Часть 3
Сейчас уже льдованцам не было дело до кого-либо, кроме себя. Они были в меру пьяными, и не желали даже присматривать за своими детьми, которые очень любили сеять хаус. Милия проходила среди толпы, и ей удалось поймать двух ребят за проказничеством. Они замораживали пол под льдованцами, делая его скользким. Те, в свою очередь, поскальзывались при каждом шаге. Принцессе показалось это забавным зрелищем, но ей пришлось остановить их, ведь «издеваться над взрослыми – неприлично».
Имениннице наскучили беседы, доносящиеся отовсюду, и она уж было собиралась покинуть торжество, как вдруг у парадной лестницы, ведущей в две разные стороны замка, она встретила голубоглазого парня, чей гребешок сейчас лежит на её троне.
Парень не сразу заметил девушку, но как только она подошла ближе, он встретил её взглядом. Его скрещённые на груди руки расслабились, а мышцы лица смягчились.
— Снова здравствуй, — сказал он Милии, и она могла поклясться в том, что увидела, как губы его дрогнули в слабой улыбке.
— Думала, что больше не увижу тебя, — призналась она. — Король впадает в бешенство по пустякам, — её губы сочувственно поджались.
— Да, я заметил. Когда его кулак сжался, я уж подумал, что это мой последний день, — парень театрально сжал кулак и нахмурился, изображая Хладериуса.
Неконтролируемая улыбка проступила на лице, и Милия поспешила скрыть её, наклонив голову в пол.
— Но ты ни капли не испугался, — напомнила ему она, вспоминая спокойное выражение его лица.
— Нам не свойственно бояться, — теперь напомнил он ей.
— Да, но страх перед королём выращивали в нас с пелёнок, — кинула в ответ девушка, скрещивая руки на груди.
Это кристальная правда. Король не позволил бы ни одному льдованцу оставаться спокойным при виде его гнева.
— Вы правы, но, видимо, не в каждом взошло семечко, — Милия засчитала оправдание. — А вообще, я благодарен вам за то, что не побоялись заступиться, — поблагодарил он.
Принцессу интересовало, откуда же появился такой нетипичный льдованец. Он не груб, а от его манеры речи по спине не пробегают мурашки.
— Было не трудно... мистер, — ей в голову не приходило, как иначе его назвать.
Парень ойкнул, и, видимо, снова испытал стыд, только теперь за то, что не представился ранее.
— Называйте меня Рикальдо, — он протянул руку в знак рукопожатия.
— Называйте меня Милия, — ответила принцесса, пожимая его холодную ладонь.
«Значит, Рикальдо. Неудивительно, что я никогда не слышала такого имени. Он словно читый глоток воздуха в этом душном зале» – подумала принцесса.
— Присядем куда-нибудь? — предложила она, и парень кивнул головой.
Милия удовлетворённо развернулась спиной и зашагала в сторону свободного столика, но, повернув голову, притормозила. Рикальдо, не церемонясь, уселся прямо на одну из ступенек. На пару секунд принцесса оцепенела, потому как не знала, как реагировать на столь неизящный жест. Но невозмутимый взгляд Рикальдо разбудил в ней желание следовать его примеру, и, сняв с себя маску примерной принцессы, она уселась на ступеньку выше.
— Как долго времени уходит на организацию банкета? — поинтересовался Рикальдо, осматривая зал.
— С учётом приготовления еды и того, что Лори цинично подбирала цветы, ушло два дня, — ответила Милия.
— Достаточно быстро, — поджал губы он.
«Конечно быстро, отец ведь впряг каждую живую душу в этом замке» – мысленно усмехнулась она. И в правду, король ненавидит ожидания, потому заставляет трудиться не покладая рук, чтобы процесс его не утомлял.
— Думаю, этому достаточно, — Рикальдо кивнул в сторону пьяного льдованца, который, не скромничая, уснул прямо за столом, и на щеке его блестела слюна.
Милия закатила глаза, увидев эту картину. Она думает, что ему стоит научиться контролировать своё желание напиться.
— Видел бы его отец. — Принцесса подумала о том, что может ожидать бедолагу, если его заметит сам король. Ему его поведение точно не понравится.
Хотя далеко не ей судить. Как будто король будет счастлив увидеть её, рассевшуюся на лестничной площадке. «Позор семьи», – сказал бы отец. Милию забавляла эта мысль.
— Слушай, как так получилось, что я никогда не видела тебя до этого? — всплыл интересующий девушку вопрос.
— Я не появлялся здесь, потому как сам живу не близко к столице (столицей является королевство, и улицы рядом).
— Неужели ты не появлялся ни на одном мероприятии? — удивилась она.
— Нет. Меня мало интересовало это, извините за такую правду, — пожал он плечами, в то время как спокойный взгляд его светлых глаз был направлен на Милию.
Рикальдо раздвинул ноги, упёрся локтями в колени и скрестил ладони. Принцесса чувствовала всю раскрепощённость и лёгкость в этой позе. Видимо, его родители не отличались особой строгостью в его воспитании.
— Неужели вам известен каждый присутствующий? — с небольшим удивлением спросил он, когда перед ними прошла толпа несовершеннолетних льдованцев, смотрящих куда-то перед собой.
Несмотря на всё своё недовольство по причине обращения на «вы», Милия подавила в себе желание поправить Рикальдо, ведь мать говорила, что разрешение обращаться на «ты» имеют только близкие ей персоны, то есть родственники, а так же Лори, которая присутствует в её жизни почти с самого рождения. Сейчас она просто ответила на вопрос:
— Честно, большую часть я не знаю лично, они просто появляются на каждом празднование, или приходят к отцу за решением своих проблем.
— И какого это, чувство неискренности по отношению к себе? — задал он вопрос, который звучит странно из уст любого льдованца.
— Порой осознание этого сеет во мне отвращение и... печаль... — за неё ответил не мозг, а сердце, и этот ответ заставил Рикальдо сомнительно посмотреть на девушка. Она осознала, что прозвучало это слишком откровенно, поэтому поспешила добавить: — Конечно, печаль это неизвестное нам чувство, а я часто путаю его с ненавистью.
Рикальдо кивнул головой, а она очень надеялась, что смогла убить в нём все сомнения. «Какая же я глупая, раз позволила себе открыться перед малоизвестным льдованцем. Родители бы вырвали мне язык за такое поведение» – ругала она себя.
— Ты учишься? — сменила тему Милия.
— Конечно. Сначала я учился в сельской школе, но в этом году, благодаря моим знаниям, которые не остались без внимания, меня переведут в новую, в самой столице.
Голову девушки посетила мысль, что это может быть школа, где она закончила свои девять классов. Та, в которую принимали исключительно детей состоятельных льдованцев, потому как в ней собрали лучших учителей, которые являются знатоками своего предмета. Ещё в раннем возрасте принцесса возразила родителям, потому как считала, что право на знания есть у каждого, и сегодня, благодаря её настойчивости, в эту школу может поступить ребёнок любого льдованца, в независимости от его состояния и должности.
— А принцессам требуется учиться?
— Это не считается нужным, но я уговорила родителей дать мне шанс получить знания.
— И как?
— Очень даже нравится. Каждый раз рассказывают что-то новое, и я словно освобождаюсь от королевской жизни в период занятий, — честно ответила она.
— Вы достаточно нетипичный житель Льдовнии, — произнёс он, таращась в её глаза так, словно пытаясь найти в них что-то, что поможет ответить ему на вопросы в голове.
Милия постаралась придать взгляду спокойствия, чтобы не давать ему сомнений по поводу неё, но когда поняла, что её глаза продолжают пылать дурацкой заинтересованностью, она вскочила с места. Нельзя так глупо раскрыть секреты, которые хранишь в себе с самого рождения. Она не позволит ему вскрыть себя как банку с газировкой.
— Было приятно познакомиться, но сейчас я вынуждена покинуть тебя, — она задрала голову, как сделали бы родители, и стала двигаться в сторону трона.
Как бы ей не был интересен Рикальдо, как бы она не желала узнать его ближе и понять, чем же ОН отличается от всех, она не может позволить понять ему, чем же ОНА отличается от всех. Замкнутый круг.
— Взаимно! Если встретимся снова, перейду на «ты», — крикнул он в догонку.
Принцесса невольно улыбнулась тому, что он находит в себе храбрости разговаривать столь беспечно. Неужели в этом и есть его особенность – он не старается соответствовать якобы своей сущности.
Принцессе было страшно представить что её ждёт, если в конечном итоге их сведёт школа. Конечно, что не делается – должно быть, к лучшему, но сколько же сил и духа ей потребуется, чтобы сохранить свой статус?
Вспомнив про школу, ноги автоматически повели её к отцу, который стоял в компании знакомых, с такими же угрюмыми лицами. Любопытной Милии так и хочется спросить, отчего у них кислые физиономии, но она подавляет глупое желание, и, после привлекающего внимания кашля, попросила аудиенцию с отцом.
— У тебя пять минут, — заранее предупредил он, как только они отошли на несколько метров.
— Надолго не задержу. В общем, я хотела попросить разрешения продолжить учёбу в школе, — она нервно перебирала кончики волос. Сейчас многое зависит от его ответа.
— По плану ты должна будешь посвятить время королевским учениям, — ответил он, скрестив руки на груди.
— Да, я понимаю, но нам ввели новые уроки, которые помогли бы мне в раскрытие сил, а королевским учениям я успею обучиться. Вы с мамой ещё полны сил. — Отец не вызывал у девушки чувство страха, никогда, но она понимала всю серьезность его действий и слов, поэтому говорила аккуратно, без лишней злобы.
Отец задумался, и надежда в душе разгоралась всё ярче, излучая свой свет в глазах. Надежда заставляла затаить дыхание, в ожидании ответа, и как же она визжала от радости, когда услышала короткое «Ладно». Сейчас Милия как никогда хотела накинуться на отца с объятиями, но понимала, что после такой выходки он быстро передумает, и прочитает ей лекцию в комнате о поведении льдованца. Девушка представила удивлённые взгляды окружения на такой жест. Она не удивится, если за это будет изгнана из Хладновья.
— Благодарю, отец, — она сделал низкий поклон, проявив уважение и благодарность.
Он кивнул головой и удалился, а принцесса до сих пор удивлялась тому, как же легко было его уломать.
Довольная она побежала к Лори, которая сидела за столом с другими учителями. Её нежное скромное платье с рукавами «фонариками» и небольшим круглым вырезом на груди гармонично смотрелось с венком на голове, который подчёркивал милые черты лица. Заметив Милию, она предложила место на свободном стульчике около неё.
— Думаю, ты хочешь о чём-то спросить? — угадала она, элегантно протирая салфеткой уголки губ.
— Насчёт школы...
— Тебе дозволили продолжить учёбу? — она была удивлена не меньше самой принцессы. Милия довольно поджала губы. — Ух, ну тогда конечно расскажу...
Из рассказа Лори Милия поняла, что многое не поменялось: начало занятий в восемь утра, в день по пять-шесть уроков, из новых предметов только растениеводство, развитие магии и практика, а именно небольшие бои друг с другом. Наконец Лори на уроках будет знакомить учеников со свойствами растений, а не с их строением. А вот предмет развитие магии не даёт принцессе покоя. Какие же оправдания ей придётся приводить, чтобы не просили колдовать. Может даже придётся попросить родителей освобождения.
Иногда Милии так и хочется расспросить окружающих, что с ней не так. Встречали ли они когда-нибудь такое и смогут ли помочь. Может один маленький совет, или целое решение. Хоть что-нибудь. Но то, что ожидает её, если кто-нибудь узнает об этом – ужасно. Поэтому сегодня для всех, помимо родителей, она – обыкновенная льдованка. Даже сама Лори в неведении, за что Милии очень стыдно. «Так безопасней» – успокаивала она себя.
Поблагодарив Лори, и извинившись за то, что покидает её, Милия поднялась к себе, не в силах слушать очередное поздравление. Комната была озарена лунным светом, и это время было для неё самым комфортным. Кровать была как никогда мягкой, а всё вокруг слишком родным. Неужели она настолько хотела сбежать с того зала...
И теперь осталась с мыслями один на один.