Глава 23
Александр медленно поднял взгляд.
Его глаза сузились.
— Незаконнорожденная?
— Похоже на то, — ответил Лукас. — Дочь врача утверждает, что у маркизы никогда не было второго ребёнка.
Он немного помедлил, затем добавил:
— Сам врач давно умер. По словам людей, которые его знали... его смерть не была естественной. Похоже, его убили.
В кабинете повисла тяжёлая тишина.
Александр ничего не сказал.
Но его пальцы медленно сжались в кулак.
Костяшки побелели.
Лукас заметил это и невольно побледнел.
— Ваше Высочество... — осторожно продолжил он. — Если вы позволите, я приведу свидетелей и соберу письменные показания. Мы можем официально обвинить маркиза Сант Клэра и привлечь его к ответственности.
Он говорил уверенно.
Подобные вещи в аристократических кругах случались нередко.
Многие дворяне имели внебрачных детей. Иногда для любовницы и ребёнка даже выделяли отдельный дом и содержание.
Но существовали и другие случаи — когда незаконнорожденного ребёнка вводили в семью и представляли обществу как законного наследника.
В Империи, где родословная имела огромное значение, подобное считалось серьёзным обманом.
Особенно если речь шла о браке.
— Это фиктивный брак, Ваше Высочество, — твёрдо сказал Лукас.
Его голос прозвучал почти резко.
Александр был членом императорской семьи.
Великим герцогом.
Одной из ключевых фигур политического мира Империи.
Маркиз Сант Клэр фактически обманом выдал за него замуж незаконнорожденную дочь.
Если бы Александр решил расторгнуть этот брак, Император едва ли стал бы возражать.
Скорее всего, он даже поддержал бы это решение.
Однако после слов Лукаса Александр продолжал молчать.
Его лицо оставалось спокойным.
Так что было невозможно понять, о чём он думает.
Но в его голове одна за другой всплывали сцены.
Виктория.
Её слова.
Её поведение.
Тот день, когда в её комнате нашли афродизиак.
И как она тихо, почти отчаянно настаивала на своей невиновности.
Её осторожные взгляды.
Её странная настороженность каждый раз, когда упоминали маркиза.
И тот момент...
Когда маркиз ударил её прямо в замке Великого герцога.
Теперь всё постепенно складывалось в единую картину.
Если Виктория действительно была внебрачным ребёнком...
Маркиз никогда не относился бы к ней как к родной дочери.
Александр знал характер этого человека.
Гордый.
Жестокий.
Одержимый статусом.
Такой человек не стал бы заботиться о ребёнке, рождённом вне брака.
Теперь становилось ясно, как он, вероятно, обращался с Викторией все эти годы.
И почему она каждый раз так напрягалась при одном только упоминании его имени.
Александр сидел неподвижно.
Как и всегда.
Но в глубине его глаз на мгновение вспыхнула ярость.
Тёмная.
Тяжёлая.
Лукас снова заговорил:
— Ваше Высочество... конечно, основная вина лежит на маркизе. Но... — он слегка нахмурился. — Великая герцогиня всё это время тоже молчала.
Брови Александра едва заметно дрогнули.
Но через секунду его лицо снова стало спокойным.
Лукас был прав.
Какими бы ни были обстоятельства, факт оставался фактом.
Александра обманули.
И Виктория тоже участвовала в этом обмане.
Эта мысль должна была вызвать у него гнев.
Но странно...
Его злость была направлена не на неё.
И даже не на сам обман.
Всё его раздражение было обращено к одному человеку.
К маркизу.
К человеку, который сначала использовал Викторию как инструмент...
А затем без колебаний поднял на неё руку.
Наконец Александр заговорил.
— Лукас.
— Да, Ваше Высочество.
Его лицо резко похолодело.
— Всё, что было сказано сегодня... не должно выйти за пределы этого кабинета.
Лукас растерянно моргнул.
— ...Что?
— Уничтожь все документы, которые могут считаться доказательствами.
На мгновение Лукас просто смотрел на него.
Не веря своим ушам.
Александр уже поднялся со своего места.
— Сожги их.
Он направился к двери, оставив Лукаса стоять в полном замешательстве.
Когда Александр вышел из кабинета, в воздухе словно осталась напряжённость.
Такая тяжёлая, что даже стены казались напряжёнными.
***
Когда карета остановилась, Виктория медленно вышла и на несколько мгновений задержалась у ступеней, осматриваясь вокруг.
Храм Аврелии возвышался перед ней, окружённый высокой каменной стеной. Однако ворота были открыты настежь, и люди свободно входили и выходили. Здесь не было стражи или строгих проверок — храм был местом, где каждый мог найти утешение.
Поднимаясь по длинной лестнице, Виктория вдруг почувствовала знакомое присутствие за спиной и обернулась.
В нескольких шагах позади неё стоял рыцарь Александра.
Он, как и прежде, молча следовал за ней.
Виктория тихо вздохнула.
— Дальше я пойду одна.
Рыцарь немного растерялся. На его лице появилось неловкое выражение.
Поняв, что он колеблется, Виктория снова заговорила:
— Это храм. Здесь безопасно. Мне не нужен эскорт.
Рыцарь некоторое время стоял неподвижно, явно раздумывая над приказом и ситуацией, в которой оказался. Наконец он склонил голову.
— Хорошо. Тогда я подожду снаружи.
Виктория облегчённо кивнула и продолжила подниматься.
Когда она, наконец, прошла через высокий каменный проём, перед ней открылся просторный сад.
Там гуляли посетители храма — кто-то тихо беседовал, кто-то сидел на скамьях, кто-то молился возле небольших статуй. Атмосфера была спокойной и умиротворённой.
Мягкий зимний свет ложился на дорожки.
Где-то тихо журчала вода.
Виктория неожиданно почувствовала, как её напряжённое сердце понемногу успокаивается.
Спустя некоторое время она вошла в главное здание храма и пошла по длинному коридору.
Коридор казался почти бесконечным.
Каменные стены отражали тихие шаги.
Вдруг с противоположной стороны коридора она заметила маленькую фигуру — ребёнок бежал прямо к ней.
Мальчик резко остановился перед ней и громко поздоровался:
— Привет!
Виктория слегка растерялась.
— Э... привет, — ответила она и мягко улыбнулась.
Мальчик был одет в форму ученика священника, но одежда явно была велика для него. Рукава почти скрывали его ладони, а подол слегка волочился по полу.
Он выглядел как совсем юный послушник.
Не сказав ни слова, мальчик вдруг схватил Викторию за руку и уверенно потянул её за собой.
— Куда ты меня ведёшь? — удивлённо спросила она.
Мальчик повернул голову и широко улыбнулся.
— Мастер Альберт попросил меня привести вас. Он сказал, что сегодня к нему придёт очень важный гость.
Глаза Виктории удивлённо расширились.
«Как он узнал?»
Она ведь не сообщала Альберту о своём визите.
Тем не менее она осторожно последовала за ребёнком.
Вскоре они дошли до конца коридора, где находилась большая арочная дверь.
Мальчик с шумом распахнул её и радостно вбежал внутрь.
— Мастер Альберт!
Перед Викторией открылся огромный зал.
Высокие своды уходили вверх, а мягкий свет падал через витражные окна.
На возвышении стоял Альберт.
Услышав голос мальчика, он обернулся.
Его взгляд сразу нашёл Викторию.
И на его лице появилась та же мягкая, спокойная улыбка.
— Добро пожаловать.
Он медленно спустился с платформы и подошёл ближе.
Виктория некоторое время молча смотрела на него, а затем нерешительно спросила:
— Вы знали, что я приду?
— Да.
Ответ прозвучал спокойно.
Взгляд Альберта остановился на кулоне на её шее.
— Благодаря этому кулону я могу ощущать ваше присутствие. В нём есть часть моей силы. Даже на расстоянии я чувствую, когда вы рядом.
— Ах...
Виктория осторожно коснулась кулона пальцами.
Белый камень тихо блеснул.
Альберт внимательно посмотрел на неё.
— Вам нужна помощь?
Виктория не сразу ответила.
Она просто кивнула.
Иногда ей казалось, что Альберт способен читать её мысли.
Хотя она знала его совсем недолго, рядом с ним она испытывала странное чувство доверия.
Как будто он мог помочь ей найти путь... к спокойствию.
К счастью.
— Давайте поговорим в более тихом месте, — мягко предложил Альберт.
Виктория последовала за ним.
Они вошли в небольшую комнату — это была молельня.
Здесь было тихо.
Пахло свечами и старым деревом.
Атмосфера была удивительно спокойной.
Виктория села на стул и несколько секунд молчала, собираясь с мыслями.
Наконец она заговорила.
— Я...
Слова застряли у неё в горле.
Она глубоко вдохнула.
— Я хочу выбраться из этой ситуации.
Альберт слушал молча.
Его взгляд был тёплым и внимательным.
И под этим взглядом слова начали сами вырываться наружу.
— Я хочу быть счастливой... — тихо сказала Виктория. — Но не могу.
Она опустила глаза.
— Поэтому я думаю... что единственный способ — избавиться от этих страданий.
Её голос стал едва слышным.
— Я не хочу... больше любить своего мужа.
Она горько усмехнулась.
— Мне кажется, я могла бы перестать. Если бы только начала сейчас...
Она тяжело вздохнула.
— Но этот человек... не даёт мне двигаться дальше.
Когда она сказала это, в её груди снова поднялось слабое раздражение по отношению к Александру.
Виктория отвернулась.
— Что мне делать? — тихо спросила она.
Её голос начал дрожать.
Альберт некоторое время молчал, опустив голову.
Он словно обдумывал её слова.
Наконец он медленно поднял взгляд.
— Я не могу до конца понять всё, через что вам пришлось пройти.
В его глазах появился мягкий, печальный свет.
— И, к сожалению, у меня нет власти, чтобы изменить вашу судьбу или полностью решить ваши проблемы.
Виктория слегка улыбнулась.
Но в этой улыбке не было разочарования.
Наоборот — ей стало легче просто потому, что она смогла рассказать кому-то о своих чувствах.
Альберт внимательно смотрел на неё.
— Но... — тихо добавил он. — Я могу предложить вам одно последнее средство.
Его лицо немного потемнело, когда он произнёс эти слова.
И Виктория сразу почувствовала — это решение не будет лёгким.
Она внимательно посмотрела на него.
И медленно кивнула.
Сейчас ей было всё равно.
Если только это поможет ей избавиться от боли.
Поздним вечером Виктория вернулась в замок.
Когда она вошла в свою спальню, то сразу остановилась.
В комнате кто-то был.
Александр стоял посреди комнаты.
Он ждал её.
Это был первый раз, когда он пришёл в её покои с того дня, как в комнате нашли афродизиак.
Виктория растерянно прошептала:
— Почему вы здесь...?
Но Александр не ответил на этот вопрос.
Он просто посмотрел на неё.
Его лицо было непроницаемым.
— Ты... внебрачная дочь маркиза?
Слова прозвучали резко.
Глаза Виктории медленно расширились.
Кровь отхлынула от её лица.
Она попыталась что-то сказать.
— Я...
Но слова не выходили.
Александр провёл рукой по волосам.
Раздражённо.
— Значит... это правда.
Его лицо слегка исказилось.
Виктория медленно подошла ближе.
Маркиз долгие годы тщательно скрывал эту тайну.
Но правда всё равно оставляла следы.
Маркиза никогда не была беременна вторым ребёнком.
Несмотря на все попытки обмануть общество, полностью скрыть это было невозможно.
Врач.
Слуги.
Посыльные мальчишки.
Многие люди знали правду.
И многие из них... исчезли.
Маркиз жертвовал людьми без колебаний.
Всё ради одной цели.
Скрыть тайну.
Потому что если бы стало известно, что Виктория — незаконнорожденная дочь...
её ценность как выгодной партии резко упала бы.