Глава 12
Глава 12
Ревновать девушку, к которой я когда-то был равнодушен, было чертовски неприятно. Теперь я убедился, что бумеранг существует. Ведь теперь я на её месте.
А теперь внутри меня что-то болезненно давило от ревности. Я хотел, чтобы она была моей и только моей. Но с другой стороны, она младше меня, и она - подруга моей сестры. И на этом заканчиваются все минусы.
Наши родители всегда хотели, чтобы мы поженились. И почему меня сейчас эти мысли не пугают так, как тогда? В принципе, то, что от меня появится ещё одна маленькая непослушная версия Дженнифер, приносило странное чувство умиротворения.
Ну, я ведь не должен так себя чувствовать. Я дал себе обещание, что не променяю любовь на хоккей. Ну, к тому же, если я выиграю турнир в этом году, то попаду в НХЛ. А это уже другой континент. Между Дженнифер и хоккеем я, конечно, выберу хоккей. Ну, это я сейчас так думаю.
Потому что я не видел её третий день, и у меня, кажется, ломка. Мне жизненно необходимо её найти, но она, кажется, меня избегает. А я избегаю Жасмин - странная закономерность.
Если честно, чувствую себя тупым слабаком, который не может сказать Жасмин, что интимная жизнь с ней меня больше не интересует.
- Ау, приятель, ты меня вообще слушаешь? - недовольно возмутился Адриан. - Я, значит, тебе тут рассказываю про свои любовные похождения с Кэт, а ты о чём-то непонятном думаешь.
Я перевёл на него свой взгляд. Адриан сидел и ел сельдерей. Никогда не понимал, как он может этот бред есть, словно это простой снек.
- То, как она тебе отказала, не думаю, что это самая интересная тема для обсуждения.
Он закатил глаза, словно мои слова ничего для него не значили, и продолжил рассказывать:
- Нет, по началу она мне казалась странной. Кэт не любит хоккей, слушает The Beatles... вот честно, не понимаю, как это можно слушать.
Он меня когда-нибудь достанет.
- Ну, не всем же слушать Джастина Бибера, как ты.
Адриан агрессивно откусил сельдерей, поворачивая на меня свои чёрные глаза:
- Ты что имеешь против?
- Несколько.
- Ну так вот, о чём я. Она вообще странная... Ей даже нравится лакрица. И духи у неё со вкусом ежевики. Никогда не любил эту ягоду.
- Ну, это я понял. И как ты пришёл к тому, что предложил ей переспать?
Он облизал губы:
- Не знаю, просто понравилось.
- И что ты теперь делать будешь?
- Очаровывать её своей красотой.
Я поднял брови.
- Что? Я разве не красавчик? - сказал Адриан, демонстративно показывая мышцы рук. - Аполлон.
---
Спустя два часа разговора о Кэт я наконец-то смог избавиться от Адриана. И я выходил из ледового дворца, как увидел на пороге мою сестру и Дарио. Он о чём-то ей рассказывал.
Какого. Хрена. Он делает рядом с моей сестрой? Этот ублюдок совсем берега попутал?
Я шагнул к ним:
- Эмилия Родриго, ко мне.
Она повернула ко мне голову и недовольно посмотрела:
- Тебе чего надо, чепушила?
Дарио издал смешок:
- Смотрю, не в самых хороших отношениях со своей младшей сестрой, Даниэль?
- А тебя вообще моя младшая сестра не касается, - говорил я, вставая между ними, загораживая ему обзор на Эмилию.
- Да? Неужели она всё ещё маленькая девочка и не может решать сама за себя? Тебе не кажется, что ты слишком опекающий? - сказал он, вставая ко мне лицом к лицу.
Как же мне сейчас хотелось врезать ему в морду. Неужели Эм не могла найти кого-нибудь нормального? Обязательно будет общаться с моим главным соперником?
- Я достаточно опекающий, чтобы оградить её от таких ублюдков, как ты.
- Ты не можешь решать за неё.
Я подошёл вплотную:
- Да? Хочешь проверить? Спроси у неё, с кем она сейчас уйдёт.
Мы оба повернулись к Эм. Она взяла меня за руку и грозно увела, оставляя Дарио позади. Я повернул голову слегка к нему и показал средний палец. Иногда мне казалось, что мы ведём с ним себя как двое трёхлетних мальчишек, которые что-то не поделили.
Но он серьёзно меня раздражал до такой степени, что аж руки чесались. Я не позволю ему прикасаться к моей сестре. Даже на метр не подпущу.
- Чтобы его рядом с тобой я больше не видел. Он не самый хороший человек, Эм. Ты сама понимаешь, мы соперники.
- Понимаю. Но он не кажется мне плохим.
- Не всегда то, что ты видишь, оказывается правдой. Я не хочу, чтобы он сделал тебе больно. Ты моя единственная и любимая сестра, я не позволю парням разбивать твоё сердце.
***
Я наконец-то встретил Дженнифер. Она выходила из мастерской расстроенной. В последнее время у неё было какое-то подавленное состояние. С первого взгляда этого можно было не заметить, но я следил за ней уже неделю и замечаю, как что-то угасает в ней.
Подойдя ближе, я смотрел, как она села на лавочку и заплакала. Слёзы скатывались по её щекам, и у меня сердце больно сжалось. Видеть, как Дженнифер плачет, мне приходилось редко. Я преодолел расстояние между нами и сел рядом с ней на лавочку.
- Эй, ты чего плачешь? - сказал я, нежно положив руку на её плечо. - Тебя кто-то обидел или тебя что-то беспокоит?
Она подняла на меня свои заплаканные разные глаза:
- Отстань, я сама разберусь. Мне не пять лет, и не нужна мне твоя забота.
Сказала она, вставая с лавочки, но я не позволил ей уйти: взял за запястье и потянул к себе на колени. Её тело замерло в моих руках.
- Я не отпущу тебя, пока ты не успокоишься или не расскажешь мне, что тебя беспокоит.
Она нахмурила брови, попыталась слезть с меня, но наши силы были неравны. Я слегка погладил её колено. Чёрт, как же приятно было касаться её.
- Не собираюсь я тебе ничего рассказывать! Отпусти меня, придурок. Ты же и раньше считал меня сумасшедшей. Так что сейчас изменилось? Просто оставь меня в покое, хватит таскаться за мной как за ребёнком.
Но я не слушал её и не отпускал.
- Я подожду, пока ты расскажешь.
Она скрестила руки на груди и отвернулась от моего лица:
- Вот и отлично, вот и будем так сидеть.
- Неужели ты хочешь сидеть на улице и мёрзнуть?
- Лучше мёрзнуть, чем тебе что-то рассказывать. Бесишь меня.
Я хмыкнул, накидывая на неё свою куртку.
- Хорошо, будем сидеть так, - говорил я, не отрывая от неё взгляда.
Сейчас она мне казалась такой хрупкой, такой беззащитной. Ночной воздух развивал её волосы, оголяя шею. Я нервно сглотнул, подавляя желание притянуть её ближе и поцеловать. Она всегда вызывала во мне противоречивые эмоции.
Дженнифер не выдержала и через двадцать минут снова заплакала. Я не стал снова расспрашивать, просто погладил по спине:
- Ну, тише ты, тише, не плачь, чертёнок.
Она воткнулась носом в мою шею, и я застыл. Мир словно взорвался от этого ощущения. Я забыл, как дышать. Нет, я боялся дышать, словно мог спугнуть её.
- Я не могу... просто не могу. У меня пропало вдохновение. Я как только сажусь за своё рабочее место - всё покидает голову. Нет эмоций, все картины однотипные. У меня нет вдохновения. Ничего не приносит радость. Я должна вложить эмоции, чувства, боль, любовь, но ничего нет. Я ничего не испытываю.
Она говорила и говорила, а я не произносил ни слова - просто слушал её. Иногда людям не нужна поддержка. Не нужны тысячи слов о том, что всё будет хорошо, и не нужно говорить, как тебе жаль. Иногда нужно просто выслушать, просто молчать. В некоторых случаях молчание лучше любого утешения.
Даже когда она замолчала, я не отпускал её. Держал в своих руках, пока не понял, что она уснула.
Поэтому я не стал будить её, а просто поднял на руки и начал подниматься к лифту. Она всегда странно крепко спала, не понимаю, откуда у неё это умение - так не просыпаться. Помню, когда ей было двенадцать, мне пришлось стучать в кастрюлю, потому что она вообще не могла проснуться.
Дойдя до её квартиры, я достал из её куртки ключ и открыл дверь, занося её внутрь. Дженнифер тихо сопела, наконец-то успокоившись. Я совсем не был против. Мне даже не были противны её прикосновения, как это было когда-то.
И совсем не бесили её выходки. Мне нравилось в ней всё, даже её недостатки, хотя в некоторые моменты мне казалось, что их даже не существует.
Сняв с неё обувь и куртку, я уложил её на кровать, накрывая одеялом. Ноги словно не слушались меня: я продолжал стоять рядом с ней, смотря на то, как она спит. Нежно проводя рукой по её мягким волосам. Когда-то я расчёсывал их - это было всего пару раз, когда она оставалась у нас с ночёвкой. Я всегда любил её волосы, они были такими мягкими.
***
Эмилия сидела в ванной, закручивая свои кудряшки. Всегда уход за ними был настолько утомительным, что у неё болела спина. Она иногда ненавидела за это свои волосы. Ну, другим они всегда нравились.
Не успела она даже обработать половину головы, как услышала звонок в дверь. Кто может быть в такое позднее время? Она накинула халат и с недовольным видом пошла смотреть, кто там. Посмотрев в глазок, она увидела Дарио.
- Чёрт, если сейчас Даниэль увидит его, будет капец.
Поэтому, не задумываясь, она открыла дверь.
Парень стоял в проходе, смотря на Эмилию. Не сказав ни слова, он зашёл и схватил её за лицо, начав целовать. Его руки крепко обхватили её талию, прижимая ближе к нему.
Сердце Эмилии билось в сумасшедшем ритме, и сама не осознавая того, она притягивала его ближе, утопая в его поцелуе.
- Мой брат убьёт нас.
- Плевать, я хотел на твоего брата. Я чертовски хочу тебя.
Он снова поцеловал её, на этот раз более жадно.
- Я вообще-то голову должна укладывать, эти кудри просто невозможные.
- Ничего, я помогу.
Девушка слегка с недоверием посмотрела на Дарио.
- Что? Я умею укладывать кудрявые волосы. Не только у Даниэля есть младшие сёстры. У меня четырёхлетняя сестрёнка, которой я всё время закручиваю волосы.
- Ну ладно, - она улыбнулась, и они зашли в ванную.
Дарио стал позади Эмилии и начал наносить бальзам на её волосы, а затем нежно накручивать на палец одну прядь и отпускать, получая в результате аккуратную кудрю.
- Ты сегодня ушла с ним. И это очень сильно разозлило меня.
- Он мой брат, понятное дело, я уйду с ним. И к тому же мы с тобой... я не знаю, кто мы с тобой такие.
- А кем ты хочешь быть? - спросил Дарио.
- Я хочу быть твоей, - тихо-тихо ответила ему Эмилия.
И все тормоза слетели. Руки парня снова обхватили талию Эм и усадили на ванну, покрывая её лицо поцелуями.
- Он убьёт нас, - снова повторила эти слова девушка.
- Мы не позволим ему узнать, - шептал ей в губы Дарио.