часть 29
На следующий день Никита решил закончить то, что начал достаточно давно. Он написал Лине рано утром — на часах ещё и семи не было.
— Доброе утро 💘
— У меня есть для тебя предложение.
— Если ты, конечно, свободна.
Ответ от девушки пришёл ближе к десяти утра.
— Доброе.
— У меня как раз выходной сегодня. Давай, говори, что там.
Никита не стал тянуть.
— Я хочу тебя увидеть. Давай встретимся, погуляем. Через пару дней я уезжаю, и мы потом долго не сможем увидеться. Не хочу уезжать, не попрощавшись по-человечески.
Лина задумалась на секунду, но ответила почти сразу:
— Давай. Забери меня.
— Во сколько?
— В пять.
Встреча была назначена на 17:00. Лина сбросила адрес, хотя он и так знала, где она живёт — просто на всякий случай. Лина отложила телефон и посмотрела в окно. Она встала с дивана и почти сразу начала сборы — без долгих раздумий, чётко, как привыкла делать перед важными выездами.
Ближе к пяти зазвонил телефон. Никита.
— Лин, я через полчаса буду, — сказал он, и в голосе слышалась лёгкая улыбка. — Ты как? Готова?
— Готова, — ответила она.
Она уже была полностью одета, поэтому просто села на диван ждать. Сердце билось быстрее обычного. Она знала, что это просто прогулка. Просто встреча перед его отъездом. Но внутри всё равно было то самое волнение — щемящее, приятное, от которого хотелось улыбаться в пустоту.
Лина взяла телефон, открыла чат с Олей.
— Он пригласил погулять перед отъездом. Я волнуюсь.
Оля ответила почти мгновенно:
— Не волнуйся. Он тебя обожает. Просто будь собой.
Лина улыбнулась, положила телефон и посмотрела в окно. Во дворе было пусто. Она ждала.
Ровно в пять во дворе раздался сигнал. Лина выглянула в окно — под её подъездом стояла чёрная машина Никиты. Она быстро взяла сумочку, накинула пальто и, сделав глубокий вдох, вышла на улицу.
Никита уже ждал у машины, открывая перед ней дверцу. В руках у него был букет.
— Это тебе, — сказал он, протягивая цветы. — Просто так.
Лина взяла букет, растерянно улыбнулась и поставила на заднее сиденье. Потом села на переднее пассажирское.
— Куда поедем? — спросила она, пристёгиваясь.
— А ты как думаешь? — Никита завёл двигатель и хитро посмотрел на неё.
— Не знаю. Ты пригласил — тебе и решать.
— Тогда загадка. Я знаю, что ты давно хотела туда попасть.
Лина приподняла бровь, но спрашивать не стала. Пусть будет сюрприз.
Они проехали через центр, свернули в переулок и остановились у старинного здания с большими окнами. Лина выглянула в окно и ахнула. На вывеске значилось: «Выставка современного искусства». Именно на этой выставке был представлен художник, которого так обожала Лина.
— Ты серьёзно? — повернулась она к Никите. — Это же… откуда ты знаешь?
— Оля рассказала, — признался он, улыбаясь. — Сказала, что ты уже полгода мечтаешь попасть сюда, но всё некогда. Я подумал… почему бы нет?
Лина не знала, что сказать. Она просто смотрела на него и улыбалась — растроганно, счастливо, немного глупо.
— Пойдём, — сказал Никита, выходя из машины и протягивая ей руку.
---
Выставка была небольшой, но очень атмосферной. Картины развешаны на белых стенах, мягкий свет, тихая музыка. Лина ходила от одного полотна к другому, иногда задерживаясь подолгу, иногда проходя мимо. Она что-то рассказывала — о мазках, о цвете, о настроении автора. Говорила увлечённо, жестикулировала, забывая, что он вообще рядом.
Никита слушал. Вернее, делал вид, что слушает. Потому что на самом деле он просто смотрел на неё. На её глаза, которые загорались, когда она говорила о любимом художнике. На её лёгкую улыбку. На то, как она поправляла волосы, когда волновалась.
Лина иногда замечала его взгляд. Оборачивалась — а он смотрит. Не на картину, на неё. Она смущалась, отводила глаза и делала вид, что увлечена очередным полотном. Но щёки предательски розовели, и Никита это видел.
— Ты хоть картины смотришь? — спросила она наконец, остановившись у большой абстрактной композиции.
— Смотрю, — ответил он с лёгкой усмешкой.
— На что?
— На тебя.
Лина закатила глаза, но улыбнулась и отвернулась, чтобы он не видел, как горят её щёки.
---
Когда выставка закончилась, Никита сказал:
— Я заказал столик в одном месте. Надеюсь, ты не против.
— Не против, — ответила Лина.
Ресторан оказался уютным — с приглушённым светом, белыми скатертями и живым пианистом в углу. Их столик стоял у окна, откуда открывался вид на вечерний город. Никита отодвинул ей стул, сам сел напротив.
Они заказали ужин, долго выбирали десерт, спорили о том, какое вино лучше. Лина рассказывала о своих клиентах, Никита — о предстоящей поездке.
---
Когда они вышли из ресторана, город уже сверкал огнями. Было прохладно, и Лина поёжилась. Они медленно пошли к машине. Лина, сама не заметив как, взяла Никиту под руку и прильнула к нему. Он почувствовал её тепло даже через пальто. Сердце забилось быстрее.
Ребята подошли к машине, но Никита не стал открывать дверь. Вместо этого он повернулся к Лине, взял её за плечи и посмотрел прямо в глаза.
— Лин, — сказал он. Голос чуть дрожал, но он старался говорить твёрдо. — Я хочу тебе кое-что сказать. Давно хочу.
Лина замерла. Её глаза расширились, она перестала дышать.
— Я… — он запнулся, набрал в грудь воздуха и выдохнул: — Я люблю тебя. Не просто «ты мне нравишься», а по-настоящему. Так, что ты первая, о ком я думаю утром и последняя — перед сном. Так, что без тебя всё кажется серым. Так, что… — он усмехнулся, — я даже не знаю, как это объяснить. Просто люблю. И всё.
Лина смотрела на него, не моргая. В её глазах блестели слёзы — но не грустные, нет. Счастливые.
Никита выдохнул — шумно, облегчённо — и притянул её к себе. Обнял, прижал, уткнувшись носом в её макушку. Лина обвила руками его талию и замерла. Они стояли так посреди улицы, обнявшись, и никто не спешил их разнимать.
Потом он отстранился, заглянул ей в лицо и поцеловал — нежно, медленно, боясь спугнуть это хрупкое счастье. Лина ответила.
Когда они наконец отстранились, она улыбнулась и сказала:
— Ну всё. Теперь ты точно должен вернуться из своей поездки.
— Обязательно, — ответил он. — У меня теперь есть ради кого возвращаться.