Глава двадцать первая. Награда (Лучший подарок - это...)
Моисей, блаженно улыбаясь, стоит снаружи и ждет комплиментов идеально выполненной работе. Не хочу его расстраивать. Он и так через многое прошел.
- Господу угодно сделанное вами. Позови Аарона, брата своего.
Аарона не нужно было звать — он внезапно появляется сам.
- Аарон! Назначаю тебя Первосвященником. Будешь ты первым среди слуг моих. Велю тебе носить передник из разноцветных тканей с золотым шитьем, под ним же — специальную ризу с колокольчиками на подоле.
- Но зачем мне колокольчики? Я что — коза?
- Аарон. Ты хочешь быть Первосвященником? Если да — то не задавай глупых вопросов.
Метатрон, вспомогательный поток сознания
Аарон действительно намного умней своего брата. Поэтому прости, Моисей, но Первосвященником будет именно он. А еще, Аарон крайне любопытен. Я всегда буду заранее знать, когда он приближается к нашему Шатру, благодаря колокольчикам на подоле его ризы.
- Господи, а как же я? — это Моисей. Похоже, он сильно расстроился.
- А ты — мой верный Пророк. Тебе этого мало?
Мне нужно как-то успокоить расстроенного Моисея. Я знаю, он очень боится выглядеть глупо — возможно, если я добавлю немного глупости в образ его старшего брата, он успокоится?
- Еще, Аарон, велю носить тебе тюрбан и золотую табличку прямо на лбу, с надписью «Народное достояние».
Надеюсь, это выглядит достаточно по-идиотски, чтобы сбить с Аарона спесь и немного утешить Моисея.
Похоже, я ошибся. Моисей расстроился еще сильнее.
- Господи, Господи! А можно мне тоже что-нибудь... этакое? Например, как то, что я видел в Славе Господней — прекрасную штуковину с драгоценными камнями разных цветов, которые искрятся и переливаются так, что не отвести взора своего?
Кажется, мой завистливый Пророк хочет пульт управления космолетом, который промелькнул в одной из серий «Орбитального эскорта». Перебьется.
- Можно. Но не тебе, а брату твоему Аарону — ибо он Первосвященник. Будет у него специальный набрюшник с двенадцатью разноцветными камнями — и рубином, и топазом, и изумрудом, и карбункулом, и сапфиром, и алмазом, и яхонтом, и агатом, и агатом, и агатом, и ага, ага, ага...
Метатрон, вспомогательный поток сознания
Меня сейчас снова зациклит, если не остановлюсь.
Моисей помрачнел еще сильнее. Впрочем, это входит в мои планы. Когда братья действуют сообща — они становятся опасны. Когда же соперничают — мне спокойней.
Аарон увлеченно отдавал приказы хакам-левам на предмет дизайна и материалов своего грандиозного облачения, в мыслях уже примеряя шикарный набрюшник с разноцветной бижутерией. Он даже придумал ему практическое применение — в набрюшнике будет элегантный карман с двумя камнями, вытаскивая которые наугад, можно будет узнавать решение Господа по тому или иному вопросу. Камни он предусмотрительно подобрал разной формы и размера, чтобы удобнее было вытаскивать наугад тот, что нужен.
Похоже, он воспринял делегирование полномочий со всей серьезностью. Как бы не пришлось укрощать его безграничный энтузиазм.
Метатрон, вспомогательный поток сознания
Делать подарки всегда приятно. А лучший подарок, как гласит древняя элохимская мудрость — это тот, который сделан чужими руками и не стоил тебе ни шекеля.
Моисей же пытался вернуть себе внимание публики, увлеченно пересказывая явленную ему Славу Божию (третий и четвертый сезоны). С восторженным придыханием описывал он бездну пространства, освещенную величественным сиянием, в Доме Господа, чьи врата из вырезаны цельной жемчужины, стены из слоновой кости, а внутри — изобилие серебра куда ни глянь.
Похоже, это он про интерьер каюты — двери и стены из дешевого белого пластика, никелированные дверные ручки и тусклую осветительную панель. Затем он предсказуемо перешел к «звездам в окнах дома Его». После чего ударился в иммерсионный интерактив — принялся вещать о том, как ангелы провели его по чертогам Господа, явили еще множество чудес, и сообщили семь сокровенных тайн, которые, однако же, строжайше запретили рассказывать прочим смертным.
Врал он очень вдохновенно. Публика слушала его речи со смесью живого интереса и очевидного скепсиса.
Мой господин в это же время сидел с обреченным видом на Подставке, вперившись стеклянными глазами в дурно пахнущую шкатулку. Видимо, о чем-то глубоко задумался. Ну, хотя бы не ноет и не скандалит. Чуть позже перенесем сюда его вещи. Неплохо бы еще что-то из мебели, но я не знаю, как буду объяснять Моисею, зачем Шкатулке со Скрижалями кровать, диван и письменный стол. Хотя...
- Моисей, Моисей!
Тот мгновенно воспрянул духом — про него снова вспомнил Господь!
- Да, о Всевышний, чего ты хочешь?
- Видишь ли, я планирую время от времени лично посещать этот Шатер. Не всё же мне находится в Облаке. И как, по-твоему, я буду себя чувствовать в помещении, где только пол, стены и потолок?
- Там еще подставка и шкатулка!
- Да. Подставка и шкатулка. Но было бы неплохо, если бы кроме них тут был диван, кровать, письменный стол и небольшое кресло-качалка. И еще тумбочка.
- А что такое тумбочка?
- О, это проще всего. Это то, что у вас отлично получается. Прямоугольный ящик. Но не простой, а ящик с ящиками.
- Ящик с ящиками?!
- Да. Я дам тебе чертежи.
Моисей в полном восторге. Он несется сквозь толпу, крича на ходу:
- Слушайте, слушайте новое веление Господа нашего! Ибо угодно Ему получить от нас Ковчег с Ковчегами!
Метатрон, вспомогательный поток сознания
В этот раз, чертежи я сделаю сам. Руками Серафима. Это надежней.