Глава 107
Александр застыл, чувствуя в своей ладони мягкое тепло её руки. Виктория — та, о которой он думал даже во сне — была рядом.
Он резко поднялся на постели. В серых глазах всё ещё читалось непонимание происходящего, но взгляд неотрывно удерживал её, словно он боялся, что она исчезнет.
И всё же её присутствие было слишком реальным, чтобы принять его за сон.
Виктория спокойно ждала, пока он окончательно осознает, что она действительно здесь. Спустя некоторое время Александр хрипло произнёс:
— ...Почему?.. Почему ты здесь?..
Он ведь был уверен, что Виктория благополучно покинула Империю. Считал, что исчезнуть из её жизни — единственный способ дать ей настоящую свободу.
И потому даже представить не мог, что однажды она снова появится перед ним вот так.
Но сейчас Виктория сидела совсем рядом.
С влажными глазами и тихой, ясной улыбкой она смотрела прямо на него.
Александр медленно поднял руку и коснулся её щеки. Тёплая кожа под пальцами ощущалась слишком живой.
Виктория не отпустила его ладонь. Наоборот — крепко прижала её к себе, словно пытаясь успокоить, и ещё сильнее прильнула щекой к его руке.
Глаза Александра дрогнули.
Это было странно. Виктория не могла вести себя так. Он был уверен, что к этому моменту все её воспоминания уже вернулись.
Значит, она должна была избегать его. Ненавидеть. Бояться.
Но, пока эти мысли терзали его, Виктория тихо прошептала:
— Все мои воспоминания вернулись.
При этих словах его пальцы заметно сжались.
Она продолжила, не отпуская его руки:
— Поэтому всё, что я сейчас скажу... это моя искренность.
Её яркие голубые глаза на миг опустились вниз, а затем снова встретились с его взглядом.
Сейчас Виктория хотела сказать ему слишком многое.
— Каждый раз, когда мне грозила опасность, Ваше Высочество приходили и спасали меня. Снова и снова.
Спокойным голосом она вспоминала все те моменты, когда он появлялся рядом.
Первый раз — во время нашествия чудовищ в Святом Королевстве. Потом — когда он рисковал жизнью, чтобы найти Верховного Жреца и спасти её умирающую.
И полгода назад — когда Император увёз её в Императорский дворец.
— ...Спасибо, что искали меня до самого конца.
Это было запоздалое «спасибо».
Тогда, потеряв память и неправильно поняв его, она так и не смогла произнести этих слов.
Виктория мягко улыбнулась. Александр слушал её, почти не дыша.
— Ваше Высочество... помните, что обещали мне? Вы сказали, что мы будем вместе всегда. Что мне не нужно ни о чём волноваться.
Это было то обещание, которое он дал ей прошлой осенью, когда они вместе шли через лес после её возвращения в замок.
Для Александра тогда это были слова, которым не суждено было сбыться.
Но Виктория их не забыла.
И теперь, когда память полностью вернулась к ней, это обещание всё ещё оставалось для неё настоящим.
Она медленно опустила руку, отпустила его ладонь со своей щеки, а затем осторожно коснулась его тела.
Пальцы скользнули по старым и новым шрамам, по разорванной коже, по следам бесконечных ран.
И она тихо сказала:
— Вы сказали, что моё счастье — это и ваше счастье тоже. Тогда... давайте будем счастливы вместе.
От её дрожащего, полного боли голоса взгляд Александра заметно дрогнул.
Сухие губы едва шевельнулись.
— ...Ты не ненавидишь меня?
Тот самый человек, всегда холодный и непоколебимый, сейчас смотрел на неё с пугающей неуверенностью.
Всю жизнь Александр был уверен, что разрушил её счастье. Что она будет ненавидеть его до конца своих дней.
И потому всё, что Виктория говорила сейчас, казалось ему слишком невозможным. Настолько, что он сомневался — не продолжает ли всё ещё спать.
Виктория ответила чуть твёрже, словно желая убедить его:
— Я не ненавижу вас.
Она вспомнила его прежнего.
Александра, который бесчисленное количество раз спасал её и молча терпел её ненависть.
Тогда она не могла поверить в его чувства. Не могла принять всё то, что он пытался ей дать.
Но время прошло.
И лишь отступив назад и оглянувшись, она наконец поняла.
Во всём, что он делал, не было ни единой лжи.
Александр сожалел о прошлом, в котором причинил ей боль. И пытался всё исправить.
А в конце концов он действительно хотел лишь одного — чтобы она была счастлива.
С глубокой нежностью Виктория смотрела на него.
Но Александр снова спросил — слабым голосом, которого никто прежде от него не слышал:
— Тогда... ты не ненавидишь меня?
Словно всё ещё не веря её словам, он дрожащей рукой прикрыл глаза.
— Даже если я снова хочу быть рядом с тобой... могу ли я обнять тебя?
Вместо ответа Виктория сама протянула руки.
Она обняла его широкую спину и уткнулась лицом ему в плечо.
Их тела соприкоснулись, и она услышала биение его сердца.
Почувствовала его тяжёлое дыхание.
И без колебаний прошептала:
— Даже если вы не обнимете меня... я всё равно останусь рядом.
Она прижалась к нему ещё крепче.
— Потому что теперь... я сама хочу вас.
Эти слова наконец выпустили наружу все чувства, которые она так долго подавляла.
Александр резко притянул её к себе.
В одно мгновение Виктория оказалась у него на коленях, инстинктивно обвив руками его шею.
Он прижал её ещё ближе.
Закрыв глаза, Александр слушал её дыхание.
Она сказала, что хочет его.
Даже в самых безумных мечтах он не мог представить, что однажды услышит это.
Но сейчас Виктория действительно была рядом. Обнимала его.
И он тихо, не скрывая дрожи, прошептал:
— ...Я тоже хочу тебя.
От его отчаянного голоса Виктория улыбнулась и кивнула.
Тёплые объятия окутали её, и она почувствовала, как глубоко внутри поднимаются чувства.
Словно время на мгновение остановилось, они просто ощущали тепло друг друга.
Холод его тела быстро таял рядом с ней.
А затем Александр наконец произнёс слова, которые так долго держал в себе:ж
— Я больше не стану просить тебя любить меня. Мне достаточно любить тебя самому. Просто... останься рядом навсегда. Больше мне ничего не нужно. Пока ты рядом — я смогу всё. Можешь использовать меня, можешь обманывать... только не уходи больше...
От его сбивчивых слов Виктория улыбнулась сквозь слёзы.
Александр прижал её ещё крепче и наконец выдохнул то, что было важнее всего:
— Я люблю тебя, Виктория.
Сердце Виктории дрогнуло.
Она уже не понимала, чьё именно сердце так сильно бьётся — её или его.
Но это больше не имело значения.
Обняв его за плечи, она чуть отстранилась и посмотрела ему в глаза.
И, ласково поглаживая его щёку, улыбнулась самой нежной улыбкой:
— Я тоже люблю вас.
Эти слова окончательно разрушили последнюю стену, за которую он цеплялся.
Александр тут же наклонился к ней.
Когда их губы соприкоснулись, Виктория счастливо закрыла глаза.
Словно боясь упустить хоть одно мгновение, они снова крепко обняли друг друга.
Да.
Это была любовь.
Теперь Виктория понимала это совершенно ясно.
Бывали моменты, когда ей казалось, что она не любит его. Но в самой глубине всех её запутанных чувств к нему всегда жила любовь.
И в тот миг, когда она наконец приняла это, слёзы, которые она столько времени сдерживала, покатились по её щекам.
Александр осторожно стёр каждую слезу ладонью.
Их поцелуй становился всё глубже и горячее.
— Ах...
Когда их губы на миг разомкнулись, Виктория заметила, что уголки глаз Александра тоже влажные.
Тогда она подняла руку и осторожно коснулась его лица.
Увидев его слёзы впервые, она почувствовала, как сердце болезненно сжалось — и одновременно наполнилось ещё большей нежностью.
Этот мужчина всегда защищал её.
Но теперь он сам казался ей хрупким.
И теперь уже ей хотелось защитить его.
Виктория вновь коснулась его губ своими.
На её неумелый поцелуй Александр ответил без малейшего колебания.
И наконец настал момент, когда всё встало на свои места.
***
Тёплый солнечный свет мягко ложился на комнату.
И вместе с ним рядом ощущался знакомый зимний запах.
Виктория медленно приподняла тяжёлые веки.
И сразу увидела перед собой тело большого, сильного мужчины.
Несколько раз сонно моргнув, она посмотрела на Александра, который полностью обнимал её, прижимая к себе.
Он крепко спал — с редким, непривычно спокойным выражением лица.