Глава 11
Глава 11♡
Даниэль
Я смотрел на её нежный танец кисти, словно Дженнифер выводила какой-то портрет на холсте. Такой нежный вид у неё был. Умиротворённый. Нежная улыбка озаряла её лицо, заставляя моё сердце подскакивать к горлу.
Её чёрные длинные волосы развевались на ветру, и она повернулась ко мне лицом. Эти разные глаза смотрели прямо на меня, словно заглядывали в саму душу.
Затем Дженнифер улыбнулась так ярко, будто она была солнцем, а я — планетой, которая начала крутиться вокруг неё.
От этой улыбки внутри словно взрывалось что-то. Мне так хотелось подбежать к ней, обнять и поцеловать. Но тут всё залилось огнём, и красочная картина исчезла, словно её не бывало.
Дженнифер перестала улыбаться, а глаза залились кровью. Она плакала кровью.
— Даниэль, спаси меня, — прошептала она одними губами.
А я не мог пошевелиться, как ни пытался побежать к ней. Паника накрыла меня с головой. Я просто смотрел, как она сгорает, но не мог ничего сделать. Тело словно сковало.
— Дженнифер, подойди ко мне, пожалуйста. Прошу тебя, Джен…
Но она не слышала ни единого слова, лишь смотрела и плакала. Картина, которую она писала, сгорела и превратилась в пепел. И вот тогда я снова смог шевелить телом и рванул к ней. Бежал что есть силы, лишь бы успеть, но как только коснулся её руки, она тут же растворилась.
Проснулся я в холодном поту. Дженнифер. Накинув первую попавшуюся футболку, я выбежал из квартиры и начал стучать в её дверь.
— Дженнифер, открой дверь.
Мне никто не открывал. В ответ — лишь тишина, которая нагнетала и без того бушующую тревогу.
— Дженнифер, открой, чёрт возьми, эту дверь, иначе я её сейчас выбью!
Опять тишина. Никто не открывал.
— Дженнифер Холмс!
Моя рука замахнулась ещё раз, чтобы постучать, но тут она открыла дверь. Маленькая, сонная, лохматая. И она была в полном порядке. Словно камень с души упал.
— Дженнифер.
Я схватил её за плечи.
— Я тебе сейчас руку сломаю, если ты не отойдёшь. Какого хрена ты звонишь в четыре, мать его, утра?
Её голос был злым и недовольным, но меня это совсем не волновало. Улыбка появилась на моём лице. Дженнифер. Злая и вредная, и главное — что с ней всё в порядке. А я прибежал сюда, какой-то придурок, из-за того что мне приснился сон. Но, боги, как же сильно он меня напугал.
— С тобой всё хорошо?
— Было всё отлично, пока ты меня не разбудил.
Из меня вырвался смешок. Всё же это она. Никто бы мне так не ответил, кроме неё. Она с равнодушным лицом захлопнула передо мной дверь. Чёрт. Как мне сейчас хотелось её обнять.
Тренировка была чертовски утомительной. Тайлер сегодня был вообще не в настроении. Всё, что он мог, — это только кричать на нас.
Всё ему было не так. Я понимал: тренер должен быть жёстким, но не заставлять нас по пятнадцать раз наматывать круги только потому, что у него нет настроения. Хотя, с другой стороны, если я хочу попасть в НХЛ, то должен больше работать. Это как две стороны палки.
Странно, почему сегодня на тренировке нет Кэт? А если она отсутствует, значит, должны быть и другие приспешницы. Где эти двое ходят тогда? А вот и они.
Подумал я, бросив на них взгляд через шлем. Из этих мыслей меня вытолкнул кулак Адриана по спине.
— Если не хочешь ещё пятнадцать, давай работай быстрее, а то он сегодня ещё сильнее разозлится. И кстати, кэп, ты серьёзный какой-то, хмурый. Поссорился с кем-то? Кстати, ты довольно сильно обидел Жасмин. Она какая-то странная. Вы что, оба сговорились?
— Ещё пять кругов! — рявкнул Тайлер. Команда недовольно застонала.
Но мой взгляд всё же скользнул к трибунам. Какой-то парень стоял рядом с Дженнифер, и его рука была у неё на плече. Мир сузился до одной точки.
Кто он, блядь, такой и почему его рука на плече моей Дженнифер? Ну, пока что не в моей, но это не меняет того факта, что он прикасается к ней.
И мне это совсем не нравилось. Теперь я, кажется, начал понимать её, когда она ревновала меня к Жасмин тогда, три года назад.
И самое больное — что она не отталкивала его руку, лишь посмотрела на него, слегка улыбнувшись. Этот паренёк смотрел на неё так, словно уже раздевал глазами. Клянусь, ещё раз он так посмотрит — разобью ему челюсть клюшкой.
— Не отвлекайся, Родриго! — крикнул мне тренер, и я ускорился, пытаясь погасить весь гнев, который сейчас был во мне.
Только бы сдержать себя в руках. Только бы сдержать себя в руках, — повторял я, сжимая основание клюшки. Играл я сегодня с особой жестокостью, вымещая всю свою злость. Я еле дотерпел до конца и вылетел с арены в раздевалку.
За мной тут же влетел Адриан.
— Да что с тобой творится? Ты уже какой день так уходишь. Я видел, как ты смотрел на эту Дженнифер. Неужели ты втюрился?
Я не ответил, и он громко закричал, словно пятнадцатилетняя девчонка:
— Серьёзно? Жасмин охренеет.
— Ещё одно слово — я заткну тебя чем-нибудь тяжёлым.
Он улыбнулся:
— Угрожаешь?
— Хочешь проверить: угрожаю или действую?
— Воу-воу, полегче, полегче. Я же ничего такого плохого не говорю. Ну, я-то помню, как ты говорил, что она всего лишь подруга твоей младшей сестры и что ты никогда не влюбляешься в таких. Я помню, я помню…
Не выдержав его насмешек, я швырнул в него спортивную сумку.
— Да я же пошутил.
— Я сейчас тоже пошучу.
Он рассмеялся, снимая с себя хоккейную форму.
— Да ты прям зверь. Только смотри, меня не съешь, я же твой нежный цветочек. — Он подмигнул мне, закидывая назад воображаемую шевелюру.
— Ага, да, конечно. Вообще, если не мой, я же тебя купил прямо как в XIX веке.
Он схватился за сердце и сделал вид, словно я его убил.
— Это что, расизм? Я пойду плакать.
— Конечно, тебе же воды не хватает. — Смотря на его выражение лица, я засмеялся. — Ну, можешь не обижаться, у меня вода из сумки возьми.
Сказал я эти слова и вышел из раздевалки. Но не успел далеко уйти, как увидел их. Дженнифер и какого-то паренька. Никогда его раньше не видел.
Я подошёл поближе к ним. Они говорили на французском. Может быть, это её однокурсник или типа того? Я совсем не мог разобрать разговора, и это ещё больше раздражало меня.
Он коснулся её волос так нежно, словно она была цветком. Он не имеет права к ней прикасаться. Только я могу так… чёрт, не могу. Ну, если я не могу, значит, никто не может.
И почему она вообще позволяет прикасаться к себе? Меня ещё больше бесило, что сейчас я веду себя как капризный ребёнок. Капризным я никогда не был. Не учитывая эту ситуацию.
Я сжимал и разжимал кулаки, продолжая слушать их белиберду, которую не мог разобрать. Я перевёл взгляд обратно на этого парня.
У него были рыжие волосы, очки и веснушки. У него была мягкая улыбка и длинные пальцы, которыми он поглаживал её волосы. Заучка какая-то. Неужели он мне нравится ей больше?
Дождавшись, пока парень уйдёт, я сразу шагнул к ней:
— Твой парень?
Дженнифер перевела на меня взгляд, и он тут же потерял всю мягкость.
— Типа того.
Что она сказала?! Он был её парнем? Стоп-стоп-стоп. Какого хрена? Она была моей. Рука сжалась на её плечах, я впечатал её в стену.
— Парень? Ты не говорила, что у тебя есть парень.
— А почему я должна говорить тебе о своей личной жизни? Не думаю, что она тебя касается.
И снова этот насмешливый взгляд. Я не мог понять: шутит она надо мной или нет.
— Повторяю в последний раз: кто он для тебя, Дженнифер? И перестань со мной шутить.
Она улыбнулась и шагнула ко мне навстречу. Дыхание тут же перехватило от её запаха.
— А ты что, ревнуешь?
Я ревную? Да, блядь, ревную. Но сознаюсь ли я в этом? Нет. Никогда никого не ревновал, а тут — как посреди ясного неба гроза.
— Ты не ответила на мой вопрос. Кто он для тебя и как сильно вы близки? Отвечай, Дженнифер.
Её рука провела по моему плечу.
— О, мы очень близки. Ты даже не представляешь насколько.
Твою мать.
— Я понял тебя, — сказал я и отошёл от неё, чтобы не сделать ничего лишнего. Хотя как же сильно мне сейчас хотелось взять её за горло, впечатать в эту стену и… поцеловать так, чтобы она забыла имя любого парня, которого когда-либо знала. Хотелось стереть все прикосновения, которые были до меня.
А также хотелось убить себя в прошлом. Понятное дело, я не смогу стать её первым, но это не значит, что я не смогу стать её последним.
Дженнифер
Ликовала ли та часть меня, которая когда-то мечтала, чтобы Даниэль её ревновал? Безусловно. Словно мой день озарился при осознании того, что этот придурок способен на такое, даже если и отрицает.
Луи был хорошим другом. За те три года в Париже он, конечно, никогда не сможет заменить Эм, но у нас были довольно хорошие дружеские отношения. Ну а если без шуток, то больше ему понравится Даниэль, чем я. Так что стоило ревновать мне.
Сегодня я хотела съездить к родителям и поговорить обо всём. Скучала за ними. Мне нравилось быть папиной и маминой принцессой. Я очень сильно любила свою семью, и она стояла для меня на первом месте.
Пока что я никому не говорила, что у меня пропало вдохновение рисовать. Самым большим страхом было разочаровать их. Они расстроятся и… будут пытаться утешить меня. Мне не нужна чья-то жалость. Я сильная и справлюсь с этим. Просто нужно немного времени.
Хотя, если честно, эти слова были просто утешением для самой себя, чтобы не упасть в пропасть. Перестать рисовать — словно потерять воздух. Но я держалась. Я смогу продержаться.
Я зашла в наш дом, и — о, спасибо богу — на этот раз я не слышала стонов.
— Мам, пап, я дома.
С первого этажа спустилась мама с книгой в руках и тут же обняла меня. Как же я любила маму.
— Милая, почему ты не предупредила? Ты как себя чувствуешь? Всё хорошо? Никто не обижает?
— Да она сама обидит кого хочешь, — сказал отец со второго этажа, спускаясь ко мне, и подхватил меня на руки, кружа.
— Привет, моя маленькая принцесса. — Он улыбался мне, смотря с такой гордостью, что защемило в груди. Я чувствовала себя виноватой, что не рассказываю им всё. Что подведу их и у них больше не будет повода для гордости.
— Всё хорошо. Я в полном порядке.
***
Дарио сидел за столом в ожидании Эмилии. Он наконец-то смог уговорить её на свидание. Понятное дело, она долго ему отказывала из-за того, что он враг её брата. Но ему удалось её уговорить.
Так что сейчас он ждал, пока у неё закончатся пары. Хирургия — дело серьёзное, так что ей ещё учиться долго. Но он не против. Если его девушка… будущая девушка будет врачом.
Пока что он не говорил о своих планах ей. Ну ничего. Возможно, она ему откажет, но это его никогда не останавливало.
И вот появилась она. С короткими волосами, заплетёнными в пучок, и вся запыхавшаяся.
— Ой, я немножко опоздала. Препод — такая скотина.
Парень улыбнулся, смотря на эту её беспорядочность. В этом было особое очарование.
Эмилия специально вела себя так некультурно, чтобы он никогда на неё не посмотрел.
Ведь кому нужна девушка, которая не умеет вести себя прилично? Но Дарио никогда не был как остальные.
Чем чудаковатее девушка, тем больше она ему нравилась. А эта рыжеволосая была его идеалом. Она пыталась его подставить, не раз разбивала ему нос, и это только малое, что он мог вспомнить. Ему было даже всё равно, что её брат может отобрать у него место в НХЛ.
— Голодная?
— Безумно. Хоть тебя проглочу.
Парень поднял брови.
— Целиком?
— Ну, даже тапочки не оставлю.
Он попытался сдержать смех, смотря на её большие светло-карие глаза. Ресницы у неё были длинные-длинные, почти доставали до бровей. Взгляд был как у оленёнка.
— Тогда думаю, это будет грехом не накормить тебя.
Она ярко улыбнулась, словно что-то придумала.