ГЛАВА 9
Я отступила на шаг, прижимая к себе полотенце, будто оно могло меня защитить.
— Я... блин. Прости... — слова путались. — Я же тебе говорила... я никогда не... я не знаю, как... что с этим делать...
— Ты... хочешь... секса? Со мной?
Я вспыхнула алым до кончиков ушей.
— Нет... в смысле да... но... — я сама поняла, как глупо это звучит.
Он не выдержал и рассмеялся:
— Замолчи, пока я не умер со смеха.
Мне стало окончательно стыдно. Щёки горели, в горле встал ком. Я молча развернулась и ушла обратно в ванную.
Там, за закрытой дверью, я быстро вытерлась, надела одежду, в которой пришла, и долго смотрела на своё отражение в зеркале.
Когда я вышла, Егор стоял у стены напротив, скрестив руки.
Будто ждал.
— Уж подумал, что ты там и останешься, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Что, уходить хочется?
Я опустила взгляд. Слова застряли где-то внутри — между страхом и желанием остаться.
Он сделал шаг ко мне, потом ещё один, и просто обнял. Уткнулся носом в мои ещё влажные волосы.
— Ты дрожишь, — тихо заметил он.
Я не ответила.
— Я могу научить тебя всему, — сказал он спокойно, почти шёпотом. — Но только если ты правда готова. Не из-за меня. Не из-за ситуации. А потому что хочешь сама.
Я глубоко вдохнула. Сердце билось слишком сильно.
Потом медленно кивнула.
Он не поцеловал меня. Не сделал ничего «больше».
Просто сильнее прижал к себе.
Егор осторожно коснулся края моей майки, будто давая мне последний шанс отступить. Я не отстранилась.
Ткань исчезла с плеч, и я почувствовала холод стены за спиной.
Егор опустился ниже, глядя на меня снизу вверх — спокойно, внимательно, словно проверяя мою реакцию.
Я провела рукой по его волосам, и от этого простого жеста внутри всё сжалось.
От его прикосновений ноги подкосились, дыхание сбилось.
— Тише... — сказал он. — Доверься мне.
Он подхватил меня на руки — легко, уверенно — и отнёс к кровати.
Через несколько часов я лежала рядом с ним, чувствуя, как постепенно уходит усталость.
Я осторожно провела взглядом по его рукам, груди, плечам, задерживаясь на татуировках — каждая линия, каждый узор казались частью его истории.
Егор мягко проводил рукой по моей спине.
— Тебе... понравилось? — спросила я.
— А тебе? — улыбнулся он, глаза блестели в полумраке.
— Егор! — рассердилась я, слегка улыбаясь, — я первая спросила!
— Думаю, во второй раз ты будешь смелее. Пока что троечка, — сказал он с лёгкой насмешкой.
— Второй... раз? — переспросила я.
Он только усмехнулся и аккуратно притянул меня к себе.
Утром я проснулась раньше Егора.
Свет из окна ложился ему на лицо, делая его удивительно настоящим.
Я лежала молча и смотрела, как он дышит, как чуть хмурится во сне.
Егор притянул меня к себе, не открывая глаз, будто чувствовал.
— Не уходи, — пробормотал он.
Я улыбнулась и уткнулась лбом ему в плечо.
Через минут двадцать тихо вышла на кухню.
Открыла холодильник, нашла яйца, овощи.
Пожарила омлет, аккуратно нарезала помидоры и огурцы, поставила тарелки рядом.
Вернулась в спальню и подошла к кровати.
Аккуратно коснулась его плеча.
Егор открыл глаза и тихо протянул:
— Ммм...
Я вдруг смутилась. Не поддалась желанию, не наклонилась к поцелую.
Просто провела ладонью по его щеке — легко, почти невесомо.
— Пора кушать, — сказала я негромко.
Через пару часов Егор уехал на мероприятие.
А меня накрыло странное предчувствие.
Будто что-то не сходилось, будто в воздухе повис вопрос без слов.
Я медленно прошлась по квартире, оглядываясь.
Рука сама потянулась к комоду.
Я открыла первый ящик.
Шкатулка.
Я тут же убрала руки, словно обожглась.
Нет.
Нельзя.
Я закрыла ящик обратно и сделала шаг назад, уговаривая себя дышать ровно.
Стыдно. Глупо. Неправильно.
Но через пару секунд я всё-таки вернулась к комоду.
Сердце колотилось, ладони вспотели. Я взяла шкатулку в руки — тяжёлая.
Открыла.
Фотографии.
Я начала перебирать их одну за другой.
Моё фото.
Ещё.
И ещё — другие девочки. Узнаваемые. Популярные.
Руки задрожали. Мысли спутались, внутри всё сжалось в тугой ком.
В голове вспыхнуло одно слово — пугающее, нелепое, но навязчивое.
Егор вдруг показался мне чужим. Опасно незнакомым.
Я пыталась осмыслить увиденное, понять, что это и зачем, когда за спиной раздался звук замка.
Щелчок.
Я резко обернулась.
Но вместо Егора в дверях стоял абсолютно незнакомый мне мужчина.
В тёмной куртке. В руке — какая-то железка, холодно блеснувшая в свете лампы.
У меня перехватило дыхание.
Я машинально попятилась назад, пока не упёрлась спиной в комод.
Рука задела вазу — она с глухим треском полетела вниз и разбилась вдребезги.
Звук будто сорвал стоп-кран.
Мужчина резко дёрнулся в мою сторону.
И тогда я закричала.
Громко. Отчаянно.
Он прижал меня к стене. Воздух будто исчез.
Я брыкалась, толкала его ногами, царапала, как могла. В ушах звенело, всё плыло. Я зажмурилась — просто чтобы это закончилось.
А когда открыла глаза...
Передо мной был Егор.
Его рука осторожно касалась моего лица. Он выглядел испуганным.
— Алиса!
Я резко вдохнула, будто только сейчас вспомнила, как дышать.
Мысли текли бесконечным потоком: это он? или мне показалось? что вообще произошло?
Я попятилась назад.
— Не подходи! — сорвалось с губ.
Он шагнул ко мне — медленно, осторожно.
Схватила то, что было под рукой — ту самую вазу, которая, как мне показалось разбилась, сжала её, направив в его сторону.
— Не смей! — голос дрожал. — Я разобью её тебе об голову!
Егор остановился. Руки он поднял сразу, без раздумий.
— Алис... — тихо сказал он. — В чём дело? Я... я не собираюсь ничего делать тебе. Клянусь.
Он смотрел на меня не как человек, которого боятся, а как человек, который боится — за меня.
Я всё ещё держала в руке вазу, пока он медленно не подошёл ближе и не убрал её из моих рук.
Он усадил меня, налил воды. Я не сразу поняла, где мы — пространство будто «плыло», звуки были глухими, словно сквозь вату.
Перед глазами всё ещё вспыхивало то лицо. Чужое. Жёсткое.
Я моргнула — и его не стало.
— Посмотри на меня, — сказал он спокойно. — Я здесь. Слышишь?
Кивнула, но уверенности не было. В голове стоял шум, мысли перескакивали, будто кто‑то листал их слишком быстро.
Я смотрела на его руки — обычные, знакомые — и всё равно ловила себя на странном чувстве: а вдруг я что‑то путаю?
— Ты очень бледная, — сказал он. — Такое уже... бывало?
Я замялась. Образы в голове начали складываться в тревожные фрагменты: какие‑то провалы, странные воспоминания, ощущение, что реальность иногда «ломается».
— Не знаю... — честно выдохнула я.