Обжигающее солнце

Район Каннамгу, художественная студия, вечер…

— Останься на ночь. Не хочу быть одна в этом месте или где-нибудь ещё. — я каждый день уверяю себя в том, что одиночество спасает меня от предательств, но что оно даёт мне взамен?
— У меня есть некоторые дела… — Намджун сразу отказал в моей просьбе, а затем передумал, когда увидел, как я на это отреагировала. — Ладно. Но если мне позвонит кто-нибудь из моих родителей, я уйду. Хорошо? — всё-таки Киму хватило того маленького неблагоприятного инцидента, что случился между нами в парке Йоидо.
— Да, конечно. — его отношения с родными отличались от моих, и я уже немного завидовала их переживаниям друг за друга. Мой мир и правда отличается от мира, в котором живёт этот парень.

     Мягкая двуспальная кровать могла бы разместить на себе ещё двоих, не считая меня с Джуном, но он решил избегать нашего физического контакта, поэтому придерживался дистанции. Изучая потолок спальни, парень только несколько раз перевёл свой взгляд на меня, и то, сделал это почти незаметно. Ким то ли слишком благороден, то ли просто дразнит моё терпение. Я всегда знаю, чего хочу, и с каждым проведенным днём вместе с ним мне всё больше хочется стать ближе к своему охраннику. Но почему ему нет?

— Знаешь, рядом с тобой я думаю совсем не о снах. — не спеша начала я, протягивая руку к пуговицам на его застёгнутой рубашке.
— Может, мне всё-таки лучше уйти? — Ким сильно нервничал, и это сложно было не заметить.
— Зачем? Твой телефон до сих пор не издал ни одного звука, значит, кроме меня на этот момент ты больше никому не нужен. — опускаться до приставания к парню для меня в новинку.
— Санни, давай спать, я, как и ты, мало спал прошлой ночью, а обо всём остальном поговорим уже завтра. — так открыто избегать интима со своей девушкой, наверное, может только Намджун.

     После неудачной прогулки в парке Йоидо мы вдвоём вернулись в художественную студию, где Ким подробно разъяснил, что именно он имел в виду, предлагая мне использовать Сону. В его словах присутствовал здравый смысл. И всё же, как человек, которому я нравлюсь, мог предложить такое? Меня не пугает то, что я буду любить Джуна больше, чем он меня. Я страшусь лжи и предательства, которые иногда прячутся под фальшивыми улыбками, а охранник Ким часто так улыбается. Вот поэтому вопрос «Кто кого обожжёт в этих отношениях?» сейчас не имеет ответа.

— Сколько планируешь строить из себя недотрогу? Ты теперь мой, и я от тебя не отстану. — Джун позволил обнять себя, но перед этим запретил мне снимать одежду.
— Как скажешь. — сонно промямлил он с закрытыми глазами.

     Даже через ткань своего чёрного платья в стиле монахини я ощущала тепло от одетого в костюм парня, которого не выпускала из своих объятий всю ночь. Я к своему удивлению обрадовалась тому, что Джун уснул раньше меня. Ведь тогда мне было проще: рассмотреть его лицо вблизи, провести ноготком по пухлым губам охранника Кима, поискать эти чудные ямочки на его щеках, которые появляются во время улыбки, и наконец, сравнить наш рост, лёжа на кровати. Оказывается, я по высоте две третьих своего парня, и меня откровенно заводят его большие ладони.

     «Как же сложно сдерживать себя с таким красавчиком», — мысленно рассуждала я, а затем пристыдила себя за пошлые мысли, когда мой взгляд опустился ниже застёжки ремня на брюках Намджуна. Сильно зажмурив глаза, я прижалась головой к его груди в попытке прогнать эротические фантазии. Но это оказалось непросто, из-за чего я уснула гораздо позже красивого телохранителя, крепко-крепко его обнимая.

<center>***</center>

Район Намдэмун, квартира Кимов, утро следующего дня…

     Раньше Джун спал только дома в своей кровати, но после того, что случилось с его младшей сестрой, он научился спать, сидя на лавочках в коридорах больницы. И всё же, проснувшись сегодня в чужой кровати в обнимку с девушкой, которая могла быть причастна к плохим изменениям в его жизни, он почувствовал себя предателем. Поэтому, не подумав о последствиях, сбежал из её дома. Возможно, кто-нибудь ещё, но только не Ким умеет искусно врать и притворяться влюблённым. Для него это за гранью понимания, пусть парню удалось обмануть Санни, себе врать он не мог.

— Что ты сделал? — Юна оторопела на месте, когда услышала об утреннем побеге друга, а ведь вообще-то торопилась на работу в полицию. — Так, собирайся и езжай к ней, а по пути купи букет цветов, мол, ты за ними и ездил. Нельзя всё испортить твоим «Я больше не могу». — сурово указывала она.
— Нет, я не пойду. — по некоторым причинам отказывался Ким.
— Почему? У тебя ведь так всё гладко получалось. Эта сумасшедшая теперь поверит каждому твоему слову. Что не так? — подруга Чон и подумать не могла, что парень-заучка, которого она знает с детства, может быть таким ловеласом.
— Юна, её реально заносит. Ты говорила, что она может прятать свою плохую сторону от общества, но у этой девушки проблемы с игрой в такие прятки. Я боюсь, что мы могли ошибиться в выборе виновного.

     В очередной раз сомнения одолевали Джуна, ведь из головы никак не уходил один момент, который случился в парке Йоидо. Пустынный лес, повисшая вдруг тишина после его оправданий, наполненные слезами глаза Санни и ощутимая дрожь, что овладела не только всем телом девушки, но и руками Кима, которыми он крепко обнимал её. Если она так бурно отреагировала на его возможное безразличие, что тогда с младшей госпожой Гу сделает предательство любимого человека? У Джуна определённо возник страх ранить, возможно, невиновную девушку. И как с этим быть?

— Её грех гораздо больше твоего, поэтому не позволяй своей жалости разрушать наши планы. Думай лишь о сестре. — Чон Юна сама работала с законом, при этом она знала, какой он бездейственный к тем, у кого есть власть и деньги.
— Я постоянно о ней думаю, но пока не буду полностью уверен в виновности Санни, у меня не получится ей навредить. — сомнения Кима взяли верх над бездумной местью.
— Ладно, ладно. И всё же не выпускай из-под своего контроля эту девушку. Ты такой здоровяк, вряд ли она тебя съест, так что нечего бояться. — под конец пошутила Юна, но её другу было не до смеха.

     Прошлой ночью он притворился, что уже заснул, а затем чуть не выдал себя, как только его маленькая госпожа начала шалить. Парень чувствовал на своём лице её горячее дыхание, когда она вблизи рассматривала его, а касания крошечных пальцев к щекам и губам вызвали у Намджуна мурашки по телу. Охранник Ким чуть ли не молился о том, чтобы Санни не заметила его возбуждения, а затем с лёгкостью выдохнул, когда она наконец обняла его и уснула. Интересно, как долго он сможет держать себя в руках и сколько сил на это уйдёт?

<center>***</center>

     Большинство непьющих людей утверждает, что алкоголь не помогает проблемам исчезнуть, и я с ними полностью согласна. Но те, кто всё же злоупотребляет спиртными напитками, знают, что ими можно притупить душевную боль или на время забыться. Что я делала не раз ещё со старшей школы.

Три года назад, район Каннамгу, отделение полиции…

— Имя, фамилия, адрес места жительства? — спрашивал полицейский, а я молчала, рассматривая стены в участке. — Не делай вид, что глухая, я на это не поведусь. Знаешь, сколько таких до тебя было? Поэтому не ломай комедию и отвечай на мои вопросы. — упрямо продолжал он, но мне было всё равно, ведь я уже позвонила онни и успела сказать ей о том, что меня задержали. Осталось только дождаться её. — Ничего, посидишь немного в обезьяннике и всё быстро вспомнишь. — угрожал дежурный полицейский, но даже проведя два часа за решеткой с какими-то бомжами, я не назвала ему своего имени.

     Немного с опозданием сестра приехала за мной, увы, с очень недовольным лицом. Каждый раз, во что бы я ни вляпалась, сразу звоню ей, не считаясь с тем, что и у Муён есть своя жизнь, в которой также возникают проблемы. Но, кроме неё, мне больше некого звать на помощь, ведь родителям плевать на то, что со мной происходит. Здорова я или болею, хочу учиться или же валяю дурака, их ничего из этого не интересует. Моё имя случайно затерялось в семейном реестре «вроде родных» людей, я только иногда напоминаю им о своём существовании.

— Извини, что сорвала с работы. В следующий раз я попытаюсь сдержаться. — моя очередная шалость не была такой грандиозной, и всё же она не смогла остаться незамеченной другими.
— В следующий раз? Санни, да сколько можно? Ты уже слишком взрослая для того, чтобы давать пустые обещания. Я ведь, вообще-то, принадлежу себе, но в моей жизни почему-то больше обострённых моментов, связанных с тобой, нежели со мной. Это уже слишком. — Муён была не просто чем-то недовольна, она злилась, но вряд ли только из-за того, что я начудила.
— Онни, с тобой всё в порядке? Что-то случилось? — такое её поведение мне ещё как знакомо.
— Ты случилась, поэтому я не в порядке. Почему тебе можно делать всё, что вздумается, а мне нельзя? Для тебя нарушить правила как раз плюнуть, и никто не осудит. Почему? Да потому что это же Санни, сумасшедшая дочь семьи Гу, и ей не нужна ответственность, а мне приходится отвечать за всё остальное. Так нечестно. — пусть в мою сторону поступали не самые приятные слова от близкого человека, но они меня не задели. Наоборот, взволновали.
— Хорошо, это был последний раз, когда я тебя позвала разрулить мои проблемы. Только не злись. — обычно Муён меня успокаивает, но сегодня пришла моя очередь.
— Да дело даже не в этом. — взвыла она, прикрыв рукой глаза, после чего я услышала её тяжёлый вздох, которым сестра остановила свои слёзы.
— Тогда в чём? Онни, ты чего?

     Взглянув исподлобья на Муён, я поняла, что ей сейчас очень тяжело, а выговориться хоть кому-то для этой девушки бывает слишком сложно. Поэтому я подошла ближе к сестре и просто обняла её так же, как она обнимает меня, когда я нахожусь на грани срыва. Намного старше и уже сама зарабатывает, а разревелась, как дитё малое.

— Тебя кто-то обидел? Скажи, и я устрою этому человеку ад на земле, ты меня знаешь, я не шучу. — только для родной сестры я пыталась стать лучше, пусть у меня это плохо получалось.
— Ты и так всё время доставляешь ему проблем, новым он не удивится. — с унылой насмешкой ответила Муён.
— Папа? Чем он тебя расстроил? Неужели снова предлагал продать картины? — Ынсон любит свою старшую дочь, но её увлечение рисованием он не признаёт.
— Нет. Ынсон всего лишь сообщил мне сегодня о том, что в следующем году я должна буду выйти замуж за сына дяди Донгю. Я знала, что это неизбежно, но почему-то надеялась на родительское понимание, ведь мне сейчас совсем не хочется замуж, ещё и за этого нарцисса. Настоящий «перекати-поле» по бабам. — наконец сестра сказала мне, что её тревожило.
— Онни, ты не подчинённая папы, чтобы исполнять его указания. Скажи Ынсону, пусть он сам женится на том придурке. — с возмущениями ругалась я.
— Хм… Вот поэтому я и разозлилась. Ты можешь так тысячу раз сделать, а я нет. Папа не позволит мне жить той жизнью, что я хочу, ведь его планы на меня важнее всего остального. Знаешь, мне так хочется сбежать, но куда бы я ни пошла, он везде найдёт меня, так было и будет всегда. Я утверждаю, что принадлежу только себе, и всё же я принадлежу ему. — Муён всегда была дотошно ответственной, и это больше всего меня в ней бесило. Даже если ей сложно, онни не принимает помощи от других, но она тоже человек, у которого есть своя чаша терпения.
— Говорят, что бежать от проблем — не выход. И всё же, давай мы с тобой сбежим сегодня. Куда бы тебе хотелось? — у каждого есть тот, чья улыбка греет сердце. Для меня это сестра, поэтому я всегда хочу видеть её только счастливой.
— Есть одно место в Италии, куда бы мы обе могли убежать, но это слишком далеко. Хотя сейчас я не откажусь от обычной прогулки на катере. Недавно мы с управляющим Чхвэ торопились на деловую встречу и попали в пробку, поэтому он предложил доставить меня в район Канбук на своём катере. Странно, но плывя по волнам реки Ханган, я ощутила себя свободной. Видимо, вода моя стихия. — с насмешкой предположила Муён.
— Так давай прокатимся снова, причал ведь здесь недалеко? И даже не думай отказываться. — сегодня я не позволю ей впасть в омут отчаянья.
— Постой, нам не позволят взять катер управляющего Чхвэ, а он сам сейчас вместе с отцом в Пусане. Просто забудь. Кажется, я уже успокоилась. — вечно она так, сдаётся, даже не попробовав.
— Ну нет, так не пойдёт. Если тебе хочется прокатиться, мы это сделаем. — я не из тех людей, кто легко сдаётся, и в этот раз у меня была достойная цель — улыбка сестры.

     От своего охранника я сбежала, а телохранителя Муён забрал папа, так что мы были только одни как в машине по пути к причалу, так и в украденном катере господина Чхвэ, с отключёнными телефонами. Онни поначалу возмущалась из-за того, что я без позволения владельца одолжила водный транспорт, но потом прекратила жаловаться и просто наслаждалась прогулкой. Не так уж легко управлять катером, и, конечно, Муён удавалось это делать лучше меня, в принципе, как и всё остальное. Пока она проветривала свои спутанные мысли, я незаметно наблюдала за сестрой, совсем не понимая, почему та так злилась на жизнь.

— Поздно уже, нам пора возвращаться. — недолго онни наслаждалась кусочком своей свободы, ведь она слишком боялась гнева Ынсона.
— Зачем? Сегодня мы вместе осуществили побег, не вздумай давать назад. Только посмотри, какие здесь звёзды, так ярко горят, невозможно насмотреться. Вдобавок я нашла большой запас соджу в рубке, думаю, аджоси не сильно разозлится, когда заметит её пропажу. — наша прогулка затянулась до позднего вечера, но она не казалась мне нудной, поэтому я не желала её прекращать.
— Напиться? Серьёзно? Только ты можешь наслаждаться обычными вещами, забывая о проблемах. Но знаешь, пусть будет так, я действительно хочу на время забыться, поэтому давай проведём здесь всю ночь. Не хочу думать о том, что меня ждёт в будущем с нарциссом Сону. И всё же, почему я? — жалостливо взвыла Муён, присаживаясь на палубу. — Мне действительно больно смотреть на то, как горят мои мечты. Сколько я ещё продержусь вот так? — с горечью продолжала она, запивая её дешёвым соджу.
— Не волнуйся так из-за этого, мы что-нибудь придумаем. — я решила поддержать сестру, хоть сама тогда не видела большой проблемы в том, чтобы выйти замуж за нелюбимого человека. Я никого никогда по-настоящему не любила, а ещё не знала, что супружеские отношения могут быть иными, нежели у наших с Муён родителей.
— Эх ты, нарушительница. Тебе только дай волю чудить. Но в этот раз не лезь, не хочу, чтобы тебе от папы досталось. Я уже взрослая и сама со всем справлюсь. — мило ответила онни, а затем наградила мой лоб лёгким щелчком.
— Ауч. Ты чего? Больно же. — я очень чувствительная, но в этот раз жаловалась фальшиво.
— Ты заслужила. Это мой тринадцатый или четырнадцатый поход в полицию? Уже со счета сбилась. Как тебе не стыдно? Что на этот раз, из-за чего сорвалась? Или из-за кого? — типичная Муён, её единственную волновали причины моих необдуманных поступков.
— Минхёк, скотина. Я его с другой девушкой в ночном клубе застукала, а ещё говорил, что жить без меня не может. Обманщик. — до сих пор злилась я, даже после того как отомстила уже бывшему парню.
— Так тебя поймала полиция в его квартире? Что ты там делала? — Муён уже услышала версию от полицейского, но она хотела от меня подробностей.
— Да так, порядок наводила. Откуда мне было знать, что этот придурок сигнализацию ставит? — мой уже не первый взлом с проникновением, а я даже наказание за него запомнить не могу.

     В свои восемнадцать лет я хорошо умела мстить. Вдаваясь в мелочи рассказа о моих шалостях в квартире Минхёка, я до слёз рассмешила онни, и той ночью она не грустила, только наслаждалась соджу. Выпивая, мы забыли о своих тревогах, наша душевная боль затупилась под влиянием алкоголя. Звонкий смех сестры в глухой тишине, её ярче звёзд глаза в полной темноте, заставили и меня ощутить некую теплоту на сердце. Как же хорошо иметь человека, который делает тебя счастливым, поэтому я каждый день благодарю судьбу за существование Муён.

     Жаль, что на следующее утро эта чертовка бросила меня на причале в пришвартованном катере, а сама ушла на работу. Она ещё не готова сбежать, но я всегда буду рядом, чтобы помочь ей осуществить свои скрытые желания.

<center>***</center>

Район Каннамгу, наши дни…

— Оппа, ты здесь? Намджун?

     Я удивилась, когда, проснувшись утром, не нашла в своей кровати парня, с которым уснула вчера. В большом доме царила полная тишина, что на первом этаже студии, что на втором. До сих пор одетая в чёрное мятое платье, с растрёпанными волосами, я разыскивала охранника Кима, заглядывая в каждую комнату, даже в уборную постучалась. Но не нашла ни его, ни записки, от чего стало неприятно на душе, словно я брошенка какая-то. Возможно, он ушёл купить еду. Но зачем? Холодильник на кухне забит продуктами. Неужели Джун сбежал? Я боялась дать себе ответ на этот вопрос.

     Вытащив из волос шпильки, наконец сняв этот монашеский наряд, я направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Признаюсь, настроение было не очень, но расстраиваться преждевременно я не буду. Вроде как. Только бы у Кима была реальная причина уйти без объяснений. Не хочу, чтобы этот парень разочаровал меня. Пожалуйста, только не он.

     Этой ночью я спала хорошо, в обнимку со своим телохранителем, который так сильно нравится, но назвать меня сейчас бодрой вряд ли будет верно. И для того чтобы проснуться, мне стоило принять холодный душ, но я решила поваляться подольше в горячей воде, а когда наконец вышла из ванной, услышала звуки, доносящиеся из кухни. Завёрнутая в банное полотенце, я пошла к их источнику, ведь заявляться без позволения в этот дом мог только один человек — Ёри. Уже на пороге в кухню мои уста расплылись в улыбке, как только я увидела его.

     Букет красных роз небрежно лежал на кухонном столе, и рядом с ним стоял стул, а на его спинке красовался тёмно-серый пиджак охранника Кима. Сам парень в это время умело справлялся возле плиты, закатив по локоть рукава белой рубашки. Ещё ни разу не видела вживую, как готовит мужчина, но, как оказывается, это чертовски сексуально. В тот же момент все сомнения по поводу побега Джуна просто испарились. Какая же я глупая, он ведь просто сходил купить цветы, а моя паранойя уже написала свой сюжет.

— Привет. — тихо поздоровалась я, и парень тут же обратил на меня своё внимание.
— Привет. Уже проснулась? Ты так крепко спала, поэтому я не хотел тебя будить, без спроса одолжил запасной ключ-карту и кое-куда съездил. Вот, это для тебя. — Намджун отошёл от плиты, взял со стола букет и вручил его мне, но снова на его лице была натянутая улыбка. Тогда я подумала, что он, возможно, не умеет вести себя в отношениях, поэтому такой неуверенный.
— Красивые. — приметила я, посмотрев на букет красных роз, а затем взглянула в растерянные глаза Кима. Положив цветы обратно на стол, я встала прямо перед ним на носочки и поцеловала своего парня.

     Нежное касание наших губ могло бы стать более жадным, но Намджун не ответил на мой поцелуй, и снова этот его испуганный взгляд. Ну почему он так осторожничает со мной?

— Я тороплю тебя? Извини.

     Слишком неловко, из-за чего мне срочно нужно было спрятать свои красные от стыда щёки. Но только я опустила голову, охранник Ким одним движением руки снова поднял её за подбородок, немножко нагнулся и вцепился в меня своим страстным поцелуем. Я могу назвать десятки причин, почему мне понравился охранник Ким, но ни одна из них не будет отвечать за то, что я в него влюбляюсь. Увы, дальше поцелуя дело не дошло, ведь нас прервал звонок от Ёнын. Вечно она лезет в то, что её не касается. На этот раз мама договорилась с семьёй Онг устроить мне и Сону примирительное свидание, которое уже завтра. А ведь она даже не спросила, согласна ли я.

     Говорят, что если сильно чего-нибудь хотеть, это материализуется. Когда-то я отказывалась понимать жалобы своей старшей сестры на то, что родители слишком дотошны к её жизни. Ведь никогда не была в центре их внимания. И вот, я получила желаемое, но счастливее от этого не стала, а совсем наоборот. Жизнь по указаниям Ынсона можно сравнить с тюремным заключением, разве что моя клетка золотая. Но всё равно это клетка.

     Намджуну было непросто уговорить меня пойти на примирительное свидание с Онг Сону, но он это сделал. Хотя я понимала, что водить за нос сына дяди Донгю не очень хорошая идея, такое может навлечь на меня проблемы. Поэтому я решила для себя, что как только вытяну из этого парня правду, сразу расставлю все точки над «и», чтобы у него не возникали сомнения по поводу нас. Теперь у меня есть человек, с которым я и хочу проводить своё время. Да пошли к чертям собачьим приказы отца.

<center>***</center>

Район Чонногу, ресторан The Lounge, день свидания…

— Я передумала. Поехали домой. На дух не переношу этого говнюка и сюсюкаться с ним у меня не получится.

     Происходящая сейчас ситуация выглядела как минимум странно. Ну, а как ещё можно назвать то, что мой парень проводит меня в ресторан на свидание с другим? И всё же у меня нет выбора — или я сыграю роль послушной дочери, или же буду наказана за то, что отказалась выполнять указания Ынсона.

— А ты и не сюсюкайся, просто веди себя так же, как и раньше. Пусть Сону сам находит к тебе подход, ведь он не просто так решил возобновить ваши отношения. — вроде такой скромный, но неплохо разбирается в том, как заполучить внимание нужного человека.
— У меня с этим придурком ничего не было. Какие к чёрту отношения? — только подумаю об этом, сразу воротит.
— Прекрати ругаться, ты же леди. — Намджун сейчас был больше похож на сводника, нежели на парня, которому я нравлюсь.
— Ох, это совсем не ругань, так, связка слов. — лучше охраннику Киму не слышать ту дрянь, что порой вылетает из моих уст.

     Мы вместе вошли в ресторан, всё-таки Джун меня упросил следовать нашему плану, который лично мне совсем не нравился. Как-то раз Муён рассказывала о том, что Сону игнорировал их встречи и свидания, словно для него сестра была обузой. Я понимаю, что они оба не хотели связывать свою жизнь друг с другом, но зачем притворяться, говорить одно, а делать другое? Сын дяди Донгю множество раз так поступал с онни. Так почему со мной он соизволил быть джентльменом? Мало того, что припёрся на свидание раньше, так ещё и стул для меня выдвинул, пока Намджун подыскивал себе место, откуда отличный обзор на наш столик.

— Не думал, что ты согласишься прийти. И всё же я рад видеть тебя снова. — усаживаясь напротив меня, мило начал Сону.
— Я бы на твоём месте, зная меня, не сильно радовалась. Коленкой между ног — мой любимый способ избавиться от надоедливого собеседника, но это не значит, что он единственный. — да, я помню, что обещала Джуну вести себя прилично, но сам образ этого напыщенного индюка меня бесит.
— М-да. Ты действительно похожа на пылающее солнце, только и умеешь обжигать других людей. Но всё равно это не портит твою привлекательность. — вместо того, чтобы спугнуть парня, я подкинула дров в костёр его интереса ко мне. — И что будет заказывать моя милая стервочка? Здесь подают просто запредельно вкусные сладости. Может, нарушим правила употребления пищи и начнём наше свидание со сладкого? — интересно, это только в моей голове прозвучало вульгарно?
— Милая стервочка? — он назвал меня так же, как только сестра звала, и я не смогла пропустить это мимо ушей.
— Ну да, как-то раз слышал от Муён. Это прозвище действительно тебе подходит. Твой взрывной характер редкость, обычно он проявляется у сильных людей, вот поэтому ты мне и стала интересна. — не постеснялся сказать Сону.
— Только не говори, что ты один из тех людей, которым нравится приручать других? Забудь. Я не одна из твоих диких лошадок, на которые Джена закрывала глаза. И это правда, мне легко даётся обжигать людей, поэтому не вздумай играть со мной. — я собиралась спугнуть парня своим предупреждением, но он всего-то расплылся в довольной улыбке.
— А ты ещё и милая. — приметил он, продолжая улыбаться.
— Что будете заказывать? — подошедшая официантка прервала наш зрительный контакт.
— Пожалуйста, принесите ваш фирменный суп, кажется, моей невесте не нравятся сладости. Поэтому мы с ней начнём как положено — с чего-нибудь лёгкого. — в обычном ответе официантке, после которого Сону подмигнул мне, было больше двусмысленности, чем во всей моей жизни. Неужели этот маменькин сынок может быть настойчивым мужчиной? Ну и где, собственно, потерялся мой защитник? Только что его видела, а сейчас как ветром сдуло.

     Немного в навязчивой атмосфере длился наш с Сону ужин. Я прекратила вести себя с ним грубо, ведь это было бесполезно, а вскоре Намджун вернулся в поле моего зрения, разговаривая с кем-то по телефону. Наверное, моя матушка уже достала его своими глупыми вопросами по поводу того, что из списка «нельзя делать» я всё-таки уже сделала. Даже себе представить не могу, как они с отцом отреагируют на моё влечение к охраннику Киму. Ох, лучше эту новость скрыть, не хочу, чтобы Джун пострадал.

— Эй, ты меня слышишь? — повышенным голосом спросил Сону, а затем закрыл своей головой вид на моего парня. — Спрашиваю, какие фильмы тебе нравятся? Комедия или романтика? — он всё никак не умолкал, будто у нас самое настоящее свидание, а не подстроенное Ёнын.
— Мои любимые жанры: триллер, детектив, ужастик. И так как фильмы я смотрю одна, не вздумай приглашать меня в кино, если, конечно, не планировал до конца жизни заикаться. — как бы ни пыталась сдерживаться, моя язвительность так и лезла наружу, поэтому я решила переключиться на то, зачем я сюда, собственно, пришла. — Странно, я не помню, чтобы вы с Муён ходили по ресторанам или же кинотеатрам. Торжественные приёмы в нашем доме или в доме твоих родителей, так вы пересекались. Моя сестра была хороша почти во всём, но почему ты к ней так плохо относился? — нужно было хоть как-то зацепить разговор об онни, и я приплела его к нашему с ним свиданию.
— Мы пришли сюда для того, чтобы обсудить наше с тобой примирение, а не мои отношения с покойницей. Ты интересна мне, а она нет, и никогда не была, вот именно из-за того, что была такой дотошно правильной. Но я открою тебе огромный секрет — идеальных людей не существует, если для тебя сестра до сих пор остаётся такой, значит, ты толком ничего о ней не знала. — сын дяди Донгю не так глуп, как кажется, он быстро раскусил причину моего согласия на свидание с ним, но вряд ли парень удивился этому.
— И всё же её знал ты, несмотря на то что вы избегали друг друга. — я была раскрыта, поэтому уже говорила напрямую.
— Избегали? Это она тебе сказала? Ха. — с удивлением спросил Сону, а затем громко засмеялся. — Мне не очень-то и нужна компания твоего отца, со всеми махинациями, которые он раньше проворачивал. И сестра мне твоя тоже была не нужна, а вот я ей — да. Она бегала за мной как собачонка, умоляя жениться на ней. Говорила, что сильно любит меня и не будет злиться, если я заведу любовницу. Это было так жалко, смотреть на её унижение. Такая большая в твоих глазах и ужасно ничтожная в моих. Ты вот совсем другое дело. И как я раньше не обратил на тебя своё внимание? Милая стервочка — мне нравится. — уже с улыбкой добавил он, после того как только что говорил об онни с отвращением.

     Пока Сону болтал, я уже чувствовала, как подступал мой гнев, словно что-то разгоралось внутри. По рукам, сложенным на коленках, пробежала дрожь, и я вцепилась острыми коготками в ткань длинной юбки, словно держалась не за неё, а за своё обещание Джуну реагировать на всё спокойно. Смотря в одну точку на столе, я молчаливо слушала парня напротив, а когда он закончил своим комплиментом, мой яростный взгляд поднялся на его довольное лицо.

     Нет, Муён не была влюблена в Сону, и я знаю это наверняка. Он или что-то путает, или же его комплекс принца слишком завышен. Онни жалкая и ничтожная? Серьёзно? Да как он посмел сказать о ней такое прямо мне в лицо? Сейчас я уже начала жалеть о том, что в красном Порше, который с моей помощью отправился на утилизацию, не было этого придурка. Он явно заслуживает трёпки, но, пожалуй, начнём с малого. Повернув голову назад в поиске глаз моего «предохранителя», я заметила приближающуюся к нам официантку, которая несла сладости. Хватило только немного высунуть ногу из-под столика, чтобы девушка о неё запнулась, а содержимое подноса оказалось на голове и плечах моего собеседника.

— О боги! Я не специально, хотя… Как себя чувствуешь? Надеюсь, так же жалко и ничтожно, какой видел мою сестру. — с натянутой улыбкой я прервала извинения официантки, а затем, не отводя глаз от парня, сменила её на отвращение, поднялась со стула и направилась к выходу. Намджун сжал губы, чтобы не засмеяться, но его явно позабавила моя выходка. — Конченный урод, имбецил недоделанный, напыщенный говнюк… — выходя из ресторана, я не прекращала браниться, а охранник Ким уже догонял меня.
— Прекрати ругаться. Неужели так сложно было сдержать себя? Что такого возмутительного он тебе сказал? — эти вопросы должны были прозвучать с недовольством, но сдержанная улыбка Джуна испортила всю серьезность.
— Отстань, не хочу говорить об этом. — у меня действительно было не то настроение, поэтому я шла прямиком к припаркованному авто.
— Санни, постой. — охранник Ким схватил меня за руку и развернул к себе лицом. — Всё хорошо. Не злись и дыши вместе со мной, вот так. — он крепко сжал мои ладони своими, а затем встал на шаг ближе и посмотрел мне в глаза. — Ты молодец, думаю, этот парень после такого возненавидит сладости. — иронично добавил Намджун, и тогда моя злость отступила. Я с улыбкой выдохнула горячий воздух, словно он погасил лаву внутри меня.

     Без понятия, как Джун это делает, но я каждый раз успокаиваюсь только от одного его прикосновения. Всепоглощающие объятия Кима умеют согревать душу, умеренный тембр голоса очищает мои мутные мысли, а во взгляде этого парня я утопаю, забыв о тревогах. Мне наконец повезло найти своего человека, больше я не буду страдать в одиночестве. Всё-таки мои дни в аду подходят к концу.

— Поехали домой, пока твой обиженный жених не вздумал отомстить за испорченную одежду. — убирая с моего лица выпавшие пряди красных волос, с милой улыбкой предлагал Намджун, а я в ответ согласно кивнула головой.

     На улице уже стемнело, когда мы вернулись в художественную студию. По пути сюда охраннику Киму звонил его отец, и по смыслу их разговора я поняла, что тому нужно ехать домой. Это было так странно, каким взглядом Джун посмотрел на меня после телефонного разговора, поэтому я не стала настаивать на том, чтобы он остался.

     Мы не так долго знакомы с Намджуном, но иногда я даже представить себе не могу, что происходит в его голове, когда он так смотрит на меня. Его глаза будто наполняет обида, злость, ненависть, а губы в это время фальшиво расползаются в улыбке. Когда же этот парень откроется мне, так, как я ему?

<center>***</center>

Район Намдэмун, квартира Кимов…

— Нет, ещё рано. Мы должны дать ей больше времени. Дженмин сильнее, чем ты думаешь, она выкарабкается, я уверен. — старший сын не мог принять новость о том, что её младшую сестрёнку собираются отключить от аппарата жизненного обеспечения.
— Думаешь, мне легко принять это? Прошло столько времени, а изменений в её состоянии нет. Как бы больно нам ни было, но она не вернётся, Дженмин ушла в лучшее место. Мы должны научиться жить дальше, без неё. — старшему Киму самому сложно говорить эти слова, пока его жена от боли на сердце роняла слёзы на свои сморщенные руки.
— Я против. Вы дали ей жизнь, но не в праве отнять её. — со злостью фыркнул Намджун, а затем схватил со спинки стула свой пиджак и вышел на улицу.

     Жадно вдыхая воздух, в котором уже чувствовались капельки первого осеннего дождя, он пошёл куда глаза глядят, подальше от выбора, что причиняет ему боль. Почему жизнь так коротка? Почему судьба беспощадно отнимает дорогих людей? Почему виновные избегают правосудия? Из-за этих вопросов ярость окутала раненое сердце молодого парня, он вдруг вспыхнул злостью ко всему миру, и даже холодный дождь не смог погасить её.

     Джун шёл, не останавливаясь, к той, что поддавала сомнениям неоспоримые факты. Сегодня он должен облегчить свою ношу, услышав правду от этого человека. Но если парень не сможет получить ответы на свои вопросы? Как он поступит с девушкой, в чьих глазах отражаются солнечные лучи? Ведь лгуны не могут быть столь искренни в выражении своих чувств. Или это тоже обман?

<center>***</center>

Район Каннамгу, художественная студия, поздняя ночь…

     Вместо звонка кто-то со всей силы лупил кулаком по входной двери, поэтому мне было страшно открыть её, но затем я увидела на экране видеоглазка знакомый облик промокшего до нитки парня. Это был Намджун. Не подумав, я рванула к двери и открыла её, одетая только в длинную шёлковую ночнушку.

— Что случилось? Почему ты здесь и в таком виде? — он напугал меня неожиданным ночным приходом, а ещё своим диким взглядом.

     Но вместо ответов охранник Ким нагло вошёл внутрь первого этажа студии, при этом не отрывал от меня сосредоточенного взгляда. Оценивающе осмотрев мой достаточно скромный на сегодня наряд, он словно сорвался с места, а затем вцепился в меня мертвой хваткой. Пойманная его объятиями столь сильных рук, я растерялась, когда Джун начал жадно целовать меня, но противиться этому не стала.