Экстра 13.
Тон его голоса явно был насмешливым. Даже когда он потянул за захваченное запястье, перемещая его между своих ног, в каждом его движении чувствовался вызов. Но если бы У Ён попытался вырваться, это, скорее всего, остановило бы все, что тот собирался сделать.
– Если не можешь, скажи сейчас.
Большая рука медленно скользнула к его уху. Пальцы прошлись по раковине уха, задели мочку, а затем плавно перешли к изящной линии подбородка, обхватив его ладонью. Большой палец надавил на нижнюю губу, и он, наклонившись, предупредил:
– Я сейчас пьяный... Не смогу остановиться на полпути. Ты ведь понимаешь, да?
Слова, очевидно, были произнесены, чтобы напугать. И это сработало – У Ён, частично потеряв уверенность, невольно отдернул руку. Даже несмотря на то, что его не полностью раздели, то, что проглядывало под одеждой, казалось большим, пугающим и угрожающим.
«...Нет, ведь он и снизу тоже вставит».
Однако, чем меньше человек понимает, тем легче ему решиться. Для У Ёна не было большой разницы сверху или снизу, оба варианта казались одинаково сложными. Он уже несколько раз позволял Дохёну войти туда, что явно было теснее, чем его рот, но никаких воспоминаний о том, чтобы что-то порвалось или причинило невыносимую боль, у него не было.
У Ён нервно сглотнул и протянул руку к поясу брюк. Дохён продолжал пристально следить за ним своим неотступным взглядом. После нескольких неуклюжих движений он наконец стянул брюки вместе с нижним бельем. Выскользнувший наружу член угрожающе дернулся, словно подтверждая свои размеры и силу.
Хотя У Ён уже не раз трогал его и даже видел, как это происходит, сейчас все снова казалось странным и непривычным. Толстый, длинный и внушительный. Его было трудно представить целиком во рту. Сначала он осторожно обхватил ствол рукой, и тут же почувствовал обжигающий жар, словно от прикосновения к чему-то пылающему.
– ...Ax.
У Ён лишь провел рукой вверх-вниз, но Дохён тут же низко застонал, издав сдавленный звук, от которого У Ён почувствовал прилив уверенности. Он прижался губами к напряженному члену, зажатому в его ладонях, а затем осторожно провел языком по самой чувствительной части. В ответ пальцы Дохёна, запутавшиеся в его волосах, сжались сильнее.
– Xa-a...
Глаза Дохёна потемнели, приобретя глубокий черный оттенок. Он медленно моргнул, а затем мягко провел пальцами по бровям У Ёна. Тот ожидал, что услышит что-то вроде: «Если сложно, можешь остановиться», но, к его удивлению, Дохён, напротив, решил помочь.
– Просто попробуй взять только кончик.
Это напоминало тот случай, когда У Ён впервые выпросил сигарету, чтобы попробовать. Испытывающий взгляд Дохёна словно скользил по нему с головы до ног, изучая каждую деталь. В воздухе витал сладковатый аромат феромонов, слегка щекоча ноздри, а член перед ним, казалось, стал еще больше. У Ён, ощущая захлестнувшую волну феромонов, рефлекторно открыл рот и осторожно обхватил губами головку.
– A-a...
Гладкий кончик едва уместился в его рту, натягивая все до предела. У Ён только начал, но ему уже было сложно. «Слишком большой... слишком...», мелькнуло в его мыслях, когда он услышал приглушенный, но властный голос:
– Следи, чтобы зубы не касались... Языком.
У Ён, словно послушный ребенок, точно следовал его указаниям. Он шире раскрыл рот, стараясь, чтобы зубы не касались, и начал мягко водить языком по чувствительной головке. Движения были неуклюжими, но старательными, и большая рука Дохёна, словно в знак одобрения, мягко погладила его по затылку.
– Опусти челюсть еще ниже... И руками помогай.
У Ён чувствовал, что всё делает ужасно неловко. Слюна текла по краям его рта, а в его действиях совершенно не хватало умения.
«Как учителю удавалось справляться с этим?» – промелькнуло у него в голове. Несмотря на то, что он как-то удерживал это во рту, было ясно, что, если он продолжит в том же духе, его челюсть сдаст раньше, чем Дохён кончит.
– Ты даже половину не взял.
Казалось, его забавляла эта неловкость У Ёна. Его мягкая рука уже успела стереть скопившиеся на глазах слезы. У Ён, ощущая внезапное чувство досады, не отпуская член изо рта, сглотнул, проглотив скопившуюся слюну, как будто пытаясь справиться с ситуацией и своей неловкостью.
Рука, лежавшая на затылке У Ёна, сжалась крепче. Дохён слегка надавил, удерживая его голову в фиксированном положении. Затем он начал медленно двигаться, позволяя своему члену скользить глубже в теплый, влажный рот. Его голос прозвучал тихо, почти как шепот:
– Я же говорил... я не смогу остановиться.
Сразу после этих слов Дохён начал двигать бедрами. У Ён, дрожа ресницами, поднял взгляд и столкнулся с глубокими, черными глазами Дохёна. В тот момент, когда слеза, едва державшаяся на ресницах, скатилась по щеке, член резко проник глубже, касаясь горла.
– Κхκ...!
Глубина, которой он достиг сейчас, не шла ни в какое сравнение с тем, когда У Ён сам пытался что-то делать. Член надавил на основание языка, заставляя горло раскрываться, лишая возможности вдохнуть. У Ён отчаянно забился, пытаясь освободиться, но Дохён крепко удерживал его, наполняя воздух вокруг тяжелым ароматом феромонов.
– Все нормально, дыши.
Дышать? Как можно дышать в таком состоянии?
– У-у...
– Вот так... умница...
Несмотря на его резкие действия, прикосновения к затылку и шее оставались чрезмерно нежными. Он слегка ослабил хватку, и член наполовину вышел, позволив У Ёну чуть легче дышать.
Но это облегчение оказалось недолгим. Дохён вновь начал двигаться, медленно входя обратно, при этом головка члена скользнула по чувствительному небу, вызывая у У Ёна новые ощущения.
На этот раз все происходило не так резко, как раньше. Дохён двигался медленно, почти дразняще, оставляя У Ёну время привыкнуть. Однако с каждым новым проникновением странный, возбуждающий запах все сильнее наполнял его рот. От непривычных ощущений плечи У Ёна начали заметно дрожать.
– Опусти язык...
Ощущение, как что-то раскрывает горло, было далеко не приятным. Дышать становилось все сложнее, но, к удивлению, У Ён не испытывал рвотного рефлекса – будто его тело инстинктивно подстраивалось.
– У-у... – вырвался у него слабый, стонущий звук.
В ответ прозвучал мягкий, но уверенный приказ:
– Отсоси.
Рефлекторно горло сжалось, что вызвало ощущение еще большей тесноты внутри рта. Язык слегка приподнялся, и Дохён, казалось, заметил это, мягко погладив У Ёна по голове, словно хваля за старания. Свободной рукой он ласково провел по стоящим торчком «заячьим ушкам», а его бедра начали двигаться в размеренном, медленном ритме.
– A-a... Xa...
Это было похоже на пытку. У Ён едва мог дышать, а слезы безостановочно стекали по его щекам. И все же, в какой-то момент он сам начал слегка подергивать бедрами. Это было невероятно мучительно, но каждый раз, когда Дохён касался нежной слизистой внутри его рта, странное ощущение перерастало в нарастающее возбуждение.
Дохён касался У Ёна так осторожно, словно боялся, что тот может сломаться. С тех пор как он грубо проник до самого горла, все его движения оставались сдержанными и аккуратными. Однако, несмотря на эту мягкость, его голос, когда он задал вопрос, прозвучал пугающе властно, заставляя У Ёна содрогнуться.
– Могу я кончить тебе в рот?
На мгновение замешкавшись, У Ён закрыл глаза и продолжил сосать, стараясь сделать все так, как учил его Дохён. Он открыл горло, вбирая член глубже, и сжимал его, как мог, вызывая едва заметное напряжение. Аккуратно сжав губы, чтобы зубы не касались, он продолжал, и заметил, как уголки глаз Дохёна едва заметно дрогнули, выдавая охватившее его чувство.
Внезапный поток спермы заполнил рот У Ёна.
Часть стекла прямо в горло, а остальное осталось внутри, обжигая своим вкусом. У Ён, ошеломленный, инстинктивно дернул плечами, но Дохён не достал член, удерживая его до самого конца.
– Kx-xe!
У Ён все же закашлялся, и, не выдержав, резко отвернул голову. Член выскользнул из его рта, оставляя за собой длинную ниточку слюны. Дохён, словно сытый и довольный лев, лениво провел влажной головкой по его покрасневшей щеке, будто играя, и облизнул губы.
– У-у...
Жидкость, стекавшую по подбородку, невозможно было определить. То ли это была слюна, то ли остатки спермы. Глаза У Ёна покраснели и припухли от непрекращающихся слез, а щеки горели от жара. Член, коснувшийся его лица, оставил влажный след, который тут же стал липким. У Ён, с трудом перенося остаточное чувство дискомфорта в горле, обхватил шею рукой и снова закашлялся, пытаясь избавиться от посторонних ощущений.
Дохён осторожно протянул руку к У Ёну. Затем, придерживая его за подбородок, он мягко приподнял голову, заставив У Ёна посмотреть на него. Его губы легко коснулись влажной кожи под глазами, словно пытаясь успокоить. В этот момент Дохён незаметно скользнул правой ногой между бедер У Ёна. От этого движения его плечи рефлекторно вздрогнули.
– Здесь...
– Хах...
– Почему у тебя встал?
Твердо стоящий член оказался прижатым ступней Дохёна. У Ён даже не заметил, как это случилось, его тело само собой отреагировало. Он резко замотал головой, пытаясь отрицать происходящее, но Дохён не собирался закрывать на это глаза. Его нога начала медленно проводить по очертаниям, подчеркивая каждый изгиб.
– Не... Ха... Не надо...
У Ён в панике схватил Дохёна за ногу, умоляюще прижав лоб к его колену. Его отчаянное движение заставило Дохёна наконец остановиться. Тяжело дыша, У Ён издавал прерывистые, дрожащие звуки, словно пытаясь справиться с охватившими его эмоциями.
Дохён, наблюдая за ним, медленно протянул руку, в его жесте читалась нежность.
– Иди сюда, Ён-а.
Дохён поднял У Ёна на руки и уверенно направился в сторону спальни. Несмотря на то, что кончил именно он, ноги подкосились у У Ёна. Как будто не замечая липкости белесой жидкости, Дохён, шагая, дважды наклонился, чтобы легко поцеловать влажное лицо У Ёна.
Дохён осторожно уложил У Ёна на кровать, затем скрестил руки и снял свою футболку. Под слегка растрепанными волосами обнажилась прямая линия шеи и крепкие плечи. У Ён невольно открыл рот, не в силах отвести взгляд, и жадно скользнул глазами по его подтянутому, мускулистому торсу.
Это было тело, которое У Ён видел уже не раз, но каждый раз восприятие менялось. Широкие плечи, идеально очерченные, и аккуратно вылепленный пресс невольно вызывали восхищение. Даже У Ён, который когда-то активно занимался спортом в Америке, не смог достичь подобного результата. Казалось, Дохён обладал природной, безупречно сложенной фигурой, без единого изъяна.
– Можешь потрогать.
Дохён аккуратно взял руку У Ёна и направил ее к своей груди. Через его ладонь ощущалась упругая, но достаточно мягкая кожа, что заставило У Ёна рефлекторно вздрогнуть. Его пальцы инстинктивно сжались, и теплая, гладкая поверхность приятно легла в его руку.
– Все это твое.
Его голос, казалось, накладывал заклинание, проникая в самые глубины сознания. У Ён, лицо которого пылало от смущения, медленно повел рукой вниз. Он провел по груди, затем ощупал рельефные линии пресса, не удержавшись от того, чтобы пальцами очертить опасно выступающие линии таза. В комнате стало настолько тихо, что звук его сглотнувшей слюны прозвучал слишком громко.
– Хён, ты правда...
«Слишком... нравишься...», продолжить он так и не смог. Сердце бешено колотилось, сдавливая горло, и слова застряли где-то внутри. У Ён даже не заметил, как обе его руки оказались на теле Дохёна, исследуя каждую деталь. Дохён наблюдал за ним, и на его лице появилась легкая, неподдельная улыбка, которую он даже не пытался скрыть. Однако, несмотря на это, он методично продолжал свое дело, ловко стягивая одежду с нижней части тела У Ёна.
– Ax.
Широкие пальцы осторожно проникли внутрь, заставляя тело У Ёна напрячься. Его кофта была задрана вверх, обнажая грудь, которая слегка поднималась и опускалась в такт сбившемуся Дыханию. Дохён, расширяя узкие внутренние стенки, скользил губами по его обнаженному торсу, оставляя после себя едва ощутимое тепло.
– Xax...
Может, потому что прошло много времени с их последней близости. Даже от одних только пальцев, проникших внутрь, казалось, что он уже на грани. У Ён, совсем забыв о том, что все еще носит ободок с ушами, прижимался затылком к подушке, пытаясь справиться с нахлынувшими ощущениями. Его растрепанные волосы слегка прикрывали изогнувшиеся под странным углом кроличьи ушки.
– Никогда бы не подумал, что у меня может быть такой вкус...
Дохён, едва слышно прошептав, ввел еще один палец. Благодаря опьяняющему эффекту феромонов, растягивать У Ёна оказалось не так сложно, как обычно. Если бы это была другая ситуация, он бы уделил больше времени подготовке, но сейчас, кажется, сам терял терпение.
– Ён-а... хочешь попробовать сверху?
– Хах... сверху?
Помутневший, растерянный взгляд У Ёна был направлен прямо на Дохёна. Тот, без лишних слов, потянулся к прикроватной тумбочке, достал упаковку с презервативом и вложил ее в ладонь У Ёна. Затем, обхватив его, осторожно поднял и помог сменить позу, усадив его себе на бедра. У Ён, оказавшись сверху, инстинктивно оперся руками об его грудь, пытаясь удержать равновесие.
– Знаешь, как надевать, да?
– Я... знаю, но...
У Ён никогда раньше сам не надевал презерватив только наблюдал за этим. Когда он разорвал шуршащую упаковку, перед ним раскрылся скрученный в кольцо тонкий слой латекса. Некоторое время он просто растерянно смотрел на него, словно обдумывая, как поступить дальше, а затем, словно набравшись решимости, неожиданно уверенно стянул брюки с Дохёна.
– Держи за кончик и надевай сверху вниз.
Член Дохёна, будто забыв о недавней эякуляции, вновь стоял в напряжении. У Ён, вспоминая, как это делал Дохён, начал натягивать презерватив, начиная с головки. Его руки медленно скользили сверху вниз, тем временем Дохён, слегка приподнявшись на локтях, мягко пригладил волосы У Ёна, снимая ободок с ушками, а затем поправил его. Именно тогда У Ён осознал, что все это время носил на голове кроличьи ушки.
– ...Я должен оставаться в этом?
Настоящий извращенец...