно клацнул клювом на своей человекоподобной морде, что-то едва слышно проворковал, размял плечи и вышел из зала. Письмо обычно оплачивает отправитель, и я уже знал, кто это был – ещё несколько дней назад я отправил весточку Алексу с Тинай и дожидался их ответа, как соловей лета!

А вот с того, о чём там было написано, я и начну повествование в следующем эпизоде...