Глава II. Огонь в ночи
Они покинули Шир на рассвете.
Туман ещё стелился над холмами, когда компания двинулась в путь. Бильбо ехал на пони, кутаясь в плащ и бросая нервные взгляды назад, словно надеясь, что его дом всё ещё ждёт за ближайшим поворотом. Гномы переговаривались вполголоса, а Гэндальф ехал впереди, задумчиво покачиваясь в седле.
Эйлин держалась чуть в стороне, но не отставала. Она шла уверенно, будто дорога была ей знакома, и это не ускользнуло от взгляда Кили.
- Ты всегда так молчишь? - спросил он, поравнявшись с ней.
Она посмотрела на него искоса.
- А ты всегда так много говоришь?
Кили усмехнулся.
- Только когда рядом кто-то интересный.
Эйлин хмыкнула, но в её взгляде мелькнула тень улыбки.
- Привыкай. В дороге слова часто тратят впустую.
- Зато иногда они спасают от скуки, - парировал он.
Она не ответила, но шаг замедлила, позволяя ему идти рядом.
Первый привал они сделали ближе к ночи. Гэндальф развёл костёр, и над поляной тут же поплыл запах дыма и горячей еды. Гномы расположились вокруг, усталые, но довольные.
Эйлин сидела чуть поодаль, проверяя тетиву лука. Кили наблюдал за ней исподтишка, сам не понимая, почему не может отвести взгляд. В её движениях была сдержанная грация - не эльфийская лёгкость, но и не человеческая неуклюжесть.
- Ты не боишься? - неожиданно спросил он, подсаживаясь ближе.
- Чего именно? - не поднимая головы, ответила она.
- Всего этого, - он кивнул в сторону темноты за пределами костра. - Орков. Пути. Горы.
Эйлин наконец посмотрела на него.
- Я боюсь, - сказала она честно. - Но страх - не повод останавливаться.
Кили на мгновение замолчал.
- Обычно люди говорят иначе.
- Я не совсем человек, - напомнила она.
Он усмехнулся.
- Это заметно.
- В хорошем или плохом смысле? - прищурилась Эйлин.
- В... интересном.
Она закатила глаза, но в уголках губ снова дрогнула улыбка.
Ночью разразилась беда.
Тролли появились внезапно - грубые, огромные, с мерзким хохотом, от которого стыла кровь. Всё произошло слишком быстро: крики, грохот, разбросанные пони.
Эйлин выхватила лук почти машинально. Стрела сорвалась с тетивы и вонзилась троллю в плечо.
- Назад! - крикнул Кили, закрывая её собой, когда один из чудовищ замахнулся дубиной.
- Ты с ума сошёл?! - вскрикнула она, отталкивая его. - Я сама справлюсь!
- Справляйся, но не под ударом!
Они действовали слаженно, будто уже не раз сражались вместе: Кили прикрывал её, отвлекая внимание, а Эйлин стреляла - метко, без лишних движений.
Когда всё закончилось и солнце взошло, превращая троллей в камень, они стояли рядом, тяжело дыша.
- Ты ранена? - Кили схватил её за руку, осматривая.
- Нет, - ответила она, слегка удивлённая его резкостью. - А ты?
- Пустяки, - он махнул рукой, но на его предплечье алела глубокая царапина.
Эйлин нахмурилась.
- Сядь.
- Что?
- Сядь, Кили.
Он подчинился, сам не заметив, как впервые она произнесла его имя.
Эйлин осторожно перевязала рану, её пальцы были тёплыми и уверенными. Кили смотрел на неё, не отрывая взгляда, и впервые за всё время похода почувствовал странное, непривычное тепло в груди.
- Ты мог пострадать из-за меня, - тихо сказала она.
- Не из-за тебя, - ответил он. - Ради тебя.
Она замерла.
- Не говори глупостей.
- Я и не говорю, - серьёзно сказал Кили. - Просто... будь осторожнее.
Их взгляды встретились - слишком близко, слишком долго. Мир вокруг будто отступил, оставив только костёр, утренний свет и тихое биение двух сердец.
Эйлин первой отвела глаза.
- Нам пора, - сказала она и поднялась.
Но Кили знал: что-то изменилось.
И это было только начало.