Глава 81
Трущобы на юге Даркшора. Маленький городок у подножия утёса почти всегда был окутан густым туманом.
Из-за этого сверху было невозможно чётко разглядеть его очертания.
Когда же туман на мгновение рассеивался, открывался вид на скопление заброшенных, полуразрушенных домов.
И потому среди тех, кто поднимался в горы, ходили слухи: будто внизу, у подножия утёса, находится логово чудовищ.
Говорили, что эти чудовища утаскивают людей вниз, и тот, кто туда попадает, уже никогда не сможет выбраться.
— Логово демонов, да? Забавно... Кто бы мог подумать, что в таком месте может жить священник, — усмехнулся мужчина средних лет, пересказывая слухи.
Старик в поношенной простой одежде, перевязывавший рану ребёнку, лишь тихо цокнул языком.
— И хорошо, — буркнул он. — Благодаря этим глупым слухам сюда ни разу не сунулись разбойники.
Несмотря на его сухой тон, руки его были удивительно мягкими и осторожными.
Белый свет, исходивший от морщинистых пальцев, окутал глубокие царапины и распухшую лодыжку девочки.
На глазах раны начали исчезать. Девочка, ещё недавно всхлипывавшая от боли, тут же вытерла слёзы, а её глаза загорелись.
— Дедушка, ты волшебник?
Рядом стоявший молодой человек ответил за старика:
— Нет. Он гораздо больше, чем волшебник.
— Вау...!
Старик, наблюдавший за ней, закончил лечение. Убедившись, что от ран не осталось и следа, девочка радостно вскочила на ноги.
— Спасибо!
Кивнув, она выбежала наружу, а старик медленно поднялся.
— Слишком уж ты стараешься, — заметил он.
Когда старик выпрямился, молодой человек поспешно подал ему воду.
— Разве так трудно сделать что-то простое?
Старик одним глотком осушил стакан, заметно успокоившись. Молодой человек, забрав пустую посуду, усмехнулся:
— Всё-таки ты уже стар.
Старика звали Людвиг. Ему было больше трёхсот лет, хотя внешне он выглядел не старше семидесяти.
Он поселился в этой деревне несколько десятков лет назад, когда здесь вспыхнула чума.
Город был настолько бедным, что не получал никакой помощи от государства.
Но благодаря Людвигу, появившемуся словно спаситель, болезнь исчезла всего за месяц.
С тех пор он жил здесь, не требуя ничего взамен.
— Сегодня туман особенно густой... словно должно что-то случиться, — пробормотал мужчина, выходя следом за Людвигом.
Туман, плотнее обычного, стелился по улицам, скрывая всё вокруг.
Людвиг шёл, заложив руки за спину, когда издали сквозь мглу показался человек, бегущий к ним.
— Священник!
Запыхавшись, он указал куда-то в сторону.
— Там, под утёсом... там мёртвый человек!
Двое крепких парней из деревни вскоре принесли без сознания мужчину. Одна его рука была почти полностью раздроблена.
Судя по всему, он упал с утёса. Но, учитывая высоту, ранения казались слишком лёгкими — словно он каким-то образом смягчил падение.
Людвиг бросил на него взгляд и, направив поток исцеляющего света на окровавленное плечо, спокойно сказал:
— Он не мёртв. Просто без сознания. Хватит суетиться — уходите.
Парни, ворча, поспешили выйти.
Когда вокруг стало тихо, Людвиг прищурился, внимательно осматривая раненого.
С первого взгляда было ясно — перед ним не простой человек.
И по одежде, и по внешности он сильно отличался от местных.
За сотни лет Людвиг повидал немало людей, которые пытались заполучить его силу, предлагая богатства и угрожая — так что отличить необычного человека он мог сразу.
— Ну, бросить его я не могу...
Он опустил ладонь на плечо, где уже остановилась кровь.
Сильным потоком энергии он стянул разорванную плоть, словно сшивая её. Закончив, убрал руку.
Бессознательный мужчина должен был прийти в себя через три-четыре дня — исцеляющая сила действовала ещё и как слабое обезболивающее.
На мгновение Людвиг задержал взгляд на его теле. Оно было покрыто множеством старых шрамов.
— Как же безрассудно этот парень обращался со своим телом...
Вздохнув, он покачал головой и вышел из комнаты.
***
Был солнечный день.
— Ваше Высочество.
Александр медленно открыл глаза, услышав ясный голос, зовущий его.
Виктория, шедшая впереди него, стоявшего в оцепенении, обернулась. Лёгкая улыбка коснулась её губ, а в мягко изогнутых голубых глазах заиграли отблески солнца.
Его сердце болезненно сжалось. Александр медленно протянул к ней руку.
Он сделал шаг, потом ещё один, приближаясь к ней — но почему-то никак не мог дотянуться.
Наоборот, Виктория словно отдалялась всё дальше и дальше.
Он хотел крикнуть ей, чтобы она не уходила, но голос не слушался.
Тем временем солнце исчезло, и густой туман затянул всё вокруг. В одно мгновение силуэт Виктории растворился.
Александр в отчаянии ринулся сквозь туман, пытаясь найти её.
«Где Виктория... куда она ушла...»
Из его горла вырывался лишь хриплый, надорванный стон. Боль нарастала, будто кто-то вонзил нож прямо в горло.
Он облокотился на несуществующую стену, оглядываясь налитыми кровью глазами, и постепенно туман начал рассеиваться.
Сквозь редеющую дымку он увидел спину Виктории.
Она стояла на краю отвесной скалы, на фоне заснеженного пейзажа.
Внизу под ней текла зимняя река.
— Ваше Высочество.
Это был уже не тёплый голос, а тихий, полный отчаяния.
Тёмно-синие глаза, лишённые всякого света, повернулись к нему.
— ...Быть с вами для меня было адом.
Словно умоляя отпустить её, Виктория опустила уставшее лицо.
— К сожалению... мне уже достаточно того, через что я прошла.
Александр, не веря, бросился к ней.
Но всё повторилось. Как бы он ни старался шагнуть вперёд, ноги вязли в липкой грязи, утягивая его назад.
— Чёрт... нет, Виктория...
Он рвался изо всех сил, несмотря на боль, будто ноги вот-вот разорвутся — но в этот момент Виктория наклонилась вперёд и сорвалась вниз.
Увидев, как она падает, Александр бросился за ней.
— ...ха... ха...
Когда он вновь открыл глаза, перед ним стояла огромная дверь.
Ни скалы, ни реки, ни снега — ничего больше не было.
Он, словно обезумев, распахнул дверь и вошёл внутрь.
На этот раз его встретил тёплый летний ветер и бескрайнее синее море.
Перед его затуманенным взглядом появилась Виктория, медленно идущая по песку. Она посмотрела на него — и её взгляд был мрачен.
— Теперь вы довольны?
Глаза, полные ненависти и боли, впились в него.
Не в силах сказать ни слова, Александр схватил её за руку.
В тот же миг всё вокруг снова изменилось.
Теперь он оказался в белой, безмолвной комнате.
На кровати лежала Виктория.
Её лицо было бледным, глаза закрыты, тело неподвижно. Лишь губы сохраняли слабый оттенок цвета.
А затем алая кровь потекла по её губам, вниз, по тонкому подбородку.
«Чем больше она использует свою силу, тем сильнее разрушается её тело».
В его ушах внезапно зазвучали услышанные когда-то слова.
«Если бы вы отпустили её с самого начала, ей не пришлось бы использовать силу».
В тот же момент Виктория снова содрогнулась и закашлялась кровью. Её хрупкое тело обмякло и рухнуло.
— Нет... нет...
Александр в панике бросился к ней, упал на колени и попытался обнять её.
Но в его руках ничего не было.
Задыхаясь, он с трудом поднял голову — но и тогда перед ним была пустота.
Ни тела, ни тепла, ни даже слабого запаха — ничего.
Александр задрожал всем телом и протянул руку в пустоту.
— Я... я убил Викторию?.. Я...
— Эй! Эй!
Резкий голос откуда-то извне резко оборвал его мысли.
Александр распахнул глаза и резко сел на кровати.
Тяжело дыша, он коснулся губ и задрожал. В ушах звенело, будто от крика.
Долго приходя в себя, он наконец поднял голову.
Перед ним была маленькая, убогая комната.
А рядом стоял старик.